сколько стоишь, сладкий?

маневрировать на дороге юнги не пришлось, что слава богу. было достаточно опасно оказывать какое-то сопротивление окружающим их машинам, расположенным и по обе стороны и сзади. — переждём, — спокойно говорит мин, сжимая руль крепче, — не будем вестись на эти провокации, развели, блять, клоунаду, — и был прав, долго ждать спокойной ситуации на дороге не пришлось, спорткары ринулись вперед, уже исчезая за следующим поворотом, остальные действовали также. — ребят, вы с ними сегодня за кубок играете? — спрашивает тэхён, нарушая напрягающую тишину, придвинувшись к сиденью намджуна. любопытство взяло над страхом верх, что очень часто случалось с кимом., а старший это знает хорошо и совсем не хочет срываться на нём, смерительно вздыхая перед своим ответом. — да, тэ, сегодня наши команды столкнутся в жёстком поединке, и мы их разъебём, — джун улыбается довольно, бросив взгляд на юнги, который с ним однозначно согласен. — намджун-хён, я очень верю в вас! — радостно добавляет чимин, уже придвинувшись к сиденью водителя, диагонально поглядывая на старшего, затем, поймав на себе ответный взгляд, чуть притихает и даже слегка смущается, стараясь совсем этого не показывать. — ну, вы же тренировались очень долго, усердно, я видел, поэтому уверен, — добавляет, оправдывая вспышку эмоций, и, словно прячется, усаживается обратно, закусывая губу. — спасибо, чимин, — с искренней лёгкой улыбкой добавляет намджун, а чимину кажется, что сердце сейчас остановиться или расплавиться совсем под этим взглядом и улыбкой светлой, такой настоящей. как он назвал его? чимин? юноша на заметку себе оставил — по приезде домой обязательно отметит этот день красным цветом в календаре, ибо ещё ни разу в жизни он не слышал от джуна своего собственного имени, кроме: пончик, булка, пирожок. может, у старшего к еде пристрастие какое-то, раз он ассоциирует пака с выпечкой, но это уж точно безобидный приятельский жест, который не строит воспринимать остро. так он общается с ним, и чимина это вполне устраивает, наверное. всё-таки, лучше, чем ничего. тэхён очень рад такому взаимодействию между братом и чимином, ему нравится такие моменты, такие настоящие и милые, ему очень хочется верить, что это приведёт к чему-то хорошему. чимин — мягкий, лёгок на подъём, безумно приятный и ласковый, тягучая нега чего-то сладкого, но ни в коем случае не приторного. для намджуна хочется всего только самого лучшего, а чимин идеальный вариант, всяко лучше, чем ничего не представляющие из себя девицы, помимо обложки. не все, но большинство. — после матча, в случае победы, едем в кафе, — юнги тоже решает поддержать благоприятную обстановку, и у него это очень хорошо получается, это по визгам на задних сидениях можно определить, — за мой счёт, — тут к звукам радости и восторга присоединяется намджун, наигранно, конечно, но не отставать же ему.

