Шепард

Полтора года спустя

«Добро пожаловать на космическую станцию, курсанты. Ваш экзамен пройдёт здесь. Задача проста: ликвидировать противника и самим не помереть. Вы не ограничены во времени, но попытайтесь закончить до того, как ваши инструкторы проголодаются. Приступайте. Берегите себя и своих товарищей» — громко донеслось по селекторной связи. Начальство академии и, в частности, лейтенант Тайлер пребывали сегодня в хорошем расположении духа, но замершие в лёгкой нерешительности курсанты это чувство не разделяли. Последние полгода их подготовка проходила на тренировочной базе на Луне, где они сполна отработали навыки боя и различные сценарии на виртуальном интеллекте. Но вот так столкнуться с живой силой противника и бить насмерть… к этому нужно было морально подготовиться. Конечно, никто не умрёт. У обеих групп — «Альфы» и «Дельты» — в оружии холостые патроны, которые лишь имитируют урон. Но если «повреждения» достигнут показателя «смертельно», то бронекостюм тут же оповестит владельца и находящихся в рубке связи инструкторов. Тогда боец выбывает из испытания. — «Проста задача», а? — невесело усмехнулась Робинсон. — Есть идеи? — Наши группы десантировали, скорее всего, в противоположных концах станции. Судя по её размерам, в ближайший час мы с «Дельтой» не столкнёмся, так что предлагаю осмотреть наш боевой полигон, — предложил Гент. Он согнул перед собой левую руку, и вокруг неё замерцал оранжевый интерфейс омни-инструмента или попросту инструментона. Каждому курсанту выдали такой микрокомпьютер, анализатор и сборщик с доступом в сеть и к базовым программам по ремонту снаряжения и первой медицинской помощи. Остальные последовали примеру Гента и проверили исправность связи. На голографическом экране инструментрона высветилось уведомление, что прибор синхронизирован с рациями в шлемах, и все члены отряда подключились к нужной частоте. У каждой из двух экзаменуемых групп была своя, и, разумеется, инструкторы слушали обе. Курсанты ещё раз убедились в целостности бронекостюмов и что генераторы кинетического щита заряжены на 100%. По четыре светошумовые гранаты висели в отдельных карманах у каждого на поясе. Штурмовые винтовки и пистолеты исправны. Подготовились как смогли, проверять больше было нечего. — Ну-с, перед смертью не надышимся. Выступаем? — пыталась бодриться Монтерра. — Знать бы, куда и где мы находимся… — пробормотал Эндерс. — Скорее всего, мы возле третьего шлюза. Когда мы подлетали, я видела такое же окно, как на схеме. — Какой ещё схе?.. Все обернулись на Шепард. Она сидела на корточках, прислонившись к ящику, и рассматривала голограмму вытянутой станции. Её зрачки перемещались от одной полупрозрачной комнаты к другой и искали тактически выгодные места. — Схема военной станции? Ты что, взломала базы данных Альянса? — подивился Тумс, а Шепард вскинула брови. — Конечно, нет. Как бы я это сделала? Схема лежала в свободном доступе во внутренней сети Академии. Как будто специально для нас. — Ага, для тех, кто догадается поискать её. Молодчина, Шепард! Так куда нам? — Если другую группу высадили в противоположном направлении, то, скорее всего, они сейчас у шлюза пятого или шестого. Оба ведут вот в этот коридор, — Шепард указала пальцем на вытянутое пространство, напоминающее соломинку. — А вот от него уже расходятся пути в разные комнаты, как, впрочем, и от нашего. — Если бы мы захотели принять бой, то где удобней всего? — задумалась Монтерра. — В большом зале. Там два этажа высоты и много мест для укрытия. — И что? Пошлём другой группе приглашение на чай в большой зал? — закатил глаза Доусон. — Есть ли вообще смысл находиться всем рядом? Может, стоит рассредоточиться? — Можем попасть под огонь по одному. — А может, они тоже разделились? — Пойдём к комнате охраны, — предложила Шепард. — Не зря её оставили свободной, а инструкторы сидят в рубке связи. У охраны тоже должен быть доступ к камерам на