лютики

      Нико сидел на кровати, будучи в чёрных джинсах и белой футболке оверсайз, и теребил пальцами свои красочные носки с жёлтыми мультяшными цыплятами. Его телефон лежал рядом, но оттуда не играла музыка, а такое случалось редко. Его родители были на работе допоздна, как и каждый день, а сам он ждал логопеда.       Первое занятие. Его очень смущало то, что ему шестнадцать лет, а он будет заниматься с логопедом. Но его мать не сделала этого в детстве, не исправила его речь, и теперь он приглашает специалиста за свои карманные деньги.       Раздался звонок в дверь, и всё внутри перевернулось. На негнущихся ногах парень прошёл в коридор и открыл дверь.       На пороге стояла средних лет женщина с короткой стрижкой, одетая в блузку, светлые брюки и такого же цвета кардиган. В руке она держала чёрную кожаную сумку, а на её лице красовались веснушки и родинки.       От неё пахло приятными духами. Она слегка улыбнулась, Нико сделал приглашающий жест рукой и закрыл за ней дверь на замок. Логопед сняла кардиган, повесила на деревянную вешалку в прихожей и прошла в комнату. Села за стол, достала какие-то книжки с по-детски цветастыми обложками.       — Хотите чай или что-то вроге того? — спросил Нико, от волнения щёлкая пальцами.       — Чай, если можно. Зелёный, без сахара, — сказала она и с улыбкой кивнула. У неё был приятный голос, но она говорила достаточно громко, не прилагая при этом особых усилий.       Нико сделал чай и принёс маленькую белую чашку в свою комнату, закрыл дверь и сел за стол рядом с ней. Женщина отпила из чашки и приветливо улыбнулась:       — Что ж, по разговору с тобой я поняла, что ты не выговариваешь букву Д, правильно?       — Ага.       — Ясно. Ну, это не приговор, и мы обязательно это исправим. Тебя зовут Нико?       — Угу.       — Я Нэйди, можешь так меня и называть. Не бойся, что есть буква Д, ничего страшного. Итак, для начала…       Следующий час они делали стандартные логопедические упражнения: Нико дул на ватный комочек, делал упражнения для языка, читал тексты и скороговорки, и всё это по кругу. Судя по всему, Нэйди поняла, в чём суть проблемы, и в итоге из всех упражнений, которые они сделали, она выделила несколько и сказала повторять их хотя бы раз в день.       Она показывала ему правильное положение языка в момент произношения нужной буквы, но у него не получалось, и не выходило вообще никакого звука, как будто бы ему заткнули сразу и рот, и нос.       — Ничего, это вопрос времени, — говорила Нэйди. Она делала все эти жутко нелепые упражнения вместе с ним, помогая побороть неловкость, и это правда работало. К концу занятия он стал более уверенным.       — Ну, ты молодец сегодня, — сказала она, — Мне пора уходить. Когда у нас будет следующее занятие? Когда тебе удобно?       — Ну, я могу хоть кажгый гень… Я на гомашнем обучении.       — А, тогда ещё удобнее. Я могу прийти послезавтра в четыре.       — Отлично! Тогга… увигимся. Спасибо, Нэйги!       — Не за что. До встречи!       Нико отдал ей деньги за занятие (она брала не очень дорого), закрыл дверь и практически выдохнул. Он не чувствовал улучшений в своей речи, зато морально было гораздо лучше.       Пройдя на кухню, он увидел список продуктов на оборванной бумажке в клеточку и деньги. Это значило только, что ему нужно сходить в магазин. Нико открыл холодильник, и правда: там почти ничего не было.       Взяв свой рюкзак со значками и надев тёмно-зелёный широкий свитер и кеды, он вставил наушники и вышел на улицу. Поправив волосы пальцами, он двинулся вдоль бледных многоэтажек, освещённых закатным солнцем. Его карие глаза, опущенные вниз, блестели и будто бы просвечивались насквозь. Парень беззвучно подпевал песне, игравшей в его наушниках, всматривался в свои кеды, у которых уже почти развязались шнурки, держа руки в карманах джинс.       Он дошёл до магазина минут за десять. Солнце чуть ниже ушло к крышам домов, а Нико вошёл в магазин, прозвенев крохотным колокольчиком над дверью.       В списке было много овощей, поэтому первым делом он отправился туда. Взял салат, помидоры, авокадо целый пакет, затем мясо и немного сыра, продававшегося на развес. Потом пошёл в другой отдел, взял белый рис и упаковку нори, японских водорослей для роллов или других подобных блюд, одну пачку для готовки и одну — сушёных, просто для еды, как чипсы.       