Приворотное зелье

Чуя довольно долго не открывал дверь, я уже начал сомневаться, что он в комнате и собирался уходить, но тут дверь приоткрылась, из нее осторожно выглянул Чуя. Он облегченно выдохнул, когда увидел меня. — Рюноскэ, привет, заходи, — он мне тепло улыбнулся и посторонился, пропуская в свою комнату. Чуя делил комнату с еще двумя парнями, но по размерам помещение было больше моей комнаты. У них было две ванные комнаты, три кровати, три рабочих стола со стульями, большой стеллаж для книг и вещевой шкаф.  Зайдя в комнату я понял, почему дверь долго не открывали. В его комнате его соседи: Рампо, Эдгар и  Кенджи.  Парни со мной поздоровались, улыбнулись. С каждым  из них я хорошо общался, но все же, с Чуей у меня были самые близкие отношения. — Присоединяйся, — Чуя взял меня за руку и потянул к кровати, где сидел  Рампо — весёлый парень с факультета артефакторов, с зелеными живыми глазами и тёмными волосами.  — Ты нас не выдашь? — строго вопросил Кенджи, блондин с золотыми глазами, он с факультета животноводства. Сам Кенджи является оборотнем и превращается в милого сокола.  — Нет, — его вопрос озадачил. «—Они же просто общаются, разве нет?» — подумал я.  — Рюноскэ, умеет хранить секреты, — вступился  за меня Чуя, присаживаясь рядом. — Он столько раз помогал мне сбегать из академии к Ацуши. Я смущенно опустил глаза, в ответ на искреннее удивление парней.  Мы с Чуей дружим с первого курса и помогаем друг другу. Однажды он, не подумав, сообщил о том, что хочет увидеться с юношей, в которого влюблен.  Я был шокирован его признанием, но предложил ему помощь.  Через  окно в моей комнате было легче всего сбежать, рядом с ним располагалось раскидистое дерево, по веткам которого Чуя перебирался через ограду, пока я раздвигал для него охранный полог. — Сводня! — рассмеялась Эдгар, высокий брюнет, с факультета рун.  И я окончательно покраснел. Чуя отправился к шкафу и извлек из него темную бутыль. Становилось понятно, почему парни боялись быть пойманными — они нарушали правила академии, употребляли алкоголь. — Что за повод? — их поведение удивляло меня, ведь за такое нарушение вполне можно было схлопотать месяц отработки в столовой или в оранжерее.  — Ацуши сделал мне предложение! — Чуя просто сиял от счастья, я и сам ощутил тепло в груди, искренне радуясь за друга. Я крепко его обнял. Мне достали еще один бокал, который наполнили ягодным вином. — С помолвкой, — произнёс Рампо, подняв бокал вверх. Мы поддержали его, вразнобой повторив за ним, и пригубили свои напитки. Вино оказалось сладким, с цветочными нотками. Мы весело общались, смеялись, и я отдыхал душой. — Расскажи, как это с мужчиной? — смущенно попросил Кенджи и залился краской. — Это прекрасно, — с готовностью начал делится Чуя. — Когда ты любишь и тебя любят, — на его губах расцвела улыбка. — А в первый раз больно? — спросил Эдгар, пряча красные щеки под длинными волосами. — Нет, Ацуши старался, чтобы мне было не больно, — ответил Чуя отпивая вино. Чую завалили вопросами, оказалось, что он единственный, кто встречается с парнем. Многое из того, что рассказывал Чуя, я уже узнал после дневной встречи с профессором, но все равно впитывал в себя откровения Чуи, словно губка. — А зачем это делать ртом? — удивленно произнёс Кенджи. — А ты не слушай, — произнёс Рампо и вдруг закрыл пылающие от услышанных непристойностей уши Эдгара ладошками. — Мне же тоже интересно, — возмутился Эдгар, отмахиваясь от смеющейся Рампо. Остальные поддержали его смех. — Кстати, я так и не спросил, для чего ты приходил? — вспомнил Чуя. Я озвучил парням свои проблемы, они дружно поругали меня за очередной спор с Дазаем, обозвали его, потом посочувствовали мне и вызвались помочь. За час до комендантского часа я засобирался, зная, что комнату обязательно проверит дежурный преподаватель. Я отправился к себе, где вновь углубился в расчеты. У меня все получалось, еще день или два, и закончу. Я просидел еще около двух часов, но сохранять концентрацию на чертежах становилось все сложнее. Меня снова бросало в жар, появилось чувство безысходности и тоски, которое поутихло во время близости с профессором. Через пару минут я уже ничего не видел перед глазами, лёг на кровать и сжался на ней в клубок. — Нет, я ни за что не пойду к этому противному профессору, он мне даже не нравится. Хам, не красивый… — ругал я, но это не могло и через полчаса метаний моя выдержка дала трещину. —Нужно показать профессору заклинание, спросить как идут дела с порошком. Да, так и сделаю, — произнёс я вставая