Стоит ли тебе доверять?

      Рэй всегда любил переходить через черт возможностей остальных детей. Он показывал им, каково это выполнять какие-либо задачи другим, иным для малышей, путём. Подсознательно он и их хотел спасти, может, иногда даже задумывался о том, можно ли их тоже спасти, но вместо того, чтобы развивать эту идею, он быстро отметал её прочь под мнимым ярлыком «сущий бред». Его задача это спасти Эмму и Нормана, никого более, да и разве он может что-то большее? Нет. Он не сможет перейти черту в этот раз, поэтому и решил, что его возможности останавливаются на его близкий друзьях.       Интересно, мама хоть что-то чувствует к ним? Со стороны детей она была чудесной женщиной, которая всегда могла прийти на помощь. Та, что готовила для них, стирала, ухаживала, делала всё для их счастья, но для Рэя…она была чем-то иным. Совершенно непохожим на ту маму, которую знают все остальные. Изабелла всегда была стальной леди, которая никогда не показывает своих настоящих эмоций, что спрятаны глубоко внутри неё. конечно, она привязана к детям, но не настолько, чтобы дать им свободно дышать в по-настоящему счастливом мире. Всё это было её работой, она никогда не даст детям спокойно уйти отсюда, насколько бы сильно она их не любила. Рэй никогда не давал ей прочувствовать его настоящие эмоции или прочесть его мысли, что были скрыты от всего и вся, даже от его хороших, всем уже известных, товарищей. Его положение можно было назвать шатким, сложным и скрытным, но даже в такие моменты парень легко наслаждался чем-то простым, например песней соловьёв, что они радостно заливают с другой стороны стены. Рэй всегда любил приходить к этой огромной и невыносимой преграде, чтобы насладиться природой, что так и не была ему видима. Как бы то ни было, он считал этот мир ужасным местом, которое не достойно даже малейшего шанса на существование…почти, в некоторых моментах он конечно был просто великолепным и прекрасным, например, он никогда не думал, что его друзья и семья ужасны, он хотел вызволить их из клетки, что дети называли домом, он никогда бы не стал называть трели птиц ужасающими криками и воплями, что сделал бы какой-то безумец. Нет, у этого «места» есть и свои плюсы, но их слишком мало.       Тишину парень…в одни моменты любил, а в другие нет, такое вот непостоянство, в компании с одиночеством он легко переносил тишину, а когда рядом кто-то есть Рэй всегда воспринимал эту тишину как холодную, прожигающую всё и вся неловкость. Хотя и это зависит от человека… Такая уж у него была природа, неужели тишина могла быть прекрасной в каждой из перечисленных ситуациях? Ещё Рэй никак не мог понять тех людей, которые были готовы эту тишину намеренно нарушать. Например, Эмма, она очень хорошая, добрая, весёлая, но плюсом и минусом одновременно являлась её активность. Девушка эта была просто невыносима в те моменты, когда из неё энергия била ключом. Рэй никогда не мог её понять, откуда столько жизнерадостности и активности, желания бегать и веселиться? Для него это было чуждо, парень привык большую часть своей жизни проводить за книжками и бумажками, наслаждаясь никому, по мнению общества, ненужным одиночеством.       На самом деле для парня весь мир был сгустком красок и звуком, что смешивались между собой и никак не могли предотвратить этот процесс. В одном углу дома детский смех смешался с громким топотом и шумом, в другом — плач стал частью колыбельной всем уже известной мамы. Все эти звуки придавали дню новый окрас.Сколько Рэй себя помнил, Эмма никогда не была грустной или мрачной, яркая улыбка всегда красовалась на её милом личике, как повседневное украшение её личности. Никогда она не умолкала, нарушая тишину и спокойствие окружающих, такая уж была отличительная черта этой девочки, но никого, кроме Рэя, она не напрягала. Все любили нашу активную и милую Эмму, даже Норман был к ней неравнодушен. Об этом наш главный герой догадывался очень долго…почему-то лишь одна мысль о подобном резала его душу, будто нож мягкое, тёплое и беспомощное, в каком-то смысле, масло. Парень не понимал, что с ним не так, ведь подобная реакция на счастье друга просто непростительна, но преодолеть жгучую боль в груди она никак не мог. Он лишь сидел в тишине, в окружении книг и мусора, слушая стук собственного сердца.       