станции. Найдём камеры – увидим наших соперников. — Похоже на план, — кивнули Робинсон и Стенли. — Тогда выступаем. И поторопимся. Может, наши оппоненты подумали о том же, о чём и мы. Тёмные коридоры станции напоминали сцены из фильмов ужасов, когда за каждым углом могла таиться опасность и смерть. Небольшой свет давал круглый мерцающий дрон, которым Гент управлял через инструментрон. Именно дрон первым залетал за угол, после чего выступали все остальные члены отряда. Они миновали несколько поворотов и заглянули в несколько комнат. Стояла зловещая тишина. У некоторых вспотели руки, и луч от фонаря на их винтовках подрагивал. Шепард чувствовала, как стучит сердце и старалась сосредоточиться на дороге. Если за углом окажется враг, то дрон примет первый удар, и остальные успеют подготовиться. Но не происходило вообще ничего, и от этого тревога только росла. Отряд дошёл до лифта без приключений, и когда в кабинке загорелся свет, некоторые облегчённо выдохнули. — Не расслабляйся, Монтерра. Из лифта некуда отступать, и если они ждут нас на выходе… — начал Тумс. — То всех расстреляют, я поняла. Лифт остановился с характерным писком. Створки разъехались, и все вскинули оружие, но их встретила пустота коридора. — Мы уже недалеко, — сказала, глядя на схему, Шепард. — Гент, пусти дрона дальше. Светящийся шар полетел вперёд и скрылся из вида. Он оснащён камерой и простенькой лазерной установкой, и успешно выполнял функции как разведки, так и поддержки в бою. Гент был лучшим по части техники и наловчился создавать и управлять дронами получше любого в отряде, потому ему на тренировках по умолчанию доставалась роль инженера поддержки. Эндерс, Тумс и Робинсон всегда выступали основной огневой силой. Когда эти трое вели огонь на подавление, мимо не могла проскочить и мышь. Эндерс к тому же носил самую тяжёлую броню и порой таранил противников, сбивая их и с толку, и с ног, чем заслужил кличку «Кроган». Монтерра прекрасно стреляла из пистолета и была быстра как кошка. Пока эти трое её прикрывали, она могла перебежать от одного укрытия к другому и занять выгодную позицию. Доусон показал себя отличным стрелком и часто прикрывал отряд из укромного места со снайперской винтовкой. Стенли, в сравнении с остальными, не отличался ни быстротой реакции, ни физической силой, ни меткостью, а потому, как и Гент, держался позади ударных бойцов и по мере надобности оказывал поддержку. Запас дополнительных аптечек всегда хранился в его закромах. Дрон отлетел от отряда уже на сто метров и не увидел ничего, кроме пустого коридора и дверей. Даже иллюминаторы перестали встречаться. Станция казалась бесконечной, а дислоцированные на неё шестнадцать человек представляли себя муравьями на футбольном поле. Иногда экзамен затягивался дольше, чем на сутки, и курсантам приходилось спать прямо на станции и караулить по очереди. На этот случай у них имелись сухие пайки и вода на пару дней. Если заканчивалось и это, то приходилось искать что-то съестное прямо на месте экзамена — такой сценарий тоже предусматривался. Инструкторы же свободно покидали станцию и сменяли друг друга через отдельный шлюз за пределами экзаменационной зоны. Резкий приглушённый выстрел заставил всех вздрогнуть. Окно, через которое выводилось изображение с камеры дрона, пошло сплошными помехами. Гент опустил инструментрон и тихо сказал очевидное: — Мы нашли их. Шепард резко вызвала свой инструментрон и раскинула схему станции. — Через сто восемьдесят два метра к западу, — быстро сказала она и ткнула на карте в вытянутое помещение. — Это склад. Если пройдём по нему, то сможем выйти им в спину. Гент недолго колдовал на экране инструментрона, и светящаяся красным кнопка двери стала зелёной. Все вбежали в комнату, полную контейнеров и ящиков, что громадами высились почти до потолка. Отряд пробирался вперёд, задевая плечами косяки. В рации слышалось множественное тяжёлое дыхание. Шаги и шорканье