Следующим было молоко. Парень прошёл в молочный отдел, взял пакеты молока и пару йогуртов, а потом увидел, как перед стендом справа от молочного маленькая девушка стоит на носочках, стараясь достать орешки с верхней полки.       Оны была одета в чёрные эластичные колготки, джинсовые шорты, чёрные кроссовки на шнуровке и жёлтый свитер, небрежно заправленный в шорты. Рядом стояла её корзинка с продуктами: в основном там были фрукты и ягоды, но также и паста, молоко, бекон и хлопья.       Засмотревшись, Нико не сразу сообразил. Но, как только вышел из транса, в который его ввела прекрасная девушка, он подошёл к ней и, встав на носочки, достал упаковку орешков. Это были очищенные лесные орехи.       Встав прямо, парень протянул руку с орешками девушке и замер.       — Лютик, — сказал он, невольно улыбнувшись.       — Привет, — она слабо улыбнулась в ответ, — Спасибо большое, — взяла из его рук упаковку и положила к себе в корзинку.       — Не против, если я пойгу с тобой?       — Нет, идём.       Её голос был тихим и спокойным. От волос пахло персиком, а от одежды каким-то сдержанным фруктовым ароматом.       — Любишь фрукты? — спросил Нико, только потом осознав, насколько банальный и глупый вопрос он задал.       — Да, — в карих глазах прибавилось энтузиазма, — Обожаю. Мои любимые — это персики, абрикосы, бананы… Ещё киви очень вкус… Стой, м-м, тебе правда интересно?       — Угу, — не задумываясь, ответил парень.       — Ты не считаешь это странным?.. — она опустила глаза, прикрыв лицо волосами.       — Совсем нет. Расскажи.       — Ну… Я очень люблю ананасы, но только на вид, а не на вкус, поэтому часто их рисую. Я ещё люблю жёлтый цвет, поэтому обычно раскрашиваю рисунки. По-детски, да?       — Мне кажется, это очень мило, — Ник прикусил губу, — Твой шампунь тоже с запахом персика, га?       — Оу, да.       — Мне нравится, — его уши неисправимо покраснели.       — Да… Я очень долго искала духи с фруктовым запахом. В итоге нашла, но до сих пор не особо поняла, каким фруктом они пахнут. Но вроде вкусно, мне они нравятся, — повисла пауза, — Ты взял всё из своего списка?       — Ага.       — Я тоже. Идём?       Они оплатили свои покупки на кассе. Нико сложил свои покупки в рюкзак, а в руки взял пакеты с продуктами, купленными Деей. Она покрылась румянцем, но ничего не сказала. Они пошли по уже известному пути до её дома, пока в один момент она на замерла на тротуаре с испуганными глазами:       — Что такое? — спросил Нико, обернувшись.       — Я забыла ключи от дома с утра, когда ходила в школу. И у меня никого нет, родители будут только поздно вечером.       — Если хочешь, можешь пойти ко мне, — выпалил парень, — Я бугу готовить онигири…       — Что это? — едва-заметно улыбнувшись, спросила девушка.       — Это такая японская закуска из риса и вогорослей нори… Ну, увигишь. Если конечно хочешь, — поспешно добавил он.       — Хочу.       Они развернулись, и теперь вёл Нико. Девушка сжимала лямки рюкзака пальцами, наполовину спрятанными в рукавах свитера. Вечернее солнце золотило её глаза, а прохладный ветер ерошил русые вьющиеся волосы. Парень искоса смотрел на неё, иногда забывая даже смотреть под ноги.       Они перешли дорогу, прошли дворы и наконец оказались у него в квартире.       — Чувствуй себя как… кхм… — он замялся, прокрутив в голове следующее слово.       — Дома, — она подбадривающе коснулась его руки, освободившейся от пакета, — Спасибо.       Покрасневший Нико оставил пакеты на кухне, разобрал свои покупки и положил на кухонную столешницу рис и нори. Затем достал сушёные нори и положил на стол.       — Сагись, чего ты, — сказал он, и девушка аккуратно села на стул, теребя пальцами рукава свитера. Рядом со стулом она поставила на пол свой рюкзак, — Бугешь нори?       — Я таких никогда не пробовала.       — Попробуй! Я гумаю, тебе понравится.       Дея взяла одну тонкую тёмно-зелёную пластинку в руку. У неё были аккуратные натуральные ногти. Нико вздохнул про себя.       Девушка поднесла водоросль ко рту и откусила кусочек. Её глаза немного расширились.       — Вау, — тихо сказала она, — Это очень вкусно. Можно я ещё возьму?       — Конечно, бери, сколько хочешь, — ответил парень и, отвернувшись, улыбнулся во все зубы, стараясь сдержаться.       