Стань мной

      Голова раскалывалась, кашель лишь сильнее раздражал болящее горло, а температура и не думала спадать даже под действием зелий. Хотелось сдохнуть, но еще больше хотелось, чтобы Поттер перестал трястись над ним, так, будто действительно волновался, а не просто мучился с угрызениями совести.       Этот недо-преподаватель действительно был сам виноват и, хоть он извинился уже раз десять, призывая очередные зелья, чтобы дать ему, Северус не намеревался хотя бы немного поумерить пыл и прекратить ему об этом напоминать. Да, это было максимально мелочно, глупо и по-детски, но по-другому сейчас просто не получалось. Он просто выплескивал свое раздражение на других, как последняя мразь, чтобы не сорваться окончательно.       Бесило абсолютно все, хотелось хотя бы пару минут побыть в покое, но нихера не получалось — не позволяло довольно шаткое положение, не дающее сделать лишнего шага. Больше всего из себя выводил тот факт, что, кажется, дозволенное расстояние, на которое они могли отдаляться друг от друга, становилось все меньше и меньше с каждым днем, так как, ранее обычные действия, становились просто невозможными из-за тянущей боли в груди.       Кажется, Поттер тоже это заметил, но молчал, видимо, не желая нервировать еще больше. Хотя бы за это стоило сказать ему спасибо: Северус сейчас бы просто не вынес разговоров на эту тему. Нервное состояние и так трещало по швам из-за постоянного присутствия чужого человека, а тут еще и это.       Лежать весь день было тем еще испытанием не только для него, было видно, как тяжело дается гиперактивному Поттеру несколько часов подряд сидеть у кровати над ним, проверяя состояние. Дело было, вероятнее всего, абсолютно не в его болезни, а в том, что Поттер был таким человеком, который любил двигаться и делать что-то. Северус не представлял, насколько это было сложно для него, но этот человек продолжал молчать, ничего не говоря, понимая, что своими словами он может задеть Северуса.       Это все было самыми поверхностными мыслями, болтающимися снаружи и выходящими за крепкий барьер, установленный действительно могущественным волшебником. Вообще, было удивительным, что он смог услышать даже такую маленькую часть мыслей, хотя заинтересовался легилименцией совсем недавно. Поттер действительно был сильным волшебником с чистой аурой, и от его силы подгибались ноги. Когда это происходило, становилось понятно, что он и правда сам одолел сильнейшего темного мага в семнадцать.  — Ты как? Хотя бы немного лучше? Сможешь встать сам? Просто, температура совсем не спадает, я не знаю что делать, — обеспокоенность в голосе отчасти пугала. Но не самим фактом своего существования, а тем, как на нее реагировал сам Северус. Отчего-то невыносимо хотелось поверить в то, что Поттер действительно беспокоится и хочет наладить контакт, а не просто проявляет идиотскую вежливость, имитируя интерес. Как же это было глупо, Северус и сам это понимал, но ничего не мог с этим поделать.       Черт возьми, он серьезно начал привязываться к собственному преподавателю, просто из-за того, что он пару раз позаботился о нем.       Это просто его обязанность, идиот. Нужно было разбираться со всем, этим, но он понятия не имел, как, просто пуская все на самотек и понимая, что так будет лишь хуже.  — Лучше, чем с утра. А зачем мне вставать? — голос хрипел, а воздух выходит с громким свистом. Говорить было трудно, но молчать, в ответ на вопрос, было бы слишком даже для него.  — Дамблдор хотел сегодня привести специалистов, чтобы они нас осмотрели, поэтому я спрашиваю. Если ты себя чувствуешь слишком плохо, то не думаю, что оно того стоит. Да и мне бы в душ сходить, если честно.  — Пусть приводит сегодня, похер на здоровье, — терять возможность вернуться в общежитие и не жить больше со взрослым мужиком под боком из-за какой-то температуры? Ну уж нет. Пока был шанс пресечь на корню зарождающиеся эмоции, нужно было им пользоваться, хоть и этот шанс был минимальным. Все не может быть настолько просто, не с Поттером, нет. — А в душ я тоже бы не отказался сходить, хотя, там скорее ванная будет нужна. Дойти-то я дойду, а вот стоять вряд ли смогу. Все болит.  — Я помогу, если что, — Поттер собрался было положить свою ладонь на лоб, покрытый испариной, но тут же одернул руку, вспомнив их разговор, и произнес заклинание. — Черт, тридцать восемь и пять. Надо будет попросить кого-нибудь сбегать до Помфри за более сильными зельями.  — Мне кажется, что вы слишком трясетесь надо мной. Оно того не стоит, все пройдет само собой.  — Ну да, конечно. Я трясусь. потому что переживаю за тебя. Куда я потом без лучшего студента слизерина? — он рассмеялся, укладываясь обратно и заклинанием поправляя одеяло Северуса. — Благодаря вам, я уже не лучший студент.  — Спортом надо заниматься потому что. Кстати, ты мне так и не рассказал про заклинания. Да и, я бы хотел поделиться с тобой своими идеями, если ты не против. Просто, совсем недавно увлекся всем этим, ищу свободные уши, да еще желательно, чтобы человек хотя бы немного понимал в этой сфере.  — Ну да, больной студент — самый лучший вариант. Я даже разговор поддерживаю с трудом. Голова раскалывается.  — А что скажешь, если я просто буду тебе рассказывать?  — Я не против, но, чувствую, что от вашего голоса у меня голова лишь сильнее разболится.  — Эй, он у меня что, настолько противный? — Поттер наигранно обиделся, отворачиваясь, чем вызвал насмешливую измученную улыбку у Северуса, проследившего за этим движением. Этот человек просто не мог быть лучшим преподавателем ЗОТИ, по словам общественности, нет. Прямо сейчас он больше напоминал его ровесника с гриффиндора, но никак не того, кто одолел Волдеморта несколько лет назад.  — Нормальный у вас голос, угомонитесь.  — То есть, он тебе все-таки нравится? — Поттер тихо рассмеялся, сдерживаясь, чтобы его боль в голове не стала сильнее, когда увидел ничем неприкрытое возмущение на лице Северуса. — Все-все, я молчу.  — Спасибо.       Знал бы этот преподаватель, что, еще немного, и Северусу начнет нравиться он сам, так явно не смеялся бы над этим. Как, в принципе, и сам Северус. Грудь уже сдавливало от подступающей паники, а дышать становилось в несколько раз труднее, как только в голове всплывало осознание. Он ведь действительно начинал привязываться, и, кажется, если Дамблдор не разберется со всем этим через пару дней, все будет настолько плохо, что можно будет идти и смело прыгать с астрономической башни.       Да, он мог вытерпеть наигранную заботу и участие от Поттера, но никак не отвращение и жалость, неприкрытые ничем. Только этого ему не хватало. Нет, он просто попытается вдолбить себе в голову, что это максимально по-идиотски — вешаться на людей, которые даже не показывают своих настоящих эмоций, но вряд ли из этого что-то получится.  — Говорите тогда уж, мне тоже здесь не нравится лежать днями, — он устало прикрыл глаза, прислушиваясь к возне рядом, и приготовился слушать все, что будет готов выдать Поттер. Все-таки его голос действительно был далеко не противным.  — Ну, смотри, тут такое дело…

***

 — У вас там сигнальные чары звенят уже около получаса, может все-таки подойдете к двери? — Северус устало заворочался на кровати, как можно сильнее отодвигаясь от Поттера и пихая его, чтобы он проснулся.  — Черт, совсем забыл. Я попросил мне зелья из лазарета принести. Думаю, это именно по поводу них пришли, — Поттер потянулся до хруста, разминая затекшие мышцы, и протянул руку Северусу, чтобы помочь ему встать, но тут же одернул, заметив напряженный взгляд. — Извини, я обещаю привыкнуть. Давай, вставай, сейчас сходим, заберем, ты выпьешь и, думаю, уже завтра все будет нормально со здоровьем.  — Да вы оптимист, я смотрю.  — А ты как хотел? Кстати, я все еще хочу послушать твои рассуждения на тему тех заклинаний, про которые я тебе рассказывал, так что…  — Ясно все с вами. Все только ради своей выгоды, — Поттер рассмеялся, запуская руку в густые волосы, но было заметно, что он хотел этой рукой хлопнуть по плечу студента, чтобы выразить свои эмоции посредством тактильного контакта, вот только удержался, в то время как у Северуса уже заныло плечо, на котором он до этого оставил пару синяков подобным образом.  — Хэй, все не так, как тебе кажется. Да и ты сам еще не рассказал ничего насчет того заклинания. Оно ведь сложно выводилось, наверное, да?  — Ну, были некоторые трудности, но не думаю, что это было прям сложно. Да и вообще, давайте мы сейчас откроем дверь этому несчастному, пока он ее не выломал, а это скоро произойдет, если судить по тому, сколько времени уже прошло, — он кивнул в сторону гостиной, где находился вход в апартаменты и, держась рядом с Поттером, направился туда, чувствуя, как озноб бьет все тело. Хотелось поскорее вернуться обратно в кровать и… да, черт возьми, поговорить с Поттером.       Какого бы предвзятого отношения у Северуса не было к нему, он все-таки не мог не отметить, что мозгов у Поттера было достаточно. Хорошо поставленная речь, неординарные идеи и теории, приятный глубокий голос… нет, это уже не относилось к тому, с чего он начинал, но все же. Да, ему понравилось слушать этого человека и, порой, выносить для себя некоторые новые знания, поэтому он бы не отказался повторить эти пару часов, чтобы еще раз заснуть под размеренный рассказ о какой-то формуле заклинания.       Да, он понимал, что это лишь усугубит и так держащуюся на волоске ситуацию, но ничего не мог с этим поделать, да и, если честно, прямо сейчас на это было абсолютно плевать. Ему просто хотелось узнать Поттера получше, понять, что он за человек. Вот только последствия обещали быть максимально плачевными, если судить по учащенному сердцебиению и трепету в груди.       В дверь упорно стучали, а за ней слышались отборные ругательства. Кажется, человек, стоящий за ней, действительно провел здесь около получаса. И как только терпения хватило?       Отведя взгляд и на секунду выпав из реальности, Северус никак не ожидал, что, вернувшись обратно, он встретится взглядом с наглыми карими глазами, спрятанными за стеклами очков. Сначала он подумал, что ему показалось, но гримаса отвращения, тут же обезобразившая лицо парня напротив, дала понять, что это было не так. Перед ним стоял Джеймс Поттер собственной персоной и держал в руках небольшую коробку с зельями внутри.       Северус на секунду даже задохнулся от возмущения. Этот чертов гад мог предупредить, что попросит сходить за зельями своего племянника, но не сделал этого, хотя прекрасно знал, в каких именно они отношениях. Вот бы врезать ему, но нельзя — преподаватель все-таки.  — Хэй, а что у тебя делает этот отброс? — Джеймс показушно засунул два пальца в рот, всем видом демонстрируя свою неприязнь, но после в миг стал серьезным, замечая то, что Северус одет совсем не в школьную форму, а в больничную свободную одежду, в которую его переодел Поттер с помощью магии. — Подожди, я конечно все понимаю, но только не говори, что ты с ним… — договорить ему не дал быстрый взмах палочкой, набрасывающий силенцио.       Жаль, Северусу даже стало интересно, что именно хотел сказать Джеймс. На этот раз оскорбление даже не задело, так как все, о чем он мог думать сейчас — то, как бы удержаться на ногах и сделать пару шагов, не упав на пол.  — Пожалуйста, держи язык за зубами. Хорошо? — дождавшись кивка, Поттер снял заклинание, отходя от прохода и пропуская племянника внутрь. — Вынужденные обстоятельства, и если кто-то об этом узнает, то я расскажу твоим родителям много чего интересного. Мне стоит уточнять, что именно?  — Н-Нет! — Джеймс аж подскочил на месте, с трудом удерживая тяжелую коробку в руках. Интерес в груди Северуса разгорался все сильнее и сильнее, но его подавляла головная боль, начавшая пульсировать в висках. Зачем вообще Поттер пропустил этого придурка? Не проще было бы выгнать его сразу, просто забрав ящик? — А ты чего пялишься так? Интересно стало? Не суй свой огромный нос туда, куда не просят, иначе в следующий раз помоями дело не обойдется!       В ответ Северус тихо рассмеялся в кулак, краем глаза наблюдая за тем, как закипают от этого действия оба Поттера. Джеймс злился из-за слишком неожиданной реакции, а Гарри — от осознания того, что его племянник все-таки оказался далеко не святым и даже не сожалеет о том, что сделал. Точнее делал, в течении многих лет.  — Джеймс, забыл добавить, если ты еще раз выкинешь что-то подобное, то я больше не буду прикрывать твою задницу и врать своему брату о том, где именно ты находишься. И, поверь, я узнаю, если ты что-нибудь сделаешь. Понял? — получив ответный раздраженный кивок, Поттер указал на стол и, дождавшись, пока Джеймс поставит коробку, открыл дверь заклинанием, видимо, решив не провожать племянника. — Так, что тут у нас… — незаметно потянув Северуса за край белой рубашки, он сделал пару шагов к столу, осматривая содержимое и прикидывая, что следует дать Северусу в первую очередь, больше не замечая ничего, кроме этих зелий.       