Скрытые от глаз

Циклонус

      Космос — последний рубеж. Именно в бескрайней вселенной трансформеры должны были доказать свое величие, уничтожив и поработив всю органическую жизнь. "Вся галактика — поле нашей славы! Братья, мы сделаем Кибертрон великим и понесем цивилизацию дальше. Мир через Тиранию!" — вот, что говорил Мегатрон и остальные вестники Десептиконизма.       Сикеры, служившие под началом Циклонуса, были всегда счастливы, сыты и даже богаты, но и они мечтали о сильном и могучем Прайме, который покорит Галактику. А кто будет авангардом и элитой его сил, кроме как лучших летунов Кибертрона?       Когда Шоквейв, возглавлявший Южную Армию, форсированным маршем добрался до Воса, то город приветствовал самого умного трансформера на планете. Мощность его процессора сикеры определили на окуляр: раз мех летал, то точно был умнее прочих ученых! А даже в то довоенное время Шоквейв уже был известен. Печально известен... И с каждым миллионом лет его слава усиливалась и расходилась все дальше — в колонии и миры органиков.       "Позволь мне помочь Кибертрону" — попросил Циклонус, упав на колено, как это требовали обычаи.       "Теперь ты служишь Мегатрону" — холодно отметил циклоп, после чего послал лучшего командира авиации управлять пехотной армией на восток, в Тезаурус, пока предводитель десептиконов разбивал лоб об укрепленный Бластер Сити.              Заставив себя забыть о Первой компании, о Падении Первых Пяти Городов, давших новые имена Тарну и его пятерке кровожадных убийц, Циклонус вызвал голографическую карту.       Вокруг него расположились Ойл Слик, а также несколько самых древних и умных вехиконов. Времени было мало: враг шел прямо на их верфь — требовалось приготовить план и начать его исполнение. У Циклонуса, конечно же, он был — мех долго сидел и думал над партией, которую ему предстоит сыграть с Проулом. Автобот был очень опасен: беспринципен, умен и обладал достаточным количеством сил, чтобы победить даже при плохой игре — настоящий гений войны, хотя и недостаточно хитрый. Адмирал все равно переиграет его.       Пояс Лагга — представлял из себя одно большое кольцо, несколько пухлое там, где раньше находилась гигантская планета. В самом центре — карликовая, но довольно красивая звездочка. Космическая верфь казалась странным больным каменным монстром, покрытым волдырями из железа и структур. Она была спрятана в самой середине астероидов, в центре сквозной дыры, позволявшей пересечь Пояс Лагга насквозь. Корабли входившие, внутрь прохода, оказывались в ловушке: спереди их ожидала Станция, способная разорвать на куски, а со всех сторон — камни. Оставалось лишь двинуться вперед, либо бежать прочь. Можно сказать, что астероиды — стена, дыра в поле — проход, а верфь — ворота. (Пояс Лагга — Lug’s Belt англ: назван в честь геолога Лагг. Этого героя нет в Объединенке, так что она/он жил(а) давно и открыла астероидное поле, а потом там поставили автоматические шахты и тд. СМ 1й Том 1я часть, глава Циклонуса)       Сотню лет корабли и вехиконы Циклонуса прорезали и расширяли этот проход, раскапывая и взрывая астероиды, физически уводя их в стороны. Сейчас Адмирал жалел об этом — не будь отверстие столь широким обороняться было бы намного легче.              Как использовать быстрый, полный аэроботов флот, уступавший по численности и плотности огня кораблям Автоботов — загадка. И если ее не решить — смерть или плен.       Если встать рядом с Верфью, окружив ее со всех сторон, то она не сможет использовать все свои орудия, а суда Десептиконов окажутся так близко друг к другу, что красные не смогут промахнуться, даже если будут стрелять с выключенной оптикой. Нет, корабли подводить к Верфи нельзя, им нужно маневрировать, бегать, играться с медленными и тяжелыми Автоботскими посудинами.       