Вирт

      > ты чего спать не идёшь?       > время 11       > так ты прошлую ночь считай не спал       > да щас свалюсь скоро       Ничего не значащие буквы. Набор слов. А для меня они были причастностью к его жизни. Знать, что сейчас он пьёт чай или выкурил очередную сигарету… Пусть так, через тысячи километров и несколько часовых поясов, не совпадая жизнями и не зная друг друга в лицо, зато у нас есть эта переписка.       Рутина настолько поглотила, что недели заканчивались, не успев начаться, стремительно убегали в прошлое, забирая отведённую возможность «пожить». Свободное время я тратила на спортзал, книги и на соцсети — почти здоровый образ жизни. Друзья? Они тоже ушли в вирт: разъехались по городам-странам, женились, вышли замуж. Зачем лишний раз напрягаться, искать устраивающие всех параметры дата/время/место, если можно просто воспользоваться видеосвязью, позвонить или написать? Интернет наше всё! А ещё в сети есть возможность быть обезличенным, иным, выпустить на волю всё то, что прячешь в реале. Не обязательно что-то плохое. Скромный становится дерзким, серьёзный дурачится, обсуждаются темы на грани фола, или даже за ней. Здесь можно то, в чём даже самому себе страшно признаться, и ведь не осудят. А если и попытаются — пф-ф-ф, найдёшь других «друзей». Нужно только завести левый акк с прикольным ником и весёленькой авой, которая, по твоему мнению, сможет отразить твоё альтер-эго.       > у нас -14 на завтра обещают       > в субботу было +2,весна, птички, ручьи. в воскресенье утром стало — 25) пришлось расчехлить бушлат, он года два валялся, и нашёл в карманах клад)       > соточка?       > конфета какая-то недожранная, штрих, который всей конторой в позапрошлом году искали, полпачки "Бонда"       > Орнула с тебя просто)       Всё сложилось до банального случайно: в какой-то группе зацепились в комментах языками. Есть грань соприкосновения, схожее чувство юмора, имеется против кого дружить и о ком перетереть в личке, и вуаля — у вас в вирте появился друг. Обозначенная вначале дистанция, отсутствие интереса к реалу собеседника всех устраивала, обращались друг к другу по никами, общались строго на отвлечённые, котирующиеся только в сети, темы и события. А потом границы стали стираться, дистанция сокращалась: теперь можно было и действительные проблемы в чат вывалить, послушать, кто что об этом думает, увидеть ситуацию со стороны и найти решение. Поэтому вскоре друг про друга знали почти всё: возраст, место работы, привычки, состав семьи, дни рождения (не те даты, что в профиле под авой, а реальные). Тайной оставались лишь внешний вид и голос, ну и паспортные данные.       Февраль — самый жуткий месяц в году. Холодно, серо, стыло. Зима с весной через день выясняли отношения, кидаясь из крайности в крайность: с утра мороз, а к вечеру ливень; только что светило солнце и чирикали взбудораженные теплом воробьи, как налетела снежная туча… А страдать приходилось людям. И не только физически. Мысли всякие в голову лезли, сомнения, поиски смысла жизни и радости бытия… Короче, сплошной авитаминоз и депрессия.       Я устроилась на диване под пледом под заунывный шум ветра за окном и открыла ноут. Пробежалась по ленте, написала пару комментов под постами. Разочарованно вздохнула — Сола в сети не было. «Точно, он же сегодня с Гором бухает». Резкий звук удара о железный откос окна заставил вздрогнуть и вскинуть голову к тёмному проёму. Прислушалась. Нет, снова тихо. Видимо, наледь с кромки крыши сорвалась. Полдевятого всего, а за окном непроглядная темень.       Мысли, соскочив с оценки московской темени, ускакали намного восточнее, туда, где было уже хорошо за полночь, и в спёртом воздухе кабака средней руки тусил с друзьями Сол. Сидел за столом в сигарном мареве, лениво подносил ко рту стакана с пивом, делал большой глоток и снова ставил его на стол. Смех, шум, хоккейный матч на экранах плазм по периметру. И его спина, с широкими плечами, округлая из-за того, что сейчас он тяжело опирался предплечьями на стол. Дальше этого фантазия не шла, потому что исходников не хватало: лица, цвета и длинны волос, роста… Может, и плечи неширокие, — это всё на уровне моей интуиции. Или просто я хотела видеть его таким?..       > доброе утро.       > добрый день! ничё что полпятого уже у тебя?       > только встал. голова болит ппц…       > зато вчера было хорошо       > а то…

