Искусство варить зелья

Gimmie, gimmie, gimmie a man after midnight, — ABBA.

      Среди огромных стеллажей библиотеки, которые битком были заставлены книгами, двое старательно высматривали нужную. — Ты видишь её? — Нет, а ты? — Я вижу только твои прекрасные руки, — Северус взял её ладонь и поднёс к губам, мягко прижимаясь к нежной коже.       Лёгкий румянец покрыл её щеки. Это всего лишь поцелуй и даже не в губы, но почему-то такие мелочи, которые иногда делал её возлюбленный, заставляли сердце биться чаще. Она улыбнулась и вернулась к полке с мыслями о том, что в последнее время он прямо-таки засыпает её комплиментами. Да и она тоже.       Профессор Слизнорт задал написать очередное эссе по какому-то сложному зелью, которое они должны будут варить на следующем занятии. И вся проблема состояла в том, чтобы найти эту маленькую книжицу, если все экземпляры, конечно, ещё не забрали другие. Поэтому, уже сгорбившись, они искали нужные золотистые буквы на переплётах книг с самой нижней полки.       Северус увидел её, а также красивые ноги, которые уходили вверх под юбку. Стыдливо опустил взгляд, чтобы Лили этого не заметила, но нарочно потянулся за книгой так, чтобы ощутить их гладкость рукой. Девушка выпрямилась и отошла — план не удался. Они вернулись за стол с лежащими на нём пергаментами, усаживаясь поудобнее.       Прошло около получаса, и Лили заскучала. Она не любила писать эссе, потому что надо было концентрироваться, думать, как оформить свои мысли. Куда больше ей нравилось варить зелья, иногда поглядывая на Северуса. Он всегда был усидчив, чего нельзя было сказать о девушке: её энергия, такая же огненная, как и цвет волос, всегда била ключом, освещала и заряжала всё вокруг.

Она была искрой света в его подземелье.

— Сев, — Лили подпёрла лоб рукой, почти что ложась на парту и смотря на его профиль. — Что? — ответил не отрываясь от пергамента.       Далее ничего не последовало. Она села ближе и положила голову ему на плечо. — Се-ве-рус, — растягивая имя, Лили обхватила его руку своими. — Ну что? — он повернулся и столкнулся с её пронзительным взглядом, которым она, казалось, видела его насквозь. — Ты знал, что твоё имя похоже на север? Или на какую-нибудь далёкую звезду, что светит нам с неба ночью… — она мило улыбнулась. — Лили, для тебя моё имя может быть чем угодно, — он заправил прядь рыжих волос, упавших на её лицо, за ухо, — из твоих уст оно всегда звучит особенно.

Он был северным ветром среди её южного поля.

      Пальцами Северус провёл линию от её виска до подбородка, задержавшись взглядом на чуть приоткрытых губах. Лили подняла голову и немного прикрыла глаза, затем, посмотрев на неё пару секунд, он приблизился и поцеловал её, едва касаясь губ. Она открыла рот пошире, впуская его язык, что проскользил по её нижней губе, а затем Северус сомкнул зубы и чуть прикусил. Лили провела пальцами вверх по его скуле, попадая в густые чёрные волосы, приблизила к себе, пока усаживалась на колени.       Они стали целоваться более откровенно, не стесняясь звуков, но когда Северус понял, что скоро не сможет сдерживаться, отстранился и убрал руки с её талии, что так сильно сжимал, не желая отпускать. — А если кто-то заметит, — сказал он, увидев немного расстроенные глаза. — И нам эссе ещё писать, если ты не забыла, — он улыбнулся ей, но тут же отвернулся, когда понял, что щеки, наверно, порозовели…       Нехотя она села на место, даже немного отвернувшись. Северус всё же решил, что не стоило говорить с ней, как с маленькой и глупенькой девочкой. Она уже давно не такая. Она красивая, изящная девушка, очень способная и просто восхитительная. От одного только взгляда не хотелось шевелиться, как будто он был под гипнозом, а вокруг лишь её запах и волосы… рыжие, огненные, обжигающие. И губы. Эти чуть пухлые и розовые губы, которые он целовал минуту назад, не смея противиться их напору.       