Проблемы не-галактического масштаба

      Пробуждение было не из приятных: все тело ломило, в руки и ноги словно втыкались сотни маленьких иголочек. Но, по крайней мере, Алекс чувствовал, что лежит на чем-то мягком, а значит, он уже не в той жуткой морозилке. Правда, Камаль опасался, что теперь он может быть в каком-нибудь еще более жутком месте. Однако, приоткрыв глаза, он увидел над собой Эймоса, держащего в руке пустой инжектор.       — Ты чуть не умер, — заметил тот.       Алекс не ответил, только счастливо выдохнул и с нежностью посмотрел вокруг. Неужели он снова был на любимой «Роси», в любимом медотсе… Тут марсианин осознал, что он вовсе не в медотсеке, а в каюте. Причем не в своей, а Эймоса. Который, отложив шприц в сторону, аккуратно расстегивал молнию на комбинезоне Алекса.       — Не смотри так, — сказал Бартон, поймав ошарашенный взгляд пилота. — Я не посягаю на твою невинность.       — Я не…       — Не невинный, я знаю. У тебя же есть ребенок. Но в бордель я бы тебя сводил, для профилактики.       — Иди нахер.       Механик, наконец, стащил комбинезон и накрыл Алекса одеялом.       — Грейся. Пойду, заварю чего-нибудь горячего. И сообщу ребятам, что нашел тебя.       — А ты еще этого не сделал?       — Не до того было. И кстати, — Эймос развернулся на пороге и серьезно посмотрел Алексу прямо в глаза, — еще раз выкинешь что-то подобное — я тебя сам убью. Без шуток.       Бартон вышел. Алекс хмыкнул и закутался в одеяло поглубже. Он знал Эймоса достаточно давно, чтобы понимать: это было проявление заботы.