after nine

Год спустя

— Мне кажется, я видел Чонгука, — устало выдыхает Тэхён, делая глоток пива. Юнги смотрит на озабоченного своими мыслями парня и повторяет его действия, поднося бокал к своим губам. — Тебе просто показалось, — прикрыв глаза говорит младший, похлопывая того по свободной ладони. — Возможно, ты чувствуешь вину перед ним из-за того что женишься? — предполагает парень, разглядывая своё отражение в стекле паба. — Или же, просто соскучился по нему спустя столько времени. — Не говори ерунды, — закатывая глаза пыхтит Тэхён и делает ещё несколько больших глотков пенного. — Я до сих пор зол на него, поэтому не скучаю. — Ну да, ну да. — Прекрати, Юнги, — парень укоризненно стреляет глазами в сторону друга, прикусывая кожу нижней губы. — Всё что связано с ним уже давным-давно в прошлом. — Ты мне вот что скажи, — сцепив пальцы рук между собой в замок, напряжённо тянет слова Юнги, — когда ты перестанешь выбрасывать его букеты в мусорный бак? — Это не его букеты, — фыркает Тэхён, отводя глаза в сторону. — Почему ты так уверен в этом? Ким громко сглатывает слюну и прикрывает глаза. — Помню, когда он составил для меня букет сам — это было так ужасно, — широко и искренее улыбается он, — что мне пришлось ему об этом сказать. После этого он просто перестал мне их дарить. — Ахеренный аргумент, дружище, — с издевкой в голосе произносит младший, кивая головой. — Захлопнись уже и давай выпьем, — цокнул Тэхён, нажав на кнопку вызова официанта. — Ты уверен, Тэ? — задумчиво спрашивает Юнги. — Уверен в чём? — Что готов женится на Лии? Твои чувства к Чонгуку… Они же никуда не исчезли, я же вижу. Если ты женишься на ней из-за чувства долга — это не правильно. — Юнги, — строго одергивает друга Тэ, негромко хлопнув ладонью по столу. — Лия — мой ангел. Она знает о моем прошлом и спокойно его приняла, ни разу не осудив меня. Я знаю, что мои чувства к ней не так велики как, например, были к Чонгуку, но время всё исправит. Он хотел чтобы я был счастлив, Юнги и я хотя бы пытаюсь, а не сижу, как ты, отрицая всё и вся. — Отрицаю? — удивленно выгнув левую бровь, спрашивает парень. Тэхён шумно выдыхает, ударяя себя по лбу влажной ладонью. — Если ты и дальше будешь стоить из себя мужененависника, то Чимин сдастся и бросит четырёхлетние попытки хоть как-то обратить твоё внимание на себя. — О боже, опять ты начал. я же сказал тебе— — А он походу уже и смирился, — хохочет Тэ и вытягивает шею, вглядываясь в окно, что-то внимательно рассматривая и видит двух стоящих друг напротив друга, парней. — Этот, как его там, Джон, ну, англичанин с корейскими, блин, корнями имеет серьёзные намерения на Чимини. Знаешь, мне кажется, что они будут отличной парой. — Заткнул свой рот. — Грубо рычит Юнги в ответ, подрывается со стула и пулей вылетает из паба. Тэхён квадратно улыбается и открывает вкладку камеры на телефоне, снимая происходящее: Юнги быстро подходит к парням и обнимает Чимина за талию, а после, буквально засасывает его в губы у всех на виду. Ким громко и заливисто смеётся, чем обращает внимание других посетителей заведения на себя и резко опускает телефон, извиняясь. «Чонгук тоже был таким собственником.» — мысль пролетает в голове Тэхёна со скоростью света и он легко отряхивает волосами, чтобы придти в себя, от непрошенных воспоминаний. И когда слышит недовольное ворчание обратно вернувшегося Юнги, который держит свою ладонь на левой щеке, то вновь прыскает со смеху в кулак. — Чё ты ржешь? — вымучено рычит Мин, кивая в сторону старшего. -Наш котик превратился в ревнивую рысь. Уф, зайка, ты так яростно набросился на Чимини, — играя своими бровями, сексуально понизив свой голос произносит старший. — Изыди, бесстыдник. — Хах, и я тебя обожаю. — Обожает он, — толкнув языком щеку изнутри, бубнит Юнги. — Ты уже решил кому будешь отправлять пригласительные на свадьбу? — В принципе, да, — закидывая сушеного кальмара в свой рот, говорит парень. — Мы долго советовались с Лией и всё решили почти единогласно. — Почти? — Это не столь важно, — отмахивается старший, негромко чавкнув. — Думаю, Чимини справится с раздачей пригласительных нашим знакомым и друзьям в Сеуле вовремя, ведь он нам будет нужен здесь, чтобы помочь с оставшейся подготовкой к церемонии. — А-а, — соглашается друг, — свадьба — довольно хлопотное событие. — И не говори.