***

      — Савина, зайди к Иванову. — Насупившись, явно не довольный количеством бумаг (читай: работы) в своих руках, мимо моего рабочего стола прошёл Андрей.       Я, оторвавшись от созерцания документа на экране монитора, проводила коллегу задумчивым взглядом, прикидывая, чего мне ждать от Иванова. Внутренний голос подсказывал, что явно не премию, и он оказался абсолютно прав — командировка.       — Да почему я-то?! — допытывалась я у начальника нашего отдела, ошарашенная таким «счастьем».       — А что, тебе зря грамотой «Лучший сотрудник филиала» наградили? — Иванову, среднему во всём, начиная от цвета волос и глаз, заканчивая туфлями, помятому семейной жизнью и затурканному вышестоящим руководством, оттого выглядевшим старше своих тридцати пяти, было не до моих претензий или пространных объяснений. Вздохнул, сложил руки на столе и сказал: — Вит, есть такое слово «надо»…       —…и это всё объясняет. — подхватила я, обречённо кивнула головой и удалилась восвояси.       Спускалась на свой этаж и думала: «А чего собственно я взбрыкнула? Вот прямо сейчас, независимо от того, что разгар рабочего дня, можно смело забить на срочные поручения и с умным видом уйти оформлять документы на командировку, зависнуть в отделе кадров на часок, испить чаю в бухгалтерии, пока они будут высчитывать командировочные, изучить внутренний сайт с целью мониторинга лиц, которые ждут меня в «гости»… И вообще, когда б я в Сибирь слетала, да за казённый счёт?»       Сибирь… Там Сол… Точнее, не там: от места моего засланчества ещё почти полтысячи километров, но ведь однозначно ближе, чем мы сейчас…       > ты спишь уже?       > ага, подъём ранний.       > так у тебя всего восемь       > у меня одиннадцать — я в Омске…       > хера се! 500 км от меня       > угу…       Я так и не поняла цель моей поездки: то ли они на меня смотрели, то ли я опыт перенимала… По обоюдному согласию с местным руководством мы поставили «галочку» в соответствующей графе в Служебного задания, придя к выводу, что москвичам просто делать нечего (игнорируя факт, что я как бы тоже москвичка). Экскурсию мне организовали, с достопримечательностями и злачными местами познакомили, а дальше… Ну чего людей отвлекать?       Сидела возле окна в кофейне, не спеша помешивая в чашке ложкой сахар, который так туда и не положила, и следила за кружащими в воздухе за стеклом снежинками. «…500 км от меня…» Рука дрогнула, чашка жалобно звякнула, глаза выпучились, когда мозг сформулировал пришедшую идею. Пальцы ощутимо дрожали от прилива адреналина, голос разума, твердивший, что идея мягко говоря так себе, был всё тише, зато настойчиво стучалось: «Я только посмотрю и всё».       Не буду обманывать, я думала о нём. Воображение рисовало всякое: высокий, низкий, сутулый, худой, с пузиком… От этого невозможно отмахнуться, представляя своего собеседника по ту сторону экрана в диапазоне от писаного красавца до реального гоблина, — кто ж знает, какой Сол на самом деле. «Придумай и живи с этим. Кто тебе запрещает?» — адекватность ещё пыталась вернуть меня на путь истинный. Но мне хотелось собрать этот пазл до конца, сложить воедино.       На время поездки в вагоне поезде я, видимо, впала в прострацию, даже в купе не зашла — стояла и пялилась в окно на пролетающие мимо леса и станции. О чём думала, в деталях описывая ответственному за меня сотруднику в Омского филиала мифическую лажу насчёт внезапно заболевшей двоюродной тётки; покупая билет в один конец, решив, что с остальным определюсь на месте; сломя голову сорвавшись к тому, кто возможно видеть меня не хотел?.. Да ни о чём. Захотелось и всё. Неужели никто в жизни не совершал идиотских поступков? Вот и я решила открыть им счёт — шикарное начало, считаю. Ступор напал на меня, как только я выпрыгнула из жарких объятий вагона на осклизлый перрон. Чёрт, и куда дальше? Имя, знала, фамилию, тоже, место работы — только должность… Цепляя меня плечами, мимо спешили более уверенные пассажиры, точнее, они уж точно знали, куда им нужно. Влилась в общий поток и вышла на привокзальную площадь. С неба, ясного и высокого без единого признака облаков, срывались редкие снежинки. Интересно. Тоже решили уйти от реальности и сорваться в никуда? Если им можно, мне — подавно.       