В объятиях мрака

       Вот и он — День Посещений.        В это утро, в нашей общей комнате царит непривычная тишина. Как бы мы ни старались, скрыть напряжение друг от друга, все было бесполезно. Обычно веселая Триша нервно искала свою куртку, Мика сидела на кровати, сцепив пальцы в замок, даже Кай молча зашнуровывал берцы, погруженный в свои мысли.        Редко когда утро начиналось настолько тихо. И неудивительно — нужно найти силы в себе, чтобы встретиться с семьей, которую ты оставил. Или среди толпы пришедших, не обнаружить ни одного знакомого лица.        Я еще раз осматриваю себя в зеркало — ссадины на лице, почти сошедший синяк на скуле, едва заметные, но уже проступающие синяки на шее… Красавица. Я задаюсь вопросом — в какую игру играет наш Лидер? Как вышло так, что я попалась ему на пути? Абсолютно не выделяющаяся девочка, со средними результатами. Длинный язык? Возможно, я не умею вовремя замолкать, и жизнь постоянно награждает меня за это. Я стала все чаще ощущать на себе его взгляд, ощущать его запах, когда он оказывается рядом. Но в то же время, я ощущаю опасность, волнами исходящую от него. Он будто загоняет меня в угол. Мне явно нужно быть осторожнее с ним… И держаться как можно дальше.       Накидываю на плечи черную куртку, застегнув до самого горла, и покидаю спальню неофитов. Коридоры Бесстрашия пусты, как будто вся фракция дала нам время собраться с силами. Я не уверена, что сегодня кто-то придет ко мне — Айзек определенно считает меня «предателем», который бросил свой дом и отправил псу под хвост весь его труд. Да и я не уверена, что готова к встрече с братом. Отношения у нас были мягко говоря напряженными.        В своих мыслях совершенно не замечаю выросших из-под земли урожденных Бесстрашных.              — О, Рэй! — я поднимаю взгляд и вижу перед собой Нору. Ее взгляд по-прежнему блестит и выглядит она свежо. Так и не скажешь, что вчера гуляла до утра. Рядом с ней донельзя довольный стоит Вольт, обнимая ее за талию. Давно заметила, что эта парочка ходит вместе, да и вчерашний вечер все расставил по местам. — Ты как после вчерашнего-то?        Я проглатываю ком и надеваю на лицо одну из масок, старательно улыбаясь. А в голове всплывают воспоминания о пальцах на шее и вкусе чужих губ. И звуки быстро-колотящегося сердца.              — В порядке, — отвечаю я спокойно.        Вольт начинает смеяться.              — Слушай, а ты точно не урожденная бесстрашная? — с ухмылкой спрашивает он. — Вчера держалась так уверенно, даже после выпитого «топлива», — я проглатываю очередной ком, вспоминая жгучий вкус напитка кого-то из бесстрашных.              — Вот сегодня и узнаю, — отвечаю я непринужденно.        Бесстрашные понимающе, даже чуть виновато улыбаются — их семья всегда рядом.              — Если что, мы в тату-салоне. Удачи, — шепнула мне Нора, прежде чем уйти в соседний коридор с Вольтом.        Я вздыхаю и иду дальше, по направлению к Яме. Уже на подходе, я слышу гул голосов — там и так обычно не тихо, а сегодня громкость набирает децибельные обороты. Я привычно поправляю высокий хвост и выхожу на свет, опираясь на перила. Сегодня, Яма пестрит цветами. Вижу большое количество красных, желтых, зеленых, белых, синих цветов… Все таки, много к кому сегодня пришли родные. Вижу стоящего на другом конце Ямы Дина, оглядывающего толпу с разочарованным взглядом — к нему никто не пришел. Вижу женщину обнимающую Тришу — сразу понимаю, она ее мама, очень уж похожи. Даже Кай стоит с кем-то из своих. Дерек и Мика тоже беседуют с семьей — их я знала, они работали в отделе, вместе с моими родителями.        