Тоннель без света в конце

      Небольшая зала располагалась недалеко от Ратуши, где сестры Клоторн организовали командный центр. Боше нужно было около двадцати минут, чтобы дойти до центра деревни, в которой расположился лагерь Сопротивления.       Это был редкий момент затишья. Она знала, как война может истощать. Ведьма плохо спала по ночам, угнетаемая бесконечным потоком мыслей, из-за этого ей хотелось спать в течении дня, когда она пыталась сосредоточиться. Она жила с чувством постоянного беспокойства, сомневаясь в себе, в своих решениях. В решениях, от которых зависела жизнь или смерть вверенных солдат. Боша знала, что от подобных мыслей страдала не только она. По ночам она слышала, как на другой стороне их кровати, иногда просыпалась и Уиллоу, скидывая одеяло и тяжело дыша.       Путешествие к центру лагеря заняло чуть больше времени, она прогулялась по полю, останавливаясь поговорить с местными жителями, пытаясь хоть немного отвлечься от войны.       Наконец, она подошла к незаметной двери, рядом с постом охраны, Боша постучала три раза, и она открылась. Девушка прошла по едва освещённому коридору, и вошла в овальную комнату с большим круглым столом посередине. Ведьма с облегчением обнаружила всё те же знакомые лица.       Там были Эмити и Мисс Лилит, командующие основными силами Сопротивления, Мисс Идалин, которая занималась подготовкой новобранцев и присматривала за первым отрядом боевых ведьм, Лукас и Амелия, отвечающие за продовольствие и гуманитарную, медицинскую помощь, и Август, возглавляющий формирование иллюзионистов, поддерживающих защитный барьер. Также, по другую сторону круглого стола расположились командиры других отрядов, что на данный момент не были задействованы в каких-либо миссиях.       Боша, посещающая собрания, как командир третьего отряда, кивнула в знак приветствия и они все сели за стол.       Первой, кто нарушил тишину, была Эмити:       — Я принесла важные новости с фронта Скалистых Рёбер. И они не очень хорошие. В то время как нашим удалось отбить нападение имперцев, чтобы те не смогли продвинуться вглубь, мы получили сведения, что их кавалерия направляется к северной границе Третьего Ребра, намереваясь создать второй фронт. Мы считаем, что этот шаг используется для ослабления Сопротивления. Мы не имеем никакой информации о том, будет ли потом вторая волна и сколько имперцев будут в ней участвовать.       — Когда они ориентировочно подойдут к границам? — спросила Ида.       — Через две недели. Может через одну, если нам не повезёт.       — Насколько надёжна эта информация? — уточнил Гас.       — Количество имперцев может и неверно, но в остальном всё подтверждается. Наши шпионы большой ценой добыли то, что Белос отдал приказ покинуть замок два дня назад.       — Что значит большой ценой? — встревоженно прошептала Амелия.       Эмити вздохнула, потирая переносицу. Она попыталась сконцентрироваться на том, что сейчас более важно — это отрезать императора от границ диких и свободных ведьм, но её верным товарищам грозила смертельная опасность. — Они успели передать только эту информацию, прежде чем попались.       Они всего лишь планировали разведать маршрут врага, и найти лучшее место для засады.       — Нам нужно их вытащить, пока Белос не начал всеобщую инквизицию, — вдруг решительно вмешался Лукас. — Мы не можем бросить отряд Скары.       — Мы не имеем больше резервов, чтобы послать помощь. Все наши солдаты заняты на ключевых позициях, где возможны нападения Империи, — сказала Лилит, будто они уже обсуждали это с Блайт.       — Как насчёт нового отряда? — спросила Совиная леди. Все молча посмотрели на неё.       — В прошлом докладе говорилось о трёх сотнях хорошо обученных гвардейцев, поставленных для защиты замка. — Лиллит вздохнула, она выглядела гораздо более уставшей, чем Боша видела её до этого, — Это обречённый бой. Мы несём потери гораздо больше, чем Империя. Мы не можем бездумно разбрасываться войсками, да ещё и зелеными.       