Реалити-шоу "Выживший"

      Снейп упорно вглядывался в синее небо, равно как и все остальные волшебники и волшебницы, заполнившие трибуны. Конечно, в отличие от большинства, он потом увидит полет Поттера и дракона, заснятый колдокамерами, во всех подробностях, но все же ему хотелось, чтобы вся эта буффонада поскорее закончилась. Несмотря на то, что драконы находились под Империусом, это не делало их менее опасными. Хотя выступление предыдущих чемпионов было довольно зрелищным. Диггори использовал трансфигурированную собаку, чтобы отвлечь своего дракона, но все же получил ожоги — иначе за что бы с него сняли баллы? Делакур ввела валлийского зеленого в транс и даже умудрилась продемонстрировать свои стройные ножки. У француженки явно был опыт участия в шоу — она умела себя красиво подать. Крам использовал простой и эффективный способ. Зная наверняка, что чудовище не причинит ему вреда, парень не стал тянуть дракона за хвост, ослепил его и забрал требуемое в считанные минуты. Вероятно, чтобы увеличить зрелищность, дракона заставили разбить яйца. Хотя там были только болтуны, но все виды драконов очень трепетно относятся к кладке и даже в приступе гнева не разобьют ни одного яйца. А вот Поттер, сам того не зная, подарил зрителям реалити-шоу «Выживший» потрясающую картинку. Ну в самом деле, когда и где можно увидеть дракона, лавирующего между башнями средневекового замка? А то, что с трибун почти ничего не видно, не так уж и важно.       Поттер определенно вернулся триумфатором. Трибуны, особенно секторы, заполненные гриффиндорцами, взревели. К герою дня бросились друзья, поднялась невиданная суматоха. И Снейп решил, что вполне может вернуться к своим зельям, ведь на этом этапе от него мало что требовалось делать на камеру. Он тихонько поднялся, не забыв наложить на себя чары отвлечения внимания, и выбрался из толпы. Преподаватели тоже с интересом наблюдали за Поттером, а на удирающего под шумок коллегу не обращали внимания. Снейп спустился вниз и вздохнул с облегчением. И зря. — Северус! Привет! Пару слов по старой дружбе?       Яркая блондинка в ядовито-зеленой переливающейся мантии словно поджидала его у выхода. Против нее разве что плащ-невидимка поможет. Если Рита Скитер решила добыть материал для новой статьи, ее ничто не остановит. — Рита? — Снейп выгнул бровь. — Разве сейчас самое интересное не происходит на трибунах? — Вовсе нет, — улыбнулась Скитер, блеснув золотыми зубами, — про само состязание и дурак напишет, а мне нужен эксклюзив.       Последнее слово она практически выдохнула ему в ухо, приблизившись к Снейпу почти вплотную. Зельевар скривился — он терпеть не мог синтетические запахи, а Скитер пользовалась чем-то уж совсем ядреным в качестве духов. — Рита, Рита, Рита. Извини, но мне нечего тебе сказать, а тебе нечем меня заинтересовать. — Неужели ты забыл все, что нас связывало?       Снейп закатил глаза. — Рита, думаю, ты прекрасно понимаешь, что наше сотрудничество было взаимовыгодным. И ключевое слово здесь — «было».       Конечно, сам Снейп тогда был довольно молодым и зеленым, а когда Скитер для какой-то статьи потребовалась консультация зельевара, он с удовольствием согласился, чтобы она рассчиталась с ним натурой. Потом их отношения продолжились — иногда она интересовалась его частным мнением о делах в Хогвартсе или преподавателях. Правда, никогда не ссылалась на него, поскольку это было одним из условий их общения. И оба прекрасно понимали, что отношения их всегда были деловыми, хоть и к обоюдному удовольствию. Но ситуация изменилась. Во-первых, Снейп не считал себя свободным для таких отношений. Нарцисса никогда его не ограничивала ни в чем, но ему и самому не приходило в голову подобное. Теперь, когда Скитер откровенно с ним заигрывала, намекая на их тесные отношения в прошлом, Снейпу сделалось как-то гадко. А во-вторых, даже если бы и хотел, он не мог бы ей сообщить ничего ценного, связанный контрактами. Но обижать Риту было нельзя. Слизеринка до мозга костей, она могла отомстить, больно ударив в самый неподходящий момент. — Хочешь сказать, мне нечего тебе дать? — Скитер показно надула губки. — Я хочу сказать, что это мне нечего тебе предложить. — Ну, конечно. Ты же знаешь всех этих детей как облупленных! Просто намекни мне, куда смотреть.       