частей брони друг о друга действовали на нервы — слишком громко! Стенли запнулся и чуть не упал. Робинсон тихо выругалась. И когда из-за башни ящиков показалась дверь выхода все резко остановились. Вместо красной на двери мерцала зелёная кнопка «открыто». — На схеме эта дверь заперта, — шепнул Гент, в точности повторив мысли Шепард. Они готовились взломать её и выскочить за спинами своих преследователей, как вдруг оказалось, что эти преследователи вполне могли быть уже с ними в одном помещении. Завязывать бой здесь было бы непрактично — слишком тесно и неизвестно какое содержимое в этих ящиках. И пусть на учебной станции ничего по-настоящему опасного быть не могло, молодые курсанты уже научились мыслить как солдаты в боевой ситуации. Если они налетят на противника в столь узком коридоре между рядами контейнеров, то просто откроют друг по другу огонь. Кто-то успеет спрятаться и отступить, но оба отряда понесут колоссальные потери. И это никак не вязалось с установкой «беречь себя и своих товарищей». — Уходим отсюда. Я и Эндрес пойдём первыми, — еле слышно шепнула Шепард, но все услышали её голос по рации. Она на секунду занесла руку, затем резко нажала зелёную кнопку и выскочила в коридор с поднятой винтовкой. Эндерс выскочил следом и направил оружие в другую сторону. Чисто. — Они могут выйти из любой из двух дверей. Где устраивать засаду? — Их там может вообще не быть. — Пошлём ещё одного дрона? Не соваться же туда самим. — Ты думаешь, у меня дроны бесконечные? — Держу пари, что инструкторы сейчас следят за нами по камерам и ржут, как мы пугаемся каждого шороха. Разговоры резко затихли на полуслове. Все повернули головы в сторону западного коридора и прислушались. Недалеко гремели выстрелы. Но… кто с кем сражается? На этой базе сейчас всего два отряда! Нехорошее предчувствие закралось внутрь и царапнуло нервы каждого в отряде. — Только не говорите, что это уже не экзамен, и на нас напали… — пробормотал Стенли. — Инструкторы бы предупредили, — ответила Шепард. — А если они не могут? — Тогда проверим сами. Шепард торопливо направилась в сторону выстрелов. Никто не стал спорить. Если это не учебная тревога, то, в кого бы ни стреляли, им нужна помощь. А если всё же экзамен, то бояться нечего. Отряд припустил бегом. Они вышли в широкий коридор, от которого было рукой подать до комнаты охраны, куда они изначально направлялись, но выстрелы вели их левее. — Стенли, беги к консолям охраны и смотри камеры! Как только увидишь, в чём дело, сообщи по рации, а мы к перестрелке, — бросила на бегу Шепард. Отряд принял всё без возражений. Отчасти из-за того, что все они привыкли выполнять приказы и не придали значения, кто их отдаёт сейчас. По протоколу перед началом миссии они должны были выбрать командира отряда, но от волнения напрочь об этом забыли. И если командир проявился сейчас и вполне справляется, то какая разница. Выстрелы становились всё ближе. Шепард пыталась рассмотреть схему, но на бегу всё качалось. Кажется, там очередной склад. Впереди замаячила открытая дверь, откуда ярко бил свет. Один рывок. Винтовки на изготовку. На миг все застыли на входе. Четверо курсантов из другого отряда «Дельта» лежали на полу и не двигались. Остальные отстреливались из-за укрытий, а дюжина армейских охранных роботов наступали на них с оружием. Один из роботов повернул голову в сторону новоприбывшего отряда и получил в неё пулю… вот только пуля в холостом патроне была лишь имитацией. — В укрытие! — крикнул Доусон. Шепард толкнула Робинсон за ящики, кто-то толкнул и её. Монтерра споткнулась, и её кинетический щит засиял ярко-голубым, поглощая выстрелы. Эндерс в один прыжок вынырнул из-за ящиков, схватил Монтерру за локоть и вторым втащил в укрытие. — Задело? — спросил он. — Нет… нет. Но щит почти на нуле. Часть роботов отделилась от наступающей волны и направилась к ним. Шепард протиснулась между стеной и ящиками и начала отступать, остальные