Быть Лучше

Долгое блуждание по лесу стёрло грани различия не только по местности, но ещё и во времени. Постепенно ночь вступала в свои права и продолжать бесплотные попытки найти выход было глупо. Да и притихший треф, которого пришлось взять на руки, не способствовал быстрому продвижению. На глаза Пику попалась полянка, мимо которой они проходили по меньшей мере уже раз пять, но раз уж ночёвка в лесу неизбежна, это место подойдёт как нельзя кстати, только вот… — П-пик… — тихо позвал Зонт своего спутника, отчего король едва ощутимо вздрогнул — Тебе… тебе не кажется, что это место странное? И действительно местечко было неоднозначным. Поляна была взята в плотное кольцо гладкоствольными осинами и рябинами, что изящными стражами защищали свой островок от господствующих по всему лесу хвойных собратьев. Этих деревьев было не мало, но было среди них одно существенно выделяющееся. Ствол его был так широк, что двое взрослых человек могли опираться, с одной стороны, не испытывая дискомфорта и стеснения, а его ветви причудливо переплетались и тянулись до самой земли, походя на ивовые ветви. Причём в плетении явно просматривались узоры, словно кто-то изначально заплёл молодые ветки, а затем, по мере роста дерева плетение продолжилось, но уже без вмешательства неведомого автора. Также от глаз Пика не укрылись странные следы. Некогда мокрая земля хранила в себе отпечатки крупных толи волчьих, толи собачьих лап, но больше всего внимания привлёк след от человеческой ладони. Пятерня пальцев уходила вниз, оставив после себя видимые углубления, словно оставивший её повалился на четвереньки, перенося часть веса своего тела на руки. Ну и заключением стал огромный пень, в центр которого практически по самую рукоятку был воткнут нож. Серебренное лезвие вошло в дерево словно то было маслом, а рукоять, вырезанная в форме оскалившегося волка в прыжке, была устремлена вверх. Ещё раз осмотрев уже не кажущееся таким привлекательным место, Пик согласился с Зонтиком. К тому-же в отличии от трефа пиковый видел в темноте гораздо лучше и детали, которые Зонт начинал подмечать только сейчас, король заметил ещё на подходе. Но других вариантов всё равно не было, поэтому опустив синеволосого на землю, король не терпящим возражений тоном приказал тому сидеть тихо и ничего не трогать. Конечно, у парня и в мыслях не было приближаться к странной околомагической хреновине, но Пиковый знал Зонтика не так хорошо, чтобы делать какие-то выводы касательно умственных способностей парня. Да и разве можно ждать многого от того, кто решил, что код морзе это величайшее достижение человечества в области связи? Впрочем, к Алебарду с его идеей «богоизбранности» верховного лидера у Пика тоже были вопросы. Одно время, королю казалось, что Первый Министр намерен узурпировать власть и… пиковому было всё равно, он даже позволил себе надменно посмеяться над глупостью трусливого клона, найдя подтверждение своей убеждённости в том, что шестому среди них не место. Но чем больше новостей приходило из Зонтопии, тем сильнее менялось мнение Пика. В любом случае придаваться размышлениям он будет позже, сейчас-же следует озаботиться сбором дров для будущего костра, потому как ночь обещает быть холодной, собственная футболка не греет, а отбирать куртку у Зонтика не очень хочется. Потратив на поиски всего необходимого около пятнадцати минут, восьмой вернулся на поляну. Зонтик обнаружился там-же, где Пик его оставил, разве что удивлённо рассматривал котёнка, что калачиком свернулся у него на коленях и мурчал аки трактор. — Эй — негромко произнёс восьмой, бросив ветки на землю — Всё хорошо? — Да… — задумчиво и как-то неуверенно произнёс Зонтик, не сводя глаз с хвостатого члена их компании — Мне наверно просто кажется, но… По-моему, он стал больше… Пик недоверчиво покосился на обладателя чёрной шкурки, однако никаких отличий не заметил. Котёнок был точно таким-же, каким Пик застал его, на момент встречи с Зонтиком. Парень предположил, что причиной этих подозрений может быть сильный стресс, а по мнению пикового треф испытывал именно его. — Тебе кажется — заверил парня восьмой, пытаясь звучать убедительно. Впрочем, проблем с этим не возникло, пиковый в любой ситуации был убедителен и красноречив, а его ораторское мастерство всегда было на высоте, когда в редких случаях приходилось отстаивать свою точку зрения на собрании, или-же произносить речь перед своими подданными. Другое дело – проявление заботы… Нет, скорее желание проявить эту самую заботу по отношению к кому-то было чем-то новеньким и здорово резонирующим с собственными принципами. Решив, что без ежедневного самоанализа он как-то раньше жил, Пик предпочёл загнать все «неуместные» мысли куда подальше и заняться непосредственно полезным делом – разжечь наконец костёр. Проблема была в том, что никаких привычных средств для розжига у короля с собой не было. Конечно, восьмой знал множество способов заполучить огонь, но для осуществления большей части из них требовалось солнце, для других – электроприборы или источники энергии, так что и оставалось либо попытаться выбить искру, либо уповать на силу трения. Последний вариант более чем устраивал, а потому потратив ещё немного времени на всё необходимое, пиковый под заинтересованным взглядом трефа принялся за работу. Но прежде, чем на первые успехи появился хотя бы намёк, восьмого очень робко, но всё же прервали. Подняв раздражённый взгляд на подошедшего к нему Зонтика, Пик удивлённо моргнул и сфокусировал всё своё внимание на чужой ладони, что протягивала ему слегка помятый спичечный коробок с символикой Зонтопии. — Думаю с этим быстрее получится… Король прожигал несчастную коробочку нечитаемым взглядом, едва не задав трефу несколько закономерно ожидаемых вопросов, но вовремя прикусил язык. Голубоглазый-же расценил подобную реакцию по-своему. — П… Пик? Ты… злишься? — Злюсь? — не понял восьмой. — Ну… — неуверенно начал валет, явно жалея, что вообще подошёл — Ты ведь потратил достаточно времени, чтобы найти топливо и подогнать инструменты для розжига, а у меня всё это время были спички… Прости! Я… Я просто не сразу сообразил и… — Зонтик. Всего одного слова было достаточно, чтобы пресечь дальнейшие оправдания трефа, что было несколько непривычно. Обычно при общении со своим валетом пиковый должен был приложить значимые усилия, чтобы донести до собеседника свои мысли. Как союзник Вару был… полезен. Однако обладатель зелёных волос хоть и признавал первенство за своим королём, но абсолютно на всё имел своё собственное мнение, беспрестанно его доказывая, предпочитая говорить, а не слушать собеседника. Зонтик-же хоть и был встревожен, но всем своим видом демонстрировал, что готов выслушать Пика и последний с удовольствием для себя отметил, что сейчас его никто не перебьёт. Удивительно как ловко треф нашёл причину возможного недовольства спутника, свято в неё уверовал, здорово себя накрутил, расстроился, а потом ещё и выдал все свои умозаключения. Что ж, причина злиться была, даже весомая, да вот только король с удивлением осознал, что не сердится на это недоразумение. — Я не злюсь. — максимально сдержанно произнёс восьмой, забирая из всё ещё протянутой руки трефа спички. Дело и правда пошло куда быстрее. В четыре руки клоны соорудили своеобразный каркас, разложили меж особо крупными поленьями мох и вот уже первые рыжие языки пламени аки змеи оплели ветви, жадно потрескивая и с упоением наслаждаясь предложенным пиршеством. Тишину нарушали лишь звуки ночного леса, да мурчание чёрного кота, что вновь неведомым образом оказался на руках у синеволосого. Зонтик-же пребывал в своих мыслях, неосознанно гладя и время от времени почёсывая довольного хвостатого за ушком, выглядя при этом одновременно и расстроенным, и умиротворённым. Как шестой умудрялся сочетать в себе несочетаемое наверно не ответил бы ни Данте, ни Куромаку. Но молчание продлилось недолго. Сначала Зонтик робко поинтересовался о планах на ночь, выразив свои опасения по поводу самой поляны и довольно жуткой композиции буквально в пяти-шести метрах от их костра. Пик поддержал опасения валета, он и сам периодически косился в сторону отливающего серебром ножа, но интуиция не раз