Олли

Я смотрела в большие глаза своей смерти, дожидаясь неотвратимой кончины — за такую дерзость точно нужно лишать «живота»! — но пробегали секунды, так ничего и не менявшие. Я, как и прежде, дышала, боялась и мыслила. Думала и соображала непозволительно долго, что бы наконец-то «допереть» — женщина ждёт! Её бездонный взгляд жарко блестел, а щёки лучились натуральным теплом от румянца! Я чертыхнулась в мыслях и согласилась с этим беззвучным зовом. Раз она хочет помучить меня перед смертью, то чего мне терять — не просто наслажусь видом, а и прикоснусь к чему-то божественному. В прямом смысле этого слова. Дрожащая ладонь неуверенно взметнулась вверх и словно сама по себе потянулась к лицу напротив, нежно касаясь пальцами незнакомки! Я скользнула рукой по её чешуйчатой скуле и, просто дурея от сиюминутной безнаказанности, мягко прихватила женщину за затылок, утопая в её пышных локонах. Сердце грохотало просто безумно, воздуха не хватало, но... но эти глаза, словно наполненные кипящей магмой, сделали своё дело — я повлекла разрумянившееся лицо богини вниз, к моим губам. Крылатая женщина поддалась!.. Другой рукой я вцепилась в крепкое крыло, прикрывающее шикарное тело, и оттолкнула его прочь, тотчас сжимая пальцами просто громадную грудь незнакомки. Раздался едва различимый, но такой восхитительный сладостный вздох, и наши губы наконец-то соприкоснулись! Соединились в затяжном поцелуе: её большие, мягкие губки, которые так волшебно было покусывать, и мой просто крохотный ротик, внутрь которого ворвался огромный язык! Мы простояли почти пару минут, лаская друг друга губами. Я мяла её громадные титьки, играя с их увесистой тяжестью, сжимая в ладонях соски размером с добрую сливу. Женщина сладко постанывала, время от времени вздрагивая крыльями и вихрями расшвыривая по комнате лёгкие вещи… Внезапно она отстранилась, учащённо замотав рогатой головой.  — Я при исполнении и не имею права этого делать! — совсем безобидно залепетала она. — Это ваша вина в том, что я поддалась на коварную уловку и вынуждена ответить взаимностью!..  — Да, моя… — размеренно кивнула я в ответ, не понимая, что говорю. А затем потянулась рукой к промежности женщины. Если эта красотка так волшебно целуется, то какова она в своём естестве? Должно быть, это действительно что-то божественное… Громадная когтистая пятерня предупредительно схватила за запястье, словно пытаясь предотвратить покушение на честь божества. Но моя рука словно не встречала сопротивления!  — Я вам приказываю прекратить! — низковатый, но всё ещё нежный голос едва ли не хныкал, наливаясь нотками паники. — Вы пожалеете, если посмеете ко мне прика-а-АХ! На всю комнату раздался необычайно нежный полувсхлип-полустон, когда мои пальцы — разом четыре! — погрузились в благодатное лоно богини. Ладонь окунулась во влажную мягкость, сжимая в горсть разгорячённую плоть половых губ и набухающий клитор. Внутри меня всё затрепетало, а член едва ли не разом взметнулся вверх от нахлынувшего вожделения! Огромное тело гостьи сладостно содрогнулось, и в моё запястье вцепилось уже обе когтистых руки, но и они не смогли прервать моего наступления. Словно вся сила, что обязана была течь в этом создании, оказалась бессмысленной против презренной похоти жалкого смертного существа.  — Я вам приказываю! — словно из последних сил воскликнула женщина, но затем её голос упал. — Я… я вас прошу — перестаньте!.. На меня же словно нашло помутнение: как я могла по собственной воле оборвать этот восхитительный стон? Ступив ближе к женщине, я просто обняла её талию свободной рукой, вжимаясь лицом в мягкий живот, прижимаясь губами к обжигающей серой коже. Язык окунулся в сладкую ямку пупочка, а пальцы, мявшие истекавшее соком влагалище, вновь вошли глубже. На ладонь текло, словно ручьём, с каждым мигом всё сильней и обильней, опаляя кожу смазкой и дразня обоняние странным, безумно влекущим ароматом. Эта грозная красавица была внутри эластичной и узкой, как девственница, даже при всех своих габаритах. Но нижние «губки» расходились в стороны безо всяких усилий — внутрь этой божественной «киски» мог бы влезть мой