Они сошлись, стихи и проза, лёд и пламя

      Кайя сам вызвался сопроводить Путешественника в их приключении в Ли Юэ. У него не было кавалерии, которой нужно было командовать, с бушующим драконом уже разобрались, да и Орден Бездны в последнее время затих. А оставаться в Мондштадте было невыносимым. Странным образом его гложило чувство вины перед своими товарищами. Нет, перед своими соплеменниками, земляками. Теми, кого он оставил множество лет назад ради счастливой жизни в крае свободы. Слова анемо близняшки заставляли его не спать ночами и долго размышлять, глядя в потолок. «Патриотом какой страны Вы являетесь, командир?» — раздавался её голос у него в голове. И правда, какой? Едва ли он уже мог ответить на этот вопрос. С Мондштадтом его связывало слишком многое: служба, друзья, Дилюк. И всё же…       Сбежать в Ли Юэ, отвлечься на приключения — вот единственный выход в такой ситуации. Что-то сродни отпуску. Он больше не отвечал за безопасность людей и не нёс ответственность. Он мог есть иностранную еду и пить их вино, пусть оно и сильно уступало одуванчиковому. Он наслаждался своим отпуском: карабкался на горы, любовался золотыми листьями деревьев, играл в замысловатые настольные игры, собирал цветы и дарил их случайным симпатичным прохожим. Конечно, порой ему приходилось и сражаться. Ведь Путешественник словно особой силой притягивали к себе неприятности. На какое-то время происходящее кружило Кайе голову, не оставляя места тревогам и дурным мыслям. Но даже здесь, на чужой земле, он просыпался в холодном поту, почувствовав во сне леденящее прикосновение страха.       — Значит, ты собираешься довериться Фатуи? — спросил он, прильнув к стене, скрываясь от полуденного солнца.       — Не говори глупостей, — Путешественник нахмурились.       — Этому парню из нас и слова не вытянуть! — поддержала Паймон.       Сотрудничество с Фатуи действительно не внушало доверия. Но нельзя было отрицать, что из него можно было вынести пользу. К тому же…       — Может, стоит хоть поглядеть, к чему это всё приведёт, — он легкими движениями пальцев касался своей шеи, — с этим Чайльдом, похоже, можно вести дела. Пусть и очень осторожно.       — Чего ты такое несёшь? — Паймон упёрла руки в боки. — Фатуи нельзя доверять! Ты что, не помнишь, что случилось с нами и Венти!       — Помню, — он резко одёрнул руку и сжал её в кулак, — но ведь они могли вас и убить, дабы никто не смог рассказать о случившемся. Но не сделали этого. Почему?       — У них были бы проблемы на государственном уровне, — предположили Путешественник. Кайя мягко улыбнулся:       — Если бы свидетелей не осталось, никто не смог бы доказать, что Фатуи и Снежная как-то причастны. Видимо, вы им нужны. Так что, скорее всего, никакого вреда они вам причинить не смогут.       — Такое себе разъяснение! Кто знает, что в головах у этих ребят? Я всё равно считаю, что за ними нужен глаз да глаз! — Паймон победоносно хмыкнула.       Глаз да глаз, значит… Может, это его шанс. Если он займётся очередной загадкой, заговором, то уже не будет думать о своём, полностью погрузившись в работу. Да, это звучало заманчиво.       — Раз уж такое дело, я могу любезно оказать вам двоим помощь в этом нелёгком деле, — Кайя улыбнулся и поклонился, — мне всё равно нечем заняться. А так хоть развлекусь.       — Какое такое дело? — Паймон озадаченно посмотрела на него, наклоняя голову.       — Собираешься… проследить за Фатуи? — Путешественник заметно напряглись. — Уверен, что стоит? Слишком опасно, как по мне…       — Не более опасно, чем вам вести с ними дела вслепую, — Кайя вонзил свой меч в землю и вальяжно опёрся на него.       — Если твоя теория верна, то как раз нам это и не опасно. А вот ты — уже другой случай…       — У них уже был шанс убить меня, — он усмехнулся, — как видишь, я всё ещё здесь, во всей своей красе.       — Мне не нравится эта идея! — Паймон агрессивно заболтала ногами в воздухе.       — Мне тоже, — Путешественник бросили долгий взгляд куда-то в высокие горы Ли Юэ, переливающиеся золотом, — но из нас двоих командир тут ты. Уж лучше довериться твоему опыту… В любом случае, мы благодарны за помощь.       После долгих скитаний, помощи в организации церемонии, сражений объявился и сам виновник торжества. Чайльд Тарталья собственной персоной. Беззаботная улыбка, неряшливо незастёгнутая рубашка, лохматые рыжие волосы. Был ли он похож на опасного воина, руководителя, вершителя судеб, Предвестника Фатуи? Едва ли. Но внешность бывает обманчива. Кайя знал это лучше всех. Он наблюдал за юношей с крыши дома, спрятавшись под широкой тенью деревьев. О чем они с Путешественником беседовали, к сожалению, слышно не было. Разговор был короткий. Вскоре Паймон вновь замахала ногами, угрожающе витая у самого лица Предвестника. Тот невесело улыбнулся, махнул рукой и пошёл в сторону. Кайя двинулся следом, старательно пытаясь не стучать каблуками о крыши. Тарталья шёл далеко, куда-то вглубь города, где на улицах горел яркий свет, веселились жители, торговцы выкрикивали рекламные слоганы. Наконец он завернул в какой-то безлюдный переулок и вышел на задний двор одного из домов. Туда не выходили окна, а массивная стена не позволяла добраться с другой стороны. Кайе дорогого стоило попасть туда незамеченным. Едва заметная щель между соседним домом и стеной сокрыла его от глаз Фатуи. Он притаился, выжидая. Чайльд принялся растягивать мышцы со скуки. Спустя пару минут в закоулок вошли двое. Одинакового роста, в масках с рогами, едва светящимся в вечернем сумраке. Кайе едва удалось сдержать удивлённый вздох. Даже за маской и длинной накидкой личина собеседников Предвестника была ему ясна. Но, может, не стоит делать поспешных выводов?       — А вы не торопились, — Тарталья захрустел плечами.       — Выдумывали способ набить тебе лицо, — «Красная Маска» угрожающе звякнула мечом в ножнах.       — Сошлись на том, чтобы загнать тебя в подворотню и сжечь заживо, — продолжила «Белая Маска», — потому что такой уровень отсутствия мозгов уже просто за гранью нашего понимания.       — Такой расклад меня устраивает, — он усмехнулся, — я уже давно хотел сразиться с вами и проверить, кто сильнее. Что скажешь, Вася?       Кайя замер, не дыша. Вдруг в голове начался странный гул. Значит, он всё-таки прав? Это действительно они? Нет, нет, этого быть не может, мало ли сколько в Снежной Вась… В голове его всплывали воспоминания. О холодной воде, обдающей ноги, гальке, больно впивающейся в спину, запахе гари от тлеющей одежды… Он помахал головой. Нет, он тут не за этим. Он должен обеспечить безопасность Путешественника. Он же ради этого вызвался. Правда ведь?..       — Скажу то же, что и всегда: не дорос ещё, — Красная Маска устало вздохнула.       — Но я ведь выше тебя по званию, — он рассмеялся.       — Да-да, это всё, конечно, очень увлекательно, — Белая Маска хлопнула в ладоши, — но у нас есть дела. И ты, как обычно, всё испортил. Зачем ты сразу выпалил, что ты Фатуи, да ещё и Предвестник? Ты хоть понимаешь, как трудно тебе теперь будет наладить контакт с Путешественником? Что они, по-твоему, должны теперь предпринять?       — Для них мы враги, если ты не забыл, — добавила Красная Маска.       — Врать и притворяться я не собираюсь, — отрезал Тарталья, складывая руки на груди, — я воин, а настоящие воины идут напролом!       — Меня твои хотелки не интересуют, Тарталья, — Белая подошла к нему ближе, угрожающе глядя снизу через прорези маски, — есть план, одобренный остальными Предвестниками. Будь так добр ему следовать.       — Я ведь вполне могу распорядиться, чтобы мне сменили информаторов. И тогда мне ваши претензии выслушивать не придётся. Я буду поступать согласно своим принципам.       — Нет, не будешь. Именно из-за твоих дурацких принципов тебе и приставили нас, зная, что ты начнёшь выёживаться, — Красная Маска опёрлась на стену и скрестила руки на груди.       — Тарталья, милый, — голос Белой Маски звучал приторно-сладко. Даже в маске можно было понять, как ехидно-мило они сейчас улыбались, — в связи с твоими последними выходками, мне уже пришлось полностью переработать план. И ему ты будешь следовать от пункта до пункта.       — А что будет в противном случае? — он сощурил глаза.       — Проявишь неуважение к нашей Госпоже, и разговор уже будет проходить совсем по-другому.       — Этого бы мне не хотелось, — он невесело усмехнулся и затих в раздумьях на пару минут.       В это время Маски странно переглядывались. Кайя не сводил взгляда с Красной Маски. Она выглядела хмуро, напряженно. Интересно, о чем она думала? В какой-то момент ему показалось, что скрытый за маской человек взглянул прямо на него сквозь прорези. Наконец Тарталья заговорил вновь:       — Значит, мне выпадет возможность сразиться с вами только при условии, если я поставлю под сомнения лидерство Царицы? Н-да… Расклад невесёлый. Так уж и быть, придётся положиться на ваши гнилые методы.       — На этом мы закончим, — Красная Маска резким движением оттолкнулась от стены.       — Эх, да, в итоге избить тебя хорошенько так и не вышло, — Белая Маска раздосадовано поглядывала на Тарталью, — а ведь мы только ради этого тебя сюда и позвали. Ладно уж, продолжим с остальными.       — Вы идите, — вдруг голос Красной смягчился, — у меня ещё дела.       — А? Надеюсь, не вляпаешься в неприятности, как тогда в Мондштадте, — Белая Маска скрестила руки на груди.       — Разумеется, нет, — почти прорычала Красная.       — А что такого случилось в Мондштадте? — Тарталья рассмеялся.       — Господин Чайльд, — Белая вздохнула, — не лезьте не в своё дело.       — А если я отдам приказ? — он нахмурился.       — Я сделаю вид, что не слышала этого, — Красная подтолкнула обоих в сторону оживлённой улицы, — проваливайте и не мешайте мне.       — Я делаю это только из глубокого уважения к тебе, как к воину, — пояснил он, но верилось с трудом.       Вскоре все трое скрылись в переулке. Кайя ещё какое-то время сидел, озадаченный увиденным. Он практически ничего не узнал, кроме того, что у Фатуи здесь какое-то важное дело. Что тут происходит, что все Предвестники так заинтересованы? Что так важно держаться плана? В итоге он даже не узнал, можно ли им доверять, как и планировал. Он пытался подумать, развить эту мысль логически, связать факты, но всю его голову занимало другое. Он едва ли мог сосредоточиться, всё время возвращаясь к Красной Маске. К её голосу, хрипловатому и явно понижаемому усилием, для обозначения собственной важности. Он знал его. Этот голос шептал ему издевательски в ухо, выкрикивал непонятные фразы в таверне, произносил нагоняющие тоску вещи о жизни. Неужели они встретились вновь?       Он встал, всё ещё погруженный в раздумья. Не успел он даже повернуться в сторону оживленной улице, как на него налетели, прижимая к стене и приставив меч к горлу. Лезвие едва прорезало кожу на шее. В темноте едва ли было видно его обладателя. Лишь светились едва кончики рогов на маске.       — Полегче, Принцесса, — выдохнул он, усмехаясь.       — Кайя? — Красная Маска пораженно отпрянула, после чего рывком сняла маску, раскрывая лицо.       Лунный свет прорезался сквозь тучи, освещая переулок. И вдруг он увидел её, словно бы впервые. Значит, и правда она… Василиса… Широко раскрытые глаза уставились в его, оба мечника замерли, обездвиженные собственным потрясением. Затем взгляд Васи скользнул на его шею и раскрытую грудь. Вмиг воспоминания о том… сражении… заполонили сознание обоих. Вася нахмурилась, опустила голову и выпалила:       — Ты чего тут забыл? У тебя что, дел нет в Мондштатте?       — У меня отпуск, — размеренно произнёс Кайя, наблюдая за её реакцией, — я отдыхаю.       — Так отдыхаешь, что пришёл шпионить за нами?       — Долг преследует меня по пятам, — он усмехнулся. Вася гневно взглянула на него, но быстро отвернулась обратно, словно смотреть на командира кавалерии было невыносимо. Глядя на неё, он едва ли мог сдержать издёвку, — ты что, смущаешься? После всего, что между нами-       — Ничего подобного! Просто не хочу видеть твою мерзопакостную ухмылку. И вообще, закрой рот. Кайя уже не мог перестать улыбаться, столько удовольствия ему доставляла эта встреча. Он вдруг понял, как сильно скучал по всему этому. Ругаться с Эмбер было едва ли так же весело. Он наклонился к Фатуи и лёгким движением руки взял её за подбородок и развернул к себе.       — А может, ты надеялась, что мы больше никогда не увидимся и тебе не придётся расплачиваться за содеянное?       — Именно на это я и надеялась, — она больно перехватила его запястье.       — И теперь тебе стыдно? — его улыбка вдруг стала мягче. — Прости, если помешал твоим планам.       — Да, — она высвободила его запястье и устремила пронзительный взгляд в единственный доступный ей глаз, — ты прав, мне стыдно. Я не должна была тогда поступать так, как поступила. Это всё было ошибкой. Прости.       — А моего мнения ты спросить не хочешь?       — Не хочу.       — А я всё равно скажу, потому что я вот не считаю это ошибкой. И вообще, я первый это начал в тот раз.       — И хочешь сказать, что ничуть не жалеешь?       — Нет. А почему я должен? Ты что, жалеешь?       — Конечно, я жалею! Я не знаю, что дальше делать! У меня уже голова кипит от всех тех мыслей и фантазий и-       — Фантазий? — Кайя вновь ухмыльнулся, наклоняя голову.       — Т-ты не о- Я не- Я совсем другое имела в виду! — даже в темноте было видно, как сильно её щеки налились румянцем. — Как же ты меня бесишь!       — Ого, опять начинаешь злиться. Мне уже искать кровать или ты опять меня на камни бросишь?       — Кайя! — воздух вокруг стал накаляться.       — Что? — произнёс он издевательски.       — Это была ошибка и это не повторится вновь.       — А тогда на реке ты это ошибкой не считала.       — Тогда обстоятельства были другие.       — Правда? И какие же?       — Ты и сам прекрасно знаешь, какие!       — В том-то и дело, что не знаю! Мне казалось, что между нами что-то было, какая-то связь!       — Мне тоже так казалось, но…       — Но что?       — Как бы мне ни хотелось, чтобы между нами что-то было, ничего не выйдет! — она стукнула ногой о землю. Кайя прерывисто выдохнул.       — Так ты всё-таки хотела, чтобы между нами что-то вышло?       — Разумеется! Но какой в этом смысл?..       Он вздохнул и вдруг уселся на голую плитку, после чего похлопал по земле рядом с собой.       — Присядь со мной. Давай… поговорим нормально.       — Не буду я с тобой говорить об этом.       — Я честно ничего не выкину, — он улыбнулся.       — Знаю я твоё «честно», — пробурчала она и всё равно села, тихонько ухнув, — Чего такое? Чего ты уселся-то?       — Я весь день на ногах, вообще-то. И это в собственный-то отпуск. Дай мне отдохнуть.       