Вирт

      — Откуда?.. Точно ты?! Как?..       — Мимо проходила…       — Ага, именно!       Диалог, который происходил сейчас в реале между мной и Солом, больше напоминал переписку в чате. Он продолжал меня рассматривать, а я всё сильнее терялась под этим пристальным взглядом. Скосила глаза в сторону конторки: девушка-администратор, подперев любопытствующую мордаху кулачками, с нескрываемым интересом следила за разверувшейся на её глазах сценой. Сол тоже обернулся, на что его коллега лишь шире расплылась в улыбке, типа: «Вы продолжайте, продолжайте». Глянул на меня, снова в сторону конторки, на часы на руке. Видно было, что Сол обдумывает свой дальнейший ход, а мне бы уже на воздух выйти — спина под пуховиком взмокла, ещё чуть-чуть и поведёт от теплового удара. Поэтому я снова проявила инициативу:       — Я на улице… — Сол вскинул голову и напрягся, будто заведомо признавал меня виновной в побеге. — … жарко.       Договорила и вмиг стала уверенной: спокойно развернулась и дёрнула ручку входной двери на себя. Далеко не пошла: кинула, точнее, просто выпустила из пальцев дорожную сумку у ног и глубоко вздохнула. Развязала пояс и резко развела полы своего пуховика в стороны — хотелось не только горлом, а всем телом почувствовать морозный воздух. «Дура! Импульсивная дура! Девочка-подросток, которая сталкерит своего краша!» — теперь включились не только мозги, но и подтянули за собой самобичевание. Ну правильно, самое время! Закрыла глаза, стараясь дышать размеренно и успокоить разгорающийся внутри вулкан эмоций. А под веками как вспышки: сведёные брови, серые глаза, сжатые в линию губы, ёршик волос…       Дверь со свистом открылась за моей спиной, будто её с силой пнули ногой, и на крыльцо выкатился расхристанный, готовый сорваться на бег, Сол. Затормозил рядом, смешно размахивая руками, стараясь поймать равновесие на скользком покрытии крыльца:       — А, ты тут…       «Шутка. Надо всё перевести в шутку», — решила я и сказала вслух, усмехнувшись:       — Куда ж я денусь.       — Да кто тебя знает… Пойдём? — он неопрелённо мотнул головой и запахнул пуховик.       — Пойдём… — я тоже подвязала свой поясом.       Мы неспешно прогуливались по заснеженному провинциальному городку, чьи тихие и уютные улицы располагали к спокойной беседе. Сол галантно взялся нести мою сумку, не задавал прямых вопросов, хотя по глазам я видела, что его просто распирает узнать истинную причину моего приезда. Я же старалась говорить мало, больше слушала, впитывая мужской голос, не слишком низкий, но какой-то обволакивающий. Когда приходила моя очередь открыть рот, отыгрывала немного тупенькую простушку, сыпала шутками и ловко уводила разговор от скользких тем, боясь признаться даже самой себе в том, что мой приезд сюда — это была не просто мимолётная блажь.       — Давай зайдём, — кивнул Сол на окна небольшого ресторанчика, — ты ведь голодная.       Даже сквозь стёкла было понятно, как внутри было тепло и аппетитно пахнет, отчего мой рот непроизвольно наполнился слюной. Шумно сглотнула и честно призналась:       — Есть хочу — меры нет!       Мы выбрали столик, разделись, я, оставив Сола разбираться с заказом («Тебе лучше знать, что заказывать, а я сейчас хоть что съем») направилась в туалет. Даже оборачиваться не нужно было — я ощущала заинтересованный взгляд мужчины всем телом. Подавила в себе острое желание добавить чувственности в походку, показать товар (читай: задницу) во всей красе. Как же хотелось понравиться! Хотя, эти джинсы с завышенной талией однозначно мне добавляли к рейтингу. «Остынь, малахольная!» — приказала я своему отражению в зеркале, блестящему лихорадочным румянцем. Я умылась, довольная тем, что не стала краситься в дорогу — пусть Сол видит меня вот такой, без прикрас и изысков, какой я обычно и сижу перед монитором, когда мы чатимся… Сама себя подвела к тому, что между нами уже не осталось никаких секретов. Хотя вру, один всё-таки был — мои чувства к Солу: кажется, он мне нравился задолго до того, как я решилась на эту поездку и увидела его…       Как только уселась за стол лицом к лицу с Солом, снова вернулась неловкость и напряжённость. Я старалась выглядеть спокойной, но в глаза то и дело бросались широкая мужская ладонь, чьи пальцы нервно барабанили по скатерти на столе, мощная шея, виднеющаяся в вырезе джемпера, волосы, которые так и хотелось попробовать на ощупь, и всё это изрядно подрывало мои установки на невозмутимость. От самого факта, что Сол рядом, стоит только протянуть руку, кожа покрывалась мурашками. В лицо старалась не смотреть — боялась залипнуть и выдать свои эмоции с головой. Молчать, делать вид, что меня не трогает его заинтересованный взгляд, крутить по сторонам головой стало уже невмоготу, и я выпалила:       — Как ты меня узнал?       