кулак до самого локтя… «Или мой член», — подсказала фантазия. — «Наверное, даже ей будет сперва немного больно…»  — Я з-запрещаю! — тем временем натурально хныкала женщина, сотрясаясь всем телом от мучивших её лоно пальцев. — Я не хочу!.. Стоило у неё внизу самую малость потянуть пухлые складочки на себя, а повыше — двумя пальцами надавить между грудей, и могучее крылатое тело покорно рухнуло на кровать, с хрустом проминая её под своей немаленькой массой. Доски хрустнули, и женщина поспешно спрятала пунцовое личико в ладонях, принявшись качать головой, словно всё отрицая. Мой член уже давно был каменно-твёрдым и упирался ей куда-то промеж ягодиц. Но сегодня была не та ночь, да и не та жизнь, чтобы тратить её на сладкую, огромную попу богини. Ведь ныне передо мной подрагивали два просто громадных, упругих бедра, промеж которых редко пульсировала мокрая «рана» крылатой красотки. Я должна была это сделать, должна была перед смертью отведать это волшебное тело, вкусить сладость любви прекрасной богини… Мокрая от смазки головка уткнулась промеж пухлых складочек, и я мягко толкнулась бёдрами, неспешно погружаясь в живое блаженство! Женщина широко открыла полный острых зубов рот и зашлась в беззвучном крике, прогибаясь в спине. Могучие груди всколыхнулись и дрогнули, а крылья, вообще сметая всё под собой, мелко задрожали и затряслись. Спустя миг её широченные бёдра сомкнулись и мою спину обхватили лодыжки, подтягивая поближе к промежности! * * * Я двигалась всё быстрей и быстрей, наслаждаясь чудными стонами и влажным плеском струившейся смазки. Эта женщина была, словно река — она оказалась настолько обильна, что за срок меньше минуты промочила своей смазкой весь матрас навылёт! Под её монолитными ягодицами натекла настоящая лужица душистого, маслянистого «сока», восхитительно хлюпающего и вытекающего у неё из влагалища. Грудь девы сотрясалась от глубоких ударов, а запрокинутая назад голова страстно кусала губы, порождая нежные, сладкие вскрики, стоны и плач. Мучить её было одно удовольствие. Ведь если сжалиться на мгновение над сгорающим от экстаза божеством, то можно пальцами почуять сквозь плоть животика матку рогатой красотки, что до предела растягивалась, вбирая в себя моё детородное «мясо»! Вся стена над кроватным изголовьем оказалась изодранной когтями и рогами крылатой красотки до кирпичной кладки. Но женщина ничего не замечала, отдаваясь ощущению удовольствия целиком. Я с жаром трахала демоническую великаншу, лаская ладонями её мягкое пузико, что казалось просто огромной равниной, но от этого не теряло своей умилительности. Тискала здоровенные ляхи сладко стонущей женщины, чуя под пальцами гладкую чешую и ощущая, как глубоко в теле мой «поршень» таранил сокровенные глубины рогатой богини. Головка пениса, раздувшаяся просто до громадных размеров, елозила взад и вперёд, неустанно раздвигая чуткое устье и словно стараясь вывернуть наизнанку лоно красотки. Она изо всех сил боролась, туго и страстно сжимаясь вокруг моего члена, со сладостным стоном взрывая когтями кирпич, как хлебный мякиш. * * * Когда под когтями богини затрещала и захрустела кровать, в воздух полетели клочья и вырванная щепа, а мой член восхитительно-тесно сдавило влагалище, я поняла, что пора. И набросилась на эту хрипло завывшую на одной ноте девчонку со всей яростью, на какую была способна, и на какую у меня сохранились силы. С безжалостным остервенением принялась вколачивать в податливое лоно полуторафутовый член, громогласно хлопая бёдрами о промежность и заставляя богиню всё громче и громче визжать. Наконец, её тело достигло предела и в конвульсивном рывке прорвалось через пик — красотка тяжело задышала и, абсолютно замолкнув на миг, с визгом просто изверглась натуральной волной сквирта, брызнувшей мне на живот и на груди! Я тоже была близка к финалу и парой резких толчков оборвала своё восхожденье к блаженству, извергаясь навстречу спонтанной партнёрше. В недра богини, встречая поток женских соков, хлынула жаркая сперма, в два счёта переполняя тесную матку, вынуждая красотку восторженно вскинуть к груди руки, переполняя её ощущениями. Спустя какое-то время мы обе замерли, тяжко дыша и поглядывая друг на друга. Богиня молчала, сияя практически невменяемой улыбкой безумца, а затем разомкнула захват своих огроменных бёдер, даровав мне немного свободы. «Убивать, что ли, будет?» — как-то совсем безразлично подумала я. — «Всё… Теперь-то уж точно конец.» Но женщина неожиданно встрепенулась и разом навалилась на меня всем своим огромным весом, опрокидывая на спину и укрывая кожистыми крыльями, как пологом. Острые зубы мгновенно впились мне в шею… но смертельный укус превратился в нежнейший из поцелуев!  — Ещё, Оливия!.. — раздался её разгорячённый шепчущий вскрик. — Возьми меня снова!.. Массивные бёдра, седлая меня и хлюпая вытекавшей из влагалища спермой, опустились до упора на член, вбирая в себя вожделенное «мясо»… * * * Богиня кончила ещё трижды, окончательно разломав громыханием своих ляжек кровать подо мной. Она же в буквальном смысле залила весь пол в комнате лужами сквирта, хотя тут и я постаралась, добавляя к ним немалую долю моих любовных соков. И теперь очень довольное божество, как простая девчонка, лежало у меня на груди. По крайней мере, пыталась сделать что-то похожее — я на фоне её великолепного тела казалась даже не подростком, а вовсе ребёнком. Словно оказалась заваленной парой огромных грудей, каждая из которых была почти с мою грудную клетку! Но красотку с рогами эти мелочи не останавливали. Спустя пару минут женщина села прямо, впрочем, так и не переменив позиции — её пышные бёдра прижимались к моим бокам, запирая член глубоко внутри лона, полыхавшего жаром.  — Я — Агата, — со смущённой улыбкой представилась незнакомка, качнув головой и встряхнув пышной гривой волос. — Во всяком случае, смертная Оливия, вы можете обращаться ко мне по этому имени… Она вскинула руки, вслед за которыми до самого потолка вытянулись огромные тяжёлые крылья. Пышное тело изогнулось изящной дугой, и Агата забавно и с видимым удовольствием потянулась, даже едва слышно попискивая от наслаждения. Ну, точь-в-точь как простая девчонка спросонья. Я едва не залюбовалась откровенно этой чешуйчатой милотой. Спустя пару мгновений полыхающие внутренним огнём глаза вновь посмотрели на меня, обжигая то ли гневом, то ли обожанием, то ли всем сразу.  — Для вас я — всемогущее божество… — женщина неопределённо взмахнула когтистой пятернёй в воздухе. — И вам не стоит сомневаться в этих словах. «Даже в мыслях не было, » — подумала я и кивнула. На ладони Агаты тем временем, словно сгущаясь из туманного облачка, стремительно материализовался абрис знакомой продолговатой формы. Я без труда опознала в возникшем предмете смартфон, усеянный камешками стразов!  — Поэтому приступим, — Агата обратила свой взор на экран, принявшись водить по нему пальцем. — Так-так… Бессмертная душа, Оливия Хилл… Женщина на мгновение нахмурилась и быстро забарабанила когтем по экрану приборчика, набирая текст и проговаривая вслух:  — О-ли-ви-я Хилл в своей текущей инкарнации… Число инкарнаций… Уровень сил… О, а очень недурно, кстати!.. Палец нетерпеливо листал и листал, выискивая что-то важное.  — Да… Да… Да… Скука смертная, — ворчала женщина. — Ну, где же оно?.. Ах, вот! Наконец-то: модуляция оболочки… Агата перевела взгляд на меня, принявшись острым когтем описывать в воздухе восьмёрки. Хотя, учитывая то, кто она, это могли быть только петли бесконечности.  — Моя ученица очень старательная, но неопытная и очень впечатлительная, — сказала женщина. — Она использовала на вас, смертная Оливия, недопустимый тип воздействия. Однако, моё, так скажем, руководство пришло к выводу, что развить ваш проект было бы весьма перспективным начинанием… Огромное и прекрасное лицо опустилось почти к самому моему уху, и с полных губ сорвался доверительный шёпот:  — Если честно, то Им просто до безумия скучно, вот Они и развлекаются, как могут. Надеюсь, вы понимаете: боги, Они же, как дети — всё им интересно и любопытно… Выпрямившись, Агата прокашлялась, прочистив горло — и зачем божеству этот человеческий жест? — после чего вновь уставилась в свой смартфон. Вот он, наверное, зарядку держит? Вечность, не иначе…  — Итак, — подала голос крылатая красавица. — Я должна буду кое-что подкорректировать, но для начала простая формальность… Огненный взор, словно прожигая навылет, обрушился на меня.  — Смертная Оливия Хилл, вы взаимодействовали с кем-либо после начала модуляции физической оболочки?  — Ч-чего? — промямлила я, не понимая, чего от меня хотят, и что со мной будет.  — Ты с кем-нибудь трахалась? — уточняя, хмыкнула Агата. — Иначе все последствия будут на твоей совести… Внутри всё похолодело — чё, блин, за последствия?! — но мне ничего не оставалось, как нервно и неопределённо дёрнуть плечами. Надо было этим барышням резче реагировать, если они опасаются следствия своих же ошибок! Агата тем временем таинственно улыбнулась и застучала пальцем по экранчику своего «смартфона».  — Так и пометим: контакт состоялся, личность извещена… — она посмотрела на меня. — Не волнуйтесь, смертная Оливия, Они и так всё знают. Я же говорила, что это простая формальность. Взгляд её снова устремился на «божественный» гаджет.  — Так-с, за дело!.. Сперва подымем продолжительность жизни, чтобы проект в любом случае успел выйти в финальную стадию, — палец медленно смещался по экранчику, как будто двигая ползунок. — Как насчёт двух тысяч земных лет?..  — Две тысячи?! — рявкнула я в ужасе, вскидываясь на локтях и хватаясь за пухлую ляжку Агаты.  — Ч-чего? — та неожиданно вздрогнула и испуганно прижала руки к груди. — Н-ну да — это, наверное, малая компенсация за моральный ущерб… Когтистый «пальчик» вновь заелозил по экрану.  — К-как насчёт двухсот тысяч?  — Нет! — я чуяла, что начинаю задыхаться и не успеваю выразить в словах напор мыслей.  — Два миллиона! Но это всё, что позволяют мне мои полномочия…  — Да нет же, прекрати! — наконец-то меня прорвало. — Д-два миллиона? За что?! За то, что просто наслаждалась случившимся?.. Это неоправданно много — вот, что я хотела сказать!.. Удалось кое-как выговориться, и я с дрожью рухнула обратно на изломанную кровать. Огромные цифры просто ошеломили к чёртовой матери, перемешав и взболтав обрывки мыслей в голове. Всё вокруг меня было реальным — это не осознанное сновидение, а обычная явь! Парящие в воздухе обломки стены, фигуристая крылатая красотка, ростом футов семь-восемь, наш с ней восхитительный секс — всё это было реальным, а значит и слова про две тысячи лет… «Это просто пиздец какой-то!..»  — Ой! — нервно хихикнула Агата. — Прошу прощения, смертная Оливия, но я уже подтвердила срок в двести тысяч земных лет. С хвостиком… Надеюсь, вы сумеете ужиться с этим небольшим неудобством… «Двести тысяч ёбаных лет!!!» — орало у меня в голове сиреной воздушной тревоги. — «Да как такое возможно?! Весь срок жизни нашей цивилизации от «прадеда» с каменным топором до нынешних дней и то занял меньший срок!» Но эйфоричная радость тотчас споткнулась о совсем неприметную оговорку Агаты, которую я всё же умудрилась заметить.  — С каким ещё «хвостиком»? — холодея, спросила у женщины, восседающей на моём члене. Та свела указательный и большой палец вместе, показав маленькую щёлку меж ними.  — В общем, я не нарочно не туда нажала… Получилось миллион двести тысяч земных лет. Вот.  — Ч-чего?! — из меня вырвался дурной вопль.  — Н-но я же не специально! — самым искренним, возмущающимся тоном воскликнула в ответ Агата. Руки скользнули по упругим огромным бёдрам пепельной великанши, и я совершенно без сил распласталась на обломках постели. Сердце грохотало так, словно метило проломить потолок над нами, а не просто выскочить из груди.  — В-вы ведь действительно божество? — задала я насущный и так пугавший вопрос. Агата мило улыбнулась.  — Хотите, я убью вас наиболее болезненным образом, а потом воскрешу? — непринуждённо спросила она  — Боже… — выдохнула я в ужасе и обмякла.  — Да-да? Слушаю вас… — тотчас подобралась Агата, поглядывая на меня с виноватым любопытством.  — Да нет, это я так, — покачала я головой. — Выражаю крайнюю степень растерянности… Вообще-то, мне сейчас до сумасшествия страшно…  — Знаю, — усмехнулась женщина. — Я ведь вижу ваши мысли… Она наклонилась вперёд, опускаясь на меня грудью, и нежно поцеловала в губы.  — Смертные очень ценят физические контакты, — прошептала она, лаская когтистыми пальцами моё тело.  — Игривые боги — тоже, — выдохнула я в промежутках между ласками и поцелуями. Агата усмехнулась, теперь уже совсем не походя на грозное внеземное создание. Она вновь выпрямилась и опять заелозила пальцем по экранчику.  — Теперь добавим ещё немного физической силы…  — Будьте осторожны, прошу! — я не сумела сдержаться и взволнованно вскрикнула, опасаясь, что и тут эта милая великанша допустит ошибку. Не хотелось бы потерять возможность банально ходить из-за того, что даже простые шаги окажутся настолько тяжеловесны и сильны, что будут влёт пробивать асфальт и бетон. Памятуя измочаленную стенку в кабинке уборной, я не сомневалась, что даже этот комичный сценарий вполне может стать явью.  — Не беспокойтесь, — нахмурившись от усердия, пробормотала Агата. — Добавлю всего немножечко, чтобы вы в случае критической ситуации могли себя защитить… Ну вот — готово! Неудобств никаких нет? Дискомфорта не чувствуете?  — Не-а, — бестолково покачала я головой, следя за манипуляциями женщины, а затем ляпнула невпопад. — А зачем вам это устройство? Вы же, простите, божество…  — Не обращайте внимание, — Агата отмахнулась. — Просто милая штучка. Да и Они запрещают младшим богам напрямую воздействовать с одушевлённой материей… Но на чём я остановилась? Ага… Общие модуляции тела и вектор их развития вас вполне устраивает, как я понимаю?.. Она поёрзала громадными бёдрами, обжимая влагалищем член.  — И меня тоже… — как будто отвечая на собственный вопрос, игриво хихикнула Агата, но потом стала серьёзней. — Однако, у вас аномально высокий уровень совместимости, смертная Оливия… Ой-ёй!.. Она забавно воскликнула.  — Как же вовремя я появилась!  — Э-это опасно? — проблеяла я, тем не менее, не чуя ни капельки страха. Весь ужас, что во мне был, давно уже выплеснулся из меня и давно кружил вокруг головы плотным «облаком». Страшнее, чем «страшно», уже вряд ли станет.  — Нет, ничего такого, — в отрицании качнула рогатой головой женщина. — Но вы же не хотите, чтобы от какого-нибудь чихания из вас вылетали бесконтрольные молнии и убивали всех вокруг? К сожалению, у меня пока нет допуска к манипуляции бессмертными душами, поэтому я не могу понизить ваш критический уровень совместимости… А значит, придётся делегировать вам часть божественных сил…  — Ч-чего? — просипела я. В ту же секунду пришло осознание, что я рановато храбрилась. Выходит, что до этой секунды мне было даже невдомёк истинное значении слова «ужаснуться».  — Не волнуйтесь, смертная Оливия. В числе сил вы получите всего лишь способность к зачатию и деторождению, что очень подходит вашему нынешнему состоянию, — не отвлекаясь, Агата побарабанила по экранчику. — Всё ещё мало? Тогда-а-а… Точно! Добавим вам способность к самооплодотворению!.. Ну-ка! Получше, но всё ещё много… Тогда вот так и вот так… Этого немножко… И это, пожалуй, тоже сгодится… Агата так увлеклась, что стала немного похожа на увлечённую художницу, в запале наотмашь рубящей кистью по холсту и творящей великое. Смотреть на такое было очень приятно и невероятно страшно. Жутко было даже представить, что она малевала в моем «личном деле».  — Вот, теперь совсем другое дело!.. — наконец-то утихомирившись, воскликнула удовлетворённая женщина. — Ну и кто здесь умница?!  — В-вы… — растерянно проблеяла я.  — Верно, — довольно засмеялась женщина, а затем плавно наклонилась вперёд, становясь вновь серьёзной. — Теперь мне пора уходить… Когтистая пятерня нежно коснулась пальцами моей щеки.  — За-сы-пай, — раздался тихий, властный шёпот. Я не успела возразить даже словом, как всё вокруг утонуло во мраке. Прекрасное крылатое божество истаяло… * * * Безумный трезвон телефона выдернул меня из сна и буквально сшиб с постели на пол! Я в панике подслеповато нашарила мобилку и приняла вызов, мысленно чертыхаясь из-за подобной настойчивости абонента. Звонила младшая сестра и была она просто в ярости. Всё, что я смогла уловить, затравленно озираясь по сторонам, было то, что Бекки чего-то такое учудила, и теперь Аманда жаждет от братца объяснений!..