Северус очнулся, понимая, что пристально разглядывает её, старательно выводящую буквы пером, наблюдая за тем, как она немного нахмурилась и прикусила губу, пытаясь разобраться в своих пометках, которые наспех написала в книге, чтобы не упустить так внезапно пришедшую мысль.       Резко отвернулся, отчего стол немного тряхнуло, и Лили недовольно скривилась, потому что буковка поехала куда-то в сторону. Иногда он был таким неуклюжим. И почему-то всегда после их поцелуев. Мысли его крутились вихрем в голове, когда он вспоминал те приятные касания и движения, то, как она ёрзала на его коленях. «Как бы Лили двигалась, будь она ещё ближе…»       Внезапный шорох заставил их обоих повернуться на резкий звук, донёсшийся откуда-то из недр большого зала такой же большой библиотеки. — А ну стой, Поттер! Стой же, — Сириус Блэк снёс своей ногой один их стульев, пытаясь догнать уж очень быстрого гриффиндорца. — И не дождёшься, — Джеймс лихо перепрыгнул через стол, подбегая к сидящей парочке. — Опять ты с этим, — смерил бывшую подругу уж очень укоризненным и неприязненным взглядом. — Что тебе от нас нужно? — холодный тон прозвучал обжигающе среди затихшего помещения. — Мне? — он усмехнулся. — Да что у вас есть, кроме вшивых шмоток.       Северус сжал зубы. Как же раздражал этот любимчик профессоров. Как будто больше никого не было, только выскочка Поттер из Гриффиндора. Лили незаметно для присутствующих дотронулась до его ноги, заставляя тем самым успокоиться.

Он знал, что она рядом. И это придавало сил.

      Джеймс ушёл, оставляя их одних. Но Сириус, прежде чем покинуть библиотеку, подмигнул Лили и как-то с улыбкой взглянул на Северуса. Он никогда не испытывал какой-то ненависти к слизеринцу, но не говорил другу перестать цепляться к паре и самому парню, потому что знал, что когда-то Лили предпочла сделать другой выбор. «Неправильный» по мнению обиженной стороны. Но он был искренне рад знать, что именно с этим человеком Эванс чувствовала себя особенной.       Эссе они всё же дописали, хотя часто прерывались на объятия. Лили была очень тактильной, а Северусу просто нравилось такое внимание с её стороны, поэтому он всегда был рад прижать её к себе, вдохнуть запах рыжих волос и почувствовать тёплые руки на своих плечах.       За ужином Снейп безуспешно пытался оторвать взгляд от неё. Но получалось плохо, ведь так интересно было смотреть за тем, как Лили отрезает кусочек от стейка, по-женски красиво держа поблёскивающий нож в своих руках. Поддерживая беседу, она изредка улыбалась, иногда смеялась, пока тянулась за бокалом, тонкая ножка которого подчёркивала изящные пальцы, которые бы он…       Поймав себя на распутной мысли, он ощутил, что в брюках скоро станет совсем тесно. Благо, что занятий больше не будет, и он спокойно сможет принять душ в надежде на то, что перестанет о ней думать хотя бы на некоторое время.       Сама Лили хоть и делала вид, что не смотрит за соседний стол, всё же замечала некоторое волнение на лице Северуса и то, с какой силой он иногда сжимал вилку. Она бы хотела оказаться в его руках сейчас. Таких сильных, требовательных, исследующих каждый сантиметр её тела. Сейчас Лили просто ужинала, хотя горячая ванна после, возможно, смогла бы её успокоить.       Но это не точно.       