Паучий случай

      О своих отношениях Тони и Питер благоразумно не планировали никому сообщать хотя бы до совершеннолетия парня (Брюс не в счет, брат по науке не выдаст). Они оба не хотели лишнего внимания к себе и поэтому оттягивали момент с признанием как могли, но разве в их сумасшедшей семейке возможно что-то скрыть?       Как ни прискорбно, но первой догадалась Мэй, и Тони впервые в жизни был так рад своей сознательности и дальновидности, ведь если бы у них с паучком было что-то серьезнее поцелуев, то живым из схватки с паучьей тетушкой он бы не вышел точно. А так ему всего лишь пришлось выслушать много интересного о себе и своей родне. Серьезно, Тони был впечатлен словарным запасом Мэй и ее умением составлять столь извращенные комбинации, не повторяясь практически час! Он даже запомнил парочку особо ярких оборотов, чтобы ввернуть при случае. Итогом их разговора, если это можно так назвать, стал домашний арест для Питера и запрет на общение с ним для Тони. Питер бесился, психовал, торговался, умолял, но Мэй была непреклонна. Тогда Тони собрал всю свою смелость (Железный Человек он или кто?), купил шикарный букет белых роз (предусмотрительно без шипов), захватил едва ли не самое дорогое вино из своей коллекции и отправился покорять свою будущую родственницу.       Сказать, что Мэй была не рада видеть его, — ничего не сказать. Когда она открыла дверь и увидела Старка, ее лицо скривилось так, что Тони даже испугался, не шарахнул ли ее какой-нибудь приступ. Но нет, это просто ее привычная теперь реакция на одного миллиардера. «А счастье было так близко…» — мелькнула подленькая мыслишка у Старка, но он быстро отбросил ее и, глубоко вздохнув, выдал свою лучшую улыбку. — Мэй! Ты все хорошеешь и хорошеешь! Это скоро станет неприличным, дорогая. Позволь в знак моего почтения вручить тебе этот бу… — Захлопнись, Старк! Чего приперся? Я, кажется, ясно выразилась, что не желаю видеть тебя в радиусе десяти метров от моего племянника! Ну, никто не говорил, что будет легко. Тони подавил в себе желание закатить глаза и, сняв очки, проникновенно взглянул на женщину. — Мэй. Давай сядем, выпьем и обсудим все, как взрослые люди, — спокойно и все еще улыбаясь сказал Старк. — Пожалуйста, — буквально выдавил он. — О чем нам говорить?! О том, как ты, старый извращенец, совратил моего племянника? Об этом ты хочешь поговорить?! Тони быстро оглянулся, с облегчением отмечая, что невольных зрителей у их разговора нет, хотя, учитывая громкость этой женщины, скоро подробности личной жизни Тони Старка будет знать весь этот чертов дом. — Может, мы не будем посвящать в нашу ситуацию твоих соседей, м? — сквозь зубы процедил Тони. И да, он все еще удерживал улыбку. — А что? Тебе есть, чего стесняться? Действительно, у тебя есть что-то, что еще может шокировать людей? — ехидно и не сбавляя тона, протянула эта м… Мэй. — На свою репутацию мне плевать давно, а вот репутация Питера меня волнует и очень сильно! — уже не сдерживаясь, буквально прошипел Тони. Мэй поджала губы и, оглянувшись по сторонам, с раздраженным вздохом, похожим, скорее, на рычание, посторонилась, впуская Тони в квартиру. «Один-ноль, дорогуша», — подумал Старк, стараясь не ухмыляться. Проходя мимо женщины, Тони буквально впихнул ей в руки букет. Он подошел к дивану и вальяжно уселся, как в их первую встречу. Если бы взглядом можно было убивать, то Старк явно был бы уже на полдороги в Ад. — Говори, что хотел, и проваливай! — раздраженно выпалила Мэй и, отвернувшись, ушла на кухню, чтобы поставить цветы в воду. Тони внимательно проследил, чтобы она не взяла какой-нибудь колюще-режущий предмет, и только после того, как женщина встала перед ним, скрестив руки, прокашлявшись, попробовал завести нормальный разговор. — Послушай, Мэй, Питер уже взрослый парень и вполне может отвечать за свои поступки и чувства. Я понимаю, что не самый лучший вариант для него, но мы… — Взрослый?! Да ни хрена он не взрослый! Он еще даже не совершеннолетний! Ты совратил ребенка! Моего ребенка, Старк! — снова завелась Мэй. — Стоп! Во-первых, никто никого не совращал! Что за мысли вообще, Мэй?! Во-вторых, я прекрасно осознаю, что