Желтый журналист

      Долгие месяцы беременности Хосок пытался найти работу удалённо, только бы не сидеть сложа руки каждый день. Периодически читал книги из библиотеки Юнги, делал по ним эссе и небольшие статьи, чтобы немного попрактиковаться и избежать потери навыков.       Много раз Хосок виделся с Сокджином в том же кафе. Они много хохотали над ситуациями их прошлого и настоящего. И, несмотря на все недопонимания, друзья не оставили друг друга. Они вынесли уроки на всю оставшуюся жизнь и к этим ошибкам уже не будут возвращаться. По крайней мере, постараются.       Чимин приезжал пару раз к Хосоку, звонил трижды в день и просил назвать ребёнка Чонхёк. И, если его не будет рядом во время тяжёлых жизненных ситуаций, то срочно звонить, чтобы он помог, чем сможет. По альфе было видно, что он отпустил что-то в себе. Теперь Чимин был спокойнее и увереннее в своих действиях и словах.       А вот уже с Юнги их отношения начинались будто с нуля, но на новом этапе этой сложной игры. Под одной крышей невозможно долго игнорировать мужчину. И если в первый месяц Хосок долго отнекивался от того, чтобы делить одну постель, то сейчас выгнать его из спальни альфы просто не может.       Юнги очень старательно носил завтраки в постель, нанял на постоянную основу охранника в квартиру и домработника. Все для комфорта его целой половины души.       Хосоку не то что бы в радость два новых человека в доме, но ему не мешает готовить вместе с Ёсан и помогать ему же с пылью. А в свободное время уже в компании из троих человек пить чай и говорить обо всём. Третьим идёт в их компании Минги.       Новые лица это всегда познавательно и весело. А когда у Тэхёна выходной на работе, то в квартире Юнги собирается настоящая вечеринка из трёх омег и одного сурового альфы.       Юнги не упускает ни дня, чтобы напомнить о том, как он любит своего парня, и возможно ещё жениха. Обручальное кольцо лежит в коробочке на прикроватной тумбочке около стороны омеги. Значит он думает и не забывает об этом.       Какие бы просьбы или упрёки не высказывал омега, Юнги старается детально обсудить и держит свой пыл руками и ногами. И только одна проблема появилась у Хосока после общения с папой Юнги.

Этот жуткий взгляд.

      Альфа до дрожи в сердце боится, когда Хосок смотрит на него. Внимательно, словно оценивает. И молчит. То ли это беременность повлияла, то ли Минхо. Но каждый раз он чувствует как по спине стекают холодные капельки пота.       И даже отбросив все эти сущие пустяки, Юнги счастлив. Он словно бабочка порхает вокруг омеги, пытаясь сделать всё в лучшем виде. Хосок конечно относится к альфе с не меньшим трепетом, но гормональные всплески дают о себе знать.       Вечерами, когда Юнги задерживается на работе, а омега отходит ко сну в одиночку, он подолгу смотрит на коробочку и много думает о будущем.

***

      - Да-а-а, вот так, продолжай...       Омега прогибается в спине и подставляет поудобнее красивую круглую попку. Длинные узловатые пальцы крепкого держат половинки, а влажный от смазки и слюны язык двигается то вперёд, то по складочкам ануса, понемногу засасывая кожу вокруг.       Юнги растягивает удовольствие, водит по краю и не даёт свалиться в пропасть оргазма. Сладость наслаждения разливается внизу живота, вот-вот готовая выплеснуть бессчётным количеством удовольствия.       Живот у омеги уже совсем большой, срок подходит и их альфочка уже должен скоро явиться миру. А ласки без проникновения доктор не запрещал, так что родители ловят моменты.       Юнги продолжает широко вылизывать промежность омеги и одной рукой обхватывает его член. Хосок давится воздухом и стонет громко от стимуляции. Быстрыми поступательными движениями альфа заставляет Хосока биться в конвульсиях и беззвучно, открыв широко рот, стонать от ярких ощущений.       - Юнги-и-и, я ско... - и кровь отливает обратно, когда основание члена плотно пережимают теми самыми длинными пальцами. - Почему ты остановился? - скулит омега.       Смотрит через плечо на парня, а там за спиной самая прекрасная картина: Юнги держит омегу за талию, а другой рукой уже проходится пару раз по своему члену. Придерживая его, водит головкой рядом с анусом, легко проникая на пару миллиметров и выходит. Ведёт мокрую дорожку к мошонке, к члену, соединяет их одной рукой и плотно прижавшись к телу, пару раз надрачивает оба члена. Хосок смотрит вниз на то, как две влажные, белёсые от эякулята головки появляются и исчезают в руке альфе. Возбуждение снова накатывает. Прикусив губу, омега мечется по постели, не зная в какой позе ему удобнее: на вытянутых или согнутых в локтях руках. Спина. С непривычки уже немного начинает тянуть.       Дыхание сбитое, Юнги дышит шумно, готов кончить на постель, но отпускает член омеги и пытается отдышаться. Рано ещё им заканчивать.       У Хосока голова кружится, ему кажется, что от такой стимуляции он сейчас потеряет сознание. Пусть альфа войдёт в него и даст закончить начатое. Головка члена кажется сейчас взорвётся от скопившегося возбуждения. Кажется, что одно касание к простате и он позорно спустит.       Одним движением Юнги скользит бордовой головкой по скользкой промежности, раздвигая колечко ануса и плавно входит до конца под звучный мелодичный стон Хосока. Рай для его ушей.       Постепенно набирая скорость движений внутри омеги, Юнги запрокидывает голову и стонет в унисон дрожащему от оргазма омеги. Хосок сжимает альфу в себе, вызывая болезненные ощущения у обоих. От бессилия он падает лицом в одеяло, пряча голову руками.       Не выдержав такой узости и давления стенок, Юнги кончает неожиданно для себя быстро. Густая горячая жидкость заполняет омегу, а разрастающийся узел, не даёт выйти и скрепляет их на небольшой промежуток времени.       - Я еще не родил этого, а ты нового хочешь сделать? - из последних сил шутит омега и укладывается с помощью Юнги на бок.       - Это ты меня не выпустил. Я бы вышел, - Юнги гладит кожу на животе омеги, целуя открытое плечико и спину. Юнги влюблён, он будет таким долго, если не всегда.