Пальцы на столе замерли, Сол склонил голову, будто и сам не знал, как так произошло. Подумав немного, честно признался:       — Чёрт знает. Интуиция, наверно…       — Такое простое объяснение, — я даже усмехнулась.       — Вит, ты хотела, чтобы я сказал «Я надеялся»?       Я дёрнулась дважды: сначала от того, как Сол произнёс моё настоящее имя, потом — от этого «надеялся». Можно было и в третий — от того, как выжидательно он смотрел сейчас на меня. «Шутка. Надо всё перевести в шутку», — кажется, это становится моей мантрой.       — Скорее ожидала логических умозаключений, присущих IT-специалистам. Сложить два и два, вывести алгоритм…       — Как-то программа засбоила… — Сол улыбнулся так тепло, по-дружески, и напряжение немного отступило.       Принесли еду, и всё моё внимание переключилось на аппетитное и ароматное. Я накинулась на свою порцию, стараясь не забрызгать слюной всё вокруг. Сол не отвлекал разговорами, боясь, что я смогу подавиться, но пару шуточек по поводу свинки за столом отпустил. Мне же в тот момент было откровенно пофигу, не на Сола, на то как я выгляжу со стороны. Почему-то в Денисове я была уверена: видя меня сейчас в голодном обжорстве, он максимум что делал — умилялся, радуясь за мой здоровый аппетит и отсутствие жеманства. А я радовалась тому, что можно из себя ничего не строить, быть самой собой и наслаждаться вкусной едой. В конце концов, это же не смотрины. Точнее, смотрины, но не те… Короче, я сама запуталась.       На полный желудок в голове прояснилось, и я вспомнила, что так и не купила обратный билет. Сол отвлёкся на покурить, и, как только его спина скрылась из моего поля зрения, уткнулась в свой телефон. Не то чтобы я спешила, просто не хотела выставлять на показ тот факт, что бросилась в эту поездку, как в омут, не продумав пути отхода. Сол вернулся к столу, потирая озябшие ладони друг о друга, увидел мои вылизанные под чистую тарелки и спросил:       — Ну что, теперь чай и десерт?       — Можно, — сыто и довольно улыбнулась я, — а потом на вокзал. У меня поезд через полтора часа.       И снова это пристальный взгляд серых глаз под сдвинутыми в одну линию бровями. «Ну, скажи хоть что-нибудь!». Сол молчал. Моё настроение сдувалось: теперь я чувствовала себя навязчивой приставалой. Мало того, что в угоду своим желаниям свалилась человеку, как снег на голову, так ещё и ждала от него чего-то. Видимо поэтому чаепитие вышло скомканным, будто мы с Солом исчерпали свои запасы любезностей и просто дожидали момента, когда снова станем сами по себе. Всё-таки в сети общаться проще, чем вживую…       На перроне людей было мало: рассредоточились кучками по два-три человека в ожидании подачи состава, который уже семафорил огнями невдалеке. Я оглянулась, вычисляя возможных попутчиков, зябко повела плечом от резкого порыва ветра. Сол встал так, чтобы закрыть меня от сквозняка. На автомате вскинула голову, отмечая, что впервые с нашей встречи вижу его лицо настолько близко, и залипла. Потому что теперь были отчётливо видны морщинки-лучики у глаз, пробивающаяся щетина на впалых щёках, небольшая трещинка на нижней губе.       — Зачем ты всё-таки приехала? — он, может, и старался говорить спокойно, но я определённо улавливала в голосе Сола напряжение.       — Посмотреть.       — Ну и как?       — Без комментариев.       Сол снова нахмурился, явно недовольный ни своим прорвавшимся любопытством, которое сдерживал в течение нескольких часов, ни моим ответом. Мне было в разы тяжелее, но я упорно продолжала хорохориться и играть лёгкость общения. Молча забрала свою сумку из его рук. Проводница шустро сверяла паспортные данные пассажиров с реестром, мельком взглянула на мои документы, когда подошла моя очередь, и зычным голосом объявила:       — Двадцать седьмое нижнее, проходите.       Вместо того, чтобы шагнуть в вагон, я подошла Солу, который так и стоял в задумчивости на перроне. Нужно было поставить точку.       — Спасибо за сегодняшний день. — Я протянула руку для рукопожатия.       