Вот же впилась как клещ! Будто мало ей душещипательных статей про Избранного, которые она явно пишет по заказу Дамблдора. — Рита, не мне тебя учить: если хочешь ударить побольней — ударь по слабому месту. У Поттера их полно, только присмотрись. — Северус, а ты по-прежнему милашка. Уверен, что не хочешь, — Скитер сделала двусмысленную паузу, — поделиться со мной чем-то? — Нет, действительно нечем. Но я знаю, как с тобой связаться. — Ладно, зови, если надумаешь.       Скитер не стала больше тратить свое драгоценное время и отправилась вылавливать Избранного. Ей нужны были горячие новости.       Снейп, глядя вслед удаляющейся журналистке, с облегчением вздохнул и поспешил к своим котлам, пока его не задержал еще кто-нибудь.       Уже вечером Снейп зашел в один из пустующих классов, точно зная, кого там обнаружит. И верно, усевшись прямо на парту, Малфой что-то оживленно рассказывал Грейнджер. Та ему радостно улыбалась, но тут же сделала серьезное лицо и подскочила. Увидев, что в кабинет зашел Снейп, девчонка расслабилась. — Добрый вечер, профессор. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, думаю, вам стоит быть внимательнее и осторожнее. — Мы проверяли — здесь камер нет. — Вас могут подслушивать не только камеры. — Но мы поставили защитные заклинания! — А я их снял, так что вы даже не заметили.       Драко нахмурился. Ему явно это все не нравилось. Грейнджер предпочла спросить напрямую: — Но раньше это всегда срабатывало. Что-то изменилось? — Боюсь, мисс Грейнджер, вами заинтересовалась мисс Скитер.       Гермиона нахмурилась. — Я читала ее статью. По сравнению с тем, что она написала про Гарри, мне не о чем переживать. — Пока. Вам следует быть осторожнее. Я думаю, не надо объяснять, почему никому не стоит знать о ваших близких отношениях с Драко.       Гермиона на секунду задумалась, а потом лицо ее просветлело. — Что же, я дам ей сенсацию! Крам уже спрашивал меня, с кем я пойду на Святочный бал.       Снейп задумчиво посмотрел сначала на светящуюся энтузиазмом Грейнджер, потом на замкнувшегося Малфоя, который явно не желал отпускать свою подругу на бал с каким-то Крамом. — Разве вы не пойдете с мистером Поттером? — Ой, нет. Во-первых, он сохнет по Чжоу, во-вторых, он мне как брат, в-третьих, Дамблдор так усиленно мне намекал, что я должна пойти с Роном Уизли, что Крам видится мне куда более удачным вариантом. — Это может сработать, но вы понимаете, что скандал вас ждет в любом случае?       Грейнджер пожала плечами: — Что поделать, когда мои родители подписывали контракт на съемки, нас предупредили, что мне придётся быть на виду и привлекать к себе внимание. Я справлюсь.       Драко одобрительно хмыкнул, по лицу его пробежала легкая полуулыбка. — Гермиона, а ты умеешь вальсировать? Ты же понимаешь, что если придешь с Крамом, на тебя все будут смотреть? — Ну, папа немного учил меня, но, наверное, потренироваться будет не лишним.       Снейп уставился на Малфоя. Все с ним понятно. Раз уж ему никак не удастся пойти на бал с Гермионой, то он решил по крайней мере натанцеваться с ней вдоволь в приватной обстановке. — Кажется, я затеял эту беседу, чтобы вы снизили частоту и интенсивность общения, а не наоборот. — Может быть, тогда вы поучите меня танцевать?       «Вот же нахалка!» — подумал Снейп, но вслух сказал: — Вы считаете, будет лучше, если обнаружится, что вы общаетесь не со слизеринским принцем, а со слизеринским деканом? Поверьте, Скитер из этого раздует еще больший скандал. — О, может быть, вы покажете нам с Драко какое-нибудь заклинание понадежнее?       По-хорошему надо было обломать малолеток. Пусть Грейнджер с соседками учится вальсировать, или с Поттером. Но Драко так на него смотрел. А, плевать. В конце концов, если попадутся — он тут ни при чем. — Смотрите и запоминайте. Десять раз показывать не буду.

