Koi ni shishou nashi

koi = любовь ai = любовь Ино привычным жестом вскрывает две банки пива и разливает по бокалам: пить по пятничным вечерам уже с год как стало для них естественным времяпрепровождением. Чаще они пили дома, но иногда позволяли себе выбраться куда-нибудь в бар или ресторанчик. Домашние посиделки лично для Ино были куда более душевными и уютными, и не потому что ему не нравилось выбираться из дома или денег было жалко — с повышением до шамана первого ранга жалованье тоже прибавилось, что не могло не радовать давно рвавшегося к высшим рангам Такуму. Просто эта квартира, приобретённая Акирой на наследство, стала для него настоящим домом, местом, где его душа и сердце могут по-настоящему отдохнуть. Именно поэтому время, проведённое с ней в стенах их дома было для него так ценно. – Кушать подано! — Ино картинно, как заправский официант дорогого мишленовского ресторана, выставляет на столешницу котацу поднос с закусками и пивом. Акира, уже давно забравшаяся под одеяло и греющаяся под котацу, сонно щурится и мягко улыбается ему, протягивая руку к одному из бокалов. – И ведь не лень тебе заморачиваться так каждый раз, а, — тихонько смеётся она, отправляя в рот одну из креветок в панировке, приправленных соусом и посыпанных зеленью и красиво разложенных на блюдечке. — Что ни пятница, так ты что-нибудь новенькое готовишь. – Для тебя — никогда не лень, — хмыкает парень и отворачивает закатанные по локоть рукава кофты. Сакураи ещё пару мгновений смотрит на него, а потом приподнимает одеяло, приглашая его уже сесть рядом. Юркнув в тепло котацу, Ино прижимается боком к девушке и трётся виском об её висок. Она едва слышно урчит и закусывает второй креветкой, запивая пивом. Стоит Такуме устроиться под котацу поудобнее, как Акира тут же обхватывает его локоть своей рукой, прижимаясь покрепче к плечу, а ногу по-хозяйски закидывает ему на бедро. Так правильно. По-домашнему. По-родному. – Давай, за нас, — улыбается Ино, приподнимая свой бокал и поднося его поближе к бокалу Акиры. Та не колеблется ни секунды и чокается с ним. – Да, за нас. Чтобы у нас всё было так же хорошо, как и сейчас, — тихо произносит девушка и отпивает большой глоток. Такума следует её примеру и заедает унаги. Какое-то время они жуют молча, лишь телевизор на заднем фоне бубнит что-то, к чему ни Ино, ни Акира не прислушиваются. Она первой нарушает тишину, лениво собирая креветкой соус с блюдца и глядя куда-то в столешницу. – Я рада, что… мы с тобой вместе. Не могу себе представить, как бы я жила, оставшись совсем одна, после всего того, что случилось. Подняв на него взгляд, Акира оправляет отросшие волосы и протягивает к нему руку, переплетаясь с ним пальцами. – Иногда… я всё ещё думаю о том, как же всё так сложилось. Я пытаюсь понять до сих пор, что я чувствую, — она неловко поводит плечами, и чёрная кофта — его кофта — сползает с левого плеча, обнажая родинку. Ино, аккуратно скользнув кончиками пальцев по коже, поправляет ворот кофты. Она всё ещё преимущественно носит чёрное, как дань трауру по… – Моя любовь к Кенто… Сейчас, когда я смотрю на наши отношения с ним со стороны, я пытаюсь понять, какая это была любовь. Та самая, настоящая любовь, о которой мечтает каждая девушка? Ино сжимает её руку чуть крепче, давая понять, что внимательно её слушает. Он знает, как важно для неё проговаривать всё это вслух — все эти мысли, которые крутятся в голове, отравляя сознание сомнением в правильности принятых решений. Он как никто другой знает, как тяжело ей далось принять то, что они уже не просто друзья, что они не