***

чимини: йоу чонгуки! чё как?

вы: привет, чимин.

чимини: как официально мистер дедуля.

вы: исчезни из моего чата с тобой если у тебя нет какой-то важной инфы. я сейчас немного занят.

чимини: опять составляешь букетики для нашего Тэхёни? хехехе

вы: я сейчас тебя блокну, клянусь

чимини: не бузи я к тебе по делу

вы: с этого надо было и начинать

чимини: я тут в сеул заеду денька на три по важному делу можно перекантоваться у тебя? просто отель бронировать не особо хочется, заодно тебя увижу, а то ты совсем пропал из виду в последнее время.

вы: конечно можешь, что за вопросы. только предупреди заранее во сколько прилетишь, я встречу

чимини: ой, не надо, мне нужно будет по делам сразу же отъехать, поэтому лучше кинь адрес я закажу такси и приеду сразу же к тебе.

вы: окей. *геолокация* *прочитано*

— О, вау, — словно ребёнок, открыв удивленно рот, охает Чимин заходя внутрь чонгуковой квартиры. Перед тем как приехать в дом Чона Пак отдал приглашения на свадьбу Хосоку, Сокджину и Намджуну, а встретившись с удивленными глазами последних просто тихо вздохнул, ответив: — «Я знаю что вы хотите сказать, но это решение Тэхёна и мы должны его принять, вне зависимости от нашего мнения». — Ты так удивлён? — смущенно почесывая затылок, произносит Чонгук, снимая ботинки. — Не стой столбом, проходи на кухню, я сделаю тебе кофе. — Спасибо, — проделав то же самое что и Чонгук со своей обувью, Чимин заходит в кухню-студию, восхищенно хлопая глазами. Всё в этой квартире словно пропитано эстетикой и изысканностью. Словно это не квартира, а настоящее произведение искусства. Очень красиво. — Ты наверное много потратил на дизайнеров и прочую чепуху, — улыбнувшись уголком губ Чимин садится на высокий стул, упершись локтем о колено. — Ребята постарались на славу. — Почему же платил? — хмурит брови Чонгук, хватая ручку закипевшего чайника и разливает кипяток в прозрачные кружки. — Я сделал это сам. — Что? Ты? Ау, — Пак щёлкает пальцами перед чонгуковыми глазами, вызывая этим жестом у того улыбку. — Неужели это — Чон Чонгук, умный, но не имеющий никакого вкуса, друг Пак Чимина? — Людям свойственно меняться, — задрав подбородок наверх парирует Чон, выровнявшись в позвоночнике. — Изменения пошли тебе на пользу, — пожевывая песочное печенье тянет парень, хрумкая. — Чимин, что-то случилось? — сосредоточенно смотрит на парня Чонгук, потирая края чашки пальцами. — Ты сегодня слишком странный. Чимин делает невозмутимое лицо и громко посёрбывает кофе, опустив глаза на стол. Сейчас он чувствует, что если скажет то, что должен сказать — жизнь младшего изменится. Но в какую сторону? Очевидно, в плохую. В груди неприятно щиплет чувство предательства. Он — Чимин — его лучший друг, друг его бывшего парня, сейчас скажет что тот женится. На девушке. Парень, с которым Чонгук был в отношениях 9 лет, женится на женщине. Уму непостижимо. Каша из мыслей в голове Чимина никак не даёт возможности сосредоточится и тот загнанно бегает глазами по стенам, отмечая небольшие пленочные фотокарточки, что, на деревянных прищепках, висят небольшой гирляндой вдоль стены. На этих снимках запечатлены не только Чонгук и Тэхён. Там и Намджун с Сокджином который, будучи в стельку пьяным, старательно оттирает штанину старшего и довольно улыбается от долгожданного