Питер еще несовершеннолетний, поэтому ничего противозаконного между нами не было! — почти. — Я люблю его, Мэй, — уже спокойнее закончил Старк. — Любишь? Я не дура, Старк, и прекрасно видела, каков ты в отношениях! Сколько у тебя было таких мальчиков и девочек–однодневок? Каким по счету будет Питер, а? И как надолго он задержится в твоей кровати? Неделю? Месяц? «Один-один», — но Старки так просто не сдаются. — Не смей так говорить о нем! Да, я не ангел, но я, черт возьми, люблю его! Мне уже не двадцать и даже не тридцать. Ты не думаешь, что я успел нагуляться и хочу чего-то серьезного? — Что ты можешь дать ему? — вскинула брови женщина. — Все, Мэй. Я могу дать ему весь гребаный мир. Меньшего он не достоин, — серьезно сказал Тони, глядя на тяжело дышащую женщину. — А ты? Ты достоин его? — чуть успокоившись, спросила Мэй, внимательно следя за реакцией мужчины. — Да ни хрена подобного, — хохотнул Старк. — Но Питер почему-то считает, что я хороший человек, и хочет быть со мной, — он развел руками, показывая, что и сам в замешательстве. — Я рада, что ты это понимаешь, — пробормотала Мэй и устало присела в кресло напротив Тони. — Мэй, он правда очень дорог мне. Я никогда не обижу его. Сознательно, — тут же добавил Тони под скептическим взглядом Мэй. Женщина со стоном потерла виски и, откинувшись на спинку кресла, обреченно уставилась в потолок. — Как же вы оба меня задолбали. Ты пороги обиваешь, Питер методично капает мне на мозг, а я не знаю, что делать! Я люблю его и хочу только самого лучшего, а он считает меня этакой злой мачехой, которая его на бал не пускает. Долбанная Золушка, — Мэй опустила взгляд на Старка. — Но я понимаю, что ровным счетом ничего не могу поделать с этой ситуацией. Питер через полгода станет совершеннолетним и сможет творить все, что ему заблагорассудится, не оглядываясь на мое мнение, а я слишком люблю его, чтобы потерять. Поэтому, — она наставила палец на Старка, — я рассчитываю на твое благоразумие, Тони. Эм, кажется, два-один? — То есть ты?.. — Да. Но только посмей обидеть его, и я оторву тебе все, до чего дотянусь. Понятно? — Предельно, — улыбнулся Тони. — Вы закончили? — раздался голос, и Мэй с Тони синхронно повернулись в сторону говорящего. Питер стоял в дверном проеме и, опираясь о косяк, спокойно наблюдал за происходящим в комнате. — И давно ты там стоишь, паучок? — откашлявшись, спросил Тони. Он, как и Мэй, был уверен, что парень еще в школе. — Ну, я вроде как тут с самого начала? — ехидно протянул Питер и, не дав взрослым отойти от его наглости, быстро добавил: — Так что, мой домашний арест закончен? Мэй и Тони переглянулись, и последний заметил во взгляде женщины вспышку сочувствия к нему, Старку. Да, похоже, он еще не до конца понял, во что ввязывается.

***

      Мстители узнали о том, что Тони и Питер — пара, уже после того, как парню стукнуло восемнадцать, чему Старк был рад несказанно. Не то чтобы они как-то особенно скрывались, но почему-то, глядя на них, ни у кого в команде не промелькнула мысль о том, что они могут быть вместе. Если честно, Тони был даже немного разочарован в умственных способностях главных защитников Земли, хоть это и сыграло ему на руку. Конечно, он понимал, что шило в мешке не утаишь, но и пафосно раскрывать тайну своей личной жизни не спешил, хотя иногда мелькала мыслишка поцеловать Пита прямо за завтраком, просто чтобы посмотреть на вытянувшиеся лица Мстителей. А кто-нибудь, может, и лопнул бы от возмущения (не будем показывать пальцем на чувака в синем старомодном костюме). В общем, жили себе Тони и Питер спокойно, никого не трогали, никто не трогал их. Идиллия! Но всему приходит конец, причем всегда очень неожиданно.       В тот вечер Питер наконец-то остался ночевать в башне. Всю неделю до этого события он готовился к вступительным экзаменам в MIT и жил у Мэй, потому что эта невыносимая женщина настояла, чтобы паучок был под ее присмотром. Тони сам не знал, как не рехнулся за эту неделю, он слишком привык, что Питер всегда рядом, под боком. Вот как сейчас, да.       