Стёртая

      Ночь. На базе тихо, однако изредка слышутся тяжёлые торопливые шаги. Лоуренс предоставил нам временное убежище до тех пор, пока мы не решим, как действовать дальше. Наверняка Дженсон сообщил каждому работнику ПОРОКа, что его эксперименты бродят по городу. В этом и заключалась главная проблема — с нашим приходом ситуация в ПОРОКе ухудшилась, а система охраны превзошла саму себя. Возникал следующий вопрос: каким же образом мы проникнем внутрь здания, если, по словам Галли, там всё так тщательно продумано, что даже с великолепно продуманным планом нам вряд-ли удастся пройти незаметными?       Так и протекли последующие несколько часов, как мы вернулись из разведки. Наступила полночь.       Я маялась без дела, сжимала в руке деревянный карандаш, которым отмечала основные входы и выходы в здании ПОРОКа на карте, ходила из угла в угол комнаты, больше похожей на деревянно-металлическую коробку без выходящих на улицу окон, со стоящим у несущей стены столом и одной-единственной полкой для личных вещей, придумывая в голове разные сценарии и повороты событий — тех, что могут произойти в ближайшие дни. Исход всегда получался один — чья-то смерть. Что ж, такова жизнь, с этим ничего не поделаешь. И, если уж суждено кому-то погибнуть в вылазке за спасение иммунных, то так оно и быдет.       Месть не сладка, если обидчик не поймет, от чьей руки он умирает и за что несет кару. По моему плану тот, кто причинил мне зло, должен был узнать, что расплачивается за старый грех.       Дженсон. Этот подлый, отвратительный крыс ответит за всё, что сделал со Скарлет, Минхо… и со всеми нами.       Витая в дальних раздумьях, я не сразу поняла, что вещь, находящаяся в левой руке, внезапно треснула и разломилась пополам. Я быстро отбросила в дальний угол часть карандаша, оставив пишущий грифель, и отметила ещё один вход, на котором, вероятнее всего, стоят больше двух охранников. Конечно, я не сомневаюсь, что за те годы, что я перестала работать на ПОРОК, там многое могло измениться, но всё же большинство вещей остались на своих местах.       Я отошла от развешанной на всю стену карты и вновь убедилась, что всё правильно рассчитала.       В голове будто что-то щёлкнуло, и я призадумалась. Села на стул, опершись локтями на стол. В сознание стали врываться воспоминания, отчего я сильно зажмурилась, стараясь не упустить ни единой детали.

***

      Меня тащят двое охранников, схватив за руки по обе стороны. Я кричу, извиваюсь в попытках выбраться из лаборатории, мысленно понимая, что это бесполезно. Рядом за происходящим наблюдают Дженсон и Ава, они находятся за стеклом и смотрят за действиями эксперимента.        — Нет, пожалуйста! Я не хочу! — я умоляю их остановиться, пока не стало слишком поздно.        — Всё будет хорошо, не волнуйся. Скоро ты увидишься с братом, — успокаивала подходящая ближе доктор Дэвис. Она положила ладонь на моё плечо, — Трис, благодаря тебе у нас будет шанс найти лекарство.       Она кивает охранникам, и те с силой волокут меня к лифту, который должен отправить меня в Лабиринт.       Я издаю душераздирающий вопль, который отразился от каменных стен и разносся эхом по всему помещению. Я вырываюсь, упираюсь ногами в пол, но всё тщетно.        — Пожалуйста, оставьте мне это воспоминание, всего лишь одно… Отмените все… пожалуйста! Я хочу все отменить. Слышите? Я больше не хочу ничего стирать! — кричу я, извиваясь в хватке охранников.        — Не переживай. Ты начнёшь новую жизнь, — со спокойной улыбкой на лице произносит доктор и перекидывается взглядами с коллегой, который уже оказался рядом, держа шприц с жидкостью сиреневого цвета.        — Не-е-ет! Прошу вас!!! Я не хочу больше в этом участвовать!        — Беатрис, ты ведь всегда хотела спасти мир. А теперь, когда у тебя появляется такой шанс, ты даёшь задний ход. Так не делается… — с разочарованием в голосе говорит мне Дэвис, и я чувствую, как иголка прокалывает мою кожу, вводится какая-то сыворотка.       Уже не могу различить голосов и увидеть лиц. Сознание уплывает, ноги становятся ватными, но меня всё ещё удерживают. Через пару секунд я уже оказываюсь в замкнутом пространстве. Двери громко захлопнулись, лифт тронулся с места, набирая высоту. И темнота.