***

      Стоило только новости о Святочном бале распространиться среди студентов, как Снейп понял, что до этого образовательный процесс был практически идеальным. Сейчас же все, кто вступил в пубертат, то есть процентов восемьдесят учеников были озабочены только одним: с кем же пойти на бал. Снейп бы махнул на все это рукой — лишь бы не пытались варить амортенцию в заброшенных классах — но имидж злобного мизантропа надо было поддерживать. Поэтому он планомерно продолжал запугивать детишек и на уроках, и в коридорах во время дежурств.       Перед Святочным балом Дамблдор позвал Снейпа к себе и напомнил, что они с Каркаровым должны дать понять Поттеру, что обстановка накаляется, и по возможности напустить тумана. — Конечно, директор, мы постараемся, но, боюсь, мальчишку даже разгадка послания золотого яйца интересует не так сильно, как стеснение в собственной мошонке, — съязвил Снейп. — Да-да, золотое времечко, — протянул Дамблдор. — Мисс Грейнджер не говорила, как справляется с любовным треугольником? Или даже четырехугольником. Ведь и Рональд, и Виктор к ней неравнодушны, я уверен. — Про Уизли она говорила, а с Крамом она идет на бал, — на этой фразе директор так благодушно улыбнулся, что не оставлось сомнений — Дамблдора совершенно устраивает эта ситуация, поэтому Снейп, добавив в голос капельку издевки, произнес: — А вот Поттер скорее пускает слюни на Чжоу. — Чжоу?       Северус мысленно улыбнулся — кажется, директор был не в курсе. И пусть уже отвлечется от несчастной девчонки. — По крайней мере, так утверждает Грейнджер.       Директор немного задумался, поглаживая бороду. — Хм, так, пожалуй, тоже неплохо. Хотя я планировал, что лучшим друзьям придется побороться за внимание мисс Грейнджер, но Чжоу на данный момент тоже хороший вариант. Так, надо будет сказать Диггори, чтобы дал Поттеру подсказку. Пусть мальчик побудет в смятенных чувствах. А потом… Впрочем, юношеские чувства так недолговечны. Ладно, Северус, ступай.       Снейп отправился к выходу, но уже у двери остановился и добавил: — Скитер расспрашивала меня о Поттере. Ищет его слабые места. — Спасибо, Северус. Я учту.       Что там собрался учитывать Дамблдор, Снейп не понял. Вот только Хагрид на очередной совместной посиделке ворчал на директора и его странные прихоти. В подробности вдаваться, впрочем, не стал, сообщив, что Снейп все узнает из газет в свое время. В другой раз Снейп бы заинтересовался всем этим куда больше, но к концу года у него появилась масса работы. Надо было доделывать работу с ядом соплохвостов, съездить в Анон на конференцию и поработать в лаборатории, причем ужать все это в несколько дней, ведь на больший срок Дамблдор его в этом году не отпускал. Да и хотелось уделить немного времени себе, а если быть точнее, Нарциссе. В итоге сейчас приходилось трудиться в поте лица. К Святочному балу Снейп уже не хотел ничего, поэтому за ужином сидел с такой постной миной, словно это были его собственные похороны. Его даже не тронуло то, какой фурор произвела Грейнджер. То, что другие не могли рассмотреть за образом заучки, для Снейпа секретом не являлось: он-то уже летом успел заметить, что девочка превратилась в девушку, и в девушку красивую. Грейнджер преспокойно общалась с Крамом, который, кажется, действительно ею заинтересовался. Драко успешно маскировал ревность под праведное возмущение зарвавшейся грязнокровкой. Уизли же ревность скрыть не мог совершенно и цветом лица грозил сравняться с собственной мантией. Поттер на Грейнджер внимания не обращал, равно как и на свою пару. Он оттаптывал ноги одной из сестер Патил, кажется, Парвати, а сам пялился на Чжоу… И всюду были пары и парочки, а воздух просто искрился от напряжения между подростками. Снейп же с нетерпением ждал, когда же все это наконец-то закончится. И вот парочки потянулись на выход — искать в розовых кустах уединения. А Снейп по закону жанра должен был этому мешать. Он кивнул Каркарову — мол, встретимся снаружи — и тоже отправился на выход.       