помогавшая восьмому молчала и об опасности кричать явно не спешила. А потом, как-то незаметно клоны втянулись в беседу, неожиданно для себя рассказывая друг-другу на порядок больше, чем обычно позволяли себе на общих собраниях. Зонтик с неподдельным интересом слушал истории короля и с благодарностью принимал от него советы, касательно управления страной. В свою очередь Пик проявлял ничуть не меньшую заинтересованность, поражаясь с какой заботой и теплотой треф отзывался о своих подданых. А ещё… всегда ли в шестом присутствовала такая уверенность? Пик ещё на сегодняшнем собрании заметил, что что-то в правителе Зонтопии изменилось. Юноша стал увереннее если не на свой счёт, то насчёт Зонтопии уж точно. А ещё, синеволосый оказался довольно смышлёным и когда Пик предложил свою помощь в разъяснении некоторых нюансов касательно управленческой деятельности, не прозвучало ни одного глупого вопроса. Напротив, некоторые замечания трефа были крайне интересными и не терпящими однозначных ответов. Идиллию внезапно нарушили два ввалившихся на поляну тела. Феликс И Эл дышали словно загнанные лошади, блондин и вовсе опасливо озирался, словно предвкушая, как из лесной тьмы выпрыгнет нечто. Рыжеволосый-же был относительно спокоен, будто знал, что опасаться им в этом месте нечего. Однако, когда парень наконец заметил сидящих у костра Пика и Зонтика, его челюсть зажила своей жизнью и непроизвольно поехала вниз. — Вы… Как вы тут вообще оказались?! Подуспокоившийся Феликс тоже обратил внимание на не менее удивлённых клонов. — И правда… вы разве не дома планировали остаться? К таким вопросам жизнь Пика явно не готовила, а признаваться в своей неспособности ориентироваться на местности как-то не шибко и хотелось. Вопрос Эллиета оказался спасительной соломинкой, ведь можно было ухватиться за определённую тему и увести повествование в нужное русло, но… — Я заблудился — тихо произнёс Зонтик, заметивший как лицо его недавнего собеседника снова превращается в холодную маску. Было невооружённым взглядом видно, что пиковый не станет добровольно раскрывать всех причин их нахождения на этой проклятой поляне, но и просто промолчать он не мог, поэтому треф решил взять всю ответственность на себя, да к тому-же в произошедшем действительно была его вина. Важна ведь сама суть, а незначительные факты можно и опустить… — Не знаю, что бы я делал, если бы не Пик… Но когда он нашёл меня, было уже довольно темно и… — И вы решили переждать ночь здесь — закончил за парня рыжеволосый успевший за это время сделать почётный круг до воткнутого в древесную гладь ножа и обратно — Хорошее решение, в местных лесах и днём легко заблудиться, а ночью уж и вовсе будешь петлять по обманчивым тропам, пока сил не останется совсем. Правда я до сих пор не могу понять, как вы тут оказались… — В смысле «как мы тут оказались» — нахмурился пиковый — Полагаю точно так-же как и вы. — Не думаю — задумчиво протянул Стэйн — Сюда простым смертным не так легко попасть. Святилище надежно сокрыто от чужих глаз и отыскать его способны лишь те, в ком присутствует хотя бы намёк, на магические способности, но… Федор говорил нам, что никто из вас… ну, не имеет предрасположенностей к магическому искусству… — Но ведь вместе с тобой сюда пришёл и Феликс — заметил треф — Он ведь тоже ничего такого не умеет, тогда как ему удалось попасть сюда? — А, он ведь был со мной — пояснил Эл — Я своего рода исполнил роль проводника и взял на себя ответственность за попутчика, но вы… Не успел рыжих договорить, как к поляне подтянулись их недавние преследователи. Раскрасневшиеся от долгого бега братцы во главе с Оскаром злобно сверкали глазищами, силясь отыскать то место, куда моги забиться беглецы. Хулиганы ходили от дерева к дереву, едва не порыкивая от досады, но стоило им приблизиться к кольцу рябин и осин, как их разворачивало на триста шестьдесят градусов. Уходить троица не спешила, словно чуяла затаившихся червовых, хоть глаза их и утверждали об обратном. Встрепенувшийся было Феликс понял, что их действительно не видят и заметно расслабился, зато остальные, ещё не