Мой ангел

Юнги спокойно сидел у себя дома, пересматривая ночное видео. Он помнил, с каким лицом, отправлял его Чонгуку и помнил Чимина, что молил, чтобы его отпустили. Ещё раз победно улыбнувшись, он выключил камеру и услышал, как открылась входная дверь. Юнги посмотрел вверх и увидел Чонгука. - А я думал, что ты еще вчера прибежишь, - улыбнулся Мин. Чонгук не раздумывая подходит к Юнги и бьёт того по лицу. Юнги же, не отставая – отвечает. Было ощущение, что это бой не на жизнь, а на смерть. Во время драки, сильно пострадала прихожая и лица парней. Немного успокоившись они сели на пол друг напротив друга. - Юнги, зачем? – вытирая губу спросил Чонгук. – Он ведь ребёнок. - Я по-другому не могу… - уточнил Мин. – Вы сами меня сделали таким… - повисла тишина. – Ты и сам хотел его, верно? – Чонгук посмотрел на друга. - Прекрати… - возмутился он. – Посмотри на нас, взрослые мужики… - Чонгук не хотел договаривать, а лишь продолжил. – Это была твоя самая большая ошибка… И как планируешь исправлять? – Юнги улыбнулся. - Никак. – он достал пачку сигарет и предложил Чонгуку, оба парня закурили. – Я так и живу. – уточнил Мин. – Знаю хочешь заявить на меня, но то не лучше. Твой сомнительный бизнес процветает. – он подмигнул раздраженному Чонгуку,- Да и не засадишь ты меня, зачем терять постоянного клиента. Верно, друг? – Юнги подмигнул и засмеялся. - Во что ты превратился? – Чонгук встал. – Насильник и торчок, молодец Юнги, Намджун… - не успев договорить Юнги его перебил. - Закрой рот, Чон. – Юнги также встал. – Вы с Намджуном постарались превратить меня в это. Так что, как говорится, я плод вашего творения. – Чонгук направился на выход. – И да как будешь уходить, закрой за собой дверь. Я позвоню, когда мне понадобится товар, - Чонгук посмотрел на «друга», если его ещё можно так называть. – А сейчас – свободен! – крикнул Мин. В эту же минуту один одинокий мальчик возвращался домой. Чимин помнил, как смог уйти лишь под утро, а затем бродил по городу. Он нашёл какую-то кофту в комнате Юнги и надел сверху, ведь вся его верхняя одежда была разорвана. Ему было очень больно. Болело тело и ягодицы. Подойдя к родному дому он неуверенно открыл дверь. Чимин надеялся, что отца не будет дома, но увы… - Чимин, ты вернулся домой? – засмеялся Ким старший, - Что наконец-то надоел Чонгуку? – поправив галстук спросил он. К горлу Чимина предательски подступали слёзы, но он молчал. – Молчишь? – выгнув бровь спросил отец. – Как хочешь. Я еду в командировку и раз ты вернулся домой – веди себя нормально. А если накосячишь… - улыбнулся тот. – Теперь за тебя некому заступиться. Сегодня уже ладно, прогулял школу, а завтра в обязательном порядке. – отец прошёл мимо Чимина и остановился в дверях. – В школу я позвоню, пока, - улыбнулся тот. Чимин понимал, почему такой радостный отец, но что же будет с ним? Хотя это сейчас не так важно. Чимин направился в свою комнату, пройдя её, он вошёл в ванную. Посмотрев на себя в зеркало, он что есть мощи закричал и ударил по стеклу, на удивление, рука только покраснела, а не порезалась. Затем он сбросил с тумбочки все ванные принадлежности и упал на колени. Он плакал сильно и громко. Вот так и выглядит сломленный, но живой человек… затем он увидел тетрадь и ручку и начал, что-то писать, зачёркивать, вырывать и так продолжалось, пока он не посмотрел на ванную… он хотел умереть, мысли о суициде сами лезли в голову, но он не мог опять этого сделать, что-то его останавливало. Чувство мести, вот ради чего, он попытается жить.