…

      Глаза распахиваются. Я оглядываю комнату, определяя, как долго я находилась в таком состоянии. Руки заметно трясутся, капелька пота стекает со лба на висок. Вытираю ее рукавом и привожу дыхание в норму.       Ну, теперь я хотя бы поняла, как именно оказалась в Глэйде. Пора прекращать просматривать все события прошлого, — от этого с ума можно сойти!       Ложусь на кровать и, как только голова оказывается на подушке, тут же проваливаюсь в сон.

***

      К огромному счастью, мне ничего не снилось. Но вот проснулась я не по собственной воле, а из-за того, что кто-то настойчиво стучался в комнату. Я поспешно — ещё в полусонном состоянии — привела себя в порядок и распахнула настежь дверь. Передо мной стоял Томас.        — Трис, ты чего так долго? Я уже десять минут тут стою, — скрестив руки на груди, заявил брат.        — А ты, я смотрю, бодрячком. Молодец, — я помотала головой, чтобы окончательно пробудится ото сна, — Что случилось? Который час?        — За временем я не слежу, но сейчас ещё рано.        — Тогда в чём проблема? — я развела руки в непонимающем жесте, — Ты хоть знаешь, как долго я хотела нормально отдохнуть от всего этого безумия?        — Отдохнёшь, когда вся эта хрень с ПОРОКом закончится. Мы собираем небольшое собрание, чтобы обсудить план проникновения в ПОРОК. Думал, ты захочешь принять участие, — Том улыбнулся.        — Хорошо, иду, — я схватила лежащий на столе пистолет и поместила его в кобуру на бёдрах.       Выйдя из комнаты, я последовала за братом. Мы спустились на нижний этаж, в самое дальнее из всех помещение. Там уже ожидали ребята, сидя за большим круглым столом.        — Зачем надо было подрываться в такую рань? — зевнув, спросила я и села на свободный стул.        — Не хотелось, чтобы нас услышали лишние уши, — сказал Хорхе.        — И так. Продолжим. Я считаю, что нужно найти другой способ, — объявил Томас.        — Ты же видел то здание! Она — наш единственный ключ, — спорил с ним Галли.        — Думаешь, она нам поможет?        — А я не собираюсь просить не согласия!        — Погодите, — вмешалась Бренда, — Я что-то не поняла? Это та девица, которая предала нас? Та тварь?        — Крутая, — рыжеволосый указал на Бренду.        — А-а, может кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — медленно попросила я, так и не понимая, о чём идёт речь, — О чём вы говорите?        — Не о чём, а, скорее, о ком, — и тут до меня дошло. Вчерашняя прогулочка…       Томас замолк, и в ту же секунду все взоры устремились на него, в том числе и мой.        — Что происходит? — поинтересовалась подруга с таким же недопониманием.       Только сейчас я заметила Ньюта, который, притаившись, тихо сидел, пустым взглядом прожигая дыру в форме охранников ПОРОКа.        — Ты просто боишься за свою подружку, — неожиданно для всех выдал он.       Теперь я наблюдала то за блондином, то за Томом.        — Ты явно затеял это не только ради спасения Минхо, так?        — Что? О чём ты? — спросил Томас.        — О Терезе. Это из-за нее Минхо сейчас нет с нами. У нас наконец появилась возможность вытащить его, а ты теперь, что, не хочешь — из-за нее? — Ньют наступал на Томаса, когда тот отходил всё дальше, пытаясь избежать агрессии со стороны друга.        — Она всё ещё дорога тебе, да? Признайся.        — Ньют, я… — парень прижал Тома к стенке. Во всех смыслах.        — Не ври мне! Не смей врать мне! — отчеканивая каждое слово, прокричал Ньют. Остальные стояли, не шевелясь. Никогда прежде я не замечала подобного поведения от него. Точно что-то случилось, осталось только выяснить, что именно.        — Ньют, успокойся. Что такое? — я начала медленно подбираться к блондину, надеясь не ухудшить ситуацию.        — Заткнись! — он резко обернулся ко мне лицом, и я дёрнулась, отступив на шаг назад, — Всё случилось из-за тебя! Не будь ты сослана в Лабиринт, ничего этого не было бы! Ты с самого начала была на стороне ПОРОКа. Галли был прав.        — Ты предлагаешь идти на верную смерть. А может, ты всё ещё одна из них? Из Создателей? И ты просто выполняешь их приказы, как верная собака. Может, поэтому ты втираешься в наше доверие? Хочешь всех прикончить? Ты жалкая. Просто подчиняешься ПОРОКу. Ты обычная пешка, да? Получаешь приказ и тут же выполняешь.        — Ты всего-навсего обычная, жалкая пешка в руках Дженсона. Ты работала на него, ты конструировала тот чёртов Лабиринт, тебя подослали специально. Ты отвратительна. Видеть тебя больше не могу, — каждое слово он выплёвывал, будто избавляясь от горького яда. Я стояла, пребывая в шоке. Да уж, не думала, что мне придётся услышать такое от любимого человека…       Не выдерживая такого напора, я просто развернулась и поспешила уйти. Не смея обернуться назад, чтобы убедиться, будто ничего не поменялось, я убралась подальше из этой чёртовой комнаты. У меня такой принцип: больше никому и ни за что не показывать свою слабость. По лицу безжалостно пробежала единственная слеза, в которой крылась вся боль сказанного Ньютом.       Я прибежала на крышу, скрылась от посторонних глаз за арматуру так, что даже если сюда кто-то выйдёт, то точно не заметит меня. Я скатилась на пол, обхватив колени руками и остановив взгляд на горизонте.       Мне было просто очень обидно. Даже не знаю, как описать моё нынешнее состояние. Что-то больное, тяжёлое тяготит меня, царапает сердце, заставляет грустить.       Через полчаса я успокоилась, обдумала всё, что я могла сделать не так, из-за чего Ньют и взъелся. Не думаю, что он стал бы ворошить прошлое, чтобы задеть меня. Тут что-то другое.       Входная дверь, ведущая на крышу, отворилась, и оттуда вышел тот, кем была забита моя голова всё утро.       Ньют сел на край здания, свесив ноги. За ним подошёл и Томас. Кажется, брат пытается с ним поговорить. Забавно. Посмотрим, что из этого выйдет.        — Прости, что наехал на тебя… — размеренным тоном произнёс Ньют, когда Томми оказался в метре от него. Надо же, даже не кричит! — Кажется, это уже не скрыть.       Он засучил правый рукав. Я пригляделась. Перед глазами вмиг потемнело и я прижалась к стене, нервно вдыхая воздух, которого внезапно стало катастрофически мало.       Ньют заражён. На руке выступили тёмные, почти чёрные вены, которые постепенно должны охватить всё тело. Так вот, почему он не может контролировать свои эмоции…       Господи, как я могла проглядеть? Когда это случилось? Как давно? Почему никто из нас не заметил этого? Какая же я глупая! Нужно было сразу выяснить, что происходит, а не ждать, когда его нервы окажутся на пределе.       Подступала паника. Пришлось зажать рот рукой.        — Почему не сказал? — спросил Том, присаживаясь на корточки.        — А что бы это изменило? Видно, ПОРОК поместил меня в Лабиринт не случайно. Наверное, чтобы понять, чем иммуны, вроде тебя, отличаются от таких, как я.        — Мы сможем это исправить, Ньют.        — За меня не волнуйся. Сейчас главное — это освободить Минхо. Мы очень нужны ему. Мы просто обязаны вытащить его оттуда. Неважно, какой ценой.        — Да, согласен, — подтвердил Томас. На этом я почувствовала приступ ярости. Что несёт этот дуралей? Он разве не хочет спасти лучшего друга? Это только для меня настолько важно?!        — И ещё. Трис ни слова. Обещай, что ничего не скажешь.        — Ладно, обещаю. Я всё понимаю, Ньют. Кстати, не хочешь извиниться перед ней?        — Я думаю, позже… После того, что произошло, ей нужно время. Да и мне тоже, наверное…        — Если хочешь, я могу поговорить с ней, — предложил брат.        — Спасибо, Томми, но лучше я сам. Мы сами разберёмся, не вмешивая в это других.        — Как знаешь. Только, ты не забывай, что Трис бывает на редкость импульсивной. Так что будь осторожнее.        — Не переживай. Я знаю твою сестру на целый месяц больше, чем ты, — Ньют ухмыльнулся, вспоминая то время, когда я только попала в Глэйд, — Надеюсь, она хотя бы выслушает меня.       И выслушаю, и попробую выйти из этой нелёгкой ситуации без потерь. Уж поверь, Ньют.       Я слушала весь разговор, не зная, как мне поступать. Куда идти? К кому обратиться за помощью? Да и вообще, чем я могу помочь?       Вдруг моё лицо засияло от промелькнувшей в голове удачной мысли. Я вспомнила!       Дождавшись, пока мальчики слезут с крыши — прошло минут десять, и ребята это время провели в гробовой тишине — я рванула с места и побежала к Бренде. Не знаю, где ее искать, но я обязана ее найти, ведь у Бренды есть запас лекарства. Да, ещё в лагере Правой руки Мэри специально оставила ещё одину колбу с извлечённым из крови Томаса энзимом, чтобы через некоторое время, когда действие первой порции закончится, Бренда могла вколоть себе ещё одну. Это была мера по спасению от превращения в шиза. Но теперь, когда прошло полгода с тех пор, а подруга так и не заболела, я думаю, что и лекарство ей больше не пригодится. В конце концов, в ее организме больше не происходит изменений, Вирус перестал распространяться и вряд-ли вообще выжил. А Ньюту сейчас необходима неотложная помощь.       Я пробежала целую базу вдоль и поперёк, но так и не смогла найти Бренду. Не теряя надежды, уже на лестничной площадке я случайно столкнулась плечом с Галли, в спешке не заметив его.        — Ой, извини, — торопливо пробормотала я.        — Ничего страшного. Куда так несёшься? — приостанавливая меня за плечи, когда я уже собралась уходить, поинтересовался парень.        — Я ищу Бренду. Ты случайно нигде её не видел? Знаешь, куда она делась? — я решила воспользоваться его любознательностью.        — Случайно видел, и случайно знаю, где она, — Галли повернул голову назад и указал на самую последнюю комнату в конце коридора, — Вон там. Но она просила не отвлекать ее.        — Мне крайне важно с ней поговорить, — я сделала пару шагов вперёд и обернулась к Галли, — Спасибочки, — улыбнулась и двинулась туда, где находилась Бренда.       Я уверенно и даже слегка нагло открыла дверь и вошла внутрь хорошо освещённой комнаты. Бренда сидела на деревянном стуле, держа в руках детали пистолета. На столе, прямо перед ней лежала раскрытая пыльная книга, но Бренда и глазом не повела, чтобы прочесть ее. Она увлеклась сборкой оружия. Как только я переступила порог и с грохотом захлопнула за собой дверь, подруга обратила на меня своё внимание.        — Бренда, у меня к тебе разговор, — я села на край матраса, положенного на ржавую кровать, и обеими руками сжала колени, — Вопрос жизни и смерти.        — Трис, не пугай меня. Что случилось? Чьей жизни? — посыпались вопросы, и я поторопилась остановить девушку.        — Мне нужно лекарство от Вспышки, — протараторила я и тут же осеклась, — Ну, то есть, не мне. Бренда, умоляю тебя, отдай мне его, пожалуйста.        — Погоди, успокойся, Трис. Я ни слова не поняла! Объясни толком, что стряслось?        — Это долго объяснять, — я сжалась. Меня передёргивало лишь от одной мысли, что Ньют заражён. А теперь придётся во всех красках рассказать Бренде, в чём причина моего внезапного прихода. Меня ждёт весёленькое начало дня.        — А я никуда не тороплюсь. Рассказывай, — Бренда внимательно проглядела на меня, ожидая ответной реакции.        — В общем… Ньют заражён…