В том переулке не было ничего красивого: не открывался вид на город, не было видно звёздного неба, даже дома с этой стороны казались серыми и неказистыми. Но они сидели вместе именно здесь. И странным образом им было комфортно. Не чувствовалось необходимости заполнить тишину словами. Или напряжения. Через какое-то время даже Вася успокоилась, и жар в щеках отступил.       — Итак, то, что случилось на реке… — прервал он тишину, — ты правда думаешь, что это была ошибка и нам стоит всё забыть и разойтись, как в море корабли?       — Нет, я так не думаю, — она вздохнула, — но это всё так усложняет. Было бы легче, если бы я всё это время притворялась и на самом деле ненавидела тебя, но… это не так. Далеко не так.       — Если интересно, — он наклонил голову и улыбнулся, — мне понравилось проводить с тобой время тогда в Мондштадте. Ты как… завершающий ингредиент коктейля, про который я не думал, что он нужен, но оказалось, что весь коктейль не имеет без него смысла.       — Ты, как обычно, красноречив, — Вася усмехнулась, — Кайя, слушай, мы можем… не говорить сейчас об этом всём? Мне нужно подумать. Давай сменим тему.       — Ладно… — Кайя зарылся рукой в волосы, хмурясь. В какой-то степени он был рад, что она решила сменить тему, ведь и он сам едва ли давал себе поразмышлять обо всём. За то время, что они провели вместе, он несколько раз ловил себя на том, что чувствовал себя почти что… счастливым. Он давно не ощущал подобного. И это пугало.       — Ну например, — сказала она кротко, — что ты здесь делаешь?       — Я же сказал, что в отпуске, — он посмотрел на неё усмешливо, но в ответ получил лишь тяжелый серьёзный взгляд.       — Хорош прикидываться.       — Правда хочешь знать?       — Если б не хотела, не спрашивала б.       — Ну ладно, — он опёрся на стену и развернулся в её сторону, глядя из-под полузакрытого века, — я хотел отвлечься. Думал, новое место поможет мне забыться и избавиться от всех терзающих мыслей.       — И как, помогло?       — Нет, — он невесело улыбнулся.       — И что теперь будешь делать?       — Не знаю…       — И что за мысли-то такие, что сам Кайя оказался в замешательстве? — она не стала дожидаться ответа, вдруг понимая всё самостоятельно. — Это как-то связано с тем, твоим прошлым и происхождением? С Каэнрией?.. — при упоминании своей родины Кайя вздрогнул. Он давненько не слышал не слышал о ней из уст живых.       — Тебе сестра рассказала об этом?       — Конечно. Но я не понимаю, как можно переживать и считать себя патриотом страны, в которой толком не жил?       — Это ведь мой дом…       — Дом там, где люди.       — В твоей голове всё так просто… — он усмехнулся, после чего притянул её к себе.       — Что ты делаешь? — она оглядела его недоверчиво.       — Делаю всё проще, — только и ответил капитан кавалерии. Вася помялась в нерешительности пару секунд, после чего улеглась ему на колени. Странное тёплое чувство разгоралось в груди. Кайя принялся перебирать рукой её волосы, умиротворённо и нежно, — а ты?       — Что я?       — Какими судьбами в гавани контрактов?       — А, ты об этом… Ну что я могу сказать, обычные фатуйские дела: пытаюсь манипулировать правительством, краду людей для экспериментов, нападаю на исследователей.       — Иного и не ожидал. А смерть Властелина Камня — тоже ваша проделка?       — Нет. Вроде как. Я… ничего не знаю. Предвестники почти ничего мне не говорят, можешь представить, как тяжело при таком раскладе составлять дальнейший план действий. Я даже не знаю, за что сражаюсь и правильно ли поступаю. Иногда я начинаю сомневаться, так ли правильна и хороша великая цель Царицы. Может, мы просто кучка злодеев.       — Я не думаю, что ты прям злодейка.       — Я совершала много вещей, которые можно было бы расценить, как злодеяния. Лишь благая цель оправдывала их в моей голове. Но если и цель не благая, то…       — Благая цель никогда не оправдывает разрушения. Но… Кто-то должен нести этот грех, взамен на счастье всех остальных.       — А разве мы не заслуживаем счастья? — она приподнялась и приблизилась к его лицу, глядя в глаза.       — Я не знаю, — он задумчиво разглядывал собственные руки в перчатках. Руки, привыкшие держать меч и уже не знающие себя без него. — С другой стороны, это ведь был наш собственный выбор, разве нет? И только нам нести ответственность за этот выбор.       — Я никогда не выбирала быть монстром, я просто хотела быть полезной.       И они опять затихли. Но в этот раз тишина ощущалась иначе. Как нечто лишнее, гнетущее, холодное. Кайя вдруг понял, что замёрз сидеть на холодной плитке, и вздрогнул. Вася тут же всполошился:       — Что такое? Ты замёрз?       — Конечно, я замёрз! Сама сидишь тут в шубе меховой, вот и не мёрзнешь!       Вася рассмеялась. Недолго думая, она снял фатуйский плащ и протянула капитану кавалерии.       — Ну так накинь эту «шубу», раз уж она тебе так нравится.       Кайя покосился на неё с недоверием и усмешкой. Всё бы хорошо, но разве он не был… больше неё по всем параметрам? Налезет ли её плащ на него? Он осторожно накинул его на плечи и с удивлением заметил, что тот довольно хорошо сидит. По спине тут же разлилось тепло.       — Пойдём, — скомандовала она, вскакивая с земли.       — Куда?       — Купим тебе чего-нибудь горяченького, чтобы согреть.       — Ах, а я надеялся, что ты согреешь меня своим телом, — он довольно ухмыльнулся, наблюдая за реакцией собеседницы.       — Закрой рот, — сдерживая улыбку, она дёрнула его за руку, поднимая на ноги.       Трудно описать, что они делали весь оставшийся вечер. То же, что и обычные люди. То же, что и не-воины, которым не нужно было страдать за свои грехи. Они ели. Смеялись. Гуляли по торговому кварталу, рассматривали разноцветные зонтики. Пожилая продавщица решила, что они вместе, и предложила купить парные кулоны. Как ни странно, они даже не стали её исправлять, только улыбнулись как-то странно и отказались. В конце всего этого Вася уронила еду себе на штаны и застирывала их в канале. Кайя, конечно, не упустил возможности над ней поиздеваться, за что и поплатился — она скинула его с моста. Он долго возмущался, пока она, оставив штаны наверху, не спрыгнула к нему.       — Не боишься простудиться от холодной воды? — бросил он насмешливо.       — Глупенький, я из Снежной, — она небрежно оттолкнула подплывшую к ним кувшинку, да и, помнится мне, это ты мёрз, как брошенный щенок, в том переулке.       — Я соврал, чтобы заставить тебя раздеться.       — Ах, вот оно как, — она усмехнулась, — на какие жертвы ты идёшь ради этого каждый раз.       — Ну что уж тут сказать, я не ищу легких путей.       — Надеюсь, ты сделаешь исключение, когда мы будем искать путь отсюда, — Вася рассмеялась, Кайя — следом.       Она долго смотрела на него, пока он хохочет, и что-то внутри отзывалось тепло и трепетно. Впервые она чувствовала что-то с такой силой.       — Кайя, — позвала она его. Непонятно зачем, он ведь стоял прямо напротив и уже смотрел на неё. Ей просто нравилось произносить его имя, чувствовать его на кончике языка.       — Что?       — Отвечая на твой вопрос…       — Какой?       — Который ты задал ещё тогда, на реке, — она подошла ближе, — я ведь так и не ответила на него. Так что отвечу сейчас… — она прикусила губу в нерешительности. — Да, можно.       