названые брат и сестра, а гораздо, гораздо больше друг для друга. Тяжело, потому что она до сих пор иногда возвращается к мысли, что, вступив в отношения с ним, она предаёт свою любовь к Нанами, которого похоронила чуть больше года тому назад. – Знаешь, я пришла к… странному выводу. Наверное, я не могу сказать, что, то что было между мной и Кенто — это действительно любовь настоящая, всепоглощающая и бескорыстная. Мы любили друг друга, но скорее всего это была… страстная любовь? Я хотела быть с ним, я хотела его внимания, его тепла, прикосновений. Я хотела секса с ним, — Акира как-то раздражённо взмахивает рукой, словно пытаясь отогнать навязчивое наваждение. Пальцами второй она в смущённом жесте сжимает большой палец Ино, как будто прося прощения за свою болтовню. — Я думаю, это было всё взаимно. Действительно взаимно, ведь… он даже хотел сделать мне предложение… Она смотрит на кольцо на среднем пальце. Она носит его, как память о несостоявшейся женитьбе. Как память о Нанами и их любви. Ино точно знает, что никогда в жизни не скажет ей снять это кольцо и больше не показываться в нём на публике. Он также никогда не потребует от неё избавиться от кольца, ведь это очень важная часть в её жизни. Веха, которая так и не случилась, хотя должна была бы — по крайней мере, Ино так думал, когда они только съехались с ней. Сейчас он ловил себя на эгоистичных мыслях о том, что, возможно, судьба всё действительно задумала так, чтобы они с Акирой были вместе. Но вот что он точно мог сказать в своё оправдание за такие рассуждения, так это то, что он точно никогда не хотел, чтобы всё случилось именно так. Она не заслужила такой боли. – Это всё довольно глупо, да? — Акира грустно улыбается, опуская взгляд на стол, растирая пальцем капли пива. — Вот так вот говорить о любви к мужчине, который должен был стать моим мужем. Правда, мне кажется, я была бы негодной женой… Сейчас я думаю о том, что ему было бы мучительно жить со мной под одной крышей. Или мне с ним. Не знаю, как правильно выразить эту идею в словах. Наверное, я хочу сказать, что не могу себе представить наш совместный быт, как женатой пары. – Почему ты так думаешь? — спрашивает Ино, подпирая голову правой рукой и крепче сжимая её ладонь в своей левой. — Откуда такие сомнения? – Я не умею и не люблю готовить. Я не из тех женщин, которых называют «хранительницами очага». Я всё ещё не хочу иметь детей, хотя мне уже почти тридцать. И я бы… не бросила работу шамана. Парень хочет уже что-то сказать, но Акира неожиданно выпаливает, заметно краснея: – Я думаю, он хотел бы, чтобы его жена ждала его дома, с вкусным ужином, чаем и книжкой. Чтобы родила ему пару-тройку детей. Он хотел бы, чтобы его женщина была не такой, как я, которая жаждет финансовой независимости, хочет активно работать и рассматривает дом на пляже Куантана исключительно как место для проведения отпуска, а не регулярное место жительства. На её глазах наворачиваются слёзы, а Ино закусывает нижнюю губу. Она всё ещё пытается выставить себя в худшем свете; так, будто бы она всегда и во всём виновата… Он решительно обхватывает её за плечи и прижимает к себе. – Вот сейчас ты и вправду говоришь глупости, — недовольно ворчит Такума, зарываясь носом в её макушку и чувствуя, как она вздыхает ему куда-то в щёку. — Как будто Нанами не знал, что ты за женщина, когда подбирал тебе кольцо на помолвку. Он прекрасно знал, какая ты и именно поэтому хотел, чтобы ты стала его женой, разве нет? Знал, что ты — не домохозяйка, которая будет послушно сидеть дома, как собачка на привязи, и воспитывать