Если встать вокруг прохода внутрь поля астероидов, или, прости, Праймус, разделить и так малый флот, дабы защитить оба входа, то Автоботы пощелкают силы Циклонуса, как энергонные конфетки — сферы крии.       Можно, конечно, оставить Верфь и убежать к Кибертрону или Земле, но это будет настоящее фиаско, после которого летный офицер вставит себе бластер в энергоноприемник и спустит курок. Нет. Циклонусу придется дать бой и победить. Если сейчас он умрет, то Красные точно победят в Войне, а настоящий офицер Армии Десептиконов не может позволить подобного! Мегатрон, особенно за прошедшие эоны, изменился: он потерял запал, приобрел безумие и сточил свою закалку, но его идеи, идеи, поднявшие половину трансформеров в галактике на Восстание — до сих пор живы!       Иногда Циклонус представлял мир, где победили Автоботы и Мегатрон исчез... Может быть, это был бы лучший мир? Остатки Десептиконов, пользуясь слабостью и бесхребетностью Красных, с легкостью захватили бы власть на Кибертроне, стоило им расслабиться. (В RID 2015, продолжении Трансформеры Прайм, Циклонус это и сделает :D)       В подобные моменты летный офицер сожалел о том, что в битве над Гаррусом-9 появился Дредвинг: одно нажатие кнопки Лагнатом, и все Автоботы с Десептиконами отправились бы на встречу с Великой Искрой. Скорее всего, некоторые выжили бы, включая самого Циклонуса, но победа красных стала бы невозможна. (В каноничном таймлайне Лагнат стреляет из ионной пушки. Все корабли падают, кроме Железной Воли Магнуса, который успевает спастись, но не знает о выживших. Многие гибнут, либо так много времени сбегают с Гарруса-9, что события Трансформеры Прайм уже подходят к концу. Именно по этому они и не принимали участия в сериале.)              Послышался шум пузырьков и смерти: — Какой план, Босс? — Ойл Слик, двигая своими большими и непропорциональными манипуляторами, пытался что-то придумать, но он был хорош лишь на Кибертроне, когда мог сварить страшный химикат, а потом пустить его в дело. Сейчас же, когда у Автоботов достаточно средств защиты, и плотность рядов крайне мала, пользы от биохимика мало. Хотя, именно сейчас, Ойл может и пригодиться.       — План простой, — соврал Циклонус, увеличивая масштаб карты, внимательно смотря на свою небольшую армаду, зажатую в тисках бескрайнего астероидного поля. Множество фиолетовых точек возникло повсюду, по несколько штук на каждый корабль и целое множество на базе: — на кораблях останется лишь треть от авиагрупп, остальные мы расположим внутри астероидов.       Маленькие группы трехмерных вехиконов с крыльями расползлись по множеству камней, скрываясь от взора или сканеров Псов Прайма, оставив лишь по несколько десептиконов на каждый корабль. Многие их астероидов были полыми — из них выкопали всю руду, но все еще излучали помехи. Внутри них вехиконы — летуны будут прятаться и ожидать сигнала.       — Как только Автоботы прибудут, тяжелые вымпелы начнут отступление к Верфи, через проход, а самые быстрые корабли начнут огибать поле астероидов сверху и снизу. Мы будем наносить точечные удары и отступать, пока Красные не совершат ошибку. Нужно заставить их разделиться, либо собраться слишком близко друг к другу, после чего нанесем контрудар. Вехиконы в астероидах будут вооружены торпедами и ракетами. Они разнесут ослабленные корабли Красных неожиданной и массированной атакой. Главное, что бы Автоботы подошли ближе к астероидам. Мы должны уничтожить их командование любой ценой!       Ойл Слик, усердно думая, царапал основание своего шлема. Вехиконы тоже активно мыслили — их процессоры, уступавшие по мощности, мозгам любого трансформера, дымились.       — А если Проул перехитрит тебя? Этот ржавый коннектор — бывший полицейский и тот еще умник, — никто не заметил, как между острых и длинных пальцев химика появилась склянка с Космической Ржавчиной... Праймус, как же этот безумный идиот не хочет жить! Он почти убил себя этой заразой и окружающих хочет?!       Вехиконы — офицеры отпрянули и, разделяя мысли Циклонуса, начали что-то рычать, будто Ойл Слик станет их слушать. Когда этот безумец был изгнан из Академии, то принялся жить в подполье. Проул, стоило Химику оказаться в зоне ответственности, занимался его делом, гоняя Ученого, как киберкрысу, по сточным ямам и подполью планеты. Повезло, что Ойл Слик смог ускользнуть от внимания Проула, иначе Десептиконы лишились бы великолепного специалиста.       Но, все же, интересно, есть ли те, кому Ойл Слик НЕ хочет отомстить?       — Убери, пожалуйста, это. Оно пригодится позже.       Как только Ученый, хрипя и выдыхая пузырьки, все же спрятал оружие массового поражения, способное убить всех в комнате, Циклонус продолжил: — и как ты собираешься кончить Проула?       Циклонус, оголив острые уголки дент, свел крылатые манипуляторы: — Проул это моя забота, ваша задача лишь подготовиться к бою и в точности исполнять приказы.              Зарядная капсула, приятно покалывающая током, усыпляла. Циклонус обожал это место: внутри бака, питающего его энергоном и электроэнергией, Десептикон мог отдохнуть, забыть об управлении собственного корпуса, сосредоточившись лишь на мыслях, на искре. Только тут ему не капали на процессор вехиконы, не доставал Ойл Слик, вечно болезненный, кашляющий и выдыхающий токсичные пузырьки.       Летун вспомнил молодость: ковка и рождение, служба в войсках, войны в Колониях. Золотую эпоху он провел сражаясь, а потом, стоило ей кончится, как Циклонус поступил в академию, их окон квартиры в Восе видя, как тускнеет Кибертрон. Немного везения и он мог бы стать первым замом Главнокомандующего… А затем начались волнения, появился молодой Мегатрон и вот развязалась Война. Циклонус желал пересобрать их общество, отправиться на завоевание, вернуть старые Великие дни! Новую Золотую Эпоху. Многие военные мечтали о новой Галактической Войне, об очистке галактики от органиков… Но потом последовала атака фотонной торпедой, спалившей заживо большую часть старых, проверенных временем офицеров. И вот уже Шоквейв правит и Восом и Тарном, а кадровые военные стали лишь фигурами в войске бандитов и гладиаторов.       Циклонус вспомнил того милого меха, так нравившегося ему. Тейлгейт, кажется, его звали? Молодой уборщик, совсем юный, милый, пугливый, но добрый. С хорошей искрой. Когда Циклонус уже стал заслуженным воином, этот юный трансформер врезался в него, пока чистил взлетную полосу. Это было прекрасное знакомство…       Как и всегда, после смерти, имя трансформера передавалось другому. Кажется, другой Тейлгейт был создан во время войны и погиб на Кибертроне недавно. Не важно. Одинаковые имена не всегда одинаковая суть. (Из-за RID 2015, канон слегка сломан — многие Автоботы, как лоялисты Оптимуса, были прогнаны с Кибертроне «Высшим Советом» — Циклонусом и Десептиконами под прикрытием. Тейлгейт, причем в его G1/IDW варианте был среди них, как и многие другие. ОЧЕНЬ МНОГИЕ, включая очень интересные личности. Так что, можно предположить, что к моменту RID 2015 жил другой Тейлгейт… А остальное расскажу позже :>)       "ВИУ", "ВИУ", "ВИУ"! — меха оглушил визг сирены, а полусонное, расслабленное состояние резко исчезло, сменившись на боль и смятение. Батареи еще не зарядились до предела и процессор гудел из-за неправильно завершенной процедуры завершения зарядки и недостатка силы тока.       Десептикон, расправив крылья от злобы, крикнул в никуда — оптика еще барахлила, и он не понимал, кто приказал прервать медитацию.       — Кто посмел? Праймус, я вырву вам окуляры, — Циклонус, конечно же, не сделает ничего подобного — он не Мегатрон, он ценит своих людей, да и пробуждать летуна от подзарядки просто так никто не будет. Хотелось лишь покричать перед боем.       — Красные пришли, — пузырьки хлюпались и лопались, а, значит, Ойл Слик не шутит: этот мог придумать юмореску только про химическое оружие или смерть, но разбудить ради хохмы — не его стиль.       — Они не могли... — случайно ляпнув бред, Циклонус поднялся и привел в порядок все системы. Зачем он сказал это? Если случилось, то могли. Нужно плюнуть на все и пойти выполнять план, биться за своих людей, не думать, а делать.       Оказавшись у выхода в коридор, летун внимательно посмотрел на Ойл Слика: высокий, с аквариумом на башке, химик гадко улыбался, оголив окислившиеся дентопластины.       Циклонус опустил взгляд на то, что приготовил для него Химик: — все принес?       Ученый кивнул и указал на парящую пластину для перевозки грузов. На летающем подносе расположилась гигантская, явно опасная штука, скрытая тряпками из синтткани. Ракетница, не такая внушающая, лежала рядом — головка снаряда, помеченная кругами химической опасности и токсичности, была размером с голову самого Ойл Слика. Наверное, мех засунул внутрь здоровенного боеприпаса все свои запасы, зато выстрел будет что надо!       Хвастливо и с легкими нотками возбуждения прохрипел Химик, поглаживая кончик ракеты: — эффект будет ве-ли-ко-леп-ным!       Циклонус решил не думать о том, что будет с Автоботами, которые окажутся в облаке действия космической ржавчины, а просто кивнул и указал на второй сюрприз: — работает?       Ойл Слик задвигал головой в стороны, гоняя волны и водовороты внутри аквариума: — не моя специальность. Но кричит, светит и излучает радиацию, словно термоядерная бомба.       Как бы пригодился Циклонусу нормальный, не безумный ученый, способный чинить и создавать что-то кроме ядов и опасных субстанций. Но никого другого в живых уже нет, так что придется довольствоваться вехиконами и Ойл Сликом.              Большой и красивый тяжелый крейсер Думсдэй, бывший флагманом Циклонуса многие эоны, расположился около входа в астероидное поле вместе с крейсером Удар на Иакон, а также шестеркой фрегатов. Седьмой фрегат, разобранный на запчасти, остался в лапах верфи.       Ну а восьмой, отправленный Циклонусом к ближайшей энергонной шахте некоторое время назад, сейчас проплывал через космос облаком обломков, горящих голубым пламенем. Автоботы прибыли слишком рано, аномально рано, успев разорвать одинокий кораблик, не готовый к тому, что его окружат и разорвут на куски три крейсера красных, сопровождаемых семеркой стандартных фрегатов и одним легким крейсером, выбивавшимся своей агрессивной формой от остальных судов Автоботов.       "ПРИГОТОВИТЬСЯ К БОЮ! ВО СЛАВУ КИБЕРТРОНА!" — закричал Циклонус по всем каналам связи, дабы каждый Десептикон под его командованием слышал голос Адмирала.       За громкими приказами и стандартными военными процедурами Циклонус прятал волнение и страх. Как и любой офицер, от решения которого зависит его собственная судьба, а также жизни сотен и тысяч трансформеров, Десептикон не был уверен ни в чем. Боятся — нормально, привычно даже, главное забыть обо всех сомнениях до начала сражения.       Немолодой трансформер расправил крылья, став настоящим металлическим ястребом, и забылся — теперь он Адмирал Циклонус. И у него нет иного пути, кроме победы. Даже смерть не может быть принята им как приемлемый исход!       