after nine

Когда Тэхён услышал продолжительный писк дверного звонка около половины двенадцатого ночи, то, откровенно говоря, испугался: Чонгук уехал четыре часа назад посетить филиал компании в соседний город, дабы решить внезапно возникший форс-мажор, оставив его опять один на один со своими мыслями, которые, в последнее время не отличаются особым разнообразием. Конечно же, поначалу он засомневался в честности младшего, но когда услышал если не десяток так сотню матов адресованных одному из зам. директоров главного офиса — спокойно выдохнул. Эта поездка точно по работе. Ёнтан начинает громко и утробно гавкать на дверь и старший искренне не понимает, кто же там может быть: это точно не Чонгук, не его друзья и уж точно не его родители. А других знакомых у него просто на просто нет. Открыв входную дверь, он непонятливо кривит лицо, пытаясь вспомнить, где же мог видеть этого человека. Получается, откровенно говоря, плохо. Он всегда жаловался та то. насколько плохо запоминает людей, которых видит нечасто. — Чем я могу вам помочь? — вежливо спрашивает он, поправив воротник ночной рубашки. — Мы можем поговорить? Вы — Ким Тэхён, верно? Из отдела финансовой аналитики? — спрашивает девушка, уважительно поклонившись. — Вы так осведомлены о моей персоне, — откашлявшись в кулак отвечает Тэхён, всё ещё стоя у порога, — как я понимаю, вы из компании Son ind.? — Можно и так сказать, — загадочно моргнув парню отвечает она, притянув свою чёрную сумку ближе к груди. — Я дочь господина Сона — Джен. — Тогда, — сомнительно оглядев девушку шепчет Ким, но все же приглашает войти её в квартиру, вежливо протянув руку, — проходите, госпожа Сон. Несмотря на подозрительную ехидность во взгляде Джен, Ким впускает её в квартиру, ведь он не может знать причину её позднего появления здесь: возможно это касается работы, но в такое позднее время решать такие вопросы да ещё и лично — слишком странно. Или же ей нет куда податься? Но ведь она — совершенно чужой человек, которого Тэхён видел всего несколько раз и то мельком, когда выходил и офиса, чтобы попить чай из автомата. Он проводит девушку на кухню и ставит, на стол тарелку, доверху наполненной печеньем, чайник с заваренным зелёным чаем и мелиссой, позже — принимается расставлять кружки. — Можно просто Джен, — довольно хмыкнув отвечает она, — Чонгук называет меня именно так. Тишину в комнате нарушает громкий звук разбившейся фарфоровой чашки. — Что, простите? — непонимающе машет головой парень, резко опуская голову на пол, присматриваясь куда могли разлететься осколки. — О, не удержал, простите. — Ты же услышал, зачем тогда переспрашиваешь? — Джен недовольно тянет улыбку, отламывает кусочек лежащего на тарелке печенья и ест, довольно мыча. — Очень вкусно кстати, нужно будет купить. Где брал такую вкуснятину? — Сам пеку, — подметая остатки чашки грубо отвечает парень, исподлобья косясь на девушку. — Хм, такой хозяйственный, — она откусывает ещё немного выпечки, довольно облизывая пальцы, — дашь рецептик? — Зачем ты пришла сюда? — Тэхён высыпает осколки в мусорный контейнер и выравнивается, сложив руки на груди. Он опирается туловищем об кухонную тумбочку и скрещивает ровные ноги между собой, показывая всем своим видом, что настроен крайне недоброжелательно. Джен лишь поднимает уголок губ вверх и ответно скрещивает пальцы на руках облокотившись о деревянную поверхность. — А мы уже успели перейти на «ты»? — Вне рабочего времени для меня ты не дочь директора, а чужой человек, который не особо желает обсуждать со мной дела компании. — Ну да, — недовольно хмыкнула та, — я пришла сюда из-за Чонгука. — И? — Тэхён поворачивает голову в сторону