Спор зашёл в тупик.       — Я поддержу новый отряд.       — Боша, — в голосе Эмити слышалось предупреждение. — Твои подчинённые не воины, они зельевары. Не забывай об этом.       Но она, не сумев остановиться, положила руки на стол, возвышаясь над ним, и проговорила:       — Я возьму с собой несколько ведьм, которые способны сражаться и на передовой. У нас есть возможность их вытащить, но если отряд Скары умрет, загнивая в темнице, или их статуи выставят на стены замка, то мы проиграем войну.       Амелия и Лукас кивнули. Боша была права.       Шесть лет обречённых сражений сказалось на численности населения Кипящих Островов. Война уменьшила её вдвое, Белос набирал в армию ведьм всё моложе и моложе. Потеря сейчас даже пары хороших воинов могла сильно повлиять на исход.       — Ты так в этом уверена? — рассержено прошипела Блайт, — Если нет, то существует огромная вероятность, что мы потеряем не только отряд шпионов, но и большую часть новобранцев, не говоря уже о твоих специалистах. В таком случае Сопротивление будет разбито. И тогда не будет никого, кто сможет остановить тиранию Императора.       — Я понимаю твою точку зрения. Если вы найдёте кого-то более квалифицированного, чтобы возглавить горстку едва обученных ведьм против в десять раз превосходящих их сил, без превращения этой битвы в царство мёртвых, тогда я пожалуй отдам ему свой пост командира. — Боша усмехнулась. — Но на всякий случай, уточню, что ты, надеюсь, также понимаешь, что для меня не будет смысла рисковать своей жизнью за что-то невозможное. И я последняя в списке, кто хочет снова стать марионеткой Белоса. — Эмоционально закончила она.       — Также как и основные силы, захваченный отряд боролся с нами бок о бок в течение долгих лет, защищая диких ведьм. — Меланхолично произнесла Ида, поглаживая маленького Оулберта. — Если бросим их, то значит, мы ничем не отличаемся от Белоса. Думаю, она такого не допустила бы.       Эмити кивнула, почувствовав себя опустошённой. Действительно её главная цель - это освободить Кипящие Острова. Это единственная просьба, о которой попросила Луз перед тем, как помешала Императору соединить два мира, но саму её выбросило на Землю. Блайт посмотрела через стол и встретилась взглядом с друзьями, которые ободряюще ей улыбались, в их глазах читалась вера.       — Ты знаешь, для чего мы делаем это, — сказала Боша, бой который происходил молча между этими девушками, закончился, и Эмити, снова кивнув, расправила плечи, приготовившись слушать план.       — У нас есть преимущества местности. Нужно использовать его, если мы поторопимся, то сможем заложить ловушки для отвлекающего маневра, которые можно будет потом активировать с расстояния. В случае погони мы можем направить стражников в узкую местность, чтобы заметно сократить их количество, — высказался Гас, проводя указательным пальцем по магической карте.       — Ближе к замку, мы рискуем быть обнаружены их разведчиками. Я уверена, они укрепили охрану и ждут наши действия после поимки шпионов. Их люди уже должны рыскать под каждым камешком, пока мы тут разговариваем. — Боша знала, что это не будет просто, но она давно уже поняла, что у войны нет правил, есть только способы выживания.       — Используйте скрытные плащи, их не так много, но на вас должно хватить. — Произнес Лукас. Собравшиеся закивали, одобряя использование ценных артефактов для этой миссии.       Когда значительные нюансы плана были решены, все разошлись, всем надо было подготовиться к опасной вылазке, которая пройдёт завтра вечером. Боша ещё немного постояла, переваривая тот факт, что её решение неожиданно все поддержали. Всё ещё пребывающая немного в шоке, она направилась в сторону дома.

