В стиле Сары

      Эмбер просыпается и чувствует, как голова Сары тяжело разместилась на её волосах, неприятно стягивая их, но Смит ловит себя на мысли, что вполне себе может потерпеть. Она тянется к тумбочке и накрывает ладонью свой телефон, а затем приподнимает его над лицом и резко поднимается на кровати. Волосы зажимаются до предела, больно стягивая затылок, а затем быстро выскальзывают из-под Воннегут, заставляя её проснуться.       — Эмбер, в чём дело? — Сара прикрывает глаза, но чувствует, как блондинка спрыгивает с кровати и в спешке одевается, и снова открывает их, оглядывая девушку.       — Уже почти девять! — Смит путается в джинсах и почти валится, пытаясь одновременно натянуть на себя футболку.       — Как? — королева школы сбрасывает с себя одеяло и тоже тянется к своему телефону.       — Мы проспали! — вскрикивает Эмбер, наконец надев вещь.       Сара встаёт с кровати и быстро собирает волосы в небрежный хвост, из которого выбиваются некоторые пряди. Она подходит к Смит и помогает ей с джинсами, застёгивая пуговицу и ширинку, и блондинка на секунду замирает, смутившись. Воннегут замечает это, переводит взгляд на её лицо и чмокает в губы.       — Беги давай, если хочешь остаться живой, — губы Сары трогает короткая улыбка, и она разворачивается к выходу из комнаты, пока Эмбер хватает свой портфель.       — Это не смешно.       — Почему же?       Девушки обе выходят в коридор и поспешно спускаются на первый этаж.       — Потому что в живых можешь не остаться как раз-таки ты, — грустно произносит Смит, почти добегая до прихожей.       — Не переживай за меня, малышка, — Воннегут протягивает ей рубашку, висящую на крючке вместо верхней одежды, — всё будет хорошо.       "Надеюсь," — думает блондинка, но в ответ лишь хватает вещь и завязывает её на пояснице. Май опустился на Клирвью знойной жарой, словно солнце в какой-то момент вышло из строя и обрушило горячие лучи на маленький, богом забытый городок. Но Эмбер любит такую погоду гораздо больше холодной Сары, поэтому только улыбается, когда открывает дверь на улицу. Она окидывает взглядом парковочное место и уже расслабленнее поворачивается к девушке.       — Пока нет, — на выдохе говорит Смит и тянется к Воннегут.       Как же всё-таки неудобно постоянно привставать на носочках в простом желании прощального поцелуя, но Сара всегда идёт ей навстречу и наклоняется. Эмбер прикрывает глаза и нежно-нежно целует веснушки Воннегут. Ей хочется перецеловать каждую из них, пересчитать маленькие пятнышки губами, собрать их в ладони и рассыпать по небу, вместо звёзд. Но времени совсем нет, и блондинка быстро отстраняется.       — Увидимся на следующей неделе?       — Конечно, — спокойно произносит королева школы. — Только приходи чуть позже, в прошлый раз ты чуть не попалась, помнишь?       — Хорошо, — кивает Смит и, коротко обняв Сару, разворачивается на крыльце. — Пока.       — Ещё увидимся.       Девушка долго следит за тем, как маленькая фигура Эмбер обходит уже позеленевшие ярко-зелёные кусты, выстроенные в форме ограды перед домом, выходит на тротуар, переходит с улицы на улицу и со временем теряется среди совершающих утреннюю пробежку людей. Воннегут закрывает дверь, потягивается, чуть разминает затёкшую шею и поднимается в ванну. Она быстро распускает волосы, причёсывает их — и пускай она прямо сейчас встанет под душ, это не имеет значения, — снимает домашнюю одежду и перешагивает через ванну, растекаясь в приятных вчерашних воспоминаниях. Эмбер так нежно удерживала её талию, касалась живота и рёбер, проводила ладонями по спине и плечам, нанося гель, что Сара теряется в осознании, что непроизвольно становится такой же нежной.       Девушка включает воду, но на этот раз не слишком горячую, и ощущает, как сильно ей не хватает чужих рук и поцелуев. Такое чувство, будто её тело "подсело" на касания и мягкие губы Смит, с каждым разом нуждаясь в них всё больше и больше. Сара обхватывает себя за плечи и прикрывает глаза, представляя, как это делает Эмбер, и волна мурашек, словно падающие сверху капли воды, пробегается по её телу. Она, незаметно для себя самой, закусывает нижнюю губу и улыбается, словно влюблённая в своего кумира девчушка, а затем чувствует, как внизу начинает чуточку тянуть.       "Боже, именно сейчас? — думает Воннегут. — Почему не вчера, чёрт возьми?", а затем прибавляет ещё больше холодной воды, чтобы успокоиться и смыть с себя внезапное возбуждение. Она пытается переключить свои мысли на что угодно: на душ, на скорый приход матери, на учёбу, в конце концов, но в голове крутится лишь милая улыбка на персиковых губах, маленький носик и большие зелёные глаза, которые так внимательно каждый раз заглядывают в голубые.       Сара старается поскорее закончить с водными процедурами и выйти из ванны, и как только она делает это, то слышит, как на первом этаже открывается дверь. Девушка лишь для вида спускается, здоровается с матерью и проходит за ней на кухню, чтобы выпить кофе. Мисс Воннегут молча включает чайник и присаживается за стол, переводя взгляд на часы.       — Что-то ты рановато для субботы.       — Выспалась, — просто отвечает Сара и достаёт из шкафчика коричневую баночку.       — Джо не оставался на ночь? — спокойно спрашивает женщина, и королева школы мотает головой. — А чего так?       — Я хотела поспать в одиночестве.       — Давай-ка больше времени проводи с ним, — говорит мисс Воннегут, — а то мне и так пришлось спасать твою репутацию и просить его никому не говорить о твоих очередных похождениях.       — Ты хотела сказать: "Свою репутацию", мама, — равнодушно бросает Сара и насыпает себе в кружку немного размолотых ароматных зёрен.       — Это одно и то же! — раздражённо произносит та. — Как будто тебе плевать на то, что подумают другие.       — Нет, — честно отвечает девушка. Она действительно ещё не избавилась от стремления всем нравиться и зависеть от общественного мнения.       — Ну вот! — на этой короткой фразе чайник издаёт негромкий щелчок, и женщина поднимается, доставая и свою чашку.       Сара наливает себе горячую воду, и яркий горьковатый запах в миг наполняет кухню. Она не кладёт сахар, чуть помешивая ложкой кофе, и опускается на стул, желая сменить тему разговора.       — Я платье вчера купила.       — Какое? — спрашивает мисс Воннегут и садится напротив дочери.       — На выпускной.       — Я поняла, — она делает один глоток и обжигается. — Чёрт!       Сара сдерживает ядовитый смешок и продолжает:       — Оно красивое, но ты вряд ли оценишь.       — Это ещё почему? — женщина старается вдохнуть побольше воздуха ртом, чтобы остудить язык.       — Тебе может показаться простым.       — Показывай, — звучит властный ответ, и девушка поднимается с места вместе с матерью.       Они за минуту доходят до нужной комнаты, и Сара замирает, замечая на столе оба пакета, вместо одного, потому что в спешке забыла отдать Эмбер костюм. Мисс Воннегут протискивается через дочь, замечая покупки, и королева школы хватает мать за запястье. Та недовольно разворачивается, как бы взглядом спрашивая: "Что?", но дочь молчит, и она отдёргивает руку. Подойдя к пакетам, женщина замечает в одном вещь с серебряным оттенком, а во втором — что-то чёрное. Она вытаскивает сначала платье и расправляет его, внимательно пробегаясь глазами по ткани, а затем поворачивается к Саре.       — Ну-ка примерь, так не понятно.       — Сейчас, — девушка забирает из чужих рук одежду и подходит к кровати, снимая с себя футболку и шорты и скидывая их на неё.       Сара минуты две надевает платье, а затем разворачивается к матери, и та, чуть прищурившись, подставляет к подбородку руку.       — Неплохо-неплохо, — кивает мисс Воннегут. — Думала, что-то поярче выберешь.       — Я тоже думала, но решила остановиться на этом.       — Хорошо, — женщина разворачивается ко второму пакету и вытаскивает оттуда костюм. — А это что?       — Это мы с Джо купили ему, — лжёт девушка, но мать недоверчиво оглядывает размер и высоту костюма.       — Мне кажется, Джо раза в два покрупнее, — равнодушно произносит она, но затем до неё доходит, и она бросает вещи прямо в пакет. — Для кого это, Сара?       — Дело в том, что я не могла определиться, идти мне в платье или нет, поэтому...       — Не ври, — строго обрывает мисс Воннегут и подходит к дочери.       — Я серьёзно.       — Не твой размерчик, — усмехается женщина, но не надолго, быстро переходя на грубый тон. — Чьё это?       — Мам, не начинай, — Сара тоже чуточку раздражается.       — "Не начинать"? Это что, костюм твоей Эмбер?       — Нет, — чересчур быстро отвечает девушка, и мать, естественно, не верит.       — Я предупреждала тебя, — опасно-спокойно говорит та. — Не раз предупреждала. И не два. И не три.       — Мама!       — Что "мама"? Ты вообще меня не слышишь, Сара!       — А ты меня!       — То есть это ещё я во всём виновата? — мисс Воннегут хмурится, и глубокие морщины выступают на её лбу. — Ещё скажи, что ты собралась на выпускной с ней.       — Да, собралась! — громко произносит девушка, и женщина хватает её за руку.       — Не посмеешь, — мисс Воннегут сдавливает челюсти и злобно шепчет.       — Я сама решу!       — Нет, — та хватает её за горло. — Ты пойдёшь с Джо!       Саре становится до неприятности страшно. Она хочет сбросить чужую руку — и не может. Как бы то ни было, кого бы она из себя ни строила в школе, но она слабее Эмбер. Гораздо слабее. И полностью уверена, что, будь Смит сейчас рядом с ней, она бы не просто вырвала Воннегут из цепких рук женщины, но ещё и не сдержалась бы и набросилась на неё в ответ. Сара вспоминает слова блондинки. С какой стати Эмбер нашла в себе силы не порвать заранее проигрышные отношения, а бороться, развивать их и превращать в самые что ни на есть выигрышные? Сара задумывается всего на секунду. Она тоже хочет бороться. И делать это она собирается прямо сейчас.       Девушка хватает запястье мисс Воннегут и сильно отбрасывает его от себя, почти наотмашь, что заставляет вторую злиться ещё больше.       — Да как ты... — женщина делает ещё одну попытку схватить дочь, но та грубо отталкивает её за плечи, и она почти теряет равновесие. — Какого чёрта, Сара?       — Такого, мама! — гневно начинает королева школы. — Мне надоело, что ты перепутала мою жизнь со своей и стараешься всячески её контролировать! Но с меня хватит этого контроля и постоянной ругани или избиений. Ты не имеешь права меня трогать, — она скрещивает руки на груди.       — Дура! — кричит мисс Воннегут. — Это не контроль, а забота!       — Какая, в жопу, забота?       — Что за слова?       — А ты по-другому не понимаешь, видимо, — Сара уже сама делает шаг навстречу матери, и та чуть пятится назад. — Я больше не хочу и не собираюсь терпеть ни тебя, ни твои дурацкие правила, ни тупые запреты, потому что что-то запрещать себе могу только я!       — Ах ты...       — Заткнись! — выпаливает девушка и чувствует, как в один момент что-то обожгло щёку. Она агрессивно повторяет действие мисс Воннегут и наблюдает, как та прикладывает руку к больному месту. — Будешь меня трогать, получишь точно такое же отношение.       — Ты дрянь! — женщина делает ещё один шаг назад.       — А ты гадкая, противная, жестокая... — Сара на секунду задумывается, не в состоянии подобрать нужное слово, — ...сволочь!       — Как ты смеешь так меня называть? — мисс Воннегут хочет схватить девушку за волосы, но та бьёт её по тыльной стороне ладони.       — Не трожь меня, тварь! — она давит на плечи матери и грубо выталкивает её из комнаты. — Убирайся отсюда! И из моей жизни! Навсегда, — а затем хлопает дверью, запирая её со своей стороны.       Сара быстро скидывает с себя платье, подходит к шкафу и впервые не глядя достаёт оттуда первые попавшиеся брюки и блузку. Она под всё ещё звучащие из коридора ругательства и стук кулаков о дверь одевается, опять собирает волосы в хвост и подходит к окну. "Как там делала Эмбер?" — вспоминает девушка, открывая его. Она прямо в носках встаёт на подоконник, всё ещё чувствуя неуверенность, оглядывает непрочную ветку и боится, не решаясь выпрыгнуть. Она не умрёт, нет, но сломать что-то из-за одного неудачного движения может.       Сара делает глубокий вдох, закрывает глаза и вспоминает о Смит. Действительно, именно она — главная причина, по которой девушка стоит сейчас над маленьким обрывом. Она — главная причина всех её ссор и конфликтов с матерью. Главная причина её вечных проблем и боли. Но она — главная причина её счастья.       Сара открывает глаза, надеясь увидеть перед собой потолок и спящую рядом Эмбер в надежде, что весь сегодняшний день — лишь неприятный сон. Но она всё ещё видит ствол дерева и красивый светлый горизонт с безоблачным небом, и, наконец, делает прыжок. Воннегут не боится высоты, не боится прыгать, ведь столько раз делала это с верхушки башни из девушек на тренировках, но сейчас она ловит себя на мысли, что у неё появился новый страх. Сара крепко вцепляется в ветку, не в силах продвинуться дальше, и понимает, что мать действительно права, назвав её дурой. Такой отчаянно желающей свободы дурой.       