за ней. Робинсон кинула светошумовую гранату — достаточно далеко, чтобы не задеть своих, но роботам такая атака ожидаемо не повредила. — Вот чёрт! И почему нам не дали боевых? — выругалась она. Пули свистели над головами как град, оставляя маленькие вмятины на стенах. Шепард мельком глянула на следы, но думать было некогда. Эндерс метнул маленький ящик в сторону роботов и выиграл пару секунд. Каждый перебежал к следующему укрытию. Когда поняли, что у этого склада всего один вход и выход, и он остался позади, было поздно, пришлось отступать до конца. Так под обстрелом с потрёпанными щитами они добрались до комнаты в задней части склада. И тут же уткнулись в дула винтовок. Четверо курсантов отряда «Дельта» недоверчиво смотрели на них через прицел. — Нашли время. Вам не кажется, что не туда целитесь? — нахмурилась Шепард, указывая большим пальцем назад. В закрытую дверь стучались пули. Гент проделал несколько манипуляций на инструментроне и направил его на дверь. Энергетический импульс сменил индикатор кнопки с зелёного на красный. — Справедливо, — отозвался самый плечистый курсант и опустил оружие, остальные последовали его примеру. Шепард узнала его, т.к. встречала на тренировках и занятиях. — Калланд, — кивнула она в качестве приветствия. — Какого чёрта тут происходит? Почему тут включённые роботы и палят по нам? — Сама у них спроси. Нам они ответили пулями. — А что ваши? — Без понятия! — воскликнула девушка из «Дельты» и пнула железный шкафчик. — Митч попытался вытащить Ньюсон под огнём, и там же с ней полёг. Они могут быть ранены, могут быть убиты. Без понятия! Весь отряд Калланда опустил глаза. Каждый из них боролся с чувством вины, что оставил раненых товарищей на поле боя. — Да чушь! — воскликнул Доусон. — Какие убитые на экзамене? — А какие роботы на экзамене? Их учебные патроны не берут. Нас о таком не предупреждали. И инструкторы молчат. Может, на них тоже напали? — возразили ему. — Что это меняет? Нам не вырваться отсюда, даже если мы объединимся. Их там не меньше двадцати, — посмотрел по радару Калланд. — Мы в тупике, а щиты на последнем издыхании. Так что вижу только один вариант — полечь всем под шквальным огнём, как Митч и Ньюсон, и провалить выпускной экзамен… если это экзамен. Все курсанты приуныли. Никому не хотелось сдаваться вот так. В лучшем случае они пойдут под пули просто для того, чтобы показать командованию, что не справились. В худшем же… Шепард вскинула руку к рации в шлеме. — Стенли! Ты слышишь меня? Сначала в рации стояла зловещая тишина, но после тихого треска послышался голос: — Слышу. — Ты добрался до поста охраны? — Добрался. Я всё видел по камерам, только рассказывать вам уже было поздно. — Посмотри у них в системе, нельзя ли отключить роботов. — Уже смотрел. Отключение возможно только в ручном режиме в пункте управления. — Сможешь дойти туда? Все с надеждой прислушались, но Стенли ответил быстро: — Не смогу. Судя по камерам, все коридоры в том направлении патрулируют роботы. Что я им один сделаю с холостыми патронами, если вы не смогли? — Проклятье! — Шепард от досады ударила кулаком стену, на миг засветившийся интерфейс инструментрона погас. — Посмотри ещё раз на схему и на камеры. Может, найдёшь свободный коридор. Следующие полчаса Шепард и Стенли по радиосвязи сверяли на схеме каждый уголок станции, каждый коридор, который вёл в пункт управления, но тщетно. Все проходы и впрямь патрулировались. Будь у курсантов боевые патроны и гранаты, то можно было бы попробовать, но даже тогда при прорыве отряды могли понести большие потери. Ребята из «Дельты» в это время обследовали содержимое их маленького убежища. Шкафчики у стены оказались в основном пусты. В некоторых лежало учебное оружие, части от системы охлаждения и аккумуляторы — не для щитов. В ящиках обнаружилось несколько аптечек. Стенли по рации бессильно молчал. Он ничем не мог помочь товарищам. Шепард продолжала водить