Ночью ей снилось то, что они вытворяли около двух недель назад. Тогда, после отбоя, они тайком пробрались в ванную Слизерина, где Лили, которую Северус посадил на одну из раковин, так самозабвенно целовала, обвивала ногами, собирала руками складки его белой рубашки. Сам он, всё сильнее и требовательнее впиваясь в податливые губы, водил руками по её телу, иногда закрадываясь в длинные волосы, собирая их и оттягивая назад, чтобы спуститься на шею.       Но такое было лишь раз. Больше он не терял самообладание настолько, чтобы это повторить, а Лили зажигалась, словно спичка. Так что теперь единственное воспоминание с эротическим подтекстом иногда посещало её во снах, заставляя просыпаться на чуть промокшей простыне и с одеялом, смятым и зажатым между ног.       Весь день после пробуждения она не могла спокойно взглянуть на Северуса, её так сильно захлестнули чувства после приснившегося, что всё внутри сводило лишь от одного его касания, вздоха, попытки взять её за руку или, что хуже, поцеловать. Снейп догадывался, но никогда не знал точно о причине такого странного поведения, которое менялось после одной лишь ночи. И сложнее было понять границы допустимого, чтобы она не отошла от него немного в сторону, не убрала руку из его и не отводила бы свои прекрасные зелёные глаза.       Он чувствовал, как с каждой встречей их сексуальное напряжение становилось всё сильнее, и теперь одних лишь поцелуев и мимолётных касаний было мало. Северус знал, что когда-то этот момент наступит, но ему было беспокойно и интересно одновременно. Как и Лили, только она психологически была более готовой.       На занятии Слизнорт, ожидаемо, поставил их в пару. Ему всегда нравилось наблюдать за ними в тандеме: Северус — спокойный, собранный, более логичный; Лили — исследователь, энтузиаст и источник энергии. Они великолепно работали вместе и дополняли друг друга настолько, что им не обязательно было что-либо говорить, чтобы что-то понять.       Только Джеймс искоса смотрел на них, всё ещё злясь и обижаясь на полученный отказ. Ведь какое-то время всё было хорошо, так почему моментально мир перевернулся и калейдоскоп сложился по-другому? Он этого не понимал, или не хотел понять, поэтому всё ещё оставался в мире своих иллюзий, лишь изредка выбираясь из него в реальность, что так больно резала по сердцу. Ведь она была не с ним.       Чёткими и отточенными до совершенства движениями Северус нарезал один из редких ингредиентов для сложного зелья, а Лили в то время помешивала его, наблюдая за сменой цвета и прозрачности. От дела их отвлёк голос профессора, который оповестил о начале перерыва, зелью как раз надо было настояться около получаса.       Северус взглянул на неё и, переводя взгляд на губы, а потом обратно, спросил: — Не хочешь прогуляться до фонтана? — Мы давно там не были, так что... — она распустила собранные в хвост волосы и улыбнулась так, что Северус расценил это как одобрение.       Выйдя из главного входа в здание, они направились по выложенной камнем дороге прямо до поворота возле огромного раскидистого дерева. Свернув за него, оказались на небольшой площадке, где и находился этот фонтан, украшенный разнообразной лепниной. — Она всегда кажется такой кристалльно чистой, — сказала Лили, касаясь пальцами водной глади. — Это всего лишь блики от солнца, — Северус подошёл к ней сзади, приобнял за талию и коснулся её опущенной вниз руки. — Смотри, мы так красиво отражаемся в ней, — она повернула голову и тут же столкнулась с губами Снейпа, которые так нежно принялись целовать её. Его пальцы прошлись между чужих, сжимаясь на ладони.       Это была запретная зона.       Он остановился и взглянул на Лили. Та уставилась на него широко распахнутыми глазами, в которых почти невидимо отражалось голубое небо, щеки её уже начали заливаться румянцем и... И две маленькие тени от солнца легли на складки её кофточки. Он перевёл несколько удивлённый взгляд на них, а затем снова наверх. — Да, сегодня я не надела лиф, — сказала Лили, немного отведя глаза в сторону, но с лёгкой улыбкой. — А вода в фонтане всё-таки прохладная...       