Вот и сейчас, в тёмном кабинете Мамы Рэй наслаждался всепоглощающей тишиной, что образовалась вокруг, хотя…тишина была не такой уж могучей, как казалось, то тут, то там шуршали бумаги, шумели ещё неспящие дети и шуршали листья на ветвях деревьев, что покрылись ночным балахоном с ног до головы. То дощечка заскрипит, то кровь в висках забьёт слишком громко… Рэй понимал. что всё это нарушает его любимое и в тоже время ненавистное состояние пространства.       Шишка на лбу с неприятной болью начала пульсировать, будто бы пытаясь напомнить об дневном инцидентом с деревом. В голове невольно всплыл образ Нормана, такого светлого и таинственного…щёки нашего главного героя немного потеплели, а на лице появилась блаженная улыбка, вот так на него влияли воспоминания о его самом близком и дорогом человеке.       Дверь со скрипом раскрылась, нарушая ту приятную и полуночную атмосферу, что образовалась в комнате. Рэй невольно прищурился, съëжившись до размеров маленького ребëнка. Парень уже знал, кто это, но всë же решил не рисковать как в прошлый раз, просто обернувшись и взглянув на лицо его мамы, такой родной и одновременно нет. Отстраннëнный взгляд взрослой, казалось бы, говорил о том, насколько она устала сегодня, приглядывая за детьми, но Рэй не стал показывать явного беспокойства, лишь спрятав руки в карманах Одна минут, две, три…тишина. Никто ещë не решился еë прервать, всматриваясь в глаза друг друга, мать и сын будто бы вели молчаливый разговор. Вот они уже обсудили, как у них прошëл день, теперь они говорят о погоде и состоянии детей…       Туманная, таинственная и такая бледная фигура Мамы, как призрак, прошла к своему рабочему столу, провела рукой по немного пыльной книге…комочек грязи неприятной коркой скопился на пальцах, а ладонь так и кричала о том, что еë пора бы помыть, но женщина это проигнорировала, как и удивление еë сына, который всë ещë ожидал приветствия. — Ну здравствуй, Рэй, — Мама говорила спокойно и тихо, будто бы боялась кого-то разбудить. — Давно мы так не собирались…- и после этих слов парень начал перечислять, что же дети обсуждали между собой, что было с ними и как. Такой монолог продлился недолго, ведь Маме пришлось сообщить Рэю «хорошую» новость. На следующей неделе будет отправка ребëнка, в понедельник. Но она так и не сказала, кто же этот счастливчик, который найдëт свою новую «семью». Он или она же не знал, что его ждëт лишь страшная смерть в лапах какого-то чудовища…       Как бы то ни было, после этого Рэй получил обещанную посылку. Коробок спичек. Не много, не мало, хотя бы что-то нужное. Парень резко развернулся на каблуках своих ботинок и вышел из комнаты без прощания. Лишь в коридоре он одумался, но глубоко внутри ему было наплевать на все эти детали этикета. Поднявшись на своë излюбленное место, а именно чердак, парень уселся рядом с маленькой щелью, закрыв глаза, пытаясь побороть дрожь в коленях. Отправка…неужели ещë одна жизнь отправится на тот свет по вине этого черноволосого мальчика? Он же так старается, так переживает, а ничего не выходит, лишь жертва за жертвой уходит туда, куда не стоит уходить. Чирк…       Одна спичка начала освещать лицо немного уставшего и очень бледного паренька. Запах, что начал исходить огонь, распространился по всей комнате, напоминая о том, что нужно будет потушить этот кусочек дерева…       Рэй, будто бы находясь в каком-то трансе, начал наблюдать за спичкой, что стремительно начала чернеть и принимать не очень приятный для глаз вид. Парень ничего не мог с собой поделать, его палец сам прикоснулся к горящему дереву, одновременно потушив огонëк и оставив на руке заметных размеров ожог, но сейчас ему совершенно было всë равно на боль. Рэй хочет зажечь!       Через промежуток между дощечек в крыше послышалось пение соловьëв, а свет утренних лучей начал слепить черноволосого уже пару минут назад. Неужели уже утро? Неужели парень проследил за одной спичкой все 12 часов ночного времени? Оглянувшись вокруг, Рэй заметил, что он жжëг уже десяток спичек…не хорошо. Но и не плохо, ведь так? Есть ещë. Комната начала заполнятся красками и мелодиями звуков, что напоминали нашему герою о новом дне.