Тони полулежал на диване в гостиной и делал вид, что смотрит очередной «шедевр» современного кинематографа, хотя на самом деле его больше интересовала собственная рука, запутавшаяся в кудрях Питера, лежащего у него на коленях. Старк был расслаблен и доволен жизнью, как никогда. Уже давно пора бы запомнить, что ничего в жизни Тони не дается просто так и за все нужно платить. Конкретно за такое состояние расслабленности и неги он обычно расплачивается собственными нервными клетками. — О нет! Нет, не делай этого! Он же пошлет тебя, — вдруг эмоционально вскрикнул Питер, отчего Тони дернулся. — М? Паучок, ты чего? — непонимающе пробормотал он. — Она, — Пит махнул рукой в сторону телевизора, — дура полнейшая! Ну не делается так. Она же просто подошла к нему и сказала, что любит и надеется на то, что и он ответит на ее чувства однажды. Ага, десять раз! Вот сейчас он ее мягко пошлет, смотри. Ха! Я же сказал! Тони перевел недоуменный взгляд с Питера на экран, где разворачивалась драма. — И что же она должна была сделать? — спросил подозрительно Тони. — Нужно действовать тоньше, повернуть все так, чтобы он думал, что сам решил вступить с ней в отношения, возможно, даже поуговаривал ее. Да, сложно, но зато он будет ощущать себя победителем, и она в накладе не ост… — кажется, Пит понял, что сболтнул лишнего, и оборвал сам себя, когда почувствовал, как сжалась рука Старка в его волосах. — А теперь подробнее, паукообразное, — ласково произнес Тони, не ослабляя, впрочем, хватку в волосах парня. — Откуда такие познания? — Эм… Ну… Я много читаю и вообще, — начал мямлить Питер, снова надевая на себя маску наивного смущенного мальчика. Вот только Тони уже давно подозревал, что его паучок не так прост, как кажется, и сейчас убеждался в этом в очередной раз. — Да ты что! Какое разностороннее развитие у моего малыша! Я так горд! — протянул Тони. — Сказал бы я, если бы твоя речь подозрительно не напомнила мне начало наших отношений. Питер тяжело вздохнул и поднялся с коленей Тони, садясь напротив него на диване. — Ты не так понял, Тони, правда, — парень умоляюще посмотрел в глаза Старку. — Какая банальная фраза, Питер. Ты все это время манипулировал мной! Все эти твои «Я не знаю, мистер Старк! Я не понимаю, что происходит!» и «Это все мои паучьи инстинкты», — передразнил парня Тони, изображая крайнюю степень возмущения. — Что это было? — Все не так! То есть, не совсем так. Сначала я действительно не понимал, какого черта творю, мне будто тормоза сорвало напрочь! Я был влюблен в тебя еще с пятнадцати лет, и меня ни разу так не крыло, как тогда! Я же буквально таскался за тобой, даже когда ты не видел. Осознание пришло чуть позже, когда я понял, как поменялись наши отношения, когда мы начали свободно общаться в мастерской, когда ты стал звать меня туда сам. Я понял, что попал окончательно, и решил рискнуть, раз уж даже мой внутренний паук без ума от тебя. И как я должен был это провернуть? Да ты послал бы меня, если бы я пришел к тебе и вывалил все, как есть. Я же понимаю, кто я, а кто ты. Подожди, не перебивай! — шикнул Пит, когда Тони собрался вмешаться. — Тогда я подумал, что надо тоньше действовать. Воздыхателей вокруг тебя всегда достаточно, и мне нужно было как-то выделиться на их фоне. Я стал ухаживать за тобой, ориентируясь на подсказки моих паучьих инстинктов. Как видишь, никакого заговора, мистер Старк! — саркастично закончил парень. — Ну да. Никакого заговора, конечно. Да я чуть не поседел от твоих ухаживаний, — ухмыльнулся Тони. — Блин! Я тогда в гостиной охренел не меньше тебя, когда обнаружил себя над тобой вверх тормашками. Я этого не планировал, правда! Оно само, — рассмеялся Питер, разводя руками. — Давай проясним. Ты все это время притворялся невинным, ни хрена не понимающим придурком, чтобы что?.. Зацепить меня? — Но ведь сработало, — растянул губы в широкой улыбке парень. Тони дар речи потерял от такого нахальства. — Ах ты, мелкий засранец! Ты у меня сейчас получишь! — Тони кинулся на парня и стал его щекотать. — Да, папочка, накажи меня, — хохотал Питер, пытаясь вывернуться из рук Старка.       