глазами по трёхмерной схеме станции, пока взгляд не остановился на одной дверке. — Стенли, — встрепенулась она, чем привлекла внимание остальных. — Скажи, прямо за пунктом управления, это ведь шлюз? Несколько секунд тишины, пока Стенли искал на схеме и по камерам нужный участок. — Да, для грузовых челноков. Через него завозят оборудование. А что? — Я могла бы пройти к управлению через него. — Как? Роботов не обойти, разве что только по… Оу. — Рядом с нами шлюз №4. Мы проходили его, там же не было роботов? — Минутку… да, они как раз в той части станции, куда вы забрели. Погоди, ты что, серьёзно?.. — Я пройду снаружи и доберусь до грузового шлюза, но тебе придётся его открыть. Сможешь сделать это с пульта охраны? — Д-да, смогу. Погоди, Шепард… — Космос не учебный, — закончил за него мысль Эндерс. — Если тебя унесёт… — Не унесёт. Мы же тренировались работать в невесомости. Включу магнитные ботинки и пройду по внешней стене. Идея никому не понравилась. Они тренировались внутри базы, в том числе без гравитации, они ходили пешком и ездили на бронетранспортёре по поверхности Луны. Но под или над ними всегда была опора. Выйти в открытый космос, да ещё без страховочных тросов, казалось равносильным прыжку над пропастью… Вот только других идей ни у кого не было. Они застряли в маленькой комнатке, когда снаружи их караулило два десятка роботов. Кому-то нужно было сделать первый шаг. — Только я не уверена, что смогу взломать их систему и отключить, — задумалась Шепард. Гент лучше неё разбирался в технике, но от невесомости всегда хватался за желудок. В открытом космосе у него попросту могли сдать нервы. Шепард же на тренировках показывала куда более уверенные результаты. — У вас есть техник? — обратилась она к другому отряду. — Митч. — Понятно… — Иди. — Гент положил руку на плечо Шепард. — Если умеешь взламывать кофейные автоматы, справишься и с роботами. Не думаю, что на учебном полигоне кто-то ставил защиту уровня альянсовских секретов. Это имело смысл. Шепард кивнула: — Понадобится ваша помощь. Как только откроем двери, начинайте огонь на подавление. Я попробую проскочить мимо. — Возьми. Нашёл тут. Пригодится. Калланд протянул ей пояс. Шепард доводилось видеть его лишь раз, но она сразу узнала технологию тактической маскировки. При запуске её всю окутает своего рода невидимый цилиндр, который будут огибать любые излучения, в том числе и свет. Это сделает невидимой и Шепард. Технология далека от совершенства: заряд опустошается за несколько секунд, и если присматриваться, то всё равно можно заметить мерцание объекта даже под цилиндром. Однако в суматохе перестрелки такая маскировка бесценна. — Когда покончим с роботами, разберёмся между собой по-честному и закончим этот жуткий экзамен, — добавил Калланд. — Может, и не придётся разбираться, — вслух подумала Шепард. — Как это? — Инструктор сказал «ликвидировать врага», но ничего не говорил, что «враг» — это другой отряд… — Все курсанты переглянулись. — Я пошла. Гент… открывай дверь. Несколько секунд. У неё будет всего несколько секунд, чтобы проскочить мимо роботов. Шепард пристегнула пояс и кивнула. — Не помирай там, Шепард. Мы в прошлый раз не доиграли в шахматы. Гент нажал на кнопку двери. Первая пуля полетела наружу ещё до того, как створки до конца раскрылись. Шквал миниатюрных осколков из одиннадцати винтовок тут же затрещал в столкновении с металлом. Огненные вспышки от дул раскалили воздух. Руки дрожали от непрерывной отдачи прикладов. Никто не оглядывался, смотрел только на врага и жал спусковой крючок. Роботам не знакомо чувство самосохранения, но алгоритмы призывали их беречь свою функциональность, потому роботы замедлили продвижение и начали отходить из-под обстрела за контейнеры. Шепард выскочила из укрытия под маскировкой и тут же рванула к выходу, задевая плечом косяки. Ни один робот не повернул головы в её сторону. Пояс скрыл её от любых визуальных и тепловых