***

      Боша прикусила губу в беспокойстве. Она знала то, что она собралась сделать, было очень рискованным, но она не думала, что от волнения не сможет даже нарисовать магический круг правильно. Мучительное чувство тревоги за друзей накрыло её.       Война близилась к своей кульминации. Исход битвы не могла предугадать даже столь прагматичная Лилит. Боша лишь надеялась, что тирания Белоса в скором времени закончится.       Ничего уже не будет как прежде. Жизнь в абстрактном мире, где за каждым твоим вздохом следили верные псы императора и бросали гнить неугодных в темные, покрытые плесенью подвалы.       Великая Революция, что начала человеческая девчонка открыла глаза многим ведьмам и показала, что такое настоящая свобода и вольная магия. Они бились за мир, даже если им не суждено его было увидеть.       Боша сжала кулаки. Когда ее вытащили из цепких лап Белоса и его промывающего мозги проклятия, она решила для себя, вместе со своими товарищами помогать жителям Кипящих Островов вернуться к их обычной жизни, как они делали это сейчас.       Её мысли были прерваны внезапно открывшейся дверью, которая с громким треском ударилась о стену. Боша повернулась, готовая в любой момент отразить атаку. Вот только ей тут же пришлось прервать заклятье, когда её взгляд встретился с разгневанными изумрудно-зелёными глазами возлюбленной.       — Ты безрассудная идиотка! — прокричала Уиллоу, у неё в голове уже всплывали самые ужасные картины завтрашней миссии. Слухи разлетались быстрее ветра, и поэтому она искала Бошу по всему лагерю не находя себе места от беспокойства и злости.       С тех пор, как Бошу спасли и она присоединилась к Сопротивлению, Уиллоу присматривала за ней, и помнила каждый раз, когда та попадал в беду, пытаясь прыгнуть выше головы. Всегда выбирала для сражений кого-то больше и лучше себя, будто пытаясь что-то доказать.       Но сейчас был совершенно иной случай.       У Парк защипало глаза, и к своему ужасу она почувствовала на коже влагу, проведя тыльной стороной руки по лицу.       Уиллоу смотрела на ведьму перед собой напряжённо, в её взгляде читалась боль, этого было достаточно, чтобы Боша почувствовала себя ужасно.       Она никогда не чувствовала себя так паршиво, как сейчас. Девушка хотела, чтобы земля под ней разверзлась и поглотила бы её. Она чувствовала, что шесть лет войны украли у них часть жизни.       Боша нежно взяла её лицо и большими пальцами стёрла дорожки слёз. Она молча наклонила голову ведьмы вперёд и прижалась поцелуем к её лбу, лишь немного задержавшись, прежде чем немного отстраниться.       — Хэй… не стоит плакать. Я всё ещё здесь. И…       — Зачем ты туда вызвалась!? Хочешь, чтобы Белос опять подчинил тебя? Или ты настолько сумасшедшая, что решила пасть героической смертью?       Боша отрицательно помотала головой. Беспокойство, страх и сомнения окутывали Уиллоу, как ядовитый туман, угнетая чувства самой Боши.       — Конечно, нет. У меня нет никакого желания умирать. Особенно теперь, когда ты рядом. — Она ощутила неприятный комок, застрявший в горле, и крепче прижала к себе Уиллоу, шепча ласковым, нежным голосом, — Однако эта миссия необходима. Ради будущего Кипящих Островов.       — Ты постоянно думаешь, как быстрее закончить войну и совершенно не заботишься о себе. И я устала делать это за нас обеих. — Парк расслабляется в её объятьях, и лицо прячет в изгибе шеи и чужого плеча. — Раньше ты была более эгоистичной.       Боша гладила ведьму по голове, усмешка не сходила с ее лица. — Это означает, что тебе нравилась старая Я ещё со школьных времён? — Она почувствовала кивок на своём плече, и в сотый раз удивилась, как эта ведьма всего лишь одним объятьем могла перевернуть в ней абсолютно всё.       — По крайней мере, тогда мои нервные клетки не страдали от тебя так, как сейчас. — Она вздохнула и посмотрела прямо в голубые глаза.       Уиллоу смотрела на неё с такой непоколебимой силой и надеждой, что она почувствовала себя на несколько секунд оглушено.       