сталкивающиеся с этой компанией клоны с интересом и опаской наблюдали за этими странными метаниями. Зелёная краска с голов и одежды никуда не делась, поэтому сложить два и два не составило особого труда. Самое время королю возвести горестные очи к небу и вопрошать за что ему достался такой неугомонный валет. Поднасрать Вару умел очень хорошо и даже если это не было подстроено троллем, факта наличия двух раздраконенных бугаёв и ещё одного бонусом, явно не желающих уходить это совсем, не отменяло. — Вот ведь… — поморщился блондин — И что, нам теперь тут всю ночь торчать? — Не обязательно… Можно восстановить силы и просто очень быстро побежать, или… — Зонт повредил ногу — перебил рыжеволосого Пик — Он не в состоянии не то, что бежать, а просто полноценно передвигаться. Две пары удивлённых глаз переключились на трефа, а спустя какое-то мгновение червовые уже сидели по обе стороны от смущённого такой ситуацией валета и наперебой расспрашивали его о произошедшем и самое главное о самочувствии на данный момент. Естественно, Зонтик вновь был вынужден примерить на себя роль рассказчика, так как эта парочка требовала самых достоверных подробностей. Синеволосый опустил то, как именно передвигался после встречи с королём, но машинально отметил, что хоть они за время блужданий и видели эту поляну, но остановились тут далеко не с первого раза. После этой фразы Эл взглянул на Пика, расплываясь в хитрющей, чуть насмешливой улыбки. Наблюдающий за тузом и валетами восьмой уже понял, к какому выводу пришёл мальчишка, а когда на недоумение Феликса тот доверительным шепотом… Ну таким, что бы вроде как тихо, но пол округи точно услышало произнёс: «Выходит потерялся тут не только Зонтик», пиковый всё-же не выдержал и возвёл таки очи к небу, не желая наблюдать как лицо блондина принимает точно такое-же выражение как и у его собрата по масти. Благо хоть додумались смешки сдерживать, пусть и получалось это не идеально. Окинув строгим взглядом веселящихся, Пик заметил, что и Зонтик пытается себя сдерживать и не допустить до лица улыбки. Получалось у него хорошо, да вот только что в зелёных, что в янтарных, что в голубых глазах плясали одинаковые весёлые искорки. «Предатель» — беззлобно буркнул про себя король, отворачиваясь от веселящихся мальчишек, что стало последней каплей, которую их стоической обороне было не сдержать. Поляну заполнил тихий смех червовых, а после к ним присоединился и Зонтик. Всё ещё стоявший спиной к компании Пик, не спешил поворачиваться и осаждать весельчаков, потому как у самого на лице красовалась едва заметная улыбка. Сердиться снова не получалось и не сказать, что подобное положение дел короля не устраивало. Было непривычно да, а ещё привыкшему держать маску холода и невозмутимости было сложно показать остальным то, что и он сам способен на эмоции. — Это конечно хорошо, что у вас поднялось настроение — начал Пик, когда компания подуспокоилась — но что нам делать с этими парнями? Раз ты тут Эллиет, необходимости торчать посреди леса всю ночь у нас теперь нет. — Ооо, я думаю второй вариант вам понравиться! Это конечно немного не по правилам, но о чём лесной народец не узнает – вреда не принесёт. Да к тому-же Зонтик серьёзно ранен, я просто не могу смотреть на страдания своего друга и ничего не делать! — Но я не… — начал было треф, однако рыжеволосый жестом приказал молчать и ещё раз повторил фразу, выделяя каждое слово: — Зонтик, ты ОЧЕНЬ. СЕРЬЁЗНО. РАНЕН. Не спорь пожалуйста. Так вот, скажите ребята, а не мечтали ли вы когда-нибудь кардинально изменить свою внешность? — А? К чему это ты? — нахмурился блондин, которому, как и остальным была не совсем понятна та степь, в которую вознамерился завести их Стэйн. Обойдя Пика, Эллиет приблизился к пню с воткнутым в него ножом и аки матёрый коммивояжер принялся расхваливать товар… Вернее алтарь и его особенности: — Господа, честь имею представлять вам последнее слово шаманской… хотя скорее уж цыганской магии! Сильнейший артефакт, передающийся от старейшины к старейшине в весьма древнем и глубокоуважаемом клане. Люди эти называют себя лесным