датчиков, а непрекращающаяся стрельба глушила звуковые. Шепард чувствовала, что заряд устройства истощается как лёд в печке. Спасительная пелена невидимости вот-вот истает. Быстрее. Среди выстрелов послышался чей-то вскрик. Быстрее. На пути перевёрнутый ящик. Да живее же! Последний прыжок. Дверь! Шепард прижалась спиной к закрывшимся створкам в коридоре, когда невидимость спала. В рации зазвучал возмущённый, но уверенный голос Доусона: — У меня перегрев! Конец винтовке. — У всех перегрев. Мы же палили без остановки. Жди, пока не охладится, — ответил ему Тумс. — Шепард, ты слышишь? — обратился Гент. — Да. Я прошла. — По рации послышался всеобщий облегчённый выдох. — Кто-нибудь ранен? — Щиты на нуле, а так целы. Остальное зависит от тебя. — Я пошла. Продержитесь. — Шепард… удачи. — Да. — Шепард сделала глубокий вдох и быстро зашагала по тёмному коридору. — Стенли, слышишь меня? Проведи меня к шлюзу самым безопасным маршрутом. Путь назад показался куда длиннее, чем когда они бежали на звуки выстрелов. Стенли, явно нервничая от всей этой затеи и сам, водил руками по голографическим интерфейсам в поисках изображения с нужной камеры. Шепард, доверяя его оценке «безопасно», бежала вперёд на всей скорости… пока её не тормознул взволнованный оклик. — О нет, Шепард, стой! Там робот. Я не знаю, откуда он взялся, но он стоит прямо перед дверью в шлюзовой отсек. — Всего один? — Да, но, как ты помнишь, ему твои пули безразличны. — Я справлюсь. «Я справлюсь», — повторила про себя Шепард. Она остановилась за углом нужного коридора и сверилась по радару. Действительно, всего один. Совпадение ли, что враг оказался в двух шагах от цели? Она отошла подальше, чтобы оранжевый свет инструментрона не привлёк внимание. «У всех охранных роботов этой модели одинаковая начинка. Надо только послать импульс». Шепард судорожно набирала пальцами заученные коды. Установленная программа для взлома уже давала основу, нужно было только набрать код поведения, который перепишет охранные алгоритмы, и послать импульсом в голову робота. Хватит всего на несколько секунд, потом антивирус робота обнаружит перепись и изолирует внедрённый код… но этого времени хватит. Готово. Шепард выглянула из-за угла и, прежде чем робот успел поднять оружие, вскинула руку с инструментроном. Машина тут же опустила оружие и задрожала, словно через неё прошёл ток. Шепард бросилась вперёд и приставила пистолет к голове робота. Пять выстрелов в упор. Даже учебными патронами такая стрельба размозжила электронный мозг. — Стенли, я у шлюза. Готова выходить. Шепард нажала пару кнопок на инструментроне, который был синхронизирован с её бронекостюмом. Из шлема выдвинулся респиратор и замкнулся под защитным стеклом, у шеи щёлкнуло крепление — теперь броня стала полностью герметичной и пригодной для выхода в космос. Шепард почувствовала, как через трубки позади в шлем начал поступать кислород. Раньше надо было таскать с собой тяжёлые баллоны, но благодаря открытию эффекта массы в 2149 году, размер и вес предметов, а также многое другое перестали иметь значение для тех, кто мог за эти новые технологии заплатить. И одними из таких людей, конечно же, были военные из наднационального Альянса. Шепард выкрутила мощность магнитных ботинок на максимум, и не смогла оторвать их от пола. Пришлось уменьшить наполовину на свой страх. Шепард сделала глубокий вдох и открыла двери шлюза. Помещение вмиг разгерметизировалось. Железные лепестки разъехались, открывая перед ней чёрную пасть космоса. Манящую и холодную, словно приглашающую упасть и раствориться в вечности — исчезнуть навсегда. Исчезнуть крошечной песчинкой. Шепард услышала, как участилось её дыхание. Датчики костюма показывали повышенное давление и учащённое сердцебиение. — Я иду, — прохрипела она вслух, чтобы придать себе уверенности, потому что её сейчас слышало по рации по меньшей мере семь человек. Семь человек и ещё четверо из другого