Удивительно, но он сразу понял, о чем речь. Едва ли он ожидал этого сейчас. Нет, он в принципе не ожидал когда-либо получить ответ. Мгновение он даже не знал, что делать. Но всего лишь мгновение. Уже в следующее он приблизился к ней, мягким движением убрал мокрые волосы за ухо и притянул её к себе, беря её лицо в свою ладонь.       Холодная вода слабо журчала. Мимо проплывали кувшинки лотоса. Город горел тысячей огней. Повсюду смех, музыка и крики торговцев. И в центре всего этого — они. Стоят вдвоём посреди городского канала, как последние идиоты. Едва-едва осмеливаясь коснуться друг друга, они ощущали этот момент, как нечто куда более существенное, чем то происшествие на реке. Теперь всё было иначе. Теперь Вася не чувствовала больше ни страха, ни вины, когда обнимала Кайю или закапывалась в его волосы. В конце концов она случайно уронила его, слишком сильно потянув на себя.       — Кайя, — вновь позвала она, отстранившись, чтобы набраться воздуха, — хочешь, вернёмся к той старушке и купим парные кулоны?       — Мы это можем сделать утром, — он кротко поцеловал её в лоб, — а сейчас я был бы не прочь вернуться в свой номер в гостинице, на тёплую постель…       — Хорошо, только штаны заберу…       — Думаешь, они тебе нужны будут?       — Если пойдём утром к той старушке, то будут.       — Ладно, тогда бери.

***

      Утром следующего дня Василиса проснулась, по обыкновению своему, довольно рано. В воздухе витала бодрящая прохлада. Она потянулась и привстала. Соседнее место на кровати было пусто. Первое мгновение она заволновалась, не бросил ли её командир кавалерии, и в панике принялась оглядываться по сторонам. Сердце пропустило удар, когда она увидела его, стоящим на балконе, в легкой рубашке, как обычно, не застёгнутой, брюках, с дымящейся чашкой в руках. Он глядел куда-то вдаль, задумчиво, умиротворённо. Всё ещё сонная и зевающая, Вася подошла к нему, босыми ногами шлёпая по деревянному полу. Внизу только-только просыпались жители: редкий человек неспешно пересекал улицу.       — А, проснулась-таки, соня, — Кайя улыбнулся.       — Как давно ты встал? — она небрежно откинулась на перила балкона.       — Около часа назад. Сделал чай вот, — он продемонстрировал содержание кружки. Стойкий запах чая ударил ей в нос, — ты слишком мирно спала, не хотелось тебя беспокоить.       — Боялся, что я испугаюсь и ударю тебя? — она слегка поддала ему кулаком в плечо, тот рассмеялся.       — Ну можно и так сказать.       Они оба мягко усмехнулись и в задумчивости каждый отвернулся. Ветер приятно обдувал с востока, принося пряный запах листьев и цветов. Нечасто выдаётся такое безмятежное утро…       — Слушай, — Вася с интересом рассматривала гнездящихся под крышей птиц, — а твои Путешественники не будут тебя искать разве?       — Ну, я довольно часто пропадаю по своим делам, они уже привыкли, — его чашка чая была уже почти пуста, — а твои Фатуи?       — Полагаю, они начнут меня искать с обеда: Лина раньше просто не проснётся.       — Значит, у нас есть ещё достаточно времени в запасе, — он нагнулся и чмокнул её в уголок глаза, — пойдём позавтракаем, пока чайник ещё горячий.       Они ушли с балкона, оставляя мирную идиллию позади. Недолго думая, Кайя снял рубашку и накинул на плечи Васе. Он долго размышлял, пока та спала, о случившемся. Кто они теперь друг другу? Что между ними происходило? Он не до конца понимал. Знал лишь то, что нашёл спокойствие, ради которого приехал. Он мирно спал ночью, ни разу не проснувшись в холодном поту. Его не терзали тяжелые мысли. Теперь можно было в полной мере сказать: он наслаждался отпуском. Ведь только сейчас он впервые чувствовал себя отдохнувшим.