Воздух в розарии был куда свежее, чем в большом зале, но специальные чары не давали замерзнуть. Заметив на одной из скамеек Хагрида и мадам Максим, Снейп несколько удивился, чего это их потянуло на романтичные прогулки под луной, но Хагрид, поймав его обескураженный взгляд, беззвучно, но достаточно выразительно, чтобы прочитать по губам, произнес: «Дамблдор!» Ясно, значит, не только они с Каркаровым играют сегодня для Поттера отдельный спектакль. Пока же Снейп бесцельно бродил по дорожкам, топая ногами как можно громче и надеясь, что у студентов хватит ума вовремя убраться с его маршрута. Вскоре его нагнал Каркаров. Он полушепотом произнес: — Поттер с приятелем вышли подышать свежим воздухом. Скоро будут на параллельной дорожке. — Тогда начинаем?       Каркаров кивнул, и Снейп довольно громко произнес: — Не вижу, Игорь, никаких причин для беспокойства. — Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на происходящее? — Каркаров ответил чуть тише, изображая встревоженность. — Тучи сгущаются все последние месяцы, и меня, не стану скрывать, это очень тревожит… — Тогда беги. Беги, я уж как-нибудь объясню твое бегство. Что до меня, я остаюсь в Хогвартсе.       Снейп так тщательно изображал, что ищет нарушителей, что действительно их обнаружил. Парочка в очередных кустах так увлеклась, что ничего не слышала. Мальчишка уже залез к девчонке под юбку, и оба просто потеряли голову. Такое Снейп проигнорировать не мог. — Минус десять очков Хаффлпаффу, Фосетт.       Семикурсница выскочила из кустов. — Минус десять и Рейвенкло, Стеббинс.       Следом вылетел ее приятель.       И тут он чуть ли не нос к носу столкнулся с Поттером. — А вы что тут делаете? — спросил Снейп максимально сурово.       Каркаров принялся всячески демонстрировать нервозность, накручивая на палец кончик своей бородки. — Просто гуляем, — кратко ответил Уизли. — Правилами не запрещено. — Ну и продолжайте гулять, — рыкнул Снейп и вихрем пронесся мимо, радуясь, что так быстро справился с задачей. Каркаров увязался следом. Проходя мимо скамейки, где сидели Хагрид и Максим, Снейп услышал, как лесничий рассказывает свою биографию. Вот только для мадам Максим или для кого-то другого?       Да уж, Дамблдор явно решил выжать максимум из Святочного бала.       Снейп не стал ломать себе голову, а направился поскорее к себе — хотелось просто лечь и не думать об этом всем. Но по дороге он не удержался и заглянул в лабораторию — только проверить, как настаивается экспериментальный состав №34б с ядом соплохвоста. Вышел он оттуда часа через два, почти отдохнувшим. Ничто так не прочищает мозги, как работа в лаборатории. Даже в мытье котлов было что-то медитативное. Решив, что наработался сегодня достаточно, Снейп поленился зажигать у себя свет и, подсвечивая люмосом, направился прямиком в ванную, игнорируя стол, заваленный бумагами. Приведя себя в порядок, он так же в темноте пробрался к кровати, залез под одеяло и наткнулся на чей-то мягкий и теплый бочок. Он не успел схватиться за палочку, потакая своей паранойе, как две тонкие нежные ручки обвили его шею: — Северус, я уже думала, ты не придешь за своим рождественским подарком. — Нарцисса, — прошептал Северус и расслабился: он сам дал ей пароль от своего камина.       