народом и замечу, что не с проста! Легенд о них великое множество и мне не хватит этой ночи, чтобы рассказать их все, так что поведаю вам только самое главное. Итак, жил-был некогда в городе один маг, весьма скверной репутации, но на мой взгляд являлся он не более чем непонятым гением, чьи методы работы не шибко нравились местным. Сам маг был приезжим и помимо таланта имел при себе пару ребятишек. Ну и… вариантов трактовки истории очень много и каждая версия весомо отличается от остальных. В общем, суть в том, что кучка местных больше не могла вести себя как честные и достойные люди и выместила-таки всю свою злость и мерзость. Вот только не на мага, а на ни в чём неповинных детей. Их тела нашли в самом сердца леса, после чего разгневанный и сходящий сума от горя отец проклял всех жителей, не делая никаких исключений. На следующее утро в городе не осталось ни единого человека, разве что по улицам сновали серые волчьи тени. Молва о произошедшем вскоре дошла до хозяина этих земель и тот послал отряд, чтобы изгнать дьявольских отродий. Собирались, конечно, просто перебить, но большинство проклятых к тому моменту уже покинули родной городок, обосновавшись в лесу. Время шло, возле некогда брошенного города строился и активно заселялся новый, а несчастные люди до сих пор бегали на четвереньках и сверкали клыками, постепенно предавая свои некогда человеческие сущности забвению. Но не всех постигла такая участь и именно с одним из последних не утративших разум судьба свела молодую цыганку. Девушка спасалась от преследования, но её загнали в ловушку. Кольцо из наёмников постепенно сужалось, но внезапно на поляну вбежал огромный волк. Его размеры поражали воображение, тёмная шкура была исполосована шрамами, а глаза, пусть и горящие золотом были слишком осмысленными, чтобы принадлежать простому хищнику. Естественно, как во всех шаблонных сказках герой спас даму из беды, между ними возникла химия и юная ведьма поклялась во что бы то ни было помочь своему возлюбленному. И закончилось это тем, что в лес этот заявился целый цыганский табор, потребовав взамен на возврат первоначального облика от людей клятву верности. Естественно, проклятые согласились и тогда под одобрение барона старая ведьма преподнесла людям сей замечательный нож. Несколько дней было потрачено для подготовки места… между прочим этого самого. Цыгане насадили рябин и осин, освятили землю и соорудили, собственно, сам алтарь и когда наступило полнолуние волки по очереди перепрыгнули через пень, но ничего так и не произошло… Зато на утро серые шкуры сменились на человеческую кожу, но прежде, чем вернуться в свои разграбленные чужаками дома, выслушали наставления от старой цыганки. На самом деле проклятие всё ещё присутствовало в их телах, но действовало отныне иначе. Теперь люди по собственной воле могли принимать звериный облик, за исключением полнолуния. Естественно, после нескольких лет жизни в волчьих обликах люди и возражать не думали, хотя присутствовал в этой сделке если и не явный обман, то как минимум мелкий шрифт… — Ты это осуждаешь? — прервал рассказчика Пик, но на него сразу зашипела парочка заворожённых рассказом валетов и даже сидящий меж ними кот. Эллиет тем не менее не возражал, считая себя не лучшим рассказчиком, потому и ответил на замечание восьмого: — Нууу, я даже и не знаю… С одной стороны, это несправедливо, цыгане ведь изначально могли предупредить, что исцеление будет не полным и такие недосказанности я совсем не люблю, но… Мой учитель всегда говорил, что не бывает абсолютной справедливости, как и единой истины, ведь всё в мире непостоянно и переменчиво. — Сказано прям в стиле Данте — заметил блондин. — Ну так тоже ведь бубновый — усмехнулся рыжик — правда Аланэль тоже бубновый, но у него совсем иной взгляд на мир… Не прямо на корню, конечно, но всё же иной. — А… твой учитель… Эл, он случайно не… — осторожно начал Феликс, не заметивший напряженного взгляда Пика и взволнованного Зонтика — … Не бубновый туз? — Да… — едва слышно прошептал юноша, опуская глаза в землю — Его звали Кайлан и… Это был самый