Непонятная грусть прокрадывается к самому сердцу — я все еще очень скучаю. Подавив тяжелый вздох и оттолкнувшись от перил, я уже собираюсь развернуться, и двинуться обратно по коридорам, в сторону верхних этажей, как вдруг, ощущаю на себе холодный, пронизывающий взгляд. Когда-то, я боялась его до чертиков. Теперь же, он просто заставляет меня напрячься. Повернув голову вправо, я встречаюсь взглядом с такими же серыми глазами, как у меня самой. В стороне от толпы, заложив руки за спину, с невероятно-прямой осанкой, на меня смотрит Айзек.        Несколько мгновений я размышляю, а потом двигаюсь вниз по лестнице. Мне больше нечего бояться. Брат внешне абсолютно спокоен, в привычном синем костюме, уложенными волосок к волоску светлыми волосами. Однако во взгляде его я вижу презрение. Сразу понимаю — ничего хорошего меня не ждет.              — Рэйлинн, — сухо кивает он мне, оглядывая с ног до головы оценивающим взглядом. Едва подавляю желание привычно поправить одежду.              — Здравствуй, Айзек, — так же спокойно отвечаю я ему. — Рада, что ты пришел.        Да уж, в Искренность мне путь был заказан.        Брат чуть кривится, но выдавливает из себя холодную улыбку. Он оглядывает меня и чуть кивает головой в сторону одного из коридоров. Я ровняюсь с ним и мы медленно начинаем двигаться в направлении коридора.              — Я рад, что ты освоилась. Выглядишь как… Бесстрашная, — последнее слово он произносит с таким неудовольствием и ядом в голосе, что кажется, им можно было бы убить. Однако, у меня уже похоже выработался иммунитет. — И твой выбор…              — Не все же плясать под твою дудку, — в тон ему отвечаю я, замечая тень гнева на лице брата. Да, дорогой, я больше не та запуганная девчонка. — Не ожидала тебя увидеть.              — Ну что ты, мы же семья, — фальшиво отвечает он, когда мы подходим к коридору. — Я не мог не прийти к родной сестрёнке…        Я осознаю — он в ярости. Внешне, Айзек абсолютно спокоен, но вот глаза метают молнии. Кого-то мне это напоминает. Я прекрасно понимаю — он не простил мне моего побега.              — Зачем ты пришел? — довольно грубо интересуюсь я, когда мы заходим в коридор и чуть углубляемся во мрак. — Я думала, общаться с предателями тебе будет мерзко.              — Ты не права. Мерзко — не то слово, — отзывается он, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. — А я ведь предупреждал тебя, Рэйлинн. Предупреждал, чтобы ты не смела делать глупостей. Но ты…              — И что? — прерываю его тираду я, довольно резко поворачиваясь в сторону брата. Я не боялась теперь стоять лицом к лицу с кошмаром моих последних лет. — Я больше не член Эрудиции. Фракция превыше крови, так? Мне плевать. что ты там говорил. Я далеко. Теперь, тебе меня не достать. Или тебе не на ком больше срывать свою злость? Печально, конечно, но могу порекомендовать несколько боксерских груш, знаешь, у нас тут такое разнообразие снарядов, — продолжаю язвить я, замечая, как от гнева потемнели глаза моего брата, а на лице проступили красные пятна. — Хотя знаешь, есть несколько других способов не только снять стресс, но и удовлетворить…        Я не успеваю закончить фразу, как ощущаю жесткую хватку на своих плечах и стену под спиной. Перед глазами все плывет, как только меня впечатывают затылком в бетон. И совершенно непонятно почему, меня буквально пригвоздило к месту от страха.              — Довольно! — рычит брат, приближая свое лицо к моему. Я же могу вырваться! Я знаю, как вырваться из этого захвата. Почему я не могу?! — Ты еще дышишь, только потому, что ты нужна мне. Или совсем забылась? Мне стоит напомнить, что с тобой бывает, когда ты распускаешь свой длинный язык? Мне ничего не стоит убить тебя и скинуть все на несчастный случай — в бесстрашии, я слышал, и не такое бывает, шипит брат, глядя мне в глаза, сдавливая мои плечи и продолжая впечатывать меня в стену. Я невольно пытаюсь вырваться из цепких пальцев. — Но Джанин ты нужна живая. Очень советую тебе сидеть и молчать, потому что про ничего про твою целостность, мне сказано не было.        Каждое его слово хлещет меня словно плеть. Я жива только потому, что еще нужна. И ему и Джанин. Но зачем? насколько я знаю, я не представляла никакого интереса для них. Или, похоже, была не в курсе. Меня начинает затапливать гнев. Сколько можно распоряжаться моей жизнью?              — Попробуй. Но что-то мне подсказывает, ручная зверюшка Джанин не пойдет против хозяйки, — максимально спокойно выцеживаю я. Нельзя поддаваться гневу. — Кишка тонка?        Вижу мимолетную улыбку и замах руки.        Как вдруг…              — Не могу сказать, что я не получаю удовольствие от увиденного… — я слышу знакомый бархатный голос и шаги справа. Скашиваю глаза и вижу ухмыляющегося Эрика, медленно двигающегося в нашем направлении. Его руки сложены на груди и выглядит он абсолютно расслабленным. — Но бить неофитов в моей фракции позволено только мне. Ну, в ее случае, другим бесстрашным.        Блять. Спасибо!        Айзек поворачивает голову и встречается взглядом с Лидером. Он чуть прищуривается, как будто пытается что-то вспомнить. А затем не его лице появляется знакомая мне вежливая улыбка.              — Здравствуй, Эрик, — кивает Айзек. — Рад встрече. Кажется, мы с тобой виделись последний раз…              — На совете, перед церемонией.              — Верно.        Милейшая беседа. Только вот холодом несло за километры — мне даже показалось, что стены коридора научили леденеть. Они знакомы, это факт. И знакомы они не пару-тройку недель…              — Отпусти девчонку, сдохнет, потом бумажек заполнять тонну, — жалуется командир. Айзек переводит взгляд на меня и разжимает пальцы, спустя несколько мгновений. Я вдыхаю полной грудью, разминая затекшие плечи.        Айзеку уже потерял ко мне интерес, повернувшись в сторону Эрика, поправив пиджак знакомым жестом, привычно выпрямив спину и заложив руки за спиной. Я все так же подпираю стену, стараясь прийти в себя.              — У меня послание от Джанин, — произносит коротко брат, глядя на Эрика. Взгляд того мгновенно серьезнеет и все искры веселья тут же исчезают. — Тебя это тоже касается. Как и Макса.        Эрик кивает в сторону коридора и разворачивается на каблуках, направляясь в сторону лестницы. Кажется, она ведет на лидерские этажи. Айзек уже было двинулся вслед за Эриком, как вдруг остановился и обернулся в мою сторону.              — Рад, что с тобой все в порядке, сестра — я совершенно неискренне, холодно улыбаюсь в ответ на его официальный тон. Он ясно дал мне понять, что будет следить за мной. А я постараюсь добавить сахара в его жизнь. Довольно с меня. — Будь осторожна, Рэйлинн. Никогда не знаешь, что будет завтра.              — Но в наших силах сделать так, чтобы оно наступило, — отзываюсь я. И откуда в моем голосе столько жестокости. Любой ценой. Пока, братик. Передавай мое самое искреннее почтение Джанин, — я отвешиваю «поклон» и выпрямившись, резко разворачиваюсь, неторопливо двигаюсь в сторону Ямы. Туда где светло. И где во мраке не таятся два моих ночных кошмара. *** POV Эрик        Значит Рэйлинн. Рэйлин Рашман. Вот почему она показалась мне знакомой — точная копия этого мудака из Эрудиции. А когда-то мы общались, по крайней мере, если это можно так назвать. Изредка перебрасывались фразами, ходили вы школу вместе, до церемонии выбора.        