Ошибка судьбы?

«Тот день был самым тяжелым, но в тоже время переломным моментом в моей жизни здесь.»

Июнь 2034 год. Дневник Эрики.

Лаборатория окуталась густым дымом после взрыва, запах горелых трав и странных смесей заполнил воздух. Эрика опустила свиток, который едва не стоил ей жизни. Он тут же истлел прям в воздухе не оставляя после себя ни следа. Оглядев комнату девушка ужаснулась. В лаборатории стоял полный хаос. Перевернутый стол, опрокинутые котлы, разбитые колбы, на полу растекалась жидкость от зелий, разбросанные книги и густой дым её ошибки. Но где же эльф? Эрика даже не сразу сообразила, что он стоял прямо перед ней спиной выставив руки вперед, а от его рук исходило едва зеленоватое свечение, окружающее их обоих. Магический барьер. Она не видела лица Эзареля, но со спины были взлохмаченные, покрытые сажей волосы и местами порванная одежда, а с плеча капала кровь. Девушка даже не знала что ей делать, что сказать «Я виновата, прости?» или «Ты в порядке?»? Бежать в Лазарет к Эвелейн? Но ей даже не нужно было думать об этом, потому что все за неё сделал эльф. Эзарель медленно опустил руки, барьер рассеялся, и в области где был купол сразу же хлынул воздух, наполненный гарью и ароматом сгоревших реагентов. Он развернулся к Эрике. Его лицо было покрыто копотью, на виске так же была кровь. Глаза — сверкающие, ледяные, будто разом просверливали её насквозь. Он молчал, и от этого становилось только хуже. Затем он заговорил — низко, без крика как обычно, даже без оскорблений, но с той интонацией, от которой у Эрики по коже пробежали мурашки: — Прекрасно. Просто великолепно. Ты, значит, решила, что древние магические тексты — это что? Увлекательное чтиво перед сном? Может, думала, там будет рецепт зелья вечной красоты? Или... подожди... любовный заговор, чтобы все тут в Штабе штабелями падали от тебя в восторг? Он сделал шаг вперёд, не повышая голоса, но в каждом слове сквозила такая усталая злоба, что Эрика невольно отступила на шаг. — Я тебе говорил — не трогай здесь ничего. Но нет. Конечно же, ты — исключение. Великая Эрика, попаданка из другого мира, которой правила просто не писаны. Слушать? Учиться? Не, зачем. Гораздо интереснее — взять и прочитать вслух что-то, написанное на древнем языке, который ты едва-едва знаешь. Он указал рукой на разгром вокруг — дым, осколки, обугленные страницы, лужа зелья, испаряющееся с пола. — Видишь это? Это не просто бардак. Это — последствия твоей бездумности. Это — то, что я теперь должен разгребать. А еще знаешь, что? У меня нет никакого желания спасать тебя от самой себя. У меня нет на это ни времени, ни, ещё раз повторю, желания. Он подошёл ближе, буквально в дюйме от неё, и холодно, почти шепотом добавил: — Следующий раз я не поставлю барьер. Посмотрим, насколько крепка твоя глупость, когда ты не просто испугаешься, а прилетит в тебя чистая, неразбавленная арканическая вспышка. Эрикa растерянно заморгала, сжав пальцы в кулаки. Она не знала, что страшнее — то, что он сказал, или то, насколько больно ей было это слышать. Эзарель бросил на неё ещё один долгий, почти презрительный взгляд — и отвернулся, хромая, направился к выходу. Он уже почти дошёл до двери, когда она всё же нашла в себе силы хоть что-то сказать: — Эзарель... подожди. Я... Я не хотела. Я не знала, что это сработает. Он остановился, не оборачиваясь. Плечи его были напряжены, спина прямая, и от этой неподвижности веяло гораздо большей угрозой, чем если бы он кричал. Эрика сделала неуверенный шаг вперёд: — Я правда… просто хотела понять, что в этом свитке. Мне интересна магия и всё, что с ней связано. Я думала, что если смогу его прочитать — это будет… полезно. Для Гвардии. Для