В ближайшей к вокзалу кофейне вбила в гугл-карту запрос и уже через секунду устало тёрла виски, увидев количество красных точек по искомым параметрам. Может, написать в чате, что я тут и просто дождаться? Однозначно изведусь от неопределённости, пока он приедет, если вообще приедет… «Мне же только посмотреть. Тем более стоит оставить для себя возможность слиться». Я не ехала за розовым единорогом или принцем вселенной — девочка-то выросла. Понимала, что по ту сторону экрана за ником «Сол» мог скрываться кто угодно, от максимально брутального лесоруба до андрогинного балетного танцора, хотя, это всё равно из разряда «в лучшем случае». Понимать понимала, а сердечко всё равно стучало неровно, будто противилось серой обыденности и тривиальным вариантам. Даже взрослые девочки иногда хотят оказаться в сказке, несмотря на то, что сказку приходится творить своими же руками, точнее, задницей которой давно не доставалось приключений.       Первые два адреса из списка обломали меня на корню. Другой бы психанул и отправился уже не солоно хлебавши домой, но по жизни и по характеру складывалось так, что неудачи меня только подстёгивали и стимулировали… копать яму дальше. Расправила плечи и пошла к следующему офису пешком, благо в небольшом городе более-менее стоящие фирмы жмутся ближе к центру и, соответственно, друг к другу.       Тесная комната с парой окон на одной стене, отгороженная от посетителей высокой конторкой, за которой даже голов сотрудников не видно, если они вообще есть — очередной офис показался не особо презентабельным. Переминаясь, я нервно сжимала в руках лямки дорожной сумки в ожидании, пока входная дверь на доводе закроется за спиной с мягким хлопком, и меня всё-таки кто-то заметит — почему-то покашлять или с порога заявить «Зрасте» я не догадалась. Дверь хлопнула, и в тот же миг чья-то белобрысая макушка, а потом пара голубых глаз появились над столешницей конторки:       — Добрый день. Чем могу помочь?       По голосу я определила в приветливом сотруднике девушку. Улыбнулась в ответ, хотя пол-лица были скрыты обязательной к ношению маской. Так даже лучше, этакое забрало рыцаря: надвинул посильнее и не страшно, можно в бой.       — Александра Денисова могу увидеть?       И, предугадывая следующий вопрос администратора: «По какому поводу?», голова начала подкидывать варианты вменяемых ответов. Но девушка за конторкой меня удивила: просто повернула голову в сторону двери за своей спиной и крикнула:       — Саш! Тебя хотят…       Хотят… Можно и так сказать, я сама ещё не до конца разобралась в своих истинных желаниях. Вот сейчас, к примеру, мне нужно просто не умереть от разрыва сердца от волнения.       Он вошёл, хмуря тёмно русые брови над серыми глазами, будто его оторвали от интересного занятия: не хочется, но надо. Попытался придать своему лицу приветливое и услужливое выражение, посчитав меня очередным клиентом. А я во все глаза смотрела и не шевелилась. Сол был… просто Сол, обычный, как в стихотворении: «Среднего роста, плечистый и крепкий…» только ростом повыше и без кепки на ершистых светло-русых волосах. Ничего выдающегося: ни пухлых губ, ни высоких скул, ни россыпи родинок на щеке в виде созвездия Орион — и от этого максимально реальный, настоящий. Он окинул меня взглядом от шапки-тыковки на макушке, до носков чёрных высоких ботинок, видимо силясь припомнить, где мы могли пересекаться раньше, и, не найдя совпадений, спросил:       — Чем могу помочь?       Изначально идея заключалась в том, что я посмотрю и, сморозив какую-нибудь ересь, свалю в туман со спокойной душой, переваривать увиденное одинокими вечерами. Но моя затея остаться инкогнито была разбита вдребезги, когда я услышала свой немного хриплый от долгого молчания голос:       — Привет, Сол.       Наши с Солом глаза синхронно округлились в удивлении. «Вот это ты ляпнула!» — даже не вопил, истошно ржал, подхрюкивая, мой рассудок. Теперь Сол не смотрел, а сканировал, снова сведя брови к переносице. Я же, признавшись самой себе в провале миссии и укоряя за несдержанность, стала пятиться к выходу, просчитывая, станет ли закрытая дверца высокой конторки для меня достаточной форой.       — Стоять! — скомандовал он и одним махом перепрыгнул через барьер.       Моё преимущество ушло в ноль. Я на секунду опустила глаза, вздохнула, смиряясь с поражением, и снова вскинула голову. Погибать, так хотя бы с достоинством.       На расстоянии Сол казался мельче, или в данный момент от страха мои глаза стали воспринимать его более мощным. А как по другому, когда практически незнакомый мужик, буравя взглядом, нависает над хрупкой девушкой и тянет к ней свои лапищи? Зажмурилась, втянула голову в плечи, чувствуя как одновременно с моей головы снимается шапка, а маска с лица переезжает под подбородок.       — Сорс?!       Бинго!