Летун уселся на капитанское кресло, делая плавное движение ладонью, чертя перед собой невидимую линию: — построиться клином, приготовиться к медленному отступлению, выпустить авиагруппы, — каждую команду Циклонус сопровождал резким движение манипулятора, рисуя вектор движения на голографической карте. Со стороны, наверно, кажется, что он вносит записи в Завет Праймуса — решительно и живо, вкладывая в каждый поступок частичку искры. (Завет Праймуса — Covenant of primus англ: древняя Кибертронская святыня. Книга, куда записывается вся история с начала времен. Существует и в нашем мире, даже продается!)              Проул построил свои суда в стандартную выпуклую линзу, собрав в центре тройку больших крейсеров, а вокруг них расположил все остальное. Только один легкий крейсер, в который ушли почти все ресурсы и трофеи Красных, вел себя странно: ускорившись, набрав максимальную, и очень приличную скорость, он сделал крюк, обогнув поле астероидов далеко от сил Циклонуса. Корабль явно намеревался оказаться в тылу Десептиконских сил, что для одного единственного корабля, даже большого и дорогого было явным самоубийством.       — Триста нанокликов до зоны открытия огня главным калибром! — Сообщил вехикон, переключая тумблеры и выводя на экраны данные об орудиях. — Сто нанокликов! Капитаны кораблей запрашивают разрешение на открытие огня ракетным оружием.       Циклонус же думал об одиноком легком крейсере автоботов: он не сможет пробиться через щиты Верфи, а вот сам может и пострадать... Зачем Проул послал его в самоубийственную атаку? Отправлять кого-то на убой не в стиле Красных...        Если Сикер прикажет, то его флот переберется через Поле астероидов и всей своей мощью обрушится на единственный кораблик ботов, а Красные ничего не смогут с этим сделать. Так зачем Пройл его послал? Нет. Это точно ловушка!       Идею атаковать одиночный корабль Циклонус отбросил мгновенно: нужно просто дождаться и исполнить план. Пусть этот крейсер летает, пугает их. Десептиконы все равно подпустят основные силы Автоботов близко и нападут на них ордой летающих вехиконов.              Стоило множеству точек, цифр и показателей нормализоваться, как десептикон разрубил ладонью воздух: все корабли одновременно открыли огонь, наполнив вакуум космоса плазменными сгустками, термоядерными лучами, шарами протонов и нейтронов, а также ионными залпами.       Ракеты и снаряды масс драйверов Циклонус приказал не тратить, а вот сжигать запасы энергона можно и начать. Все равно долгой осады силы Циклонуса не переживут, так что нужно биться изо всех сил: отступать некуда, позади Кибертрон! И Десептикон не позволит ни одной Красной мрази даже подумать о его любимой и родной планете!       Две стены огня встретились посреди космоса, смешавшись, превратившись в оранжевый и золотой каскад вспышек. Синие шары плазмы, сопровождаемые лазурными лучами лазеров, врезались в корабли Циклонуса. Растекшись об щиты, они не нанесли никакого значимого урона — дистанция была велика, а могучие гиперщиты сдержали удар. Второй волной прилетели ярко-белые и голубые комки ионов и протонов, заставившие Флагман сотрясаться от ударов. Щиты завыли, невидимое поле, закрывавшее корабль Циклонуса, на мгновение проявилось в космосе полупрозрачной пленкой.       — Количество легких орудий у кораблей противника в два раза выше. Количество тяжелых — в полтора! — вехикон, выводя модельки кораблей, вопил и нервничал, явно не зная, что делать: врагов было больше, они были сильнее.       Циклонус осознавал, что выбора у него нет... Иногда нужно лишь стоять и умирать, пока цель флота не будет выполнена. И сейчас именно такой случай!       — Всю энергию на передние гиперщиты, начать отход! — скомандовал он, скрипя дентами. Его корабли послушно задвигались, продолжая смотреть прямо на флот врага. Нет, Десептиконы не бежали, лишь смещались, принимая выстрелы в лицо и отправляя залпы в ответ. И чем ближе оказывались Автоботы, тем более прилетало… Но нужно держаться и медленно, очень медленно отходить. Не бежать, но заманивать Проула к астероидам, где их ожидал сюрприз в виде вехиконов.       