Пламенный лед

Холод, исходивший от стен собственного дома, окутывал мрачные и темные коридоры Малфой-Мэнора, особняка, в котором Драко провел детство, запомнившееся ему постоянным обучением дисциплинам, необходимых для того, чтобы соответствовать статусу аристократа. Пока дети других волшебников, из менее влиятельных семей, могли в полной мере наслаждаться играми и не задумываться над правилами этикета, Драко то и дело стремился выполнять требования домашних учителей и родителей, боясь выставить их в плохом свете на каком-нибудь светском мероприятии. Несмотря на многочисленные нелестные высказывания задиристого парня в сторону школы чародейства и волшебства, Хогвартс так или иначе делал его жизнь более насыщенной, окрашивая ее в разные оттенки, хоть Малфой-младший упорно продолжал не признавать это. «Жалкое подобие школы» - именно такую установку прививал Люциус своему сыну на протяжении всех лет его обучения. Безмозглый Дамблдор, вечно напоминающий про справедливость, любовь и добро, огромный и неуклюжий лесничий Хагрид, возящийся со всякими тварями, был даже недостойным называться учителем, по мнению Малфоев. Ну и, конечно же, то, что в школе, обучающей волшебству и магии, могли учиться маглорожденные, приводило в бешенство и раздражение восхваляющего свою чистокровную родословную Драко. Но этот год заставил слизеринца все чаще прибегать к бесконечному анализу всего, что происходило и должно произойти с ним и его семьей. До того, как его отец, Люциус Малфой, не был так позорно арестован и отправлен в Азкабан, парень жил по принципу вседозволенности. Он думал, что весь мир вертелся вокруг него, что его жизнь уже давно спланирована, и он просто шел по намеченному отцом и матерью пути, с безразличием относившись к другим людям, не боясь ранить и задеть их чувства. Однако известие об отце, встреча с Пожирателями Смерти и с Темным Лордом вмиг отбросили те наивные, детские установки, заставив столкнуться с темной и жестокой реальностью, с новым миром, открывшимся Драко Малфою. Никто его не спрашивал, не поинтересовался, готов ли он к этому или нет. Да, на пятом курсе он втайне радовался, что вернулись Волан-де-Морт и те славные дни семьи, предвкушал триумф темного мага, желая, чтобы поскорее наступил тот день, когда его будут чествовать в Хогвартсе как влиятельного и важного человека, а не этого выскочку Поттера. Но эти мысли рассеялись в прах, когда из-за ухода отца ему пришлось возложить на свои юные плечи обязанности главы семейства. Драко даже не предполагал, что эта лишь малая часть того, с чем ему предстояло столкнуться. Он познал всю жестокость, бесчувственность Волан-де-Морта, когда тот приказал ему совершить убийство величайшего волшебника всех времен, а если юный слизеринец не сделает этого, то вся его семья будет обречена на верную смерть. Имея дикое желание отомстить и вернуть старое положение Люциуса Малфоя, Драко согласился на столь ужасный поступок. Но главной причиной все же был страх за жизнь своей семьи и свою в том числе. Стоя у еле приоткрытой двери, за которой располагалась самая большая комната в поместье Малфоев, служившая залом для собрания Пожирателей Смерти, Драко едва мог различить тихие голоса, принадлежавшие Нарциссе Малфой и Северусу Снейпу. - Я не могу спокойно спать, каждый раз переживаю за него, - доносился слабый и дрожащий голос миссис Малфой, - Драко даже ничего не говорит мне, от этого еще тяжелее… - Ты прекрасно знаешь, Нарцисса, что я несу ответственность за твоего сына, и за его…жизнь. - В словах Снейпа чувствовалась непоколебимая уверенность и твердость, несмотря на то, что говорил он достаточно тихо. - Я помню об этом, и об обещании, который ты дал, но… - в глазах женщины ясно отражалось то, что было у нее на душе: нескончаемые переживания за единственного сына, за его эмоциональное состояние и тревога за будущее семьи. Только это волновало Нарциссу больше всего, а безвыходность их текущего положения причиняла страдания матери Драко. - Да, его попытки убить Дамблдора не увенчались успехом, по большей части из-за излишней самоуверенности или недальновидности, или… - Или он просто не может этого сделать! Мой сын не способен на такое! – услышав отчаянный крик матери, Драко