Куда опять запропастился Паркер?!

В ушах свистел ветер, под ногами стелилась дорога - Паркер спешил домой. В сумке лежали фотографии и наработки по шифру, а рука сжимала пакет с финиковым пирогом ЭмДжей, мимо проносились дома, улицы, переулки. Юный криминалист ничего не замечал - он думал о предстоящем разговоре с соседом. Питер уже подбегает к дому, но, чувствуя зудящее чувство в затылке, предупреждающее о чём-то нехорошем, уже привычно отмахивается, уверенный, что паучье чутьё вновь приняло собаку кого-то из соседей за врага. И такое бывает. Однако ему необходимо было успеть отдать фотографии до одиннадцати часов, чтобы во время попасть в отделение. Паркер был уже недалеко от своей квартирки в Адской Кухне, когда его окликнули: — Что, Чарли, опять куда-то спешишь? А как же мы, твои старые друзья? Даже не поздороваешься? — смачно харкнув и толкнув при этом Кейна в толпу своих подручных поинтересовался Гаррик. Невнимательность и уверенность в своих силах сыграли с криминалистом злую шутку. В то время, как он беспечно спешил домой, его окружила одна из самых жестоких и беспринципных местных банд, а паучье чутьё предупредило слишком поздно - он уже был окружён. Возглавлял банду Гаррик, славящийся на всю Адскую Кухню своей вспыльчивостью, жестокостью и абсолютной безнаказанностью. Он мог забить до полусмерти давнего должника из-за сотни баксов, мог жесточайшим образом разобраться с практически любой из непонравившихся ему группировок города средней руки, но, не смотря ни на что, бандитские законы старался соблюдать по мере своих сил и на сильных мира не трогал и вообще старался к ним не приближаться, мог ни с того ни с сего возненавидеть человека, просто проходящего мимо него не в то время. Как раз последнее и произошло с Паркером. Он просто сидел в баре и уже собирался уходить, как на него наехал один из шестёрок Гарри. Паркер ему, разумеется, подобающим образом ответил, что шестёрке почему-то не понравилось... А кому понравится сломанная челюсть? И в тот раз и в следующий и много раз спустя ему удавалось ускользнуть без потерь, но, видимо, сегодня удача в очередной раз отвернулась от Паркера. Гаррика раз за разом эта увёртливость всё больше злила и сегодня он решил рассчитаться за всё разом. Никто не смеет так легко уходить от его правосудия! Они аккуратно обошли по кругу, не давая пройти мимо, начали толкать, как мячик, из стороны в сторону, весьма ощутимо его при этом ударяя. — Да, Чарли, а как же мы? — Что-то тебя давно не было видно, может деньжат заработал, а? — Может нам чего подкинешь? — Ничего у меня нет! Ааа… чёрт бы вас побрал! Верните очки! — слепо шаря вокруг себя руками Чарли пытался найти спасительную защиту от солнца. Кейн начал паниковать, все чувства разом обострились: он ещё сильнее стал слышать противный сладковатый запах выпивки, в горле запершило от сигаретного дыма, в ушах зазвенело от какофонии звуков, из-за яркого света он видел всё размыто, да и глаза болели, поэтому парень вынужден был их закрыть. Обычно такое с ним не случается, но, видимо, сегодня был день исключений. Скорее всего сказались последние бессонные ночи, опилки в голове, вызванные шифром, и слишком жаркая погода. А тут ещё Вильсон с Винни-Пухом наседают, а про циклопа и вспоминать не хотелось. Эх, поскорее бы выходные, за городом хотя бы поспать можно будет! Тем временем окружившие Кейна бандиты начали смеяться над ним и ещё сильнее бить. — Какие клёвые очёчки! Хэй, Джерри, мне идёт? — Ты зачем нацепил это убожество, Карл? Снимай сейчас же! А лучше закинь куда-нибудь, чтобы этот салага их потом не нашёл. Очки, совершив фантастический кульбит в воздухе, полетели в сторону дома, залетев при этом в чью-то квартиру. Паркер, как мог, уворачивался от ударов. Благодаря чутью прилетало ему совсем немного. Но всякой удаче приходит конец, особенно Паркеровской, и в действие вступает закон подлости. Один из ударов всё-таки свалил его, сумка отлетела в сторону и один из бандитов вытряхнул её содержимое на проезжую часть. — Ты смотри какие у него замечательные картинки! — Тебе ведь за них уже дали золотишка? — За трупы много дают! Не зная контекста, можно было подумать, что Кейн несёт фотографии для отчёта нанимателю. Что вот - заказ выполнен, хочу вознаграждение. Так подумали и бандиты. — Так ты у нас оказывается киллер. А мы то всё думали чем ты живёшь… Именно этот момент выбрал Дэвис, чтобы эффектно появиться. Не смотря на бессонную ночь он выглядел так, как будто только что встал. Настоящее его состояние выдавали то и дело закрывающиеся глаза. — Что я вижу, Гаррик… — манерно протянул он, — Неужто ты из своей берлоги вылез? — Да вот, подумал, что без меня некоторые индивидуумы совсем обленились, да места своего не знают. Дай думаю укажу, — тем же тоном ответил один из бандитов. — Неужто и мне указывать будешь? — Ну что Вы. Как можно! — Вот и не забывай об этом, — жёстко припечатал Дэвис, — Оставь его, — приказал он, кивнув в сторону Кейна, — И картинки не трогай. Они для меня. — Хорошо, хорошо, — пятясь назад с поднятыми руками залебезил Гаррик, — Ребята, уходим. — Ну и мастер ты влипать в неприятности, — помогая подняться соседу проворчал Дэвис, — Твоей удаче только позавидовать можно! Во всей Адской Кухне есть только один такой отморозок, как Гаррик. И ты умудрился перейти ему дорогу. Что не поделили? — Да я даже не понял! Встретились мы в день моего заезда в местном баре. «Око Гора», кажется… С того момента всё и началось… Вы не видели мои очки? — щуря глаза на ярком солнце на удачу спросил он. — Видел конечно. Они в моё окно влетели! — Спасибо большое. О-о-о какой кайф! — вновь надев очки протянул Паркер. — Ты почему Гаррику ничем не ответил? Ты ведь не такой слабак, каким кажешься. — Я, конечно, не слабак, но без очков дальше собственного носа не вижу! Держите свои фотографии, можете не возвращать, а мне уже пора. Дела не ждут! — сунув в руки соседа бумажный пакет с фотографиями, Паркер поспешил прочь, так как уже безбожно опаздывал и не хотел получать выговор от Вильсона или Алджа, как его называли все в Центральном отделении, — И не забудьте про оплату, — добавил он уже на бегу, — Задаром не работаю! А то госпожа Удача окончательно от меня отвернётся!