А потом слова стали излишни. ***       Нет, решительно, с этим реалити-шоу становилось все труднее и труднее совмещать собственные интересы. Да, Снейп прекрасно помнил, что без этих денег, а главное, без возвращения в киноиндустрию Анона он не мог бы себе позволить работу с профессорами Медичи и Прюэттом, но как же это все отвлекало. Вот и в этот раз он едва-едва успел на январскую конференцию, да и к тому же уезжать пришлось раньше, чем хотелось бы. Дамблдор требовал его присутствия в Хогвартсе и на каникулах — сначала из-за Святочного бала, потом — черт пойми из-за чего. Несмотря на подсказку от Диггори, на посещение комнаты старост Поттер решился очень нескоро, и, разумеется, ночью. Зато стало понятно, зачем Снейпу требовалось караулить этот ответственный момент. Возвращаясь в Гриффиндорскую башню, Поттер умудрился не просто нарваться на Филча, но и застрять ногой в ступенях, потерять чемпионское яйцо и карту Мародеров. Пришлось Снейпу на пару с Грюмом разруливать ситуацию. Разумеется, Снейп прекрасно понимал, где прячется мальчишка, ведь мантия-невидимка не перебивала запах шампуня и не скрывала оставшиеся мокрые следы. Но мальчишка по-прежнему принимал все за чистую монету, а Грюм получил еще несколько очков доверия от избранного.       В чем-то Снейп даже завидовал Хагриду. После скандальной статьи Скитер (та все же смекнула, что проще всего достать Поттера через его друзей) Хагрид тщательно изображал запой и депрессию, но на самом деле был рад отделаться от преподавания хотя бы на время. Школьная программа ему решительно не нравилась, а детям в свою очередь решительно не нравились соплохвосты. Кажется, все были довольны таким исходом событий. Рита получила сенсационную статью, Хагрид — отпуск посреди учебного года, Грабли-Дерг, которая его замещала, — дополнительный доход, Грейнджер — еще один повод повозмущаться расизмом по отношению к волшебным существам, Дамблдор — развитие сюжета и красивую картинку с благородным Поттером. А вот последний, кажется, не получил ничего, кроме очередного обмана. Так что все шло своим чередом. Вплоть до конца февраля.       Накануне испытания Дамблдор позвал к себе Снейпа и Грюма и огорошил их практически с порога: — Гарри не смог подготовиться к заданию. Нам надо срочно что-то придумать. — Как? Диггори же дал ему ключ к разгадке? — удивился Грюм, который полагал, что у Дамблдора все под контролем. — Неужели Грейнджер не хватило мозгов найти заклятие воздушного пузыря и натягать своего приятеля? — Снейп саркастично поднял бровь, ведь еще на прошлой неделе Грейнджер жаловалась, что даже не будет пытаться учить этому заклинанию Гарри — оно даже у нее через раз выходило, что уж говорить о Поттере, который банальное «акцио» осваивал несколько недель. — Ты не хуже меня знаешь, Северус, что мисс Грейнджер приложила все усилия, но не все в ее власти… — То есть вы все же признаете, что приучили своего карманного героя полностью полагаться на верных друзей и даже не пытаться шевелить мозгами самостоятельно? — поинтересовался Снейп, но Дамблдор от его шпильки попросту отмахнулся. — Друзья — это важно, Северус. Ведь как раз-таки друзей Гарри и будет спасать. О, ему предстоит сложный выбор. Как удачно сложилось, что он влюблен в мисс Чанг, а его друг мисс Грейнджер приглянулась мистеру Краму… Для полноты картины еще будет лучший друг Рон Уизли и маленькая невинная девочка Габриэль Делакур… — Да, Альбус, картинка выйдет прекрасная, но только если Поттер первым доплывет к месту назначения. А это вызывает сомнения, учитывая, что проблему он не решил. — Поэтому я и позвал вас, друзья мои! — воскликнул Дамблдор. — У меня, конечно, есть на крайний случай средство: кто-то из вас выпьет оборотное с волосом Гарри — я не могу, я должен присутствовать в судействе — и сделает все за него. Потом, правда, придется подправлять ему воспоминания, а его психика и так слегка расшатана… — Слегка? — Снейп аж подскочил от возмущения. — Это моя психика слегка расшатана, у Поттера же вместо головы горшок с рисовой кашей! — Ну-ну, Северус, сядь. Не все так плохо. И вообще, критикуя — предлагай! — Кхм, — откашлялся Грюм, который до этого мрачно молчал. — Не нравятся мне твои методы Альбус, но я не буду с тобой спорить. Могу превратить Поттера в жабу. Или выдру. Мне неплохо удается принудительная трансфигурация.       