Теперь, он стал правой рукой сучкой Мэтьюз. Пробивает себе путь в Лидеры. Впрочем, как и я.        Как оказалось, Эрудиция хотела получить от Бесстрашия помощь. Они занимались разработкой новой сыворотки для нашей фракции. Им нужны были испытуемые. Да и афракционеры все норовили пробраться в главный корпус Эрудиции — разработке была нужна защита и стролгая секретность. Макс охотно согласился выделить людей на охрану и испытание новой сыворотки. Как будто бы блять, у нас есть лишние люди. Чувствую, что-то происходит там, в Эрудиции, надо будет выяснить что к чему.        Мне без труда удается сохранить спокойное, даже заинтересованное выражение лица, сидя за общим столом и выслушивая болтовню Рашмана. А у самого в голове мысли о той девке. Как он сказал ей в коридоре? Нужна Джанин? Судя по выражению ее лица, она была удивлена не меньше моего. А девчонка становилась все интереснее и интереснее. Я невольно вспомнил встречу в коридоре — ее мягкие губы, моя рука на ее шее, бьющаяся под пальцами венка, чуть не снесший мне крышу ее запах и стук ее сердца… Кажется, девчонка засела у меня в голове. Силы воли ей не занимать — как бы ни было тяжело, она не ломалась… А я постепенно входил в азарт, но и терпению моему подходил конец. Трахнуть ее что ли наконец…        От этой мысли невольно улыбаюсь, уже представляя как она будет стонать подо мной.              — Эрик, организуй дополнительные патрули, — говорит Макс, обращаясь ко мне, вырывая из моих фантазий.              — Откуда тебе взять людей? Перевести из-за стены? Ослабим дальние рубежи, да и во фракции нет свободных патрульных, — отвечаю я спокойно. Что за хуйня? Он и сам прекрасно знает, что людей у нас недостаточно, а неофиты закончат вторую ступень только через две недели.              — Значит временно переведи людей на охрану, а затем переставьте новобранцев. Измени маршруты. Избавь меня от лишней информации, — отвечает Макс, как будто все было так просто. Ну конечно, людям придется хуярить по две, а то и по три смены.        Что-то подсказывает мне, что Макс просто не может оказать Джанин. Эта сучка умеет добиваться своего. Делает из нашей фракции ручных псин.              — Как скажешь, — сквозь зубы киваю я, поднимаясь с места. — У меня объявление для неофитов.             — Иди, — кивает Макс, утыкаясь взглядом в планшет, лежащий перед ним. — Мы как раз закончили.        Уже вечером, сидя в баре, я прокручиваю в голове сегодняшний день. Что-то происходит, и пока Макс не готов посвятить меня в свои планы. Однако, он уже скинул на меня дела связанные с другими фракциями и общим контролем подразделений. Он доверяет мне. Но пока недостаточно. Нужно выяснить, что он затевает с Эрудицией.        И я снова невольно вспоминаю горящие глаза. Ее горящие глаза. Я видел, как встрепенулись неофиты, узнав что завтра их ждет последний этап первой ступени инициации. Да, сегодня они виделись со своей семье, а завтра уже могут стать изгоями. Жестоко? Именно. Так мы выживаем. В этом мире нет места для розовых соплей. Либо ты выживаешь, либо умираешь.        Я видел гамму эмоций на их лица, но вот в ее глазах царило спокойствие и лишь немного, скрытое волнение. Я прекрасно знаю, что в Эрудиции принято носить маски и скрывать эмоции. Но как бы она ни пыталась, у нее это получалось из ряда вон плохо. Хотя, может все дело в том, что я блять прекрасно разбирался что к чему.        Девчонка уже которую неделю не желает покидать мою голову. Я бью кулаком по стойке, едва не опрокидывая стакан с виски. Я знаю, что мне поможет. Пора закончить с этой хуйней.        Я поднимаюсь с места, кивнув бармену и направляюсь в сторону выхода. Сегодня, тебе от меня не убежать…