отряда заперты в ловушке и ждут её помощи. Шепард осторожно шагнула в чёрную бездну, изо всех сил вцепившись руками в край шлюза. Затем медленно развернулась в невесомости, чтобы оказаться лицом к станции, и упёрлась в стену одной ногой, затем второй. Ботинки крепко примагнитились к поверхности. Шепард медленно выпрямилась во весь рост. — Ты как там? — послышался по рации голос. — Не боишься, что тебе прилетит в голову космический мусор или снесёт солнечным ветром? — Заткнись, Стенли! Ухожу в режим тишины. Шепард отключила рацию и оказалась наедине с чёрным океаном звёзд. Грозным. Тяжёлым. Таинственным. Многие столетия люди думали, что они одиноки во Вселенной, а в бездне космоса лишь пустота. Но их всё равно неотвратимо тянуло ввысь — в неизведанное. Первый полёт стал счастьем каждого человека. Потому что, несмотря на огромные просторы космоса, каждый с того момента почувствовал себя больше, значительнее, важнее. Словно взял судьбу в свои руки и достиг, смог, преодолел! Даже когда люди узнали, что мир немного теснее, чем думали, это не уняло желания исследовать, открывать и стремиться вверх. К вышине. К звёздам и другим планетам. «Мы словно странники. Мы постоянно движемся вперёд и оглядываемся назад. Поодиночке и все вместе. Остановиться — значит упасть… Не останавливайся. Иди». Шепард сделала первый шаг. Затем второй. Сердцебиение стабилизировалось. Дыхание стало ровным. «Всё в порядке. Всё хорошо. Мне не страшно». Шаг за шагом она шла по поверхности станции, не различая низ и верх. В открытом космосе такие понятия теряются, становятся неважны. А потом окружающий вид заставил её застыть на месте, широко раскрыв глаза. Шепард смотрела на огромную светящуюся миллиардами огней планету. С востока та голубела, освещаемая утренним солнцем, на западе же выглядела испещренной золотыми реками и тёмными провалами океанов. Шепард ненавидела Землю. Ненавидела душный грязный город, в котором выросла. Стремилась покинуть их навсегда. Но и представить не могла, что Земля, где столько грязи, боли и страданий… может быть так прекрасна и полна жизни. Каждый из этих огоньков — больших и маленьких — это чей-то город, и в нём живут люди. Так много людей со своими чаяниями и мечтами. Смотрят ли они сейчас на небо, как Шепард смотрит на них? О чём думают? За эту ли красоту сражаются солдаты Альянса? Этих ли людей защищают? Глубокий вдох. Ещё пятьдесят шагов. Включённая рация. — Стенли. Я на месте. Открывай. Большая створка грузового шлюза отъехала, и Шепард прошла внутрь. По телу пробежал луч системы обеззараживания. Включилась гравитация. Шепард не успела сойти на пол и повисла на перилах трапа, по которому обычно подходили к транспорту. — Ш-шепард… — Что там, Стенли? — спросила она, подтянувшись и снова встав на привычный пол. — Они пришли за мной. — Роботы? — Ломятся в дверь. — Прорвутся? — Я не знаю. Дверь охраны крепкая, но мало ли… Поторопись там с тем… что ты собиралась делать. — Держись, я скоро. Только проведи меня к пункту управления. Стенли вздрагивал от каждого стука в дверь — это слышалось по его голосу, — но исправно направлял Шепард в коридоры в обход врагов. Иногда Шепард слышала по рации стрельбу «Альфы» и «Дельты» и чьи-то ругательства. Она торопилась. — Пункт управления прямо за углом. Я сделал, что мог Шепард. А теперь прости, у меня будут заняты руки. Пистолетом. Стенли отключился от связи. Шепард тихо выругалась. Ещё один поворот, и она упёрлась в дверь — конечно же, запертую. Но программа взлома и несколько манипуляций в инструментроне сделали своё дело. Шепард оказалась в маленькой комнатке с тремя светящимися экранами. Кажется, кто-то управлял системой удалённо. Чтобы перехватить контроль, требовалось поднести идентификатор администратора либо перенаправить внешний поток данных в пустой код. Это должно быть проще, чем взламывать квантовую криптографию. Несколько минут напряжённых манипуляций на