Дамблдор покачал головой: — Неплохо, но все же нет. Это должно выглядеть, словно он сам додумался до способа. Признаться, я ожидал, что он и загадку разгадает раньше и все же сможет справиться с воздушным пузырем. Северус, может, есть какое-нибудь зелье?       Снейп мстительно посмотрел на Дамблдора: — Разумеется, есть.       Директор облегченно вздохнул. — Только варится оно неделю, крайне токсично и позволяет проводить под водой до получаса, — вообще-то у Снейпа было решение, но он не собирался упускать шанс полюбоваться озадаченной миной начальства. Выдержав небольшую паузу, он продолжил: — Но есть жабросли. Если их съесть, на час-полтора вырастут жабры и перепонки — вполне достаточно для задания. Вот только кто будет опять обносить мой кабинет? Поттер, Грейнджер или, — Снейп вежливо поклонился профессору ЗОТИ, — мистер Грюм?       Глаза Дамблдора засияли: — Прекрасно! Это просто идеально! Куда лучше, чем с обороткой. Жаль, ты не рассказал мне про жабросли раньше — я бы подключил Невилла, он ведь тоже очень важен для нашего шоу. Впрочем, я думаю, если Гарри поможет Добби, будет тоже неплохо. Отлично, отлично. Спасибо, мой мальчик. Все, не смею вас больше задерживать. Я пришлю за жаброслями.       Ничего не оставалось, как смириться с потерей редкого ингредиента, и Снейп поплелся в лабораторию. И у дверей обнаружил нервничающего Малфоя. — Драко? Что ты тут делаешь в такой час? — Прошу прощения. Это важно. — Заходи, — бросил Снейп и открыл дверь в лабораторию.       Пока он доставал банку с жаброслями, Малфой поспешил поделиться своими тревогами: — Гермиона не пришла сегодня на встречу. Я волнуюсь. — Можно подумать, это первый раз. — Она всегда предупреждает, если не может прийти. У нас парные блокноты для таких случаев, — и Драко слегка покраснел. — Что ж, это удобно, — похвалил Снейп. — И объясняет, почему вам синхронно приходят одинаковые мысли на моих занятиях.       Драко покраснел чуть сильнее, но это не сбило его с мысли: — Завтра задание. Она пропала из-за этого?       Снейп вздохнул и потер переносицу. Объясняться с влюбленным юнцом ему не хотелось. Но в этом Драко ужасно походил на свою мать — за тех, кто дорог, он готов был перегрызть глотку. — Все с ней в порядке. Ее участие действительно понадобится в следующем туре. — Если ее должен спасти Поттер, то это только внушает еще большее беспокойство. — Крам. Если это тебя успокоит.       Судя по тому, как Драко поджал губы, а глаза его изрядно сузились, его эта новость вовсе не обрадовала. Нет, конечно, Малфой не стал просить совета у Снейпа, но то, что именно сейчас ему нужна поддержка, было понятно и без слов. — Я надеюсь, Драко, ты понимаешь, что мистер Крам и мисс Грейнджер слишком разные: разный менталитет, привычки, язык… Конечно, со временем эти различия могут сойти на нет. Но рано или поздно Краму придется уехать в Болгарию, а мисс Грейнджер связана контрактом на обучение в Хогвартсе по крайней мере до своего совершеннолетия. И вот тут-то крайне важно, чтобы рядом всегда был добрый и внимательный друг, который не даст мисс Грейнджер скучать и думать о том, кто слишком далеко.       И хотя Снейп не рассчитывал на особый успех своей речи, но, кажется, она подействовала. По крайней мере, в глазах Драко заплясали искорки, и парень заметно расслабился. — Спасибо, Северус, кажется, я все понял. — Хорошо. А теперь иди уже в постель.       Снейп на всякий случай написал Драко сопроводительную записку, выпроводил его за дверь, после чего вызвал эльфа, чтобы тот передал Дамблдору жабросли, и в конце концов отправился спать. Завтра ему предстояло целый день торчать на промозглом ветру у озера и следить, чтобы любопытные подопечные не поотмораживали носы и вовремя подновляли согревающие чары.

