Дурочка

      Над Хогвартсом взошло солнце.       Гарри, невидимкой скользит среди волшебников, ещё не до конца поверивших в свою победу.       Вот Джинни обнимает мать, бледную и печальную. Пусть побудут вдвоём, переживая торжество, неразрывно переплетённое с горем. У Гарри ещё будет время поговорить с Джинни, у них впереди вся жизнь. Вот Невилл, внезапно взрослый, растерянный и уверенный в себе одновременно. Вот деканы дирижируют палочками, восстанавливая разрушенный Большой зал. Вот Рон и Гермиона, они крепко держатся за руки и оглядываются в поисках самого Гарри. Он обязательно вернётся к ним, расскажет и покажет в Омуте памяти всё, что произошло в эту ночь.       Но сейчас он ищет ещё одного человека. Луну Лавгуд.       Луну, которая была с ним в лесу. Пусть она ничего не знала о его цели и едва не помешала, пытаясь защитить. Она была рядом, и Гарри благодарен ей за это.       Луну, которая промолчала потом. Чем бы ни были её сказочные мозгошмыги, Гарри уверен, она знала, не могла не знать, что он жив. За это молчание он благодарен втройне.       Луну, которая, встав на цыпочки, долго шептала что-то склонившемуся к ней Хагриду. Хагрид ушёл, но вскоре вернулся и принёс на руках Северуса Снейпа. Очень бледного, слабого, едва живого, но всё-таки живого. И благодарность Гарри за жизнь этого человека так же безгранична, как чувство вины перед ним. Со Снейпом Гарри обязательно поговорит позже, когда тот поправится. Им есть что сказать друг другу, пусть это будет нелёгкий разговор.       А пока Гарри ищет Луну Лавгуд.       Её нет ни среди тех, кто приводит в порядок и украшает Большой зал, ни с теми, кто заботится о раненых. Гарри ускользает в пустые коридоры, открывает карту Мародёров, почти сразу находит её имя в стороне от других имён. И удивлённо замирает, понимая, где она. Впрочем, Луна это Луна. После этой ночи Гарри никогда больше не назовёт её дурочкой. Она всегда знает, что делает, каким бы странным это ни казалось со стороны.       Тела убитых Пожирателей Смерти перенесли в один из заброшенных классов. Подальше от Большого Зала. От тех, кто остановил их ценой собственных жизней. От тех, кто победил и теперь празднует победу, не скрывая слёз.       Именно в этот класс приводит Гарри имя Луны на карте Мародёров.       Она сидит на полу, забившись в угол, обнимая руками острые коленки. Голова запрокинута, серебристые глаза словно высматривают что-то на потолке, на лице застыла отрешённая, типично-лавгудовская печаль.       - Ты пришёл грустить вместе со мной? – спрашивает она, когда Гарри стягивает мантию-невидимку и садится рядом.       - Почему ты здесь? – даже благодарность Гарри уступает его недоумению.       - Так надо, - напевно отвечает девочка. – Они были плохими людьми и заслужили, что всё закончилось так. Но даже о них кто-то должен грустить. Я решила, что пусть это буду я. Мне не трудно, правда. Это важно для равновесия, понимаешь?       Гарри не понимает. Но это совсем-совсем не важно.       - Спасибо Луна, - от всей души благодарит он. – За лес, за Снейпа. За всё.       - Я принимаю твою благодарность, - серьёзно говорит Луна. Уголки губ чуть приподнимаются, сквозь печаль проступает тень улыбки. – Я рада, что смогла кому-то помочь. Я тоже говорю тебе спасибо. Ты победил для нас всех. Теперь всё будет хорошо.       И звучит в её голосе что-то такое, что Гарри наконец-то верит:       Теперь всё обязательно будет хорошо.