Ирис

      Удается лишь болезненно поморщиться от потока нахлынувшей информации.        Савада Аяме...       Ребёнок со сломанной судьбой.        Девочка, которая не нуждается в жалости. Проявить к ней эту эмоцию всё равно, что сделать плевок в лицо. Она нуждается в понимании, а не в чужом лицемерии, выраженном в одних лишь словах.       А она… А кто она?       Точно… Она — бывшая Донна Вонгола. Женщина, которая уже откровенно заебалась от наличия мафии в своей жизни. А ещё она перерождалась дважды после этого. Не совсем удачно, кстати говоря. Потому что в первый раз у неё обнаружили опухоль головного мозга, а во второй она оказалась немой старшей сестрой мальчика-гения… Мальчика грозы… Перерождением её грозы, которая ничего не помнит, по имени Эдогава Рампо.        В мире, где существуют способности к её гиперинтуиции, прибавилась связь с инфосферой мира. Способность, идеально дополняющая её, неформально прозванной «чую надвигающийся пиздец», была шестым чувством. Настолько, что теперь она с точностью до 99% может предвидеть дальнейшие события, а тут всего-то и нужна капелька интуиции с большой вычислительной мощностью.       И что теперь?       А теперь она в очередной раз сдохла без какого-либо шанса на выживание, ведь после нахождения в эпицентре взрыва чертовой бомбы не выживают. Вдвойне, если перед этим ты потерял настолько много крови, что даже пошевелится невозможно.        Она теперь Савада Аяме — девчонка, которой настолько надоела её дерьмовая жизнь, что она совершила суицид.        Будь это лет так пятьдесят назад, ей только и оставалось бы, чтобы грустно вздохнуть, посетовав на мразей, посмевших такое сделать с ребёнком, и приложить ещё больше усилий, чтобы не допустить подобного впредь.       Будь она той малолетней беспомощной амебой, к которой только-только пришел Реборн, её бы обуяло возмущение: как же так можно было поступить с бедным ребенком?        А сейчас…       Сейчас… Ей абсолютно всё равно. Она слишком устала бороться с несправедливостью, чтобы каждый раз получать плевок в лицо с очередной новостью о подобных инцидентах.        На её руках слишком много крови, чтобы кричать о мифической справедливости и грести всех под одну гребёнку. Она не мать Тереза, чтобы верить, что у неё без приложения особых усилий удастся что-то изменить.        Единственное, что она может сделать в подобной ситуации, это принять выбор этого ребенка и прожить свою новую жизнь так, как посчитает нужным…       В этой истории не будут никому не нужных соплей, слёз и горечи чужих обид. Не будет такой долгожданной мести, о которой твердит чуть ли не каждый чёртов попаданец, клянясь отомстить за несправедливость.        Она просто и тихо исчезнет. Потому что прекрасно знает, что в этом мире просто не существует невинных людей. Каждый из живущих в той или иной мере несёт на своих плечах грех, тяжесть которого невозможно определить. Не важно, кто это будет делать: он сам или кто-то другой. От этого ничего не изменится…       Именно поэтому она использует все свои навыки не для бессмысленной мести, а для того, чтобы просто исчезнуть, как туман по утру. Не оставит после себя ни следа для того, чтобы её не могли найти, как можно дольше. И вместе с ней исчезнет и ребенок по имени Савада Ирис — девочка с поломанными мечтами и оборванными крыльями…