Северус и сам хотел подойти немного ближе, чтобы посмотреть на то, что принес этот гад, хотя бы краем глаза, но его отвлекли мерзкой ухмылкой и тихим шепотом. Джеймс за секунду оказался слишком близко.  — Не думал, что ты станешь его новым мальчиком на пару дней. Жалкая подстилка, — слова были произнесены настолько тихо, что Северус не разобрал их сразу, но, когда он все-таки это сделал, то было слишком поздно — этот подонок хлопнул дверью, заставив вздрогнуть.       Что он только что сказал?.. Сквозь пелену тупой боли и жара, мешающего формулировать мысли более-менее адекватно, осознание приходило слишком медленно, но лучше бы оно не приходило вообще.       Джеймс посчитал, что он трахается с Поттером? С собственным преподавателем? Нет, это, скорее всего, было сказано с целью задеть, да?       Прямо сейчас хотелось просто взять и отрубиться, чтобы не думать, так как вопросы продолжали разрывать голову, мешаясь с омерзительно грязным чувством, забирающимся под кожу с каждой секундой все сильнее и сильнее. Хотелось запустить руки в волосы и вырвать их к черту, чтобы прийти в себя. Хотелось кричать от непонимания. Хотелось попросить у Джеймса хотя бы толику объяснений.       Хотелось многого, но он продолжал стоять, глядя на крепкую спину перед собой, чувствуя, как паника затапливает с головой. Даже понимая, что ничего подобного не было и никогда не будет, он все равно чувствовал себя максимально грязным.       Что, если это распространится? Что будет с его репутацией? Что?..       Мерлин, нужно было срочно прийти в себя. Руки дрожали, мысли метались из крайности в крайность, а непонимание жрало изнутри. Нет, Джеймс не будет ничего говорить: Поттер ему просто не позволит этого сделать, но гнобежки от мародеров на эту тему, кажется, теперь будет точно не избежать.       Он серьезно подумал, что Северус спит с собственным преподавателем? Это значит, что Поттер гей или нет?       Господи, вот бы кто-нибудь запретил ему думать вообще, к чертям собачьим, так как после последнего вопроса ему действительно стало интересно все насчет ориентации Поттера, хотя здравая часть сознания вопила о том, что это не его дело, абсолютно.  — Что такое? — будто услышав его мысли, преподаватель обернулся, немного расфокусированным взглядом наблюдая за тем, как Северус пытается взять себя в руки и сделать вид, что все в порядке. — Джеймс что-то сказал? Извини, я не слышал.  — Нет, все в порядке, — удивительно, но голос даже не дрогнул, несмотря на то, что мысли до сих пор не собрались в единую кучу, мечась в черепной коробке и путая сознание. — Так что там с зельями? — перевести тему сейчас было наилучшим вариантом, что он и сделал, как можно аккуратнее, не задевая Поттера, протиснувшись между ним и столом, чтобы осмотреть зелья.  — Давай, это пей первым, потом…  — Эй, вы чего? Нельзя эти зелья пить в таком порядке, они просто будут бесполезной водичкой, если так сделать, — Северус закатил глаза, слыша за спиной тихое цоканье, и принялся перебирать зелья, чувствуя, что перед глазами все плывет.  — Извини, не злись, я не хотел. Да и за Джеймса извини, он просто…  — Мудак, — он закончил фразу, даже не задумываясь, а услышав тихое «угу», лишь удивленно обернулся, встречаясь взглядом с ярко-зелеными глазами и ощущая, как постепенно тонет в них. — Давайте, я сейчас выпью и мы ляжем обратно, а то ноги не держат совсем. Не хочу падать в обморок при вас, снова.  — Да? А мне понравилось нести тебя на руках, — Поттер рассмеялся, заметив его смущение, а Северус просто отвернулся обратно, открывая первый пузырек. Прямо сейчас даже не хотелось думать об этой фразе, как и переспрашивать, что именно Поттер имел в виду. Что он, в принципе и делал, просто решив думать о том, чтобы поскорее добраться до кровати и вырубиться, избавившись от всех лишних мыслей.       Вот только он не учел того, что абсолютно все, отложенное ранее, в попытке забыть, просто всплывет в один прекрасный момент, ударив по состоянию так сильно, как не было ни разу до этого.