удивительный человек из всех, кого я только знал и… По щеке проехалось что-то мокрое и до ужаса походящее на каплю, а затем и вторую щёку постигла та-же участь. Эллиет с удивлением посмотрел вверх, но дождя не наблюдалось. Небо было каким-то мутным и расплывчатым, такими-же оказались и силуэты друзей, что могло значить лишь одно… — Вот ведь… — очень правдоподобно улыбнулся Стэйн, стараясь взять себя в руки и прекратить так некстати хлынувший потоп. Стандартная мантра «Я никому не нужен и мне тоже никто не нужен» сейчас оказалась неэффективной, плакать хотелось ещё сильнее. Обычно, если приступ накрывал в присутствии других тузов или того-же Аланэля в заветное словосочетание охотно верилось, но толи присутствие ещё одного червового, толи так похожий на наставника Зонтик, а может и вообще все вместе не позволяло быстро успокоится. Желание расплакаться у блондина на плече, получив возможность наконец излить хоть кому-то душу вошло в конфликт с нежеланием перекидывать проблемы с больной головы на здоровые. Да и он вроде как сильный, стойкий, вечно улыбающийся поборник добра и справедливости… а этот титул не позволяет иметь слабости, по крайне мере парень свято верил в это. Кайлан вот и добрым был и сильным, и справедливым… И Эл тоже должен быть таким, хотя бы в память о том, кого умудрился так сильно и безрассудно полюбить. — Эл… — задушено прошептал добродушный клон, только сейчас вспомнивший просьбу Магры и Тагаэля не напоминать их подопечному о прошлом — Я… Я… Ох, прости, я… —Н-ничего, Феликс — всё таким-же неестественным голосом оборвал друга Стэйн, которому наконец удалось обуздать поднявшие голову чувства — Ты ведь этого не знал. К тому-же это мне следует извиниться… развел тут сырость… — Так что там с этой историей? Людей обманули? — подключился к разговору пиковый, со скрытой жалостью наблюдая как обладатель огненной гривы с неподдельной благодарностью вцепился в возможность сменить тему. — Ах да, история. Ну, люди вернулись к привычной жизни, правда жить в человеческом обществе смогли не все. Столкнувшись с пороками присущими простым людям, часть некогда проклятых посчитала, что жить в волчьей шкуре на самом деле не так и плохо. Так что они вернулись в лесную чащу и стали предками тех, кто обитает в этих лесах в наше время. — Я все равно не понимаю, как нам поможет эта история — нахмурился Пик. — Ну как-же! Перед вами ведь алтарь с ритуальным ножом и… Стоп, вы что… хотите сказать, что не знаете, для чего используются такие ножи?! Все промолчали. Конечно, пикового так и подмывало сказать нет мол умник, всё всем известно, вон каждый раз со всех восьми королевств собирают шабаш, а по пятницам верховные ведьмы проводят специальные лекции во имя всеобщего просвещения. Конечно они не знают, разве этот рыжий не распинался десять минут назад о том, что Фёдор утверждал, что его клоны не владеют магией? Так с какой стати у их подданых образуются подобные таланты? Вот только прошли-же они с Зонтиком как-то сквозь этот барьер… та троица вон до сих пор круги наматывает, хотя нет, теперь уже на деревьях свою злость вымещать стали. Идиоты. Не дождавшись ответов, Элиет тяжко вздохнул и поспешил озвучить то, ради чего и затевался рассказ. — Эти ножи использовались когда-то ведьмами и колдунами для обрядов перевоплощения в зверей. Нам лишь достаточно перепрыгнуть через алтарь, чтобы обзавестись клыками, когтями и просто отличными серыми шкурами. Ну а потом нужно будет прыгнуть ещё один раз, и мы вернёмся к привычному человеческому облику. — Предлагаешь поохотиться? — задумчиво протянул король, переваривая полученную информацию — а если потом мы не обретём первоначальный облик? — Да вернётесь вы в свои тела, я так уже сто раз делал — заверил главного скептика рыжик, но затем вдруг смутился и покраснел — Только… Магре с Тагом об этом не говорите пожалуйста. — Что, послушный ребёнок на деле оказался не таким уж послушным? — хмыкнул восьмой — Не переживай, не расскажем — заверил парня блондин. — Можешь на нас рассчитывать — присоединился к нему Зонтик. — Значит вот как мы сейчас поступим. Когда вы