Она не успела закончить мысль, потому что увидела приближающихся Люциуса и Нарциссу. Они были поистине аристократичный парой, идеально дополняли друг друга и только в этих отношениях позволяли себе нежности. В остальном были такими же холодными и сдержанными, как самые настоящие слизеринцы.       Все четверо частенько проводили время вместе, и это удивляло многих других студентов. — А вы всё так же ходите в это место, — Люциус подошёл к паре и встал рядом с Северусом, по выражению лица можно было догадаться, что он очень хочет что-то обсудить.       Нарцисса в то время отошла к Лили, начиная довольно оживлённый разговор, во время которого иногда как-то заговорщически поглядывала на своего будущего мужа. Затем она попросила Лили о помощи, поэтому парни остались наедине. — Как ваши отношения? — Люц, ты же знаешь, что у нас всё хорошо, — Северус сложил руки на груди и отвернул голову. — Почему вдруг такой вопрос? — Мой дорогой, мы с Нарциссой наблюдаем за вами ещё с первого курса. И я вижу, что в последнее время вы оба какие-то напряжённые. У вас уже был секс? — от такого неожиданного вопроса Северус дёрнулся, немного отпрянул назад и забегал глазами по всему, что его окружало. — О Мэрлин, ты серьёзно? Люциус чуть наклонился к нему, осматривая лицо и особенно пристально заглядывая в чёрные глаза. — Неужели боишься? — он ярко заулыбался, посмеялся и продолжил. — Я на атомном уровне чувствую, как вы друг друга желаете, так в чём же дело? — Я... Я не знаю, правда. Это всё так странно, — Малфой стал серьёзнее, стараясь вслушиваться в слова друга. — Я смотрю на неё, вдыхаю запах, касаюсь кожи и понимаю, что с каждым разом терпеть сложнее. Но я не хочу сорваться в один миг, это не похоже на меня. Совсем. — Да, но это нормально, ведь вы друг друга любите. Так почему бы просто не поддаться чувствам? — Я не привык терять самообладание, — Северус наклонил голову вниз, лицо его закрыли пряди чёрных волос. — Она не та, кто воспримет это в отрицательном ключе. Она горит рядом с тобой. Она тоже тебя хочет. Скоро занятие начнётся, я пойду. А ты не бойся, — он похлопал друга по плечу и ушёл.       Северус провёл возле фонтана ещё некоторое время, затем охладил лицо водой и оставил любимое место в одиночестве.       Вторую половину занятия Лили с Северусом провели как-то напряжённо. Старались почти не смотреть друг на друга, но когда сталкивались взглядами, тут же быстро отворачивались. Они чувствовали, что с ними что-то происходит.       По окончании урока профессор Слизнорт попросил их остаться и помочь с приготовлением очередного зелья. — Оно достаточно сложное, но вы справитесь лучше, чем кто-либо другой. Я не успеваю, потому что мне назначили встречу в Министерстве. Где искать ингредиенты, знаете. Успехов! — профессор кивнул на прощание и закрыл за собой тяжёлую дубовую дверь лаборатории.       Они отыскали всё в шкафчиках, ящиках и коробочках, подготовили котёл и остальные необходимые инструменты. В процессе готовки дошли до того момента, когда зелью надо было время настояться. Около часа по инструкции, но одним из главных признаков готовности была смена цвета. — Северус, ты... — она положила руку на стол, но договорить не успела. Снейп схватил её и теперь Лили оказалась в его крепких объятиях.       Он зарылся носом в рыжие волосы, вдыхая их запах, пока Лили пыталась осознать, что происходит. Понимала только одно: ей нравится находиться рядом с ним. Здесь и сейчас было всё самое важное для неё. Он отстранился и посмотрел на девушку.       