вздрогнул, немного отпрянув от двери. - Ты так уверена в том, что он не способен? Я больше склоняюсь к тому, что ему просто не хватает духу. – Казалось, бывший профессор зельеварения говорил совершенно безэмоционально, однако его взгляд, направленный на Нарциссу, выражал некую обеспокоенность. Послышался невнятное бормотание, и Драко не смог разобрать ответа матери, который так желал услышать. Грудь неприятно сдавливала тяжесть, парень уже не мог находиться рядом с этим залом, стоять около двери и слушать измученный голос матери, причиняющий невыносимую боль, которая заставляла чувствовать себя еще слабее, чем он был до этого. Тяжелым шагом Драко направился к себе в спальню, идя по коридорам, навевающим противную тоску. Он надеялся, что в своем доме он сможет на время спрятаться от своих терзающих мыслей, постоянно преследовавших слизеринца в Хогвартсе, но как же он ошибался. Теперь огромный и величественный особняк Малфоев стал еще мрачнее, в нем напрочь отсутствовали то спокойствие и тепло, к которым бежал юноша, не осознавая того. Захлопнув за собой массивную, резную дверь, Драко опустился на идеально заправленную большую кровать, расправляя туго застегнутый воротник на шее, затем обессиленно и устало взялся руками за голову. «Мой сын не способен на такое!» - продолжало назойливо крутиться в голове. «Откуда тебе, мама, знать, на что я способен?» - мысленно отвечал Драко. «Неужели и ты считаешь меня слабым и никчемным?» Если бы она только знала, как он боится за свою семью, за их жизнь. Пожиратели говорили, что ему, Драко Малфою, сыну главного сторонника Темного Лорда, выпала огромная честь, и он должен гордиться этим. Поначалу, он испытывал волнительный восторг от такой уникальной возможности выполнить столь важное поручение Волан-де-Морта. Но сейчас, вместо чувства гордости, Драко одолевало сплошное мучение и, безусловно, страх. Теперь, это точно не было поводом для тщеславия, а сущим наказанием и местью Волан-де-Морта за то, что Люциус Малфой посмел совершить грубую ошибку. Как же он хотел поговорить с кем-нибудь, по-настоящему поделиться с накопленным в душе. Но эта мысль казалась бредовой, да и кто бы его стал слушать? Крэбб и Гойл вообще когда-нибудь его понимали? Что до Пэнси, то ее излишняя настойчивость порой выводила из себя, вряд ли Паркинсон действительно интересовалась его душевным положением, в ее излишнем интересе к Драко явно чувствовались фальшь и стремление к выгодному союзу. Остальные слизеринцы были не лучше предыдущих, ведь стоило отцу попасть в Азкабан, так они и вовсе стали избегать Малфоя, за исключением Блейза Забини, но и тот, иногда общался с ним разве что из вежливости. В Малфой-Мэноре не было ни единого рождественского украшения, не было даже намека на праздник. При одной мысли от того, что остальные сейчас сидят в кругу своих близких друзей и семьи, обмениваются подарками, смеются, радуются, становилось тошно и одновременно невыносимо. Вдруг перед глазами вспыхнул образ Моррисон, и Драко отчетливо вспомнились ее слова, которые она произнесла в Северной башне. «Твоей вины в том, что его заключили, нет!» - даже интонация гриффиндорки сохранилась в сознании парня. То, что она сказала, и так было понятно, но услышать такие слова от верной подружки золотого трио, а не от слизеринцев, с которыми Драко учился вместе столько лет, он совсем не ожидал. Он непроизвольно подумал про ее чувственные губы, нежную кожу, распахнутый и удивленный взгляд каре-зеленых глаз… Малфой тут же рассердился на самого себя, за то, что позволил себе поцеловать Моррисон, но больше его злило даже не это, а непонятное и внезапное рвение помочь ей на экзамене. Зачем ему понадобилось устраивать такое представление, тем самым, еще больше усложняя себе жизнь. Драко нервно кусал губы, все еще раздражаясь от своей слабости, которую ни в коем случае он не должен был проявлять. По крайней мере, не так. Для себя он решил, что больше не допустит такой грубой ошибки и попытается сделать все, чтобы снова приобрести былую уверенность в том, что у него обязательно получится совершить начатое ради своей семьи. Мысль о скором возвращении в Хогвартс придала немного сил, и парень, выпрямившись, самодовольно окинул взглядом комнату.