Они возились под громкий хохот парня и редкие смешки Тони, пока последний не выдохся и не рухнул, придавливая Питера к дивану. — Уже устал, старичок? Не переживай, бывает, — похлопал парень Старка по плечу. Тони поднялся на вытянутых руках, нависнув над Питером, и задумчиво заглянул в эти наглые глаза. — Знаешь, я теперь понимаю тот жалеющий меня взгляд твоей тетушки. Она ведь с самого начала знала, какая ты коварная, ехидная заноза в заднице. — Ну естественно. Она же знает меня дольше, чем ты, — хохотнул парень. Старк обреченно застонал и уткнулся в плечо смеющегося Пита, чтобы скрыть собственную улыбку, потому что, черт возьми, такой Питер нравился ему еще больше! Он оторвал голову от плеча парня и снова навис над ним, но уже с другими намерениями, и Пит, моментально уловив перемены, перестал смеяться. Тони склонился ближе к лицу парня и легко коснулся его губ своими. Питер инстинктивно подался вперед и провел руками вверх по плечам Тони в ласкающем жесте. Они были так увлечены друг другом, что не заметили, как в комнате помимо них оказался еще один человек. Когда раздался звук разбившейся о пол посуды, Старк подскочил, мгновенно оказываясь на приличном расстоянии от паучка. Питер, в свою очередь, побил все собственные рекорды по красноте щек, но остался в прежнем положении. Они оба в панике вытаращились на нарушителя их идиллии. Тот в ответ пялился на них не менее паническим взглядом. И да, это был Капитан, мать его, Америка. Хуже вечер закончиться просто не мог… — Хм, Тони, он там жив вообще? — спустя пару минут гляделок осторожно спросил Питер. Стив все также продолжал стоять и смотреть куда-то сквозь них, не издавая при этом ни звука. Он, кажется, даже не дышал. — Да что с ним случится-то? Он же суперсолдат. Хотя, наверно, при инсультах и инфарктах чудо-сыворотка может и не сработать, — пробормотал Тони, внимательно следя за не подающим признаков жизни Капитаном. — Эй, Капитан Сосулька, ты как? Давай, дыши уже. Понимаю, что зрелище тебя немного, ладно, сильно шокировало, но не настолько же! — уже раздраженно закончил он, вставая с дивана и осторожно двигаясь в сторону Стива. Тот пару раз моргнул и перевел ошарашенный взгляд на Тони. — Тони? Что… как? Это же… — пролепетал Кэп в смятении. Выглядел он при этом как ребенок, которому только что сообщили, что Санты не существует. — Спокойно, все хорошо. Да, мы с Питером вместе, только прошу тебя, не распространяйся об этом, лады? Мы бы хотели сами объявить всем, и сделать это придется чуть раньше, чем мы рассчитывали. — Ты с ума сошел, Старк! — отойдя от шока, заорал Стив. — Он же ребенок совсем! Как ты мог?! Я знал, что у тебя нет совести, но чтобы настолько! Каждый раз, когда я думаю, что падать дальше тебе уже некуда, ты умудряешься… Ммм! — Кэп и Тони перевели одинаково охреневшие взгляды в сторону дивана, где Пит медленно опускал руку после того, как залепил паутиной рот Стиву. — Мистер Роджерс, Тони попросил вас не распространяться, а вы кричите на всю Базу. Успокойтесь, а паутина через пятнадцать минут растворится, — пожал плечами как ни в чем не бывало парень. — И еще, я не ребенок и сам могу решать, с кем встречаться, поэтому перестаньте оскорблять мистера Старка, иначе я разозлюсь и сделаю что-нибудь, за что мне потом будет очень стыдно. Парень сложил руки на груди и внимательно уставился на Капитана. Тот возмущенно пыхтел и переводил грозный взгляд с Питера на Тони и обратно. — Ты заткнул Капитана Америка! Ты буквально заткнул ему рот! О Боже, Питер, я тебя обожаю! — засмеялся Тони. — Это будет моим самым любимым моментом в копилке воспоминаний. Пятница, ты же записала это? — Конечно, мистер Старк. — Умница! А теперь без шуток, Роджерс. Да, мы с Питером вместе и у нас все чертовски серьезно. Ты можешь принять это, а можешь нет, мне плевать, честно, но не смей нам мешать, — серьезно сказал Тони. — И да, просьба не распространяться все еще в силе, мы хотим объявить остальным сами, — крикнул Тони уже вслед психанувшему Стиву. — Ну, все могло быть и хуже? — пробормотал Питер, обнимая Тони со спины. — Ага, нас могла застукать Нат. Она бы даже разбираться не стала и молча оторвала бы мне кое-что ценное. — Нужно объявить всем о наших отношениях. Как только мистер Роджерс отойдет от шока, он расскажет. — Конечно, нужно. Это уже даже неприлично как-то. За завтраком и объявим, чего тянуть, — пожал плечами Тони и, обернувшись, чмокнул парня в макушку. — Значит, завтра? — Да, паучок, завтра. А пока, пойдем-ка в комнату. Кто-то совсем недавно просил его наказать? — провокационно улыбнулся Тони и потянул Питера за руку. — Тони! Я же пошутил! — простонал Пит, закатив глаза, но послушно поплелся за Старком. — Так я же «старичок», в маразме уже, шуток не понимаю совсем, — в притворной грусти покачал головой Тони, под смех Питера затягивая его в комнату и закрывая дверь на замок. Во избежание…