детей; что ты — яркая и дерзкая женщина, предпочитающая равноправие и независимость. Я и правда не знаю, какая между вами была любовь и как бы всё между вами сложилось после свадьбы, но могу сказать только одно: ваши отношения и чувства были самым прекрасным, что я когда-либо видел в своей жизни. Мне кажется, такая любовь вполне достойна называться настоящей. Она упирает ладонь ему в плечо, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть ему в лицо. – А как же ты сам? Я до сих пор думаю, что я вела себя так отвратительно по отношению к тебе. Так беспечно вести себя с твоими чувствами… Акира шмыгает носом, пряча взгляд и не зная, куда деть руки. – Я всегда любил тебя, и именно поэтому был так счастлив за ваши с Нанами отношения. Я хотел для тебя только счастья. – Я — худшее, что могло произойти в твоей жизни, — шепчет она, встряхивая головой и жмурясь. По её щекам текут слёзы. Она закрывает лицо руками, словно пытаясь спрятаться. — Любить одного, почти выйти за него замуж, а потом позвать жить к себе другого, зная, что за чувства ко мне испытывают, и… – Нет, ты — самое лучшее, что со мной когда-либо происходило, — Ино аккуратно отнимает её руки от лица, чтобы коснуться губами уголка губ. — Я всегда знал, что такой женщины, как ты, больше никогда не встречу. Мне и не нужно было. Мне достаточно было быть рядом и знать, что я дорог тебе. Пусть даже как младший брат, плевать. Главное, чтобы ты была счастлива. Она тихонько воет, пытаясь хоть как-нибудь увернуться, но парень настойчиво целует её в щёку, слизывая солёные следы от слёз. – Но если чёртова судьба распорядилась вот так… Значит, я приложу все усилия, чтобы сделать тебя счастливой собственноручно. Сжав её лицо в своих ладонях, Ино едва-едва чмокает её в губы. – Я люблю тебя. Он целует её крепче, запуская пальцы в короткие волосы на затылке, стараясь притянуть к себе поближе. – Я люблю тебя, — повторяет он, на мгновение отрываясь от её губ, чтобы дать ей вдохнуть побольше воздуха. Ино чувствует её пальцы на своих плечах ближе к ключицам. Парень снова соприкасается с ней губами, практически сразу углубляя поцелуй. – Я люблю тебя, — в третий раз говорит он, и это вызывает целую стайку мурашек по её спине и новый поток слёз из глаз. Акира жмурится ещё крепче, её губы дрожат, когда она пытается что-то выдавить из себя. Наконец она собирается с духом и хриплым голосом, с надрывом выдыхает: – Господи, я тоже тебя люблю, Ино. Я так тебя люблю. Порывисто обхватив его за шею, она сама целует его, как-то отчаянно и жадно, оттягивая его голову за длинные пряди тёмных волос. – Не плачь больше из-за этого, пожалуйста, — просит Ино, поглаживая её по лопаткам, пытаясь унять дрожь в теле девушки. — И больше не наговаривай на себя. Твои чувства к Нанами были правдой, ты никому не лгала и никого не обманывала. Ни его, ни меня. Наши с тобой чувства тоже правда, ты никого не предаёшь и не обесцениваешь. Ни его, ни себя. Шоко тогда тебе правильно сказала — ты не должна хоронить себя на могиле Нанами, он бы этого точно не хотел. Он хотел для тебя счастья и благополучия. – Да, ты прав, — Акира утирает нос рукавом кофты и снова шумно шмыгает. — Ты прав, а я опять ем себя поедом. Я же обещала, тебе и себе, что больше не буду. И в итоге, я снова копаюсь в этом всём, заодно ковыряя тебе душу. – Душевные раны так просто и бесследно не проходят. Но я рядом, ты всегда можешь на меня положиться, — мягко прижавшись к её лбу своим, парень легонько трётся об неё. Она тихонько смеётся и обнимает его как можно крепче. – Спасибо, что ты есть в моей жизни, Ино.