***

- Но ведь шуточные карты не могут говорить о смерти, - недоверчиво сказал Рон, нахмурив брови, - сколько раз играл, никогда такого не было, они же…детские. Я, не отрывая задумчивого взгляда от камина, сидела в окружении друзей, которых так не терпелось увидеть после произошедших событий. Первый день нового семестра был уже почти позади. Вечером мы наконец-то смогли устроиться в не совсем пустующей гостиной и нормально поговорить, не отвлекаясь на учебные дела. - Я бы не стала верить в это, если профессор Трелони – та еще обманщица, то чего уж говорить о каких-то детских картах, которые даже не рассчитаны на верные предсказания, - Гермиона, как всегда, старалась рассуждать рационально и логично. - Мы тогда с Селеной не на шутку испугались, жуть такая… - передернулась Джейн, вспоминая искрящиеся вспышки и зловещий голос ведьмы. - На самом деле, я не то, чтобы поверила в это, просто не так уж и приятно слышать, что над тобой в будущем нависнет угроза смерти, - смятение и растерянность, которые я так старалась подавить, хорошо чувствовались в моей интонации. - Понимаю, - грустно хмыкнул Поттер. Гермиона бросила обеспокоенный и сочувствующий взгляд на нас и поежилась на месте. Рон потупил глаза, уставившись в пол, а Джейн напряженно вздохнула. В теплой и уютной гостиной слышались неразборчивые голоса однокурсников и других студентов Гриффиндора, и я, воспользовавшись тем, что никто не услышит наш разговор, тихо спросила: - Рон, а что стало с домом, после того, как… - Отец и братья вскоре займутся ремонтом, а пока что наша семья поживет в штаб-квартире Ордена Феникса. Думаю, к лету должны управиться… - задумался Рон, опустив голову. - Пожиратели уже совсем близко…- говорил Гарри, не скрывая злости и опасения, - они так могут и до Хогвартса добраться. - Они не смогут, школа находится под защитным заклятием, и Дамблдор не позволит такому случиться, - пыталась отсеять предположение Поттера Грейнджер. - Да, Гермиона? – громко обратился к ней Гарри, но тут же понизив голос, продолжил, - а откуда нам знать, может кое-кому все-таки удастся провести Пожирателей в Хогвартс! - Я уже говорила тебе, что думаю на этот счет, - твердо сказала Гермиона. Она явно не хотела продолжать этот разговор. Гарри хотел опять возразить ей, но запнулся, увидев Джинни, подошедшей к нашей компании. - Ребят, вы видели объявление? В конце этой недели разрешен поход в Хогсмид, может, сходим все вместе? – предложила рыжеволосая девушка. - Да…конечно. – Выражение лица Поттера тут же поменялось, оно стало более мягким и немного взволнованным. - Тогда, отлично. – Джинни направилась в спальню, напоследок одарив Гарри очаровательной улыбкой. Я, Джейн и Гермиона радостно переглянулись между собой, а Рон непонимающе смотрел то на Гарри, то на уходящую в комнату сестру.

***

Всю неделю Джек Адамсон делал вид, будто меня не существует. И что больше всего меня неимоверно раздражало, так это то, что он постоянно находился в компании людей, состоящей в основном из девушек, то и дело кидающих на меня презрительные и гневные взгляды. Сам Джек тщательно старался не смотреть в мою сторону. Мои надежды поговорить с ним угасали с каждым днем. Джейн как-то поделилась своими мыслями на этот счет: - Мне кажется, или он хочет заставить тебя так помучиться, - раздраженно предположила она. Я посмотрела на нее непонимающим и желающим внятного объяснения взглядом, так что подруга продолжила делиться своими рассуждениями: - Ну, я, конечно, надеюсь, что это не так, но думаю, Джек хочет, чтобы ты извелась из-за того, что не можешь подойти к нему и поговорить с ним. - То есть, вместо того, чтобы узнать причину моего поступка, ему нужно, чтобы мне было плохо? – я поняла, что Джейн имела в виду, но от такой мысли становилось довольно обидно, - а ты не спрашивала у Майкла? - Да, поэтому я тебе и говорю это. Он сказал, что Джек все понял, когда ты тогда согласилась танцевать с Малфоем, - удручающим тоном сказала подруга, - думаю, он и не хочет узнавать настоящую причину, раз считает, что все очевидно. - Но это же глупо? Как можно так обидеться, что не захотеть даже выслушать человека? Мне