девушки, склоняя её на бок и прищуривается. — У вас так много совместных фотографий, — игнорируя реакцию парня, она привстает, чтобы подойти к стене с фоторамками. — Нет! — Ким хватает её за руку, насильно усаживая на стуле. — Только попробуй, Джен. Не переводи тему разговора. Скажи что хотела и вали из нашего дома нахрен, — грубо шипит сквозь зубы парень, ослабляя хватку. — Я слушаю. И очень внимательно. Девушка устраивается на высоком стуле и указывает рукой на место напротив себя, как бы намекая «тебе бы лучше присесть», доставая из своей сумочки зеленую папку с документами. Тэхен сейчас напряжен настолько сильно, что, кажется, каждая мышца его тела заметно подрагивает. Но, несмотря на это, он пытается показать всем своим видом, что спокоен. Да, спокоен, хотя его буквально разрывает изнутри. — Как ты уже успел понять: именно я отправила тебе то фото три месяца назад, — ровным тоном начинает разговор девушка, смотря Киму прямо с глаза. Но Тэхён ничего не отвечает в ответ. Он боится, что если что-то попытается ответить сейчас — голос выдаст его с потрохами. А ему совершенно не хочется показать себя слабым. — Брось его Тэхён, — вздёрнув подбородок вверх продолжает она, сминая папку в руках, пока не решаясь поделится её содержимым. — Ты же понимаешь, что ваши отношения — болезнь? Вы думаете что любите друг друга, но на самом деле просто не в себе. Ведь отношени между двумя мужчинами это так... — Ты психиатр? — подняв глаза на Джен, спрашивает парень. — Что? — Я спрашиваю: ты врач — психиатр, терапевт, сексолог? Кто ты такая чтобы ставить нам диагнозы? — Это неправильно, — отстаивая свою точку зрения, продолжает та. — Неправильно прийти в дом к парню с которым встречается Чонгук уже на протяжении 9 лет и качать права, хвастаясь какая ты классная и как ахуенно он тебя трахает всё это время. А уж тем более неправильно — указывать на нашу сексуальную ориентацию при этом унижая. — 9 лет? — широко распахнув глаза спрашивает Джен, хватаясь за сумку руками, со всей силы сжимая пальцы, почти до посинения. — Да, Джен. И поэтому: как бы ты сейчас не старалась убедить меня в том, что мне не нужен этот человек; как бы не кричала всем о том, что Чонгук будет твоим, что он любит тебя и бросит меня ради тебя, — строгим тоном чеканит парень, привстав со стула, — то глубоко ошибаешься. Потому что, сколько бы у него не было девушек в прошлом ли настоящем — он вернется ко мне. И он будет это делать всегда. А я буду его прощать, потому что знаю одно: без меня он не сможет. Джен молчит и недовольно морщит нос, склонив голову на бок. Ведь она уверенно считала, что если придёт и скажет пару слов про свои отношения с Чонгуком, то старший быстренько сдастся и согласится на её просьбу дать им двоим шанс быть вместе, но она никак не ожидала услышать в ответ такое. Связь между ними настолько крепка… Эти отношения проверены большим количеством времени. А Тэхён… Ему бы памятник при жизни поставить за железное терпение и верность. Была бы она на его месте: вышвырнула бы подонка сразу же как только узнала бы об измене. — Если это всё — уходи, — безразлично тянет старший, отодвигая деревянный табурет назад, — мне завтра на работу. — Вот, — девушка швыряет папку с документами в сторону парня и выжидающе смотрит, пока тот откроет её и достанет несколько листов А4 скрепленных между собой металлическими скобами. Это и есть её план «Б». — Что это? — Тэхён испугано смотрит на листок, а, позже, поднимает глаза на Джен замечая её ехидную ухмылку и опускает глаза обратно, заново вчитываясь в текст. — Что это такое? — Это результаты УЗИ, — пожав плечами, отвечает девушка, — видишь, там, самая нижняя