того, чтобы стать Катализатором. — Эрика не выдерживала, на глазах стояли слезы. — В конце концов для зелья, которые ты толком не объяснил как делать! Он медленно обернулся. Его взгляд был острым, как осколок льда, который только что вошёл под кожу. — Полезно? — тихо переспросил он. — Для зелья? Сначала он усмехнулся. Горько. Почти беззвучно. — А ты не думала, что быть полезной — это не лезть туда, куда тебе не положено? Что, может, прежде чем играть в полезную, стоит научиться хотя бы не быть угрозой для окружающих? Он шагнул ближе, теперь между ними оставалась всего пара шагов, пара, но Эрике казалось, что большая пропасть. Эльф наклонился вперёд, глядя ей прямо в глаза, и заговорил, теперь медленно и отчётливо: — Ты здесь никто, Эрика, чужачка, неуч, бездарность. Но это не значит, что тебе всё дозволено. Это значит, что ты должна заткнуться и слушать тех, кто в этом мире хоть что-то понимает. Пока ещё не поздно. Пока ты не угробила ещё кого-то. Он выпрямился, провёл рукой по виску, размазывая кровь с копотью, и снова усмехнулся — уже без тени веселья, только усталость и злость. — Но ты ведь не слушаешь, правда? Потому что у нас тут маленькая миссия. Спасение моего мира. Главная роль. Точно, я совсем забыл. Он резко развернулся, на этот раз не оглядываясь. — Убирайся отсюда. Пока я не передумал и не сдал тебя Мико о том, что ты здесь натворила. Не смей попадаться мне на глаза. С этими словами он вышел из лаборатории, громко хлопнув дверью. Тонкие склянки на ближайшей полке, которые остались целы после взрыва, дрогнули и зазвенели, но, к счастью, не разбились. В оставшейся тишине Эрика стояла среди хаоса. Дым медленно рассеивался, но внутри неё только сгущался туман — из вины, стыда и чего-то ещё. Горького. Непонятного. Она медленно осела на пол и наконец дав волю чувствам начала тихо плакать. Эрика сидела так какое-то время, потом же, взяв наконец себя в руки, встала и направилась в свою комнату. Ей нужно было подготовиться к завтрашнему занятию с Хамоном, начать искать информацию про Катализатор. Ни желания, ни настроения делать что-то у неё не было, но она должна была. Хотя бы ради родителей, которые её ждут. Даже несмотря на то, что Эрика и не хотела находиться в этом мире, она не планировала доставлять здесь проблем. Девушка решила, что должна хоть как-то загладить вину. И она уже думала над тем, как исправить свою ошибку. Вернувшись в комнату её встретил обеспокоенный взгляд Рейна. Он чувствовал волнения хозяйки и сразу же подбежал к ней. Эрика опустилась на колени рядом с Рейном, провела дрожащей рукой по его пушистой шерсти. Фамильяр тихо заворчал, уткнулся носом ей в ладонь, словно пытаясь вытянуть из неё боль, которая разрывала грудь. — Всё в порядке, глупый, — шепнула она, но даже сама себе не поверила. Комната будто сдавливала. Стены казались ближе, чем были. Воздуха не хватало, хотя не было ни дыма, ни копоти. Только гнетущая тишина и тяжесть на сердце. Слова Эзареля всё ещё звенели в голове, как пощёчина, повторяясь снова и снова: «Ты здесь никто...Убирайся… Бездарность…» Эрика зажмурилась, чувствуя, как ком в горле поднимается выше. Ещё чуть-чуть — и снова заплачет. Но нельзя. Не сейчас. Она встала, заставляя себя двигаться. На её рабочем столе лежал короткий список заданий на завтра, среди которых значилась первая—подготовка к тренировке с Хамоном. Эрика поморщилась. Она устала. Хотела лечь на кровать, свернуться клубком и исчезнуть. Но вместо этого села за стол. — Ладно, — произнесла вслух, похлопав себя по щекам. — Сначала подготовка. Потом — раскаивание. Потом — извинения. Если он вообще когда-то захочет их услышать… Она развернула свиток, начертанный