***

— «Трудно сказать, чем так привлекательна мисс Грейнджер. Нельзя сказать, чтобы она была красива, скорее всего, причина симпатий к ней двух несчастных мальчиков кроется в чем-то ином.       «Она просто страшилище, — говорит о ней Пэнси Паркинсон, миловидная, привлекательная студентка четвертого курса, — но она умна, и ей вполне по силам сварить приворотное зелье. В этом-то, я думаю, все и дело».       Приворотные зелья запрещены в школе «Хогвартс», и Альбус Дамблдор, без сомнения, заинтересуется причиной успеха своей студентки. А доброжелателям Гарри Поттера остается только надеяться, что в следующий раз он отдаст свое сердце более достойной.» — Снейп выдал самую гадкую свою ухмылку и продолжил: — Пожалуй, лучше будет вас троих рассадить, а то вы больше заняты своими любовными похождениями, а не зельями. Вы, Уизли, останетесь здесь. Мисс Грейнджер сядет вон там, с мисс Паркинсон. А Поттер передо мной, за первой партой. Ну, живее!       Снейп мельком глянул на Грейнджер. Девчонка держалась молодцом: с совершенно нейтральным выражением лица она пересела к Паркинсон и принялась за зелье, словно только что произошедшее ее вовсе не касалось. То ли у Грейнджер железное самообладание, то ли она заранее знала о мерзкой статейке Скитер. Сам Снейп в ее возрасте не смог бы так сдерживаться. А вот Поттер пришел в ярость. Можно было не сомневаться, кого он представлял на месте растираемых жуков-скарабеев. Тем не менее, руководствуясь обычной своей инструкцией, Снейп продолжил его дразнить и даже пригрозил напоить сывороткой правды. Ну в самом деле, должен же был Поттер сообразить, у кого Добби разжился жаброслями! Но это было не главное — важнее было накрутить «Выжившего» так, чтобы он правильно воспринял разговор, состоявшийся в конце урока с Каркаровым. Прием Снейпа ли был так хорош, или мальчишка просто привык подслушивать и удовлетворять свое любопытство таким образом — еще бы, ведь прямо ему никто ничего не скажет — но Поттер довольно ловко провернул свою затею: разлил желчь броненосца и притворился, что собирает ее под партой, специально чтобы подслушать.       Каркаров мастерски изображал испуг и навязчивое желание обсудить свои проблемы со Снейпом: весь второй урок он проходил у него за спиной, периодически хватаясь за левое предплечье. Снейп тоже мог похвастаться временной татуировкой черепа, выпускающего змею изо рта, на левой руке. Очередная идея Дамблдора для создания мрачного ореола вокруг Темного Лорда. Нет, тот сумасшедший со своими последователями действительно накалывали татуировки, но, кажется, совершенно обычные. Впрочем, татуировка Снейпа, во-первых, легко пряталась по желанию, а во-вторых, свести ее тоже можно было в любой момент. Дамблдор нашел простое и изящное решение: краска была зачарована особым образом, так же, как и исчезательные чернила. Фантазия Дамблдора границ не имела.       Что ж, наконец-то Поттер все подслушал, Снейп его выгнал, Каркаров сбежал еще раньше. Снейп тяжело выдохнул. Надо было выяснить, почему Грейнджер так спокойна. И чем это спокойствие может обернуться впоследствии. А потом Снейп вернулся к своим обязанностям — еще одна пара уроков с четвертым курсом, а потом собственные исследования. Тем не менее он не забыл сделать на эссе Грейнджер небольшую приписку. На его вопрос, не нужна ли ей помощь, девчонка ответила, что все под контролем у Дамблдора. Снейп покачал головой — кажется, Грейнджер должна была сообразить, что вот в этом и заключалась основная опасность. Поэтому Снейп решил поговорить еще и с Малфоем.       Когда Драко явился к нему, по его физиономии невозможно было сделать какие-либо определенные выводы. Учитывая, что они с Грейнджер спелись уже давно, можно было утверждать только то, что Драко уже посвящен в подробности. А значит, надо их выведать, чтобы не дать детям вляпаться во что-то неприятное, а заодно скорректировать свои действия. — Добрый день. Вы хотели меня видеть, сэр? — спросил Малфой с порога, прощупывая ситуацию. — Проходи, Драко, садись, — Северус указал на кресло напротив своего, давая понять, что беседа будет неформальная. — Как тебе последний опус Риты Скитер?       