Воннегут всё-таки удаётся через три трусливых минуты взять над собой контроль, чуть разомкнуть руки и перепрыгнуть на другую ветку. Затем на ствол, крепко обняв его, а после и полностью соскользить на траву. Она сдувает с лица одну выпавшую прядь волос, однако та упорно приземляется обратно, но Сара и не замечает её. Она не знает, что делать дальше, но чувства подсказывают ей, решают за неё, и девушка со всех ног бежит подальше от проклятого дома мисс Воннегут к более доброму зданию с всегда царившей атмосферой спокойствия и дружелюбия.       Девушка не помнит ни удивлённых взглядов горожан, ни неприятные ощущения в ногах из-за отсутствия обуви, ни то, как в такую погоду — тем более в брюках — бежать слишком жарко. Не помнит, как сделала одну маленькую остановку на десять секунд, чтобы перевести дыхание и смахнуть выступивший на лбу пот, и не помнит, как вскоре оказалась прямо возле дома Смит.       Сара в нерешительности оглядывает его, не подходя к крыльцу, и замечает в окне первого этажа старательно моющую посуду Эмбер. Взгляд её опущен, и она полностью погружена в дело, и Воннегут всё стоит, наблюдая за блондинкой, пока та не заканчивает, протягивая руку к полотенцу, и не поднимает веки. Мокрая ткань быстро падает из её рук на пол, и Смит потирает глаза, желая развидеть отрешённую от всего мира Сару. Но зрение её не подводит — действительно, за окном стоит её девушка и устало вздыхает, и Эмбер мигом оказывается у входной двери, настежь распахивая её и выбегая во двор.       — Сара! — она едва успевает произнести имя, как чувствует, что её притягивают к телу и крепко-крепко сдавливают, даже не обнимают. — Что произошло?       — Ты мне нужна, — игнорируя вопрос, произносит Воннегут, и блондинка аккуратно оттягивает её от себя, чтобы посмотреть в чужие глаза и утвердиться, что девушка не плачет.       — Пойдём в дом, — Эмбер видит, что слёз нет, но окидывает взглядом внешний вид Сары и особенно её ноги. — Давай, идём.       Смит берёт девушку за обе руки и двигается спиной вперёд в страхе, что если перестанет смотреть на неё, то она просто убежит. Но Воннегут и не собирается убегать — она лишь вяло переставляет ноги, даже не замечая, что на порог вышли женщина и темнокожий мужчина в очках.       — Что случилось? — спрашивает он, когда девушки доходят до крыльца.       — Сара, всё в порядке? — добавляет миссис Смит, но та молчит.       — Мам, пап, мы посидим у нас? — спрашивает Эмбер чисто из вежливости и уже заводит Воннегут в дом.       — Конечно, — озадаченно отвечают оба.       — Спасибо.       Блондинка даёт гостье тапочки и выгоняет родителей в гостиную, чтобы они не смущали Сару, но мистер и миссис Смит продолжают сверлить её обеспокоенным взглядом, и Эмбер, игнорируя их интерес, быстро уводит королеву школы к себе в комнату. Она закрывает за собой дверь и проводит ладонью по лицу Воннегут, очерчивая контур её щеки и подбородка.       — Сара, что стряслось?       Гостья быстро расслабляется и, будто находится у себя дома, подходит к чужой кровати и садится на неё, опираясь на одну руку и закидывая ногу на ногу.       — Ничего нового, — бросает она. — С мамой поругалась.       — Из-за чего? — Эмбер подходит к девушке и присаживается перед ней на корточки, кладя на чужие колени руки.       — Ты забыла свой костюм.       — О, чёрт! — блондинка бьёт себя по лбу. — Прости, пожалуйста.       — Плевать, — равнодушно отвечает королева школы. — Меня просто все достали, вот и всё.       — Все? — переспрашивает Эмбер и убирает с Воннегут ладони.       — Кроме тебя, — поясняет Сара и поднимает Смит.       Блондинка улыбается и выдыхает, склоняясь над девушкой и обнимая её за шею. Она касается резинки, тянет её вниз, и пепельные волосы водопадом скользят по спине. Гостья не обнимает в ответ, но всё равно прижимается щекой к щеке и чувствует, как от Эмбер всё ещё пахнет её гелем.       — Хочешь остаться?       — Да, — отвечает Сара, и Смит отстраняется.       Она тоже больше не говорит ни слова — лишь покидает комнату, спускается к родителям и не так уж и долго уговаривает их на ночёвку с "подругой". И только мать иронично усмехается, когда слышит это слово, тогда как мужчина не понимает, в чём дело. Тем не менее, получив согласие, Эмбер возвращается к себе и садится рядом с Воннегут. Они молчат, но молчание это не напрягает, не давит и не смущает. Сара просто берёт руку девушки в свою и ни о чём, кроме неё, не думает. Смит поступает точно так же.