Родной взгляд за толстым стеклом очков скрывал гнев, беспомощность и печаль, из-за затянувшейся войны. Боша легко прочла это в её глазах, в её позе, то что скрывается за этой грустной улыбкой. Она, похоже, тоже ясно осознавала ту тяжесть, которая лежала на их плечах.       Боша откашлялась, собираясь с мыслями.       — На самом деле я очень много думаю о нас. Как бы сложились наши отношения, если бы не война? Смогли бы мы наверстать упущенное, если бы я начала добиваться твоего расположения чуть раньше? — Она аккуратно заправила черный локон за ушко любимой. — Эти вопросы мучают меня на протяжении долгого времени, и я не в силах что-либо изменить, только жить безумным настоящим и мечтать о спокойном будущем.       Было так прекрасно это ощущать, будто солнце ласкало кожу, она тонула в объятиях тепла. Чувствовать, как оно проникало под кожу, отогревая её кости после долгих дней в холодном замке, где она только и мечтала, о том, чтобы вновь увидеть солнце. Это можно было бы сравнить только с прекрасным ощущением восторга от ветра, развевающего твои волосы, когда ты бежишь по полю, или с ощущением радости от побед в состязаниях с товарищами. Солнце дарило Боше ощущение свободы, она закрыла глаза и стиснула возлюбленную в своих руках, жадно впитывая в себя каждую частичку тепла, что она дарила ей, доверяясь ему, чтобы тепло направило её и не позволило пропасть.       Это заставило ведьму почувствовать, что она готова бороться с каждым, кто осмелился бы посягнуть на это.       — Тебе страшно?       Боша открыла рот, готовая тут же ответить «нет», и сделать вид, что ей чужды страхи и тревоги насчёт завтрашнего дня, готовая поспорить на собственные зелья, что она уверенна и спокойна, но тут же в голове возникли образы ведьм, которых она потеряла и могла потерять, и решила быть честной. Ей хотелось, чтобы их отношения строились на доверии. Это меньшее, что она могла бы сделать для девушки, которая спасла ей жизнь.       — Да.       — Тогда не ходи туда… пожалуйста… Я не знаю, что буду делать, если потеряю и тебя.       Боша почувствовала, как дрожащая рука Уиллоу схватилась за её, более грубо, чем до этого, будто теперь та искала точку опоры. Будто внезапно осознавая, где они оказались, столько лет войны их привели именно сюда, до, возможно, последних объятий в захудалой каморке скрытого лагеря и призрачных надежд.       — Я не могу тебе обещать, что всё пройдёт гладко. Но я закончу эту войну, как можно быстрее. — Боша прикрыла все три глаза и притянула агроведьму к себе, соединив их лбы. — Буду с тобой максимально эгоистичной — хочу небольшой дом, не такой как особняк моей семьи - холодный и пустой, а такой, чтобы каждая вещь в нем была пропитана теплом и любовью. Хочу, чтобы все его уголки были заставлены твоими растениями. Хочу завести с тобой пару детишек и не в чем им не отказывать. Хочу, чтобы наш дом всегда был полон радости и счастья. Это обязательно произойдёт, потому что я люблю тебя, а ты любишь меня, и я знаю, что никто из нас не собирается сдаваться без боя.       Это странно, потому что их прошлое не столь радостное, как хотелось бы, но Уиллоу знает, что Боша с ней предельно откровенна, и она собирается провести остаток своей жизни, любя её так сильно, как это только возможно.       Боша не спала всю ночь. Она поджала ноги к груди и ждала. Она ждала солнца, надеясь, что его восход успокоит её трепыхающееся сердце.       Около полуночи ведьма услышала небольшой шум, исходящий с половины Уиллоу, сдавленный и всхлипывающий, и у неё сжался желудок, когда она поняла, что девушка плачет. Парк икала, сопела в подушку и пыталась сохранять тишину, но по большей части у неё это не получалось. Боша придвинулась ближе, её руки поднялись и крепко обняли Уиллоу за талию, слушая всё более и более редкие рыдания, пока они, в конце концов, не превратились в тихие мягкие вздохи.       Солнце поднялось, но сердцу спокойнее не стало.