Как всегда красива, изящна и любима. В его взгляде что-то настораживало Лили. Полный решимости, охваченный чем-то неразличимым, интригующим. В секунду её осенило, поэтому она едва улыбнулась и потянулась руками к краям кофты. Снимая её, она понимала, что Северус рассматривает каждый появляющийся сантиметр не смея закрыть глаза. Она знала о его желании коснуться, но так же знала и то, что он довольно робок. Она подошла вплотную и потянулась за его губами, которые он с радостью ей предоставил.       Целуя её нежно, а затем уже более страстно, он и не заметил, как прижимает Лили к себе, как руки самовольно сдавливают и гладят её ягодицы, скрытые под тесной одеждой. Она охватывает руками его шею, наклоняя к себе ближе, потому что устала стоять с задранной кверху головой. И юбкой. Заметив это, он подхватил её на руки и усадил на стол, где в метре от них тихо кипело зелье.       Их языки сходились и расходились, исследовали, оказывались немного покусанными, равно как и губы. И всё было мало. Северус стал спускаться на шею дорожкой из поцелуев, рисковал каждый раз, когда оставлял небольшие засосы на её шее, ключицах, груди, когда осторожно коснулся соска губами, а затем провёл по нему языком, наблюдая за реакцией. Удостоверившись, полностью охватил ртом, продолжая сжимать губами и ласкать языком, другой же рукой имитировал то же самое. Чувствовал, как она выгибалась ему навстречу, как мурашки поднимали её волоски на нежной светлой коже, которая так светилась от жёлтого света свечей, горевших и согревавших воздух в пределах лаборатории.       Ему стало жарко, поэтому снял верх и тут же ощутил её руки на себе, гладящие, касающиеся пальцами и иногда ладонью. Она сидела перед ним держа ноги скрещенными, юбка закрывала всё, что он так желал и в то же время боялся увидеть. Это было чертой. Лицо горело, руки потянулись сами, разум отключился, когда она позволила стянуть с себя юбку вместе с бельём, уже порядочно намокшим. Северус провёл рукой вниз от груди до лобка, затем развернул под нужным углом и коснулся её бархатной кожи.       Преследуемый её чувственным взглядом, он опустился вниз и увиденное очаровало. Несмотря на свою привычную скованность, этот вечер будто переключил тумблер в его голове в другую сторону вместе с зелёными глазами и приоткрытыми губы, которые уже заметно припухли от поцелуев.

Пароль набран, дьявол выпущен на волю.

      Он прижался губами, едва касаясь провёл языком вверх и обратно, наблюдая за тем, как Лили разводит ноги в стороны. Она была влажной, возбуждённой, клитор заметно выступающим и продолжавшим наливаться кровью. Он же был предельно, почти до напряжения, осторожен и аккуратен, но стал прибавлять темп, когда почувствовал, как она придвинулась к нему. Соединив два пальца, он проник внутрь, удивляясь тому, как неожиданно легко это получилось. Едва слышимое хлюпанье разжигало в нём костёр. С её губ сорвался долгожданный стон, она откинула голову назад, и теперь рыжие волосы спали с плеч, касаясь парты своими кончиками.       Лили часто задышала, чувствуя, как он растягивает её изнутри, как проходится по передней стенке, где, как он верно понял, ей приятнее всего. Северус напористо и непрерывно отлизывал ей, иногда вбирая самую чуствительную точку так, что отдавалось внизу живота и у неё и у него. В брюках уже давно стало нестерпимо тесно, и хотелось дотронуться, но Лили...       Эванс поднимается, вместе с ней и Северус. Она цепляет его за пояс и притягивает к себе, оглаживает ширинку, а затем, ловко расстёгивая ремень, спускает одежду вниз. Снейп понимает её довольство по мелькнувшей искре во взгляде, а затем забывает сделать вдох, когда её рука ложиться на головку и начинает двигаться вниз.       