с кровати. «—Я вовсе не иду к нему, потому что желаю его видеть, поцеловать, прижать к себе… Тьма!» — мысленно ругался я. В коридорах академии стало пусто, большинство светильников отключили. Я сомневался, что профессор в кабинете зельеварения, но не знал, где еще могу его найти. Моей радости не было предела, когда я заметил свет под дверью нужного кабинета. Я буквально полетел к двери, но одернул себя, глубоко вздохнул, поправил ворот рубашки и постучал. Профессор стоял возле своего стола, опершись руками о столешницу и опустив голову. Кожа его казалась бледнее обычного. Он медленно повернул ко мне голову, впившись в меня своими невероятно фиолетовыми глазами. — Профессор, — хрипло произнёс. — Я вспомнил плетение и начал… — меня прервал смешок, сорвавшийся с губ профессора. — Не разыгрывай дурацкую комедию. Мы оба знаем, для чего ты пришел, Рюноскэ. — Закрой дверь и иди ко мне, — хрипло произнёс Достоевский. — Не слишком ли много вы приказываете? — огрызнулся я. — Рюноскэ, я могу сам подойти, но тогда все произойдет возле двери, — его хриплый голос завораживал. — Вы невыносимы! — произнёс я. — Не нравлюсь? — профессор рассмеялся, хотя мне показалось, что он наоборот разозлился. — Абсолютно, — подтвердил я, хотя сердце предательски кричало о другом. Магия буквально тащила меня к нему. — Нравлюсь я тебе или нет, ты все равно подчинишься магии, — Достоевский облокотился о край стола, скрестив руки на груди. — Ты все равно будешь стонать от удовольствия, — на его губах появилась прочная усмешка. Я невольно отступил на шаг. — Иди ко мне, — с нажимом повторил он. Зло выдохнув воздух сквозь стиснутые зубы, я развернулся, закрыл дверь и подошёл к профессору, бросив над собой полог тишины. Жар в теле, становился все сильнее с каждым шагом, дыхание участилось… Профессор облегченно выдохнул, обвив руками мою талию, его горячее дыхание касалось макушки. Я вцепился пальцами в его рубашку, с упоением вдыхая аромат его кожи. Родной запах Моего мужчины — эта мысль теплом разлилась в груди. Я встряхнул головой, пытаясь привести мысли в порядок. «— Моего мужчины? Я правда так подумал? Тьма!» — мысленно выругался я. — Профессор… — простонал я. — Давай договоримся, — мужчина чуть отстранился, чтобы заглянуть в мои глаза. — Рюноскэ, наедине ты называешь меня по имени. Ты же его помнишь? — произнёс он. Вроде помнил, но сейчас его губы заставили забыть обо всём. Я сам приподнялся на цыпочках и прижался к его губам своими. Мужчина гулко простонал, стиснув меня сильнее в объятиях, а вскоре главенство в поцелуе снова перешло к нему. Его руки, тем временем, занимались пуговицами на моей рубашке, вскоре она полетела в сторону. — Ммм… П — профессор… — простонал я. — Рюноскэ, наедине называй меня по имени, — он улыбнулся, отчего его лицо смягчилось. — Ты прекрасен, — прошептал он. Его губы стали изучать моё тело, рисуя известные только ему узоры. Мои стоны становились все громче. — Какой же ты чувствительный, — его пальцы коснулись моего члена. Мой позвоночник прострелило разрядами электричества и я с громким стоном выгнулся. Мир покачнулся, я приоткрыл глаза, чтобы увидеть, как Фёдор вносит меня в открывшийся портал. Портал вывел нас в незнакомую мне комнату — спальню. — Сколько Вам лет? — я начал задавать глупые вопросы, чтобы хоть как-то прийти в себя. — Рюноскэ, — мужчина с тяжелым вздохом опустил меня на кровать. — Зови меня Фёдор. — А сколько тебе лет? — продолжил я. — Ты женат? — Столько вопросов, — произнёс Фёдор с улыбкой, медленно расстегивая рубашку. — Не уходи от ответа, — нахмурился я. — Мне двадцать пять, я не женат, ни девушки, ни парня нет, — Фёдор сбросил на пол рубашку, спустил и брюки с бельем. Я не отвел взгляда и с жадным интересом изучал его тело из-за этого я и не заметил момента, когда Федор приблизился. Поцелуй обжег моё колено, Фёдор медленно провел ладонями от моих коленей к бедрам и обратно, вызывая дрожь в теле, фиолетовые глаза смотрели в мои, не отрываясь. Фёдор подтянул мои ноги выше, чтобы я согнул их в коленях, его губы коснулись кожи на внутренней стороне бедра: мягко, нежно и так горячо, что я простонал, не выдержав шквала ощущений. Губы Фёдора накрыли мой член, я выгнулся в спине, подаваясь навстречу этому ощущению. Он целовал и ласкал меня так упоительно долго, что я оказался не в силах даже пошевелиться. Мой громкий стон наполнил комнату, через несколько я услышал хриплый стон Фёдора. — Пока не решим нашу проблему, ты будешь ночевать у меня, —услышал я хриплый шепот Фёдора, прежде чем уснуть.