После миссии

      Они очень устали после миссии. Больше месяца в напряженных марш-бросках, сложных маневрах в условиях полной боевой готовности, волнений и переживаний, и наконец — возвращение в Коноху и долгожданный отдых. Обито настолько был измотан, что поленился идти в район клана Учиха, решив напроситься в гости к Какаши, дом которого был ближе к воротам. Хатаке, впрочем, против не был.       Учиха наглым образом первым пошел в душ, в то время как Какаши сообразил что-то поесть. Где он вообще взял продукты, Обито так и не понял, да и спрашивать не стал. Хотелось просто поспать, отдохнуть от сложной миссии, дать себе расслабиться и ничего не делать.       Время неуклонно шло к вечеру. Учиха осознал, что просто не может уснуть из-за чрезмерной усталости, как бы странно это ни звучало. Они с Какаши лежали на просторном футоне, сам Обито чуть выше, едва ли не утыкаясь макушкой в стену, а Хатаке ниже, так, что голые пятки касались прохладного пола.       Осознав, что уснуть все равно не выйдет, Учиха уставился на товарища по команде. Тот был облачен в просторные черные штаны на резинке, такие же, как на Обито, привычную кофту без рукавов с длинным, переходящим в маску на лице воротом, а белые волосы были еще влажными после душа. Порой Учиха ловил себя на мысли, что находит вот такого, домашнего Какаши невероятно уютным. Они часто лежали так, вместе, с некоторых пор это стало привычкой. Не то, чтобы они именно встречались и были парой. Об этом им не приходилось поговорить, но они были значительно ближе, чем просто товарищи по команде, ближе, чем могли быть просто друзья.       — Какаши?       Шальная мысль появилась в голове внезапно и показалась невероятно удачной. Он согнул руку в локте и положил под голову, устроившись на боку.       — Что?       Хатаке открыл глаза и посмотрел на него в тот момент, когда Обито придвинул к его лицу ногу. Вышло немного неловко, так что Учиха сперва поерзал на месте, а уже потом коснулся большим пальцем маски на чужом лице. Какаши посмотрел на него с немым вопросом в глазах, но не стал ничего уточнять. Он, кажется, все понял до того, как Обито решился действовать.       Сперва Учиха обхватил пальцами край маски на уровне носа Хатаке. Тот поморщился, но позволил стянуть ее с лица до подбородка. Это самое лицо видел только один лишь Обито. Так получилось. В его присутствии Какаши мог снять с себя вообще все и чувствовать себя при этом комфортно, а в этом виделось полное, безграничное доверие.       Хатаке сохранил спокойствие, когда Учиха коснулся большим пальцем его нижней губы. Это, должно быть, выглядело чем-то совершенно неадекватным, но Обито прекрасно понимал, что если бы Какаши что-то не устраивало, он бы дал это понять весьма решительным образом. Но он лишь посмотрел на Учиху, задумчиво и томно, как тому особенно нравилось, а потом разомкнул губы, высунул язык и коснулся самым кончиком основания большого пальца. Обито выдохнул. Мимолетное ощущение прошлось по всему телу волнами удовольствия. Поняв это, Какаши повторил движение, но теперь куда увереннее. Он провел языком от основания вверх, а потом вниз, но уже между двумя пальцами.       Учиха выдохнул через рот, не сводя глаз с Хатаке. Ему не претило делать нечто подобное, и само это осознание уже неимоверно возбуждало. Какаши прикрыл глаза, потом обхватил ладонью лодыжку Обито и всосал большой палец в рот. Ощутив теплую влагу и прикосновения языком, Учиха ясно осознал, что кровь моментально прилила к члену, заставив его затвердеть. Хатаке открыл глаза, словно желая посмотреть на его реакцию, хмыкнул и принялся посасывать палец, да так, будто он минет делал, не иначе.       Обито не смог сдержать чувственный стон.       — Как… приятно…       Немыслимо приятно по ощущениям, более того — смотреть на Какаши, с удовольствием посасывающего пальцы на его ногах было и вовсе верхом блаженства. Прочитав по лицу его эмоции, Хатаке вновь переключил внимание на ногу. Он перешел ко второму пальцу, повторил с ним то же самое, что и с первым, затем далее вплоть до мизинца. Обито с шумом задышал ртом. Он растопырил пальцы, снова и снова сходя с ума от ощущений. Горячий влажный рот Какаши творил нечто немыслимое, Учиха понятия не имел, что нечто подобное может быть таким приятным и чувственным.       Обсосав его пальцы, Хатаке провел языком ниже аж к самой пятке, вычерчивая какие-то невиданные узоры, потом снова вверх, ничего не стесняясь и сам наслаждаясь странным процессом. Обито захотелось вцепиться ему в волосы, но он сдержал этот порыв.       — Какаши… возьми их снова в рот…       Он сам раскраснелся от своей же просьбы. Хатаке причмокнул, слегка подул на влажную из-за его слюны кожу, потом коснулся легким поцелуем средней складки, и лишь потом вернулся к большому пальцу. Он делал это медленно, словно намеренно смакуя вкус, так что стало вполне очевидно — ему и правда это нравится.       Обито не выдержал шквала ощущений. Простонав, он запустил руку в штаны и обхватил свой крепкий член с уже откровенно влажной головкой. Хотелось кончить, безумно хотелось, но он держался. Пока еще рано.       Обсосав по второму кругу пальцы, Какаши вдруг хихикнул. Учиха, не ожидавший подобного, распахнул глаза, и Хатаке мотнул головой, заставив его придвинуть к себе и вторую ступню. Обито улыбнулся. Как же это хорошо, когда двух партнеров заводят одни и те же вещи. Учиха немного неловко согнулся, стараясь предоставить полный доступ к ступням. Он вновь сжал свой член, из головки которого полились капли предэякулята.       — Ты невероятен, — признался он.       Какаши ничего не ответил, его рот был слишком занят растопыренными пальчиками. Он словно специально (или явно специально) причмокивал, запускал проворный язык меж пальцев, ласкал кожу у основания, чуть всасывал в рот жировые подушечки стоп, а потом обхватывал чувственными губами пальцы, посасывал их, будоража воображение, проходился языком, по ногтям, и при этом успевал уделять внимание и правой, и левой стопе.       Это было удовольствие, похожее на сладостную пытку. Обито чуть заерзал на месте, осознав, что рискует кончить себе в штаны, если так пойдет и дальше, а потому решил действовать. Высвободив левую ногу из хватки Какаши, он опустил ее ниже, добрался сперва до живота Хатаке, а потом до резинки штанов. Поняв его без слов, товарищ по команде сам оттянул ее рукой, позволяя Обито запустить ногу в штаны.       — Да…       На сей раз стон издал Какаши. Он выгнулся всем телом, едва пальцы нашарили его член, подался вперед и потерся о ногу, размазывая по стопе предэякулят. Обито сглотнул. В этот момент Хатаке был особенно прекрасен и сексуален.       Учиха вытянул вторую ногу так, чтобы Какаши мог прижаться к нему. Все так же потираясь членом о левую стопу, Хатаке уткнулся лицом в пах Обито, и тот спешно спустил свои штаны, высвобождая возбужденное естество. Наверное, лучше, чем сосать пальцы на ногах, Какаши мог сосать лишь член, что он и принялся делать незамедлительно.       Обито ощутил боль от крепкой хватки на лодыжке, но это был сущий пустяк на фоне приятных ощущений. Хатаке терся о его стопу, и это было приятно, а еще он обхватил губами ствол его члена и вобрал его в рот едва ли не на половину, что было еще приятнее. Головка уткнулась ему в расслабленную глотку, Какаши ловко очертил языком венки, двинул головой назад, потом вновь вперед, глубоко посасывая и все так же потираясь о чужую ногу. И это было сродни потрясающему безумию.       Обито запустил пятерню в белые волосы, чуть сжал их на затылке и замер, осознав скорый оргазм. Достигнув пика, он вновь не смог сдержать предательски громкий стон. Должно быть, он слишком сильно дернул Какаши за волосы, но тому это даже понравилось.       Излившись в рот товарища по команде, Обито на какое-то время просто выпал из реальности. Это было невероятно, пожалуй, самый яркий оргазм в его жизни. Выровняв дыхание, он уловил мимоходом движения со стороны и запоздало понял, что Хатаке приподнялся, дотянулся до оставленного где-то в стороне полотенца, которым вытирал волосы, и уже вытер его ногу от собственного семени.       — Ты кончил благодаря моей ноге?       Обито сперва не признал собственный голос, уж очень он был хриплым. Хатаке цокнул языком и отбросил полотенце на пол.       — Не только.       Он лег на спину, теперь уже на одном уровне с Учихой, а тот блаженно заулыбался, вновь ощутив усталость, теперь уже приятную.       — Тебе понравилось?       Вряд ли, подумал он, Какаши хотел бы обсуждать подобное, но тот все же ответил:       — Понравилось. Но сейчас я хочу спать.       Обито согласно кивнул.       — Я тоже.       Он прижался к Хатаке всем телом, все еще уставший, но такой немыслимо счастливый и довольный, а Какаши натянул обратно маску и положил голову ему на плечо. Утомленные после оргазма, они быстро задремали. Должно быть, им нужно было вот так расслабиться, чтобы, наконец, отоспаться после сложной миссии.