Шесть фрегатов медленно карабкались на поле астероидов, стараясь обойти его сверху и снизу. Тройка двигалась вниз, исчезая под ногами, а еще три вверх — теперь их уже не видно с мостика Удара на Иакон. Два крейсера же утопали в проходе. Камни, парящие вокруг них, создали пупырчатый круг, вглубь которого погружались корабли. Теперь многие снаряды и выстрелы Автоботов попадали ни в щиты, а взрывали астероиды. Десептиконы же с легкостью стреляли между камней, будто делали залпы из укрытия.       Все, что имелось у Циклонуса, запускало гигаватты энергии в самые слабые из Автоботских судов, пробивая их щиты и оставляя на ярко-желтой обшивке глубокие расплавленные дыры. Их защитные поля, даже на самой максимальной дистанции, не могли выдержать сконцентрированной атаки тяжелых термоядерных орудий и гигантских плазменных пушек. Ослабленные залпами ионных батарей, барьеры одного из вражеских фрегатов лопнули, позволив темно-фиолетовому радиоактивному лучу попасть в мостик. Фузионное орудие флагмана Думсдэя превратило командную надстройку стандартного фрегата Красных в месиво, испускающее голубое энергоновое пламя, выплевывающее во все стороны леденеющие газы и тела экипажа.       — Хороший выстрел! — офицеры мостика задрали манипуляторы к небесам и хлопали наводчика по его вехиконской голове. Праймус, благослови ученых и инженеров Армии Десептиконов! Циклонус еще помолиться за искры Аксиома, его брата — близнеца Теорема, Саундвейва, Нокаута, да и всех остальных ученых Кибертрона... И даже Шоквейва. Лишь бы вехиконы и корабли выдержали, превозмогли натиск Автоботов.       Проигрывая в технологиях и количестве летунов, Красные до сих пор использовали старые корабли, созданные еще до гражданской войны, либо свои новые разработки, основанные на их жирном и омерзительном транспортнике — Арке. Каждое их судно было гигантским, утыканным легкими бластерами для борьбы с летунами, но медленным с гипертрофированно толстой броней.       Каждый же корабль во флоте Циклонуса был произведением искусства гения инженерной мысли Десептиконов: быстрые, изящные, тонкие, напоминающие стрелы и клинки, они достойно держали удар Автоботских посудин. Но их было мало, а повреждения, понесенные за многочисленные битвы — накапливались…       — Автоботы замедлились, плотность передних щитов увеличилась! — сообщил вехикон. Красные начали рассредоточиваться, видимо Проулу не понравилась почти мгновенная смерть целого фрегата. Флот слуг Прайма все еще оставался многократно сильнее, чем жалкие восемь корабликов Циклонуса, но идти на смерть Автоботы не желали. Трусы!       Одинокий крейсер, так раздражающе маячивший в тылу, наконец начал проявлять активность: — Аэроботы и летуны Автоботов приближаются с тыла! — визжал вехикон, наблюдая за тем, как несколько небольших точек, двигаясь по случайным траекториям, приближались к полю астероидов с тыла. Их было слишком мало, чтобы навредить Верфи или планам Циклонуса, но они так соблазняли послать корабли для их уничтожения, что это сбивало с толку.       Что задумал Проул? Зачем он послал этот корабль в тыл, в одиночестве? А теперь еще выслал всех летунов?       Адмирал водил дентами друг по другу, нервно царапал свое капитанское кресло, активно размышляя, пытаясь перехитрить своего врага и не отправиться на встречу к Праймусу. Нужно разгадать план Проула — распутать узел или разрезать, но победить.       Автобот хитер, нельзя забывать об этом, но он все еще Автобот! Проул может отправить своих людей на суицидальную миссию, но не снарядит их взрывчаткой, подорвав в момент гибели. Даже Старскрим... Нет, ТОЛЬКО Старскрим, эта мразь без лояльности и убеждений, мог сделать что-то подобное! Значит, можно послать против них своих летунов! Другого варианта все равно нет — фрегаты все еще обходят поле астероидов, даже не добрались до его вершины.       