превратитесь, то скорее всего лишитесь возможности общаться, но разум будет всё также чист. Не кидайтесь и не кусайте, просто притворитесь, что собираетесь напасть. Вой и грозное рычание только поощряются. Как только эти господа сбегут, возвращаемся на поляну, повторяем процедуру и топаем домой. Всех всё устраивает? Отлично, в таком случае я первый. Эллиет взял небольшой разбег и легко перепрыгнул через пень, приземляясь уже на четыре лапы. Перед клонами сидел волк. Самый натуральный волк с острой мордочкой, длинными лапами, поджарым телом и пушистым хвостом. Шкура была тёмно-серого цвета, а вот глаза оставались неизменными. Его примеру незамедлительно последовал Феликс. Стоило клону обзавестись четырьмя лапами, тот чуть отбежал от пня, давая место пику и Зонтику, после чего завертелся словно несмышлёный щенок, в попытке поймать свой-же хвост. Ну а Пик, как самый ответственный в этой компании и всё ещё помнящий о хромоте Зонтика, прыгнул вместе с ним, позволяя голубоглазому опереться на себя. Перевоплощение было быстрым, плавным и безболезненным. Пик прыгнул на четвереньки так ловко, словно всю свою жизнь только так и передвигался. Окинув взглядом остальных, восьмой узрел трёх одинаковых молодых волков с удивлением, прожигающих его зелёными, голубыми и янтарными глазами. Пик посмотрел на руки… вернее на лапы, про себя отметив не только значимую разницу в цвете, но и весомое такое различие в размерах. По сравнению с этой зелёной троицей Пик выглядел как матёрый и весьма опасный зверь, а черная шкура взамен серой только подтверждала это наблюдение. Возникший сбоку аки чёрт из табакерки Стэйн легонько боднул короля, привлекая к себе внимание. Хвостатые переглянулись и не сговариваясь бросились в лес, покидая спасительный барьер. Поначалу их даже не заметили, Рик Рей и Оскар тихо переругивались, явно раздосадованные, тем, что двум выскочкам похоже неведомым образом удалось сбежать. Поэтому раздавшийся с трёх сторон вой был для парней полной неожиданностью. Обернувшись и узрев наконец четырёх лесных хищников, по всем канонам трио должно было удирать на максимальной скорости с громкими воплями, откладывая по кирпичу через каждый метр. Но толи появление зверья слишком сильно их испугало, толи ребята от природы были недалёкими, однако прочная палка, которой не так давно Рик избивал ни в чём неповинное дерево, едва не повстречалась с мордой Феликса. Благо последний вовремя пригнулся. Пик угрожающе зарычал, пугая до усрачки всех присутствующих и сделал уверенный шаг навстречу. Его примеру последовали остальные. Всё пошло совершенно не так, как задумывалось изначально, но парням всё ещё было необходимо прогнать горе-вояк и желательно как можно дальше. Волки рычали, клацали зубами, подавались вперёд и тут-же отпрыгивали, ловко уворачиваясь от палок. Даже Зонтик проявлял чудеса акробатики, и более того – стал первым, кто вышел из схватки победителем. Пока Феликс отвлекал на себя внимание Рика, голубоглазый сбил зазевавшегося парня с ног. Не успел тот подняться, как на него запрыгнула тяжеленая туша с янтарными глазами, решительно придавливая добычу лапами, не отказав себе в удовольствии клацнуть зубами в непосредственной близости возле чужого носа. Оскар отвлёкся на приятеля и практически сразу повторил его участь, чему поспособствовал донельзя довольный зеленоглазый, точно, как и Феликс не отказавший себе в удовольствии слегка похулиганить, от всей своей широкой и доброй души топчась по спине поверженного противника. А вот взявшему на себя Рея Пику повезло меньше. Противник на удивление ловко орудовал палкой, но в какой-то момент замялся, открываясь и король использовал эту брешь. Но едва мощные лапы коснулись чужой груди, левый бок обожгло, а тишину нарушил неприятный стрекот. Упав на землю, пиковый словно в замедленной сьёмке наблюдал, как его противника сбивает с ног Зонтик, как эта парочка какое-то время барахтается на земле, вспышка света, знакомый стрекот и жалобный скулёж. Последнее что запомнил восьмой перед тем, как отключиться – неясную тёмную тень, устремившуюся к Рею и Зонтику.