Мерлин. Шаг назад.

«Мерлин, Сифа тебе цветок преподнесла. В этой хрупкой, маленькой вазочке со свежей жидкостью. — Гавейн выглушил до последней капли — О, и передала привет твоей матери, Хунит.» — бросил через спину острое слово в мозг Мерлину. Маг колко смотрел в ноги ушедшему в среднюю глубь длиннющих лавок трактира Гвейну. Давно Мерлин ревностно отталкивал мысль о том, как Гвейн медленно стрелял взглядом к лакею Гвен, Сифе, о да, обворожительной… по ее смутно хмурому виду… и его учащенному сердцебиением мнению… вдруг древняя боль в голове с поединка ко всему прочему. Он не забыл знать совета Артура, того самого Агравейна, гадкого подлизу. Их дуэтное сражение против этих, Вейна и Моргаузы, союзничать умудрились. Мерлин и Моргана тогда надрали им попу, по само не балуй. Вейн сгинул от кострища, изрыгающего из нутра великого дракона Килгарры. А Моргауза тишком спряталась, отравилась от священной чаши. С ссадинами, но жива. Артур мацал синяк в левом краю виска, потом пламенной речью поднял рыцарей на войну с той Моргаузой. Ох и вредина эта скользкая змея. Имя плохо в памяти выговаривается. Ладно, допустим, Норман, трезвый король славной Нортумбрии, северной стороны света, замок которого охраняет крылатый пес и организованная приличная оборона из лучших бойцов тех крепких нерушимых стен многочисленных дворцов Нормана… Спутника Моргаузы. Он силен. Очень. Ланселот положил начало приключениям, возвратившись с потока адского вихря Кайлих. С воскресшей озерной леди. Фреей. Власть безжалостного Нормана долетела к Камелоту. Артур, шевеля мизинцем в линии карт мира, вник в уголок листа, пальцем тыкая в тонкие зарисовки царства Карлеон. Помощница Анис. Шанс, весьма не хилый.