Он отдаётся таким непривычным ощущениям, но настолько приятным, что кладёт голову ей на плечо и начинает отрывысто дышать на ухо. — Ты такой твёрдый, — она окружает вершину пальцами, — такой горячий... — от едва слышимого шёпота он млеет, возбуждается лишь больше по нарастающей. Сердце колотится, желая выпрыгнуть.       Лили ловит взгляд его полуприкрытых глаз и улыбается. — Тебе нравится, верно? — чувствует, как кивает. — Хочешь ещё? — соглашается ещё раз.       На его шумном выдохе резко останавливается, Северус встаёт между её ног и приставляет член ко входу. После того, как она закусила губу, медленно погружается, чувствуя, как плотно его охватывают. Лили отклоняется назад, опираясь на локти. Снейп заворожён окончательно, она такая светлая, чувственная, желанная, открыта перед ним полностью, направляет его и откровенно наслаждается происходящим. Его заводит румянец на щеках, красные губы, небольшая грудь, которая оказывается невероятно мягкой и податливой в его руках, то, как, Лили сжимает его изнутри и как постанывает с каждым всё более и более смелым движением.       Лили же оказывается в одном из своих мечтаний, она давно хотела не только варить зелья в этой лаборатории, поэтому теперь искренне радовалась тому, что происходило между ними. Ей было слишком хорошо от чувства заполненности и того, что он как будто интуитивно понимал, чего она хочет, потому что вновь начал гладить клитор, надавливать, водить по кругу пальцем, иногда спускаться вниз и резко подниматься наверх.       Эванс стала двигать бёдрами в такт, ускоряя темп и насаживаясь сильнее, она поджимала пальцы на ногах, когда слышала его стоны.       Они совершенно забыли о том, где находятся, и о том, что школа полна людей.       Северус чувствовал, что скоро кончит, ему хотелось сплести их пальцы, что он и сделал. Наклонился к её лицу, требуя поцелуй, в который он и простонал, пока тело поддавалось дрожи и весомая волна пульсировала в висках, спускаясь ниже и заставляя извергнуться внутрь, пока влагалище её сокращалось и посылало гулять по телу такую же волну удовольствия, от которой темнело в глазах.       Она дрожала, дышала в ухо, охватывала его руками и не желала отпускать. Им было слишком хорошо, чтобы оторваться друг от друга, и вмиг накатившая усталость и расслабленоость была не в силах этому поспособствовать.       Северус отошёл от неё и прислонился поясницей к столу, оделся и откинул голову назад зачесывая волосы. Лили в это время успешно сползла вниз, но трясущиеся ноги слишком подгибались, чтобы она могла беспроблемно стоять. — Давай я помогу, — Северус подхватил её под руку и довёл до ближайшего стула. Он присел на корточки и взглянул в её глаза, которые так и норовили закрыться. — Ты... Я-я не думала, что с тобой будет так хорошо, — он вытер скатившуюся по её горячей щеке слезу пальцами и улыбнулся. Потому что не ожидал сам и был тронут её словами.       Он вспомнил про одежду, но решил, что будет лучше одеть Лили самому. Она была удивлена такому жесту, но ей понравилось то, как аккуратно и нежно он это делал, как сопровождал все свои действия поглаживаниями, но она всё же смутилась, когда дело дошло до белья, хоть и по глазам Северуса было понятно, что его самого это нисколько не беспокоит.       Закончив одевание, он сел, но совсем скоро ощутил внезапно появившуюся тяжесть, потому что Лили хотела объятий и не нашла лучше места, чем его собственные ноги. Они иногда целовались, между этим говорили, но всё же просто слушали, как дышат, как бьётся сердце под рукой Лили, и как волшебно пахнут её рыжие волосы.       А забытое ими зелье тем временем уже давно остыло и сменило свой цвет.