Малфой пожал плечами: — Неплохо, но у нее бывали статьи и поинтереснее. — Грейнджер знала заранее? — Что-то вроде того. Панси, конечно, рассказала мне, что давала интервью Скитер. Сложить два плюс два не составило труда. — Тебя это не задевает? — Нет. Этот выпуск только для Хогвартса, а если точнее, для Поттера. Мама специально заказала этот журнальчик — в обычном номере этой статьи нет и в помине. — Хорошо, — Снейп в задумчивости провел указательным пальцем по подбородку и как бы невзначай спросил: — И какую же месть вы задумали?       Драко сделал «честные» глаза: — Никакой мести. — Драко, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить, — покачал головой Снейп. — Дамблдор сам дал Гермионе козырь. Это часть его плана. — Яс-с-сно, — а вот это Северусу уже не понравилось. — Ты же проследишь, чтобы Грейнджер не слишком увлекалась? Напомни ей, пожалуйста, что испортить репутацию на самом деле Скитер вполне под силу. Не говоря уже о слухах, которыми наполнится школа.       Драко нахмурился. То, что сначала показалось ему даже благоприятным — теперь уж отношения Гермионы с Крамом вряд ли сильно продвинутся вперед — теперь виделось несколько в ином свете. Поэтому он решил выдать информацию Снейпу — пусть у него тоже голова болит. — Дамблдор сказал Гермионе, что Скитер — незарегистрированный анимаг. И, разумеется, у него есть план, как это использовать.       Снейп покачал головой: — И все же пусть Грейнджер будет осторожна.

***

      И предчувствие не обмануло Снейпа. На следующий же день после статьи Грейнджер за завтраком получила посылку с гноем бубонтюбера. Судя по всему, она была предупреждена заранее, так как лицо закрыть успела, но ожоги рук получила самые настоящие. Закусив губу, девчонка выскочила из-за стола и рванула в больничное крыло. Снейп отправился туда же, только через свой кабинет, в котором он прихватил заживляющее зелье и антидепрессант, который он варил для медсестры.       Когда он зашел в вотчину мадам Помфри, та уже обрабатывала руки мисс Грейнджер. — Северус, что ты хотел? — Принес твое зелье, Поппи. — Что с меня? — Твое молчание. Если ты не против, я помогу мисс Грейнджер сам. — Конечно. Я уже смыла гной. Обработай заживляющим.       И мадам Помфри удалилась по своим делам. Снейп знал: она слишком ценила его зелья, чтобы обсуждать с кем-то такую странность: декан Слизерина заботится о гриффиндорке.       Снейп достал заживляющее зелье, обработал ожоги и только после этого спросил: — Как вы, мисс Грейнджер? –хотя изначально он хотел поинтересоваться, была ли она готова к такому, но девушка выглядела слишком несчастной. — Это было действительно больно. Но теперь лучше. Впрочем, я сама виновата. Директор предупреждал, что в посылках будут гадости, но я не ожидала, что эта взорвется. — Я надеюсь, выводы вы сделаете сами?       Грейнджер кивнула: — Не касаться руками вещей, не проверив их безопасность. — Верно. Но это не убережет вас от громовещателей. Будьте готовы стать объектом всеобщего внимания, по меньшей мере до третьего тура.       Грейнджер вздохнула: — Вот об этом Дамблдор и говорил мне, — тут она упрямо встряхнула кудрями. — Кажется, директор все это и задумал со Скитер с самого начала! — Поэтому, мисс Грейнджер, не торопитесь с местью. Сначала определитесь, что именно нужно вам, — последнее слово Снейп выделил интонацией особо. — Спасибо, профессор. Я подумаю. — Поделитесь потом со мной планами?       Грейнджер тонко улыбнулась: — Ну, вы же все равно их узнаете? Но я вам обещаю, что торопиться не буду.       Снейп подумал, что это лучше, чем ничего. Но задержаться, чтобы обсудить с Грейнджер подробности, у него возможности не было, через пять минут начинались уроки. Пробурчав напоследок наставления по обработке рук, он покинул больничное крыло с ощущением, что Грейнджер задумала что-то глобальное.