***

      — Красивый рисунок, — гостья склоняется к плечу Эмбер и кладёт на него подбородок.       В комнате уже немного темно, и поэтому яркий свет от лампы чуть режет глаза, но это и неважно.       — Спасибо, — тихо раздаётся в ответ, пока карандаш с сухим звуком скользит по бумаге, под грифелем которого рождаются очерки звёзд и планет. — Если хочешь, могу и тебя нарисовать.       — Серьёзно? — Сара озадаченно выпрямляется, и Смит разворачивается к ней.       — Абсолютно, — беззлобная улыбка трогает губы, и Воннегут одаривает блондинку тем же.       — Тогда хочу.       — Отлично! — Эмбер встаёт со стула, даже не спрашивая девушку, какой эскиз она хочет, и ведёт к кровати, одним мягким толчком опуская её на покрывало. — Откинься немного.       — Так? — слушается Сара и опирается на ладони.       — Плечи расслабь, — Смит сама делает это, опуская на них свои руки и чуть надавливая. — Да, подойдёт, — она делает шаг назад и оглядывает позу, а затем снова подходит вплотную. — Подбородок выше.       Воннегут чувствует, как чужие пальцы касаются лица, и опускает на них глаза, закусывая губу. Она снова поднимает томный взгляд на Эмбер, но та слишком сосредоточена на положении её подбородка и не замечает, как Сара играется с ней. А играется ли?       — Что такое? — блондинка, наконец, вырывается из своих мыслей и улавливает самодовольную улыбку на лице напротив.       Воннегут тянет за одежду Смит и проводит языком по её нижней губе.       — Сара, что ты... — вопрос не достигает своего завершения, потому что Эмбер быстро оказывается на кровати под королевой школы.       — Я хочу тебя, — шепчет гостья над самым ухом, а затем быстро опускается к шее девушки, усыпая её влажными поцелуями.       — У меня родители дома, — отвечает блондинка, предпринимая попытки отстранить от себя напористую Сару.       — Мы постараемся потише.       — Зная тебя...       Воннегут не даёт Смит договорить, буквально затыкая глубоким жадным поцелуем, и Эмбер приходится оттянуть её за волосы.       — Сара, мы не можем. Не сейчас.       Королева школы разочарованно вздыхает и поднимается с блондинки, замечая на её губах и шее размазанную бордовую помаду.       — Хорошо, — всё же соглашается гостья, пальцами стирая с девушки следы.       — Кхм, — Эмбер чуть прокашливается. — Продолжим?       — Да, конечно.       Смит снова устраивает Воннегут на краю кровати, то и дело поправляя расположение её рук, осанки, ног и волос. Наконец, она отходит и оглядывает её, замечая всё ещё судорожное дыхание. Сара хочет её и только что сказала это напрямую. Слишком сильно смущает, слишком отвлекает и не даёт сосредоточиться на рисунке. Карандаш дрожит под её пальцами, делая кривые штрихи на чуть шероховатой бумаге. Но Эмбер заставляет себя успокоиться и не испортить рисунок для её драгоценной девушки, которая уже тоже спокойнее смотрит прямо перед собой и не двигается.       За полчаса тело Воннегут чуть немеет, и, наконец, Смит приглашает её к столу и протягивает свою работу. Сара с особым трепетом принимает её и медлительно разглядывает, упуская возможность пожаловаться на слишком пухлые изображённые щёки.       — Мне нравится, — тем не менее, с улыбкой произносит она. — Повешу в своей комнате.