***

там где хороший понт, всегда будет сборище тупых людей, то ли пытающихся показать, что они тоже не на дне, то ли дразнящих себя чужой роскошью. погоня за статусом, высоким общественным мнением и признанием — порой такая пустая трата времени, сил и нервов, особенно когда находишься в такой компании. — пиздец, она классная, — бьёт женский чересчур высокий возглас, вызванный увиденным дорожным монстром, даже заставляя присутствующих чуть схмурить брови, а уши, если б можно было, свернуть в трубочку, — хосок-и, — ехидно тянет девушка, чуть ли не всем телом разложившись на капоте тёмного спорткара, — помнится мне, ты обещал меня прокатить на своём железном коне, — и в то же время ловит на себе испепеляющий взгляд юноши, что так брезгливо сталкивает с капота своего автомобиля не более чем подругу для досуга., а какой именно досуг проводится между ними, догадаться не трудно. хосок предпочитает снюхать с сочных бёдер кокаин и заправиться горьким виски, дабы затушить в себе адекватное сознание и просто удовлетвориться. зверские плотские утехи — не более. её тело, как аттракцион, даже целый парк аттаркционов. никакой любви — ему не нужно это. — помнится мне, — дублирует он слова подруги, — мне был обещан глубокий горловой, — чона старшего совсем не смущает нахождение окружающих, это не тот случай, где и с кем приходилось бы фильтровать разговор, однако, девушку же смутило такое общение, но она недолго заботится об этом, — салон мне испачкаешь, оно мне нахуй не надо, — кого-кого, но хосок уж точно шкур катать не будет. этот автохрам лишь его, в салоне могут находится только близкие, только достойные этого, но не грязные.девушка дует губы и строит обиженный взгляд, на который даже внимания хосок не обращает, потому что ему всё равно, ему это не нужно. А что же тогда действительно нужно? — так, блять. давайте ваши игрища похотливые вы оставите на потом, — чонгуку, как минимум похую, что они там обсуждают, ему сейчас главное занять для команды душевую и раздевалку. такие организаторские моменты всегда ложились на чона младшего, издержки профессии. ему всегда и везде приходится вести за собой: что команду, что подчинённых, что целую компанию — ему не привыкать. — а вы, — обращается он к остальным игрокам, отвлекая их от женского внимания — беретё вещи и за мной, последний ключ от раздевалки должен быть за нами, остальные 3 уже забрали другие тренера. — но там ведь есть ещё одна раздевалка, которая всегда была забронирована за нами, в чём проблема? — с неким возмущением спросил один из составляющих команды, в следующую минуту уже можно было понять, за кем осталось это место. юнгиев внедорожник паркуется совсем недалеко от главного входа, куда уже прибыли остальные игроки их команды. вопросы по поводу занятой кем-то раздевалки отпали моментально. раньше эта раздевалка принадлежала одной команде, в состав которой входили намджун, юнги, чонгук, хосок, сокджин и ещё семеро игроков, которые в последствии конфликта разделились. стабильно позицию лидера команды занимал намджун, поэтому он имеет такую привилегию в виде досрочного бронирования целой раздевалки и душевой комнаты. игнорируя нахождения на одной территории свиты чон, командующий ведёт команду к огромному стадиону, проходя регистрацию, где важно отметить присутствие команды в полном составе, и благо в обязанности регистратора не входит выяснение причины смены состава команд, да и впрочем, это не их дело, никого это касаться не должно. кивнув младшим, юнги и намджун скрылись, уйдя в раздевалку. тэхён и чимин проходят через главный вход в стадион по билетам, как и полагается покорным фанатам той или иной баскетбольной команды. у них в билетах указаны вип-места — это значит, что у парней, как у вип-зрителей, есть возможность быть на первых рядах трибун, а после матча они имеют полное право посетить своих «кумиров» и получить автограф, или же провести мини-беседу с возможностью сфотографироваться. конечно, здорово, когда ты живёшь с так называемым «кумиром», особенно, когда он твой родной брат. чимину в этой ситуации повезло ни сколько ни меньше. — пак чимин, — слышится где-то позади голос, до неприятного знакомый, — держу пари, за меня поболеть пришёл, — чимин уже и пожалеть успел, что вообще обернулся. он ненавидит чон хосока, ненавидит за то, что тот заставляет бояться, оглядываться, когда пак ходит один, а вечерами и вовсе дома сидеть. — чим, идём дальше, не обращай внимания, — бархатный голос тэхёна отвлекает, заставляет очнуться и пройти дальше ко входу в баскет-арену. пак не знает, что бы с ним было, если б не тэ — его спаситель и самый лучший друг; его мягкие прикосновения к плечам заставляют чувствовать себя защищённым, здесь с ним уж точно ничего не случится. — зайди ко мне после матча, я оставлю на твоей сочной заднице свой фирменный автограф, — бросает в след хосок юношам, вызывая всеобщий смех и следуя к регистрационной стойке. сложно было это не услышать. до ушей парней это дошло, к сожалению, раньше, чем автоматическая входная дверь успела закрыться за их спинами. ничего сегодня не заставит отпустить руку тэхёна. от своей беззащитности хочется рыдать, как самый настоящий маленький ребёнок, хочется пожаловаться всем на свете и обязательно попросить взрослых и сильных наказать такого злодея, как хосок. он всего лишь задирается, пытается привлечь внимание и казаться для всех задорным юмористом, оскорбляя чувства других. от слов чужих паку противно до жути. он не дешёвка, чтоб с ним так обращались, не одна из тех ночных подруг, развлекательниц и игрушек. хосок тоже так думает. — до чего же он тошнотный, господи. мерзость, — киму это порядком надоело, сдерживаться уже нет никаких сил и даже желания. брат ему строго настрого запретил вмешиваться в такое: не иметь никаких разборок, разговоров с той свитой, под страхом смерти, ни за что, и тэхён этому указу повинуется, терпит, однако, он не знает, насколько его хватит. он не настолько мал, чтобы жаловаться старшему, да и разжигать и без того опасную вражду не хочется совсем, но кто, как не брат и его приближённые лучше понимают и знают, как разобраться с подобным. с этим, всё же, стоит разобраться, но немного позже. важный матч, как никак. нужно максимально поддержать своих ребят и подбодрить их дух.