Хамоном, который он мимоходом дал ей во время обеда — сухие указания, практические советы, чертежи боевых позиций. Почерк его был чётким, резким. Всё в нём говорило об опыте и дисциплине. Каждая строка — словно приказы: «Лук — продолжение тела. Не целься — чувствуй. Не бойся — дыши. Не стой — двигайся.» Напоминает указания отца. Я должна справиться. Пусть хотя бы Хамон увидит, что я могу чему-то научиться. Что я не просто катастрофа с Земли. Рейн тихонько улёгся рядом, прижавшись боком к её ноге. Его тёплое, живое присутствие помогало сконцентрироваться. Эрика начала читать дальше, делая заметки, отрабатывая жесты в воздухе, запоминала, как держать лук, который ей дал Хамон. Снова и снова. До тех пор, пока пальцы не начали болеть, а глаза не начали слипаться. Я больше не позволю себе так ошибаться. Если я правда хочу стать частью этого мира… если я хочу вернуться домой — сначала я должна стать полезной здесь. И не ради Эзареля. Ради себя. Эрика так и прозанималась оставшиеся сутки. Ночь опустилась на Элдарию мягко, как покрывало, но Эрика долго не могла уснуть. Каждый раз, стоило ей закрыть глаза, перед внутренним взором вспыхивал зелёный барьер, лицо Эзареля, и его голос, холодный, будто сталь, царапал изнутри: «Ты никто. Бездарность. Убирайся.» Она не помнила, в какой момент уснула, но сон оказался беспокойным. Сначала — она снова в лаборатории. Этот проклятый свиток сам раскрывается, страницы шелестят, как будто шепчут что-то на древнем языке. Он в руках горит, обжигает пальцы, а Эзарель — как будто тень, отдалённая и чужая, стоит в дыму, не двигаясь. И только глаза — сверкают, как лезвия кинжалов. Он открывает рот, но слов не слышно. Только громкий хлопок, и всё вокруг взрывается светом. Потом — темнота. Эрика бежит по узкому коридору, стены которого покрыты надписями, что вспыхивают алым светом при каждом её шаге. Голос преследует её, уже не Эзареля — её собственный, только искажённый, резкий, обвиняющий: «Ты хотела быть полезной? Так сильно хотела домой? Хотела магию? Вот и получай.» Она проснулась резко, с комом в горле, вся в холодном поту. За окном брезжил рассвет. Комната была тиха. Рейн посапывал у изножья кровати, свернувшись клубком. Эрика приподнялась на локтях, тяжело дыша, словно только что пробежала марафон. В груди всё ещё ощущался тревожный гул. Это всего лишь сон. Всего лишь сон… Она сползла с кровати, Рейн беззвучно зевнув начал потягиваться. Эрика нащупала на столе кувшин с водой и сделала несколько больших глотков. Затем взглянула на лежащие в стороне свитки, планы. Указания Хамона. Личные заметки. Сейчас не время для страха. Не время для самобичевания. Я уже ошиблась — и мне с этим жить. Но если я сдамся сейчас… то он будет прав. Эрика собрала волосы в небрежный короткий хвостик, переоделась в более удобную одежду для тренировок — пусть даже если сегодня и не будет самой тренировки. Она просто хотела почувствовать, что делает хоть что-то правильно. Хоть один шаг — но вперёд. Она взяла с полки тот самый эльфийский лук, свиток указаний Хамона, и направилась к выходу. По дороге за ней легко потрусил Рейн, будто тоже почувствовав, что сегодня его хозяйке не стоит оставаться одной. Эрика была ему благодарна. Когда она вышла из Штаба, утренний воздух был свежим и прохладным. Где-то вдалеке пели птицы. Элдария просыпалась. Эрика направилась к Столетней Вишне — ещё не для настоящей тренировки, но для того, чтобы хотя бы начать. Она знала, что пока не заслужила доверия. Как и они не заслуживали её доверия. Но вчерашнее происшествие дало ей понять. Если уж она оказалась в этом мире… Она первая пойдет на встречу. Этому миру. Его обитателям. Его законам. Пора брать себя в руки.