Понятно, что не по этикету, но мне отчаянно хотелось коснуться его, хотя бы так, в рамках прощания. Ладонь Сола была горячей и сухой, с шершавыми подушечками у оснований пальцев. За невозможностью сказать что-либо ещё, чтобы не выдать голосом своего волнения, я рассматривала наши переплетённые пальцы и просила своё сердце не частить так сильно.       — Извини, — выдохнула я куда-то в сторону, так и не решившись посмотреть ему в глаза.       — За что?       — За этот глупый порыв.       — Ну тогда и ты меня.       Сол уверенно потянул меня за руку на себя, одновременно приподнял мою голову за подбородок и, удерживая его пальцами, поцеловал. Нет, не так — легко коснулся моих губ своими. Секунда. Две. «Да пошло оно всё!». Я приоткрыла рот, обхватывая его нижнюю губу своими. Невинно и трогательно, ни одного лишнего движения, хотя в груди всё жгло огнём, хотелось отпустить вожжи и подключить к поцелую язык и зубы. Слышала, как тяжелеет дыхание Сола, чувствовала, как сильнее он стискивает мою ладонь…       — Одна минута до отправления! Занимаем свои места! — зычный голос прямо за моей спиной заставил нас отпрянуть друг от друга.       Высвободила свою руку из ладони Сола, легко улыбнулась, хотя раскрасневшиеся совсем не от мороза щёки выдавали моё смущение:       — Пока, — махнула рукой на прощанье и решительно шагнула в вагон.       — Напиши, как доберёшься, — услышала я охрипший голос Сола, прежде чем скрыться в полумраке длинного вагонного коридора. Значит, его тоже пробрало.       > Я дома       > молодец. нормально всё?       > офк)       Вот и всё, будто не было того дня и нашей встречи. Мы общались в чате как и раньше, не затрагивая моей дурацкой выходки: мне было ужасно стыдно, а Солу… Не знаю, могу только предполагать, но не хочу. Ведь ни один вариант меня не устроил бы… Зима сменилась весной, солнце заставляло чаще щуриться, намекая, что пора уходить от состояния луковицы и впускать в свою жизнь яркие цвета. Небо в своей насыщенной синеве становилось с каждым днём всё выше, наполняло лёгкие свежестью, а я всё не могла отойти от морозного февраля и щемящей тоски. Была ли я разочарована? В Соле — нет, потому что ничего не ждала, заведомо понимая односторонность своего порыва. Меня радовало, что наша с Солом переписка не прекратилась, выдержала неоднозначность того дня, не выбилась из привычной колеи. Это хорошо, что кому-то удалось остаться рассудительным. «Но ведь он сам поцеловал…» — надежда ещё пыталась трепыхаться под рассудительностью. > капееец… > чего стонешь? > мыла плиту на кухне, и решётка чугунная на ногу упала… > сильно? > не до больничного. а жаль… > ну ты жжош канеш Это ничего, что мы влюбляемся или испытываем симпатию не к тем людям. «Не к тем» — не в плане недостойных, а в тех, в кого не стоит влюбляться: бойфренд подруги, женатый коллега, мужчину за тысячи километров от тебя… Не в то время, не в том месте… Это просто случается, словно заклинивает сознание и оно гиперболизирует положительные черты и качества, иногда всего лишь возможные, объекта твоей увлечённости. Когда пустота в сердце вырастает до размеров чёрной дыры, а тут ОН — не твоё, не для тебя, но ведь не объяснишь, сердцу всё равно, оно стучит, тянется, будто теперь существует только для НЕГО, даже если он просто был добр из вежливости. Нужно лишь выждать или переключить внимание на что-то другое. Но мне как назло ничего достойного, могущего составить Солу конкуренцию, пока не попадалось. Зато настойчиво при каждом удобном случае (и неудобном тоже) лезли воспоминания: лучики-морщинки у серых глаз, барабанящие по столу узловатые в суставах пальцы, губа с трещинкой…       > что делаешь?       > пью, коктейльчик замутила с джином       > по поводу?       > жизнь — дерьмо…       > что-то тебя совсем растрепало: (       > потому что пытаюсь дотянуться до того, что никогда не смогу достать…       Прищурив глаз, пыталась своим пьяным взглядом навести резкость на расползающиеся по экрану буквы. Видела, что Сол прочитал моё последнее сообщение, но не ответил. Да сколько можно мариновать саму себя в какой-то утопии и ждать иллюзорных ответных действий?       Скинула ноут с колен и пошла делать новую порцию коктейля, стараясь хоть немного угомониться. Вдох-выдох. Главное, снова не налажать…       > хочешь, я приеду?..       > хочу. ХОЧУ)       > не ори! приеду