Меньше, чем вчера.

- - -

Нам тогда было лет по 15-16, верно? Мне не спалось одной из ночей. –Который час? –Два часа ночи. Намджун открыл мне дверь, а сам стоял в пижаме и, наверное, даже не верил своим глазам. –Ты чёртов псих, Юнги... –Ну да и что с того? Да, из Тэгу до Ильсана два часа езды на автобусе. И это ещё без пробок. Но я же не дурак, чтобы ждать автобус посреди ночи? –Как ты вообще добрался? –Видишь тот байк? Отцовский. –Ни за что не поверю, что твой отец одолжил тебе свой байк, нужно быть бессмертным, чтобы просить мистера Мина об этом! –Нет, конечно! Он бы никогда мне не разрешил. Я его угнал. В ту ночь я угнал байк собственного отца. Научить меня на нём ездить было довольно опрометчиво с его стороны. Спасибо, папочка. –Твой отец...убьёт тебя. –Знаешь, мне уже за кое-что прилетело после ужина, так что меня всё равно накажут. Вот я и подумал: может повеселимся? Мне постоянно за что-то да прилетало, особенно после ужина. –ТЫ БОЛЬНОЙ!? –Не ори так, а то своих разбудишь и они не разрешат погулять. Намджун наконец проснулся окончательно. Клянусь, я думал, он разобьёт мне лицо! –Бууу!!! В попытке напугать его, из-за моей спины выпрыгнул Хосок, за которым я заехал по пути. Он, в отличие от Джуна, быстро согласился. –Ты и Хосока прихватил? –Видишь: один ты спишь. Собирайся давай! Очень нехотя, но он всё же собрался. Я переставил байк, поставил его ближе к дому, мало ли. Троих на нём было не уместить, поэтому прогулка нас ждала пешая. –Вы придурки, знаете, да? –Зато весёлые!-у Хосока было хорошее настроение, несмотря на мой неожиданный визит. Он всегда был лёгок на подъём. По ночам всегда тихо, но этой ночью–особенно. За всё то время, пока мы шли, нам не встретилась ни одна живая душа на пути, даже звери куда-то попрятались. Возможно, нам стоило предвидеть к чему всё идёт. –И куда мы? –К старине Виктору. Ох, старик Виктор...это был сухой русский дед, с которым мы вели своеобразную войну. Он злобный был до ужаса, как голодный пёс. Всегда находил способ напакостить нам и постоянно ругался на русском. Мы его не понимали. А главное: всегда при себе имел ружьё, заранее заряженное солью. –Зачем это нам к нему... –Он купил себе новый холодильник для пива и поставил прямо на улице. –Юнги хочет стащить пару баночек! У злого деда было ружьё, но нас это, почему-то, не останавливало. Мы быстро добрались до его домика, собственноручно им построенного из деревянных досок. Он вмещал в себя лишь кровать, шкаф и стол для еды, что было на втором этаже мы не знали, скорее всего–всякий хлам. Небольшой такой домик, от которого постоянно пахло сыростью, а спереди стоял такого же цвета, как и сам домик, деревянный забор с калиткой. А за забором, рядом с домом Виктора,–старая будка с цепью, непонятно для чего там оставленная. Мы с лёгкостью перелезли через забор и подошли к окну, под которым стоял какой-то раздолбанный ящик со льдом. –Это ты назвал холодильником? –Охлаждает? Значит холодильник. Берём по банке и уходим. Но как только мы успели вытащить пиво, рядом с моей задницей что-то щёлкнуло. –Платон. Также у Виктора была старая, но такая же злая, как и он сам, дворняга по кличке Платон, которая жила в уродской будке. Мы ринулись бежать, перемахнули через забор за считанные секунды. Пёс лаял на нас сквозь забор. "Виктор прибьёт нас"–всё, о чём я думал тогда. Хосок опрокинул его старую лодку, стоявшую у забора с обратной стороны дома. –Тащим её!-крикнул он нам. И мы потащили по песку эту старую лодку. Каким-то образом мы оба поняли замысел Хосока. Виктор уже зажёг свет в доме, мы наблюдали это с крутого склона. Мы отпустили лодку. Честное слово, я думал, она разобьётся в щепки, эта чёртова лодка, но она выдержала. До моря оставалась несчастная пара метров, а старик уже направил на нас своё ружьё и спустил с цепи Платона. Мы запрыгнули в лодку, благо на дне её лежали вёсла, и погребли дальше от берега. Виктор часто рыбачил и зарабатывал этим себе на жизнь, продавая улов на каком-нибудь рынке. Когда мы отплыли от берега так далеко, что старик Виктор и его промокший пёс Платон стали похожи на маленькие точки, развернули лодку и поплыли вдоль берега, чтобы пришвартоваться как можно дальше от дома старикана. Мы всё-таки выпили пива, нам удалось спасти те банки, прямо у Виктора на глазах. Он был дико зол, я вас в этом уверяю, его красное, как коммунизм, лицо горело ярче фонарных столбов. –Что теперь? –Теперь будем ждать, когда старику надоест и он уйдёт спать, наконец. –Виктор выглядит так, словно не собирается уходить... Через каких-то пару часов Виктор сдался, плюнул в море, махнул на нас рукой, и вернулся в свой домишко, попутно крича нам что-то на русском. Вскоре мы добрались до берега, оставили лодку на песке и убежали раньше, чем старик решил вернуться за ней. –Ну и как вам пиво? –Редкостная дрянь, -пробормотал я. Начинался рассвет, а я только выехал домой на отцовском байке. Были бы на дороге машины, живым я бы точно не добрался. Отец даже не заметил пропажи. Дома я поспал чуть меньше часа, а потом начал собираться в школу. Мы втроём были такими сонными в тот день, но счастливыми.

- - -

–Мы всё же нашли приключения на свои задницы в ту ночь! –И всё из-за того, что Мин Юнги стало скучно.