инструментроне. Удалось! Здесь действительно оказались не квантовые технологии. Гент был прав: система по зубам любому, кто хоть немного знаком со взломом современных программ. Альянс не стал бы ставить такую слабую защиту на по-настоящему важные системы управления! Это значит… — Ребята, держитесь. Уже почти всё. По последней кнопке Шепард стукнула кулаком. На экранах в ряд высветилось несколько десятков мигающих восклицательных знаков. — Стенли, Тумс, Доусон, Монтерра, Гент! Вы слышите меня? Мгновения тишины щекотали нервы, но тут раздался характерный для связи треск, и из рации послышались взволнованные голоса. — Чёрт возьми, Шепард! Ты сделала это! — Роботы все разом отключились. Как я хочу их пнуть! — Лучше не прикасайся, а то вдруг оживут. Калланд, как там ваши? Все разговаривали наперебой, а Шепард могла только слушать, уперевшись руками в консоль управления, и устало, но с облегчением, опустив голову. Тут внезапно повсюду загорелся свет. Будто с отключением роботов ожила вся космическая станция. Заработала шумная вентиляция, разгоняя застоявшийся воздух. — Экзамен окончен, — раздалось по громкой связи на всю станцию. — Справились удовлетворительно… но годится. — Тц, лейтенант Тайлер в своём репертуаре, — услышала Шепард голос Робинсон. — Прежде чем начнёте ворчать и покрывать матом своё командование, — продолжал как ни в чём не бывало Тайлер, — рекомендую отключить связь, потому как мы всё слышим. — В рации послышался тихий смешок. — Остальные инструкторы уже ждут вас у первого шлюза на выход. Сержанту Элиссону наверняка найдётся, что вам сказать. И пока вы ещё меня слушаете, я скажу первым: добро пожаловать в ряды Альянса, рядовые. Рядовой 2-го класса — самое низшее, но всё же звание военнослужащего Альянса. Это значит, что экзамен… — Тайлер. Конец связи, — закончил лейтенант. И через миг в уши всех подключённых к рации ворвалось: — Мы прошли! Мы справились! — И мы живы! Митч, ты это слышал? — Он ещё не пришёл в себя от транквилизатора. Шепард вышла из пункта управления и вскоре встретила в коридоре товарищей. Робинсон кинулась ей на шею, разве что только не заплакала от счастья. Стенли выдохнул от облегчения. Гент уважительно пожал ей руку. Ребята из отряда «Дельта» кивнули в знак благодарности. Шепард смотрела на них, но перед глазами будто всё ещё стоял чёрный простор космоса и такая яркая Земля. Получилось. Шепард стала больше, чем была в приюте, чем была в банде, чем была когда-либо. Она смогла и, глядя на лица товарищей, поняла, что её жизнь стала чем-то большим, стала другой. Она ещё не знала, что в этой жизни её ждёт и радость, и тяжёлые испытания, и раздирающая боль. Но тогда Шепард не могла об думать. Тогда она намеревалась стремиться ввысь.

* * *

Тайлер сидел в комнате отдыха и наслаждался заварным айриш-кофе из автомата. Он надеялся пробыть тут до конца перерыва, никем не побеспокоенный, потому что впереди ждала большая кучка дел. Надо заполнить и подписать много документов и выпроводить свежих солдат-срочников из Академии. Как рядовые они могли отправиться служить в гарнизоны колоний на других планетах, а также на добровольных началах участвовать в настоящих военных операциях. Или же могли продолжить обучение и получить несолдатскую специальность в Альянсе. Всё это было делом каждого. И вот с этими «делами каждых» Тайлеру предстояло сегодня разобраться, но не сейчас. Сейчас перерыв, кофе и… незваный друг. Командор Уайт вошёл в комнату быстрым шагом, словно его вызвали в кабинет адмирала. Но вместо приветствия он положил перед Тайлером планшет с открытым документом. — Вот. Утверди. Электронная подпись командора уже красовалась внизу, не хватало только подписи лейтенанта как куратора групп. Тайлер бегло прочитал текст и поднял глаза на Уайта. — Ты серьёзно? Уайт кивнул, и Тайлер, закатив глаза, поставил свою подпись под текстом: «Джейн Шепард. Рекомендована на службу в Военный Космический флот Альянса».