***

      Юнги просыпается от тихого мычания, отнюдь не похожего на стоны удовольствия. Они только пару часов как уснули, а Хосок уже не спит и держась за живот сидит на кровати. Альфа поднимается с постели, обходит ее и падает на колени перед омегой, хватая в ладошки его заплаканное лицо.       - Хоба, что такое, ты чего плачешь? - и каким бы он ни был сонным и испуганным, сообразить не получается сразу.       - Мне очень больно. Жи-ивот болит, - стонет Хосок, на лбу уже выступают капельки пота. - Нам наверно нужно в больницу.       - Да, конечно. Давай я тебе помогу, - Юнги держит под руками омегу.       Но тот резко вскрикивает и сильно сдвигает колени. Пижамные штаны быстро промокают, а какая-то часть околоплодных вод попала на пол.       - Я кажется рожаю... А-а-а... - Хосок снова сгибается пополам, держась за низ живота. Юнги просто с ума сводит его беспомощность, и то как больно его омеге.       Отдышавшись, омега тянет руку к тумбочке и забирает бархатную коробочку, что не скрывается от удивлённого взгляда альфы.       - Всё, пойдём понемногу.       Юнги не даст своему парню идти и справляться самому с таким состоянием. И, недолго думая, подхватывает его под ногами и быстрым шагом направляется в прихожую, ставит на пол омегу, одевает их обоих и спустя недолгие пять минут они уже выезжают из парковки.       Альфа надеется, что успеет, и всё с их семьёй будет хорошо. А маленький альфа внутри омеги не заставит папу долго мучаться.       Приехав в ту больницу, где они наблюдались, Юнги снова несёт на руках омегу и встречает в приёмном отделении того самого врача, который вёл беременность Хосока.       - Кладите его на каталку, а сами останьтесь здесь, - говорит мужчина и умиляется этому потерянному взгляду альфы. - Давайте заполним необходимую документацию и...       А Юнги готов что угодно подписать, он даже этого альфу и не слушает. Лишь бы его скорее пустили к Хосоку, чтобы дали ему поддержать парня в такой трудный для них момент.       Для мира прошло девять минут, а для Юнги десять лет. Он не слышал и не видел Хосока и теперь, переодевшись в больничную одежду, спешит в отделение. Не зря они договорились о парных родах.       - Юнги... - Хосок от одного запаха около палаты уже начинает стонать от облегчения. Это решение стоило своих денег. - Дай мне подышать тобой. Мне так легко...       А Юнги подставляет шею, отпускает контроль над гормонами, даёт надышаться парню.       Омега чувствует как тянутся эти минуты мучений, как терпеливо держится Юнги в моменты сильных схваток матки. Ведь ему сжимают запястье так сильно, что скоро будет слышен треск. После третьего прихода улыбающегося, но уставшего с ночной смена врача, омегу переводят в родильный зал.       Ещё около часа слышны крики и болезненные стоны парня, которого успокаивает скрывающий волнение Юнги. Он верит эти людям, они знают своё дело. И в какой-то момент, альфа поворачивается на забавный кряхтящий плач уже рождённого малыша. Альфочку передают отцу, который дрожащими руками неловко держит и перекладывает на омегу.       - Мы же... - облизывает сухие губы омега и договаривает устало, - назовём его Чонхёк, верно?       - Конечно, мой сильный... - договорить Юнги не дают.       - ...муж, - перебивает омега. И совсем слабо улыбаясь, будто что-то наделал плохого, смотрит на их крошечного сына.       У Юнги сердце летает по всему телу, оно точно не на месте. Он сейчас бы воспарил здесь же, но удерживает себя рядом с самыми дорогими ему людьми.       Они прошли многое вместе и ещё много чего их ждёт впереди. Но самое главное, что они никогда друг от друга не откажутся.       Они будут вместе. До конца.