наша история любви

В столовой, как обычно, стоял шум. Даня взял поднос с едой и сел за свободный столик, лениво прокручивая ленту в телефоне. Илья не появлялся уже четыре дня, но это его не особо тревожило. Осипов всегда был мастером внезапных исчезновений. Он спокойно ел, не задумываясь о друге, пока вдруг не поймал себя на мысли, что в этот раз тишина какая-то... другая. Даня лениво ковырял вилкой в тарелке, когда напротив него плюхнулся Мирослав. Он выглядел напряжённым. — Ты Илью видел? — без предисловий спросил он. Даня только фыркнул. — Осипова? Да он, наверное, опять забил на всё и валяется где-нибудь. У него это в порядке вещей. Мирослав нахмурился. — Нет, всё не так. Он нигде не появляется, телефон выключен. Никто не в курсе, где он. Даня перестал механически жевать и наконец посмотрел на него внимательнее. — Думаешь, что-то случилось? — Не знаю, но это на него не похоже. На мгновение между ними повисла тишина. Даня хотел сказать, что это ерунда, что Илья просто заигрался в свои исчезновения, но что-то всё же царапнуло внутри. — Ладно, — он отодвинул поднос. — Надо разобраться. Даня решил пойти к Николе в кафе, чтобы всё разузнать. *** Даня толкнул дверь кафе, и его тут же окутал привычный запах свежесваренного кофе. За стойкой, как всегда, возился Никола, протирая чашки. — О, Даня, привет. Что будешь? — кивнул он на кофемашину. — Да не, не за этим. Что с Ильей? — Даня опёрся локтями на стойку. Никола нахмурился, отставляя тряпку. — Так ты не в курсе? — В курсе чего? — в голосе Дани проскользнуло раздражение. — Он в больнице, — ответил Никола. Даня замер. В голове сначала ничего не щёлкнуло, будто он не до конца понял смысл сказанного. — В больнице? — переспросил он, словно надеясь, что ослышался. — Ну да. Я думал, ты знаешь. Даня выпрямился, чувствуя, как внутри всё неприятно холодеет. Нет, он не знал. Даже не подозревал. Теперь это переставало быть просто странным — это уже было по-настоящему тревожно. Никола вздохнул и, заметив тревогу в голосе Дани, тихо рассказал всё, что знал. — Илью… ограбили той ночью, когда он тебя проводил. У него ножевое ранение. Всё случилось неожиданно, на улице. Он был ранен, его забрали в больницу. Я не знал, что всё так серьёзно, пока родители не позвонили. Слова Николы прозвучали как гром среди ясного неба. Даня почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он не мог в это поверить. — Это моя вина, — тихо произнёс он, его голос дрожал. — Я должен был отказаться, когда Илья предложил проводить меня. Почему я не сказал ему «не надо»? Почему я не подумал, что это может быть опасно?! Никола посмотрел на него с сочувствием и положил руку ему на плечо. — Даня, ты не виноват. Ты не мог предсказать, что так случится. Илья сам выбрал идти с тобой. Ты не знал, что будет дальше. Но Даня не мог избавиться от чувства вины. Он был уверен, что если бы он не согласился, Илья не оказался бы в этой ситуации. Он не мог смириться с тем, что его друг пострадал из-за его невнимательности. — Мне нужно увидеть его, — твёрдо сказал Даня, не сдерживая эмоций. Никола кивнул. — Понимаю. Илья сейчас в больнице, ему нужно несколько дней на восстановление. Он в порядке, просто ослаблен. Но, конечно, тебе стоит с ним поговорить. Даня сразу же отправился в больницу. Все его мысли были только о том, что произошло и как он может помочь другу. Когда он оказался у палаты Ильи, его сердце чуть не выскочило из груди. Илья лежал на кровати под капельницей, его лицо было бледным, но он был в сознании. Он увидел Даню и слабо улыбнулся. — Ты пришёл, — тихо сказал он. Даня подошёл ближе, его голос дрожал от волнения. — Илья, как ты? — спросил он, едва сдерживая слёзы. — Я так переживал, не знал, что с тобой. Это всё из-за меня, я… я не должен был позволять тебе меня провожать. Илья медленно повернул голову, его взгляд был спокойным. — Даня, не надо. Ты не виноват. Всё, что случилось, — не твоя ошибка. Я рад, что это произошло со мной, а не с тобой. Ты не должен переживать. Даня чувствовал, как сердце сжимается от этих слов. Он не знал, что сказать, ведь в глубине души всё равно верил, что мог бы предотвратить это. — Я не могу просто успокоиться, — сказал он, опускаясь на стул у кровати Ильи. — Ты мой друг, и я не понимаю, как теперь быть. Илья, несмотря на слабость, слегка поднял руку, пытаясь его утешить. — Всё будет хорошо, Даня. Ты здесь, и я рад, что ты пришёл. Нам просто нужно время, и я поправлюсь. Не переживай, со мной всё будет в порядке. Даня тяжело вздохнул. Чувство вины не исчезло, но, глядя на спокойствие Ильи, он почувствовал, как внутри становится чуть легче. Его друг действительно больше беспокоился о нём, чем о себе. Это придавало сил. — Я буду рядом, — тихо сказал Даня. — Я останусь с тобой. --- Вернувшись домой, он долго не мог избавиться от мыслей об Илье. События последних дней непрерывно вертелись в голове, не давая покоя. Всё будто изменилось. Илья, с его спокойствием, заботой, решимостью — это был уже не тот человек, каким Даня видел его раньше. Он ловил себя на том, что думает о нём иначе. Это было странное, но приятное чувство. Больше не раздражение, не лёгкое пренебрежение, а что-то новое, тёплое, важное. Вспоминая, как в больнице Илья поддерживал его, несмотря на свою боль, Даня осознавал: Осипов мог бы обидеться, мог бы злиться, но вместо этого лишь благодарил за то, что остался жив. «Как я мог его так не понимать?» — пронеслось в голове. Даня задумчиво разглядывал телефон, осознавая, что когда Илья поправится, ему придётся с ним поговорить. Но что именно он скажет? Он вспомнил их первую встречу, когда Осипов казался ему просто надоедливым типом, и как со временем это мнение менялось. Незаметно для себя он привык к нему, к его голосу, к его шуткам, к его присутствию рядом. Сердце вдруг застучало чуть быстрее. Восхищение. Благодарность. И даже… симпатия? Даня тяжело выдохнул. Всё стало сложнее, чем он привык. Он всегда считал себя уверенным и прямолинейным, но сейчас терялся в собственных чувствах. Илья, которого он ещё недавно воспринимал просто как друга, вдруг стал чем-то большим. И Даня не знал, что с этим делать. Но одно он понял точно: забыть об этом уже не получится.