***

      Естественно, никакого эффекта неожиданности за завтраком не случилось. Возмущенный Капитан вечером по секрету поделился новостью с Барнсом, тот — с Уилсоном, Сокол — с Наташей, Наташа — с Клинтом, Клинт — с Вандой… В общем, к утру все обитатели Базы были в курсе личной жизни Тони и Питера и, сидя за столом, сверлили их требовательным взглядом.       Тони откровенно наслаждался нетерпением, написанным на лицах Мстителей, и невозмутимо попивал свой кофе. Он мог бы молча закончить свой завтрак и уйти без объяснений, чтобы просто еще больше побесить команду, но, глядя на зеленоватого от волнения Питера, которому кусок в горло не лез, Тони с обреченным вздохом взял слово. — Друзья мои и недруги, — покосился он на Барнса, непонятно как затесавшегося в их семейку. — У меня для вас есть очень важное заявление. Как вы уже все, очевидно, знаете, — Тони выразительно глянул на смущенного Стива, — в моей жизни случилось глобальное изменение: я больше не завидный холостяк-плейбой, а без пяти минут семейный человек! Можете поздравлять. Мстители аж замерли от такой наглости, но не решались ее как-то прокомментировать. Коротко обведя взглядом эту команду смельчаков, слово взяла Черная Вдова. — Эм… Это очень неожиданно, Тони, и я рада за тебя. За вас, — осторожно начала Наташа. — Но разве ты и мисс Поттс не?.. — Вот уж ни хрена подобного, — прошипел Питер, который дико ревновал Тони к Пеппер. Мстители ошарашенно уставились на всегда позитивного и милого Питера, а сам парень не сводил возмущенно-требовательного взгляда со Старка. — Кхм, — смущенно кашлянул Тони. — Я бы выразился мягче, но Пит передал суть довольно точно. Мы с Пеппер уже давно «не», а с паучком у нас свадьба в следующие выходные. Вы, кстати, приглашены, хотя я не хотел, но Питер настоял. Жду от вас нормальных подарков, сервиз не прокатит, предупреждаю сразу. И да, приглашение действует на ваших «плюс один», так что не стесняйтесь. О, Тони на всю оставшуюся жизнь запомнит эти вытянутые лица. — Где ваши поздравления? — вскинул брови Старк, за что получил тычок в бок от Питера. — Питер, если он тебя заставил, ты только скажи, — твердо произнес Роджерс. — Еще кто кого заставил, — пробормотал Тони и зашипел от очередного тычка. — Никто никого не заставлял, мистер Роджерс, — прохладно начал Питер, и Старк насторожился. — А насчет оскорблений в сторону Тони я вас вчера предупреждал, веб-шутеры на мне, кстати, — вполне серьезно оттянув рукав толстовки, продемонстрировал Пит. Тони с трудом подавил улыбку. Выкуси, Сосулька!       Мстители растерянно переглядывались и пытались переварить ситуацию. Тони спокойно продолжил свой завтрак, а Питер делал вид, что ему все равно, но Старк видел, как в его руках чуть погнулась вилка. Напряжение в комнате достигло предела и уже вот-вот должно было вылиться в скандал, к которому Тони был морально готов, как вдруг голос подал тот, от кого он меньше всего ожидал. — А можно Локи будет моим «плюс один»? Он скучает в Асгарде без дела и был бы рад куда-то выбраться. Локи любит свадьбы, честно! И он очень тепло относится к Питеру, — на полном серьезе пробасил Тор. Все за столом нервно рассмеялись, и напряженная атмосфера вмиг разрушилась. Мстители друг за другом стали осторожно поздравлять Питера и Тони с предстоящим бракосочетанием, а Старк смотрел на них и понимал, что, какими бы они ни были надоедливыми засранцами, они его семья. Даже чертов Барнс, но в семье не без урода, куда деваться. Тони прижал счастливого Питера к боку и с наслаждением глотнул чуть остывший уже кофе. Кажется, жизнь прекрасна.