казалось, Джек… не такой… - во мне нарастала волна непонимания и злости. Я так надеялась поговорить с ним и прояснить ситуацию после каникул, но его детское поведение выбивало все желание. Да я уже и сомневалась, нужно ли мне вообще это. - Разумеется, это глупо, но видимо, так бывает, - пожала плечами Джейн, - значит, ты недостаточно хорошо знала его, да и дело тут не столько в этом, а сколько в том… - Я знаю, он сильно обижен на меня и имеет право злиться, но я ведь хочу попытаться наладить с ним отношения, и Джек прекрасно это видит и, тем не менее, не подпускает к себе. – Устало вздохнула я. - Я бы все равно дала шанс высказаться человеку, особенно если он сильно хочет, ну… мне кажется, это вполне нормально. – Сочувственно сказала Джейн. - Не знаю, может я и заслужила… - Не говори ерунды! Ты, конечно, тоже хороша, но если бы Джеку было важно сохранить общение с тобой, он бы не вел себя так. Вообще, я считаю, что если люди действительно ценят отношения, то они не сбегают от проблем, а пытаются разобраться в них, потому что таить глубокую обиду в душе - подобно мучению, так что зачем терзать себя лишний раз? От слов подруги стало намного легче, как будто тяжелый груз упал с плеч, и больше не надо было терпеть внутреннее давление. После нашего разговора, я серьезно задумалась над словами Джейн. Вроде она говорила довольно простые истины, и так являющиеся очевидными, однако ты начинаешь придавать этому значение, когда это напрямую касается тебя и той ситуации, в которой ты оказался. К концу недели я уже устала вылавливать моменты, чтобы поговорить с Адамсоном наедине, что впрочем, было бесполезно, ведь он вечно находился в окружении своих однокурсников и друзей. Поэтому, накануне похода в Хогсмид, я уже смирилась с тем, что мы вряд ли сможем общаться, как раньше.

***

В «Трех метлах» было много народу, большинство студентов Хогвартса предпочло провести свободное время в Хогсмиде, греясь в теплом пабе и выпивая сладкое сливочное пиво в компании друзей. Войдя в паб, мы принялись искать свободные места, что показалось сначала невозможным из-за того, что помещение было наполнено школьниками и некоторыми жителями деревни. - Я нашла места, но там рядом…э э… - мялась на месте Джейн, все не решаясь сказать что-то. - Кто? – в помещении стоял гомон оживленных голосов, так что я старалась прислушаться к словам Джейн. - Джек в компании когтевранцев, - выпалила подруга, подойдя ко мне поближе. - Больше нет свободных мест, только там. – Еще раз внимательно осмотрелась Гермиона. - Ладно, ничего страшного. – Я постаралась сделать невозмутимый вид, и мы вместе с мальчиками и Джинни, держащей Гарри за руку, уселись за стол. К моему несчастью, оказалось, что практически сидящий рядом Джек – полбеды. За противоположным столом от когтевранцев расположились слизеринцы, шумно обсуждая что-то. Один лишь Малфой молчал, отстранившись от них, хотя Пэнси то и дело обращалась к нему и старалась быть рядом. Но Драко все равно никак не реагировал на Паркинсон, которая заметив меня, еще настойчивее принялась изображать из себя его девушку. Всю эту неделю я старательно избегала зрительного контакта с Малфоем, после того, что случилось между нами, мне было очень неловко, и каждый раз, когда он появлялся рядом, по телу пробегали мурашки, и волна смущения тут же охватывала меня. Стоило мне присесть, я опять почувствовала пронзительный взгляд ледяных глаз на себе. Во мне возник непреодолимый порыв посмотреть на него, во многом, из-за того, что все это время я подавляла в себе это желание, боясь выдать заинтересованность или взволнованность. Наши взгляды пересеклись, и на его лице промелькнула усмешка. Неужели ты хотел, чтобы я на тебя посмотрела сейчас, Малфой? Что ж, тогда, к сожалению, ты удовлетворил свое желание. - Черт, - прошептала Джейн, когда заметила компанию слизеринцев, и я быстро обратила взор на подругу. Слава Мерлину, Джинни принялась рассказывать какие-то истории, и спустя некоторое время, друзья, не обращая внимания на обстановку и окружающих, смеялись и обсуждали разные ситуации. Я старательно пыталась сосредоточиться на том, что говорили ребята, и