Циклонус начал чертить на голографической карте направления для движения, управляя вехиконами как марионетками. Группы летунов задвигались, получив новые приказы.       Правда, не все шло так хорошо, как хотелось бы…              Несколько вехиконов чистили свои перышки внутри гигантского камня, ожидая команды атаковать. Рядом с ними лежали здоровенные ракеты, способные нанести небольшой, но урон даже крейсеру. Скоро их Адмирал — прославленный офицер Циклонус, отдаст приказ, и они вылетят из своих укрытий, дабы уничтожить проклятых Автоботов! Был бы у них энергон, желательно с сильными присадками, они бы отметили будущую победу, но рационы были скупы, да и все хорошее давно закончилось.       — ПРИВЕТ! Вы знаете, что случается с процессорами, когда в них проникают клешни из черной киберстали? — девятиметровый вертолет, худощавый, имеющий лишь один желтый окуляр, раскинул в стороны тонкие манипуляторы: — Я покажу вам! Поверьте мне, результат неописуемый~       Одним быстрым движением он раскроил головы обоим вехиконам, весело тыкая остриями в золотые шары — процессоры, показавшиеся из под обшивки.       — Тык! ТЫК! ТЫЫЫЫК! — хихикая, автобот шевелил конечности мертвецов, управляя ими через легкие электрические заряды, передаваемые кончиками клешней прямо в мозги мертвецов.       И за всем этим Циклонус наблюдал с мостика Удара на Иакон, почти что ломая капитанское кресло: "вот что ты задумал, Проул..." — рычал Адмирал, сразу же начав перерабатывать план сражения.       — Вирл! Хватит играться, — невысокий белый Автобот, закинув тяжелый двуручный меч себе на плечо, с нескрываемым презрением пялился на безумного товарища по оружию: — Проул приказал...       — Я вертел Проула на коннекторе! — Рэкер смеялся, закидывая себе на плечи здоровенные ракеты, которые, которые предназначались кораблям Автоботов: — Я убиваю Десептиконов как хочу, когда хочу и... Э... Зачем хочу!       Его напарник лишь закатил оптику, идеально голубыми окулярами замечая небольшую камеру, через которую Циклонус наблюдал за ними. Он уже хотел уничтожить небольшой разведывательный дрон, но Рэкер успел схватить летающий глаз. Смотря прямо в камеру и улыбаясь своим одиноким окуляром, Автобот зашептал: — Циклонус, выходи! У нас тут так весело! — красный тыкал в головы убитых им вехиконов, заставляя корпуса танцевать трупное танго. — Ты же там сидишь, да?       Камера повернулась, указывая на астероид, обитый металлом и преобразованный в верфь: — я буду через пять кликов, дождись меня!              Вирл, Дрифт, еще Рэкеры и элитные бойцы… Прекрасно. Проул, видимо, забил быстрый крейсер Рэкерами и лучшими солдатами. Корабль доставил их к полю астероидов, и теперь эти мясники прыгают от камня до камня, защищенные от огня Верфи, да режут малые группы вехиконов, спрятанных внутри астероидов.       Проул создал хороший план… Если бы Циклонус атаковал быстрый крейсер фрегатами, то Рэкеры могли бы и взять их на абордаж, да и про остальной флот Автоботов нельзя забывать. Даже хорошо, что Адмирал оставил Крейсер без внимания — он не попался в ловушку, хотя все еще было крайне неприятно. (Дрифт не тот, что появляется в RID, а оригинальный. В каноничной вселенной он должен был погибнуть на Гаррусе-9, а после возрождения Кибертрона в конце ТФ Прайм его имя - "Дедлок" перешло бы персонажу из мультсериала RID. PS: Мне не нравится RID-овский Дрифт, а вот IDW-шный — да. И тут именно он. Кто знает, какая love-стори нас ждет, тот знает :> Вирл есть в Объединенной Вселенной. Кроме того, у него сразу две внешности — из игр WFC и из Ботов-Спасателей. Вторая похожа на ту, что в IDW — пусть она и будет!)       