строчка? Посмотри внимательно. — Беременность малого срока, — в голос читает Ким, гулко сглатывая вязкую слюну. — 4 недели и 3 дня, — счастливо улыбнувшись, произносит девушка, убрав чёрные пряди волос за ухо. — Зачем ты мне это дала? — нервно встряхнув листами перед собой спрашивает старший. — Это ребёнок Чонгука, — ровным голосом произносит она, смотря на обескураженного парня напротив. Она ожидает более бурной реакции, но услышав простое и немного хриплое: — Поздравляю. молча уходит, оставив Тэхёна сам на сам с этой новостью, который, к слову даже не обратил внимание на девушку, ведь в его голове непрерывно звенит лишь одно слово: беременность, что, словно рой назойливых мух жужжит в его ушах, не давая возможности адекватно мыслить. — Чонгук станет отцом? — истерически икнув произносит он сам себе. — Да нет же, — громкий смех, — это бред какой-то. Ему кажется, что в этот момент он отчетливо почувствовал как, на самые мельчайшие кусочки, разбилось его сердце, а на этом месте осталась лишь одна огромная, сплошная дыра, прободающая грудную клетку насквозь. Ему кажется, что он начинает постепенно исчезать, а вместе с ним и воспоминания о, прошлой, беззаботной жизни вместе с Чонгуком. Ему кажется, что это такой-то очередной пранк, который резко вышел из всеобщего контроля. Тэхён дрожащими руками достает смартфон из кармана хлопковых штанов и нажимает на кнопку вызова абонента, который стоит у него в телефонной галерее следующим после Чонгука и двоюродного брата - Хосока. «Три гудка» — думает он. — «Джун всегда снимает трубку после трёх гудков.» — Алло? — сонный голос на другом конце провода, заставляет парня ёкнуть. Но Тэ не может вымолвить и слова, безрезультатно причмокивая онемевшими губами. — Тэхён, что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает Намждун, прокашлявшись. — Чонгук, — еле слышно тянет Тэхён, понимая, что не сможет связать и двух слов в одно словосочетание. — Что Чонгук? С ним что-то произошло? — Он. — тихо всхлипнув, парень прикрывает ладонью рот, сдерживаясь. — Он станет отцом. — Что? — Его любовница беременна, Джун, — хрипло тянет старший, — результаты её обследований сейчас находятся у меня в руках. Это правда. Это грёбанная правда! Несдержанно крикнув, Тэхён бросает листы бумаги на пол, обессилено оседая рядом, пытаясь восстановить сбитое из-за накатывающей истерики дыхание. — А теперь так: вдохни и выдохни, Тэхён, — тихо шепчет друг в трубку. — Тебе нужно попытаться успокоится. — Не могу, — не сдерживая слёз отвечает парень, вытирая глаза рукавом рубашки. — Можешь. Ты сильный парень, Тэ. Просто судьба решила устроить экзамен на вшивость. — На какую к черту вшивость, Намджун?! — недовольно кряктит старший, сильно сжав челюсть. — Мало того, что это подонок мне изменил, мало того, что я простил ему это, так ко мне в дом заявляется его девица, протягивая сраные результаты узи! Экзамен на вшивость, говоришь? Да клал я на такие экзамены! — Правильно, — Намджун бодро поддакивает в ответ, понимая, как сейчас необходимо банально выкречать все негативные эмоции, — в жопу судьбу! — В жопу! Старший громко пыхтит в трубку, ощущая как на душе становится немножко легче, а, позже, замолкает. — Что ты собираешься делать? — через минуту молчанки, спрашивает Намджун. — Не знаю, — честно отвечает старший, — но понимаю, что так дальше не может продолжаться. — Тэхён, — почти слышно зовет младший, — ты же знаешь, что я всегда на твоей стороне? Как и Хосок, Юнги, Сокджин? — Но вы и его друзья тоже. — Но мы не понимаем того, почему он так с тобой поступил. — Я тоже не понимаю, Джун. Я тоже. До приезда Чонгука осталось три дня и восемнадцать часов.