***

за всё время игры, складывалось такое впечатление, что идёт сражение не на жизнь, а на смерть. движения что одних, что вторых, были крайне резкими, быстрыми, почти неуловимыми. игроки словно дышали огнём — часто, рвано, с диким азартом и злостью в глазах. смотреть на такое было захватывающе и страшно. если вся трибуна распространяла гул, крики и шум, слившись с этим зверским процессом игры, то тэхёна сердце содрогалось в такт с ними. словно выпустили двух агрессивных быков на одну арену, а толпа упивается их жёсткими схватками, толчками, ликуя. только тэхёну известно, что чувствует сейчас намджун, даже не в полной мере знает, оно и к лучшему. бросок за броском, штрафной за штрафным. звук свистка уже раздражает барабанные перепонки, а запрещённых действий и увечий не уменьшается, как и падений, не без усилий противников, конечно. столько замечаний со стороны судьи не было ни разу за всё время проведения матчей. и заметно было, что никто из игроков не собирается прекращать получения этих замечаний, будто только по этому критерию ведётся их индивидуальный счёт. каждый из четырёх периодов игры длился по 10 минут, с перерывами между ними по 2 минуты, за которые команды успевали разойтись, едва перевести дыхание и снова вступить в эту бешенную игру. чимин не менее обеспокоенно наблюдает за ребятами, за намджуном, мечущемуся по полю, он взмок, как и все, концы его волос склеились, неприятно прилипая к лицу, и пак словно чувствует, как он раздражён, он каждый жест его ловит, каждую перемену в мимике. всё потому, что разница в счёте была в 2 очка, что зачтены в пользу команду чонгука. этого не может быть. джун не может проиграть им. старший одержим победой, до окончания последнего периода остаётся буквально 4 минуты, нужно успеть нагнать, нужно успеть победить. на удивление остальных участников джун старался вести игру практически самостоятельно и из соигроков никто не сопротивлялся, а, наоборот, прикрывали своего капитана, открывали ему путь к кольцу противника. в глазах намджуна огонь и искры, он не видит ничего, кроме своей цели — кольца. собрав всю волю, силу и агрессию, ким делает финальные 3 шага, прыжок, и… буквально ниоткуда не возьмись, в затуманенном видении намджуна возникает чонгуков силуэт, что бежал молниеносно практически через всё поле, дабы защитить своё кольцо. это был их индивидуальный поединок, их схватка. публика затаила дыхание. тэхён не дышит вовсе. столкновение двух мощных тел было настолько сильным, что звук их удара друг о друга был громче, чем характерный звук удара жёсткой ладони чона по мячу, блокируя фол. джун с грохотом падает на пол, заставляя судью протяжно засвистеть, а болельщиков ахнуть. это падение отказывался воспринимать сам ким, он не осознал это, пока его тело не дало болезненным ощущениям расползтись по всей плоти, задев суставы и мышцы. не долго думая, чонгук протягивает пострадавшему руку помощи, чисто из приличия, чтоб самоутвердиться в своём сознании, как думал ким. он, несмотря на пронизывающие болевые ощущения, ядовито выдаёт «съеби нахуй» и встаёт сам, не без помощи немного запоздалых товарищей. данное зрелище удивило всех, в особенности обе части команд и тэхёна с чимином. никто не знал, что этого следовало ожидать от чонгука, однако, действия намджуна всеми ожидаемы. спустя какое-то время, пока намджуна выводят с поля, предоставляя замену и штрафной команде чона, чимин начал в поддержку скандировать имя лидера команды, что подхватил позже тэхён, а затем и все болельщики команды. «нам-джун» раздавалось эхом по всей арене, что будоражило всех присутствующих. сила духа, дружбы, любви и поддержки питает силами и заставляет джуна откровенно удивиться происходящему. он водит взглядом по болельщикам, по арене, а затем и по младшим, и обеспокоенность тэхёна сложно игнорировать. старший, глядя на брата, едва улыбается и слегка кивает, даёт знак, что всё в порядке, и это, несомненно, радует. последний период был завершён удачным штрафным броском юнги, что помогло забрать 2 очка и сравнять счёт. игра окончена, итог — ничья, но так ли это для лидеров обеих команд?