прикосновения; Юнги пытающийся отпихнуться от навязчивого Чимина; Чимин, что старается сесть на коленки к неприступному, но покрасневшему от смущения Мину; Хосок, который именно в одной из вечеринок, наконец принял парня своего сводного брата; Чонгук, что смотрит на Тэхёна с преданной любовью в глазах, когда тот вручает ему праздничный торт в честь его 20-летия. Фотографий слишком много, но все они навевают самые тёплые воспоминания в чиминовой голове, заставляя подсознательно улыбнуться самому себе. Интересно, сколько времени потратил Чонгук, чтобы перестать плакать при виде этого? — Тэхён женится, — словно приговор произносит Чимин на выдохе, прикрывая ладонью своё недовольное лицо и тянется в карман своего кашемирового пальто, доставая нежно-голубой конверт, оставляя его лежать мёртвым грузом на кухонном столе. Он слышит тяжелое, шумное дыхание лучшего друга в ответ, сглатывает нервный комок и ожидает ещё какой нибудь реакции, скрестив пальцы рук между собой. Чонгук же рассеяно пытается сфокусировать свой взгляд на конверте и криво усмехается. — Он походу стебётся с меня, — заливаясь напряженным хохотом произносит Чон, хватаясь пальцами рук за край стола. Пак понимает, что Чонгук рассержен и зол: его глаза бешено бегают по углам комнаты, пальцы белеют от силы соприкосновения с деревом, ресницы и веки дрожат, не смыкаясь между собой. Хотя нет — он в панике. — Эй! — Чимин мигом встаёт со стула и обнимает за плечи Чонгука, утыкаясь в лоб парня. — Тише, спокойно, Гук-и. Смотри на меня. — То есть, он решил, что меня, его бывшего парня, пригласить на свою свадьбу — нормально?! Он что, блять, издевается? Я специально дал ему свободу действий, чтобы не делать ещё больнее, ушёл из его жизни, чтобы он мог идти дальше, а он лупит меня по больному? Чимин гладит парня по волосам, приземлившись своим острым подбородком на его плечо, сильно зажмурившись. — Чонгук, там пригласительное на нескольких человек. Просто он думает, что ты вместе с Джен, что вы приедете всей семьей. С малышом вашим. — Это не мой ребёнок, Чимин! И не ты один, кто об этом знает. — Рычит в ответ парень. — Но ты сам хотел, чтобы он был счастлив и скрыл всю правду. Это твои слова, не мои. Я уверен, он считает, что ты подался его примеру и живёшь наслаждаясь каждым днём вместе, со своей новоиспеченной семьёй. Чон тихо стонет в ответ, опустив голову. — Счастье? Наслаждаюсь? — переспрашивает он. — Без Тэхёна? Шутишь, да? Чонгук забирает руки Чимина со своей головы и встаёт, взяв голубой конверт в свои руки. Не удосужившись даже открыть конверт и прочитать его содержимое парень рвёт бумагу на мелкие кусочки и подбрасывает в воздух, зло смотря на друга. — Это будет моим ответом, Чимин. Не хочу чтобы моё присутствие испортило ему праздник. Не хочу видеть как он целует кого-то кроме меня. Не хочу разбивать итак искалеченное сердце. — Чонгук. — Я не выдержу, Чим, не смогу оправится после этого. Друг громко вздыхает и присаживается на место Чонгука, сжав ладони в кулаки, одаривая того презрительным взглядом. Тот вопросительно выгибает свою бровь в ответ и оперевшись туловищем о столешницу, растирает носком по сторонам кусочки конверта. — Ты меня конечно извини, дружище, но ты сам виноват в том, что происходит сейчас. Если бы рассказал Тэхёну о том, что ребёнок не твой — всё было бы по-другому. Но ты включил непонятное, нам всем, благородство и всё испортил. То, что ты перестал бороться за него — только твоя ошибка. И то, что он женится, возможно даже, по любви — из-за тебя. Ты пожелал ему счастья и он изо всех сил старался прислушаться к тебе — человеку, который его предал, но, несмотря на всё это, которого он любил до беспамятства. — Хватит мне говорить то, что я и без тебя понимаю. Намджун и Сокджин мне говорили это на протяжении целого года. Это мой выбор, Чимин. — И что? Что в этом хорошего? Ты что всю жизнь собираешься вот так вот жить: в одиночестве, сожалея о своих прошлых поступках и коря себя за то, что мог всё изменить, но не сделал этого? — Я не полюблю никого кроме него. Если счастлив он, я постараюсь принять это. — Ты такой дурак, Чонгук, — помотав опущенной головой в стороны, расстроенно ответил Чимин и, встав со стула, пошёл в коридор обуваться. — Куда ты? Я думал ты останешься здесь. — Я хочу, чтобы ты посмотрел туда, — он пальцем указывает на стену с фотокарточками, — и подумал, что должен делать. До свадьбы осталось меньше недели, я улетаю послезавтра утром, в 10:30. Если захочешь что-то передать ему — знаешь где меня искать. — Тихий вздох. — Чонгук-а, я прошу тебя в последний раз, подумай своей головой. Подумай о том, сможешь ли ты смирится с тем что отпустил Тэхёна. Потому что, будь я на твоём месте, то боролся бы до последнего, даже понимая, что мои шансы равны одной тысячной процента. Чонгук рассерженно стонет, когда слышит хлопок входной двери, оповещающий что он вновь остался в этой квартире совсем один. Парень выдыхает и, переступив через ошмётки конверта, направляется в спальню, мягко присев на белое покрывало, упирается локтями в свои колени и смотрит на прикроватную тумбу, потянувшись за фоторамкой. Он еле ощутимо проводит пучками своих мозолистых пальцев по двум, склонившим друг к другу свои головы, силуэтам и задерживает дыхание, прижмурившись. Однажды, когда Чонгук приезжал в Тэгу по работе, то увидел Тэхёна, работающего в небольшом цветочном магазинчике, искренне улыбающегося какой-то девушке. Тогда он завис почти на целую минуту, нервно глотая свои слёзы, не вытираясь. И когда старший совершенно случайно столкнулся с ним глазами сквозь прозрачное стекло магазина, то резко двинул к выходу громко крикнув измученное: — Чонгук?!. Только вот Чон, испугавшись, быстро развернулся и сев за руль своей машины, рушил с места с силой выдавив педаль газа, наблюдая в зеркало заднего вида бегущего вслед парня. — Я должен был остановиться. Должен был подойти и обнять тебя. Не должен был отпускать. Чонгук ложится на кровать и скручивается в позу эмбриона поджав под себя ноги, крепко обняв фоторамку, прижимая её к своей груди. Его глаза наливаются влагой и он тихонько всхлипывает, чувствуя как щеки становятся влажными, а сердце все с новой силой обливается горячей кровью, когда он прикрыв свои веки видит лицо улыбающегося Тэхёна. — Чонгук, что же ты натворил, — шепчет парень самому себе, громко заходясь рыданиями. Вопрос «что я должен предпринять» крутится в его голове до тех пор, пока он не достает свой телефон из кармана брюк и находит диалог с Чимином.

вы: одна тысячная процента? слишком мало.

чимини: но этого будет достаточно, чтобы вновь завоевать его сердце