Нико поставил рис вариться и открыл пачку нори, в то время как Дея старалась растянуть удовольствие и откусывала водоросли маленькими кусочками. Когда в упаковке осталось меньше половины, она смутилась и отодвинула её, будто бы сказав самой себе не есть больше. Потом она встала и подошла к Нико.       — У тебя есть деревянная штука, чтобы толочь что-нибудь? — она показала жестами, смущаясь своего объяснения.       — Голжна быть гге-то, — парень открыл ящик, пошарил там рукой и достал деревянную толкушку и такую же мисочку.       — Можно я сделаю кое-что здесь?       — Конечно.       Девушка улыбнулась, достала из своего пакета клубнику в контейнере, открыла, помыла её и, отделив листики, насыпала в мисочку и принялась толочь. Её лицо приняло крайне сосредоточенное выражение, и Нико едва сдержался, чтобы не засмеяться и не издать какой-нибудь звук от умиления. Иногда она высовывала кончик языка или прикусывала губу, и это было ещё более мило.       Когда она закончила, и клубника приобрела практически форму жидкости, Дея налила в стеклянный кувшин молоко и высыпала клубничное пюре, активно перемешала и в итоге получилось что-то на подобие смузи в очень домашних условиях.       Тем временем Нико закончил с приготовлением онигири и поставил на стол тарелку с рисовыми треугольниками, аккуратно завёрнутыми в водоросли нори. А Дея поставила два высоких стакана с напитком и села.       Нико сел напротив и взял одну японскую вкусняшку.       — Попробуй, — сказал он. Девушка взяла в руки, всё ещё сильно прикрытые свитером, и откусила.       — Вкусно, — она искренне улыбнулась и откусила снова. Только после этого Нико тоже откусил свою.       Смузи тоже оказался очень вкусным. После еды парень убрал всё в раковину и прошёл в свою комнату, стараясь за те две секунды, что девушка шла из кухни, навести более-менее порядок. Это получилось плохо, но он всё же создал видимость.       — У тебя уютно, — сказала Дея, неловко присаживаясь на кровать. Она подтянула ноги и обхватила колени руками, стараясь держать пятки на самом краю. Солнце уже закатилось за многоэтажки, поэтому в комнате был полумрак, однако всё оставалось в хорошей видимости.       Разговора не было, и Нико просто разглядывал её.       — У тебя классные носки, — сказал он, про себя отметив, что уже второй раз за сегодня говорит какую-то глупость.       — Они просто жёлтые, — девушка пожала плечами, — У тебя хотя бы есть рисунок.       Они посидели ещё минуту, когда она вдруг сказала:       — Ой! Я забыла отдать тебе куртку, которую ты давал вчера…       — Ничего страшного, — отмахнулся парень.       — Ты ведь не ходишь в школу? Как я могу тебе её отдать?       — Гавай… Спишемся завтра… Ну, или созвонимся, если хочешь, и может быть гоговоримся о встрече? Гге-нибугь погуляем или типа того. Обещают потепление.       — Я была бы рада. Немного отвлечься от учёбы мне не помешает, — она усмехнулась и убрала прядку волос за ухо.       — Ты любишь фотографироваться? — спросил Нико, только от желания поддержать разговор. Третий раз за день.       — Ну… Больше люблю рисовать. Иногда использую фото для срисовки. Одноклассники говорят, у меня классный стиль, хотя мы с ними и не общаемся особо…       — Они многое теряют.       Дея улыбнулась и отвела взгляд. Щёки порозовели. Нико постучал пальцами по своей коленке и сказал:       — Я хочу с тобой сфотографироваться.       — Хм, — она задумалась, — Мы можем сделать фотографию, и потом я нас нарисую.       — Это было бы прекрасно, — парень улыбнулся.       Они поставили телефон на подоконник фронтальной камерой к ним. Свет от окна красиво падал на их лица, подчёркивая карие глаза обоих. Они поставили рядом два стула, сели на них, Дея подтянула колени к груди и положила на них руки, укутанные в свитер, Нико сел рядом.       Дея запустила таймер фотографии.       — Пожалуйста, отобрази сейчас то, что ты чувствуешь по отношению ко мне. Для меня это важно на фотографии.       — Что я чувствую?.. — тихо повторил парень. Он колебался.       Затем зажмурился и нежно прильнул губами к её губам.       Её глаза расширились от удивления. Она отклонилась назад, а Нико наклонился к ней, придерживая за спину. Одна её нога съехала со стула, вторая осталась подтянута, одна рука вцепилась в спинку стула, а другой она опёрлась о сам стул, чтобы не упасть.       В этот момент послышался звук щелчка камеры.