мне даже в итоге удалось это сделать. В этом надо было отдать должное Джинни – не зря она считалась весьма харизматичной и привлекательной девушкой, а ее шутки были очень смешными. На наш громкий смех даже начали обращать внимание окружающие, некоторые слизеринцы раздраженно закатывали глаза, а когтевранцы то и дело недоумевающе посматривали в нашу сторону. Внезапно раздался скрип отодвигающегося стула. - Ты куда, Джек? – послышалось с соседнего стола. То, что произошло далее, буквально застало меня и остальных врасплох. В считанные секунды рядом с нашим столом оказался Джек Адамсон, не сводя с меня раздраженного взгляда. Ребята притихли, а со стороны слизеринцев кто-то сказал: - Смотрите, сейчас будет шоу, - ядовито посмеивались они. Таким я еще не видела Джека. Доброжелательность как будто испарилась с его лица, оставив злобный, полный ненависти взгляд. - Как у тебя еще только хватает совести веселиться? – голос парня был непривычно громким и яростным. Люди вокруг теперь уставились на наш стол в полном удивлении и ожидании. - Джек…я… - все еще пребывая в недоумении, я старалась подобрать нужные слова, но Адамсон отвергал все мои попытки вставить хоть слово, бесцеремонно перебивая меня. - Нет, тебя вообще невозможно понять! То ты сначала говоришь, что ненавидишь его, - Джек бросил гневный взгляд в сторону слизеринцев, отчего их смех стал еще громче, - но потом ты берешь и танцуешь с ним при всех! Я неосознанно посмотрела на Малфоя, надеясь отыскать в его глазах поддержку, но он смотрел не на меня. Драко может и пытался оставаться непоколебимым, однако весь его вид и сжатые в кулаки руки говорили о том, что он напряжен и вот-вот готов испепелить глазами Джека. - Адамсон, успокойся! – подала голос Джейн, но тот лишь отмахнулся от нее, как от назойливой мухи. - Я думал, ты другая, а ты, ты…лицемерка! Да еще и не самая умная, раз променяла меня на этого выскочку Малфоя! – продолжал Джек. Я уже хотела встать и начать оправдываться, но мне трудно было произнести и слово, во многом из-за того, что я все еще чувствовала себя сильно виноватой перед ним. - Если ты сейчас не прекратишь, - начала вскипать Джейн. - Помолчи, Уоллер, я не с тобой разговариваю, - выплюнул Адамсон. Джейн смерила его грозным взглядом и уже дернулась, чтобы подняться из-за стола, но я схватила ее за руку. - Забавляйся и дальше со своим мерзким Малфоем, только когда он наиграется и бросит тебя, даже не думай, что я встречу тебя с распростертыми объятиями! – едко усмехнулся он, явно получив гадкое удовольствие от того, что увидел мои глаза, наполненные несдержанной яростью. Гарри и Рон, потеряв самообладание, уже были готовы накинуться на когтевранца, но их опередил Драко, подойдя сзади к Адамсону и схватив его за воротник, отчего на лице когтевранца вспыхнул испуг от такой неожиданности. Они оба были примерно одного роста и телосложения, Джек пытался увернуться, но хватка Малфоя была очень сильной. Он яростно дернул за ткань свитера, приблизившись к уху опешившего когтевранца, и недовольно процедил: - Вбей в свою тупую голову – я ни с кем не встречаюсь, а моя личная жизнь тебя никак не касается, и в следующий раз, Адамсон, когда возникнут проблемы с девушками, постарайся решить их не таким ничтожным способом, а то из нас двоих мерзким сейчас являешься только ты! - Малфой брезгливо отпустил руку от шеи Джека и вернулся к однокурсникам, затем схватил пальто и нетерпеливо вышел из паба. Адамсон возмущенно посмотрел вслед уходящему слизеринцу и нервно опустился за стол, где сидела его компания. Я, не выдержав, быстро принялась натягивать на себя куртку. - Ты куда? – переживая, спросила Джейн. - Я не могу тут больше находиться, я лучше пойду. - Бросила я и направилась к выходу. Друзья не стали меня уговаривать, но их лица выражали полное понимание и сочувствие. В лицо ударил ледяной воздух, снег падал хлопьями, заставляя глаза прищуриваться от попадания снежинок, но мне все же удалось заметить отдаляющуюся темную фигуру. Во мне откуда-то появилась решимость, и я, ускорив шаг, вскоре оказалась рядом с Малфоем. - Драко! Парень резко обернулся, удивленно сверкнув глазами.