Адмирал ходил вокруг голокарты, иногда смотря на Автоботские корабли вдали — несколько небольших точек, ели видимых с капитанского мостика, но медленно и неуклонно приближавшихся. Однако целого флота из тяжелых кораблей Циклонус опасался меньше, чем безрассудного Рэкера, печально известного своим безумием даже среди Десептиконов. Вирл в одиночку может перебить половину всех сикеров, спрятавшихся внутри астероидного поля, а ведь он не один… Даже если Ойл Слик выкинет на них все, что имеет в закромах, то Вирл все равно выживет, а потом доберется и до Циклонуса. Адмирал не был уверен, что победит Рэкера — безумный Вертолетчик, все же, крайне могучий трансформер, вдобавок лишенный страха смерти.       Вирл прыгал по камням и часто менял форму, убивая Десептиконов пачками — разрывая их на куски голыми клешнями или оставляя мертвые тушки, изрешечённые бластерным огнем. Но самое страшное не это! Рэкер отнимал у мертвых ракетные установки, которыми вехиконы должны были атаковать корабли Автоботов. Тяжелые торпеды, способные навредить кораблям, угрожающе мелькали на его корпусе и с каждым убитым Десептиконом мех собирал все больше, пока, наконец, весь не оказался утыкан опаснейшим оружием.       Стоит ему подобраться к любому из фрегатов флота Циклонуса, как он разорвет его двигатели и энергоустановку, а то и несколько судов уничтожит... Праймус, за что ты подарил автоботам Вирла?!       За рэкером тянулись и остальные красные: Дэдлок, ныне известный как Дрифт — молодой мечник, сменивший сторону еще в начале войны... Из - за... Циклонус не мог точно вспомнить причину, но, скорее всего, он просто размяк. Еще один Автобот —молодой, с нашивкой Элитной Гвардии, пытался поспеть за ними. Из этих помпезных и опасных бойцов в живых остались лишь Кап и Тандерклэш... Если они еще функционируют, конечно. Этот же, скорее всего, был из последних рекрутов, обученных в самом конце Войны. Жалкая пародия, а не элитный боец.       Циклонус приказал сосредоточить все усилия вехиконов именно на юном гвардейце — его гибель ослабит Автоботов. Иногда поглядывая на экраны, Адмирал следил за Автоботами, слыша их переговоры:       — Смоукскрин, не отставай! — Дрифт указал большим мечом на Верфь, призывая молодого Автобота следовать за собой и Вирлом. Вертолетчик все еще кричал угрозы, восстанавливая силы и готовясь к драке с новой волной вехиконов. (Смоукскрин — да, наш каноничный и родной Смоукскрин. А вот как он оказался тут — будет рассказано позже :>)       Циклонусу, правда, пришлось забыть об Автоботах и сосредоточиться на их кораблях: крейсера, жирные и неповоротливые, выдерживали все попадания, а вот их легкие суда страдали сильнее — медленно, но верно, теряя прочность, лишаясь орудийной батареи за батареей, эффектора сканеров или щитов. Попадание фузионного орудия Думсдэя разорвало фрегат на куски, украшая космос осколками золотых пластин — вторая потеря автоботов и, если Праймус будет на стороне Циклонуса, то не последняя!       Проул, хотя и был заумным полицейским, провел всю свою жизнь на улицах, в участке или в штабе, но корабли не были его специальностью. Да, он овладел базовым и даже продвинутым уровнем знаний, но Циклонус был мастером флотского боя: небольшая армада Десептикона постоянно двигалась, подставляя под удары астероиды или корабли с уже восстановившимися щитами. Проул же находился в открытом поле… В смысле посреди космоса. Тут негде укрыться, негде спрятаться — пустота. В этом и главная проблема битвы флотов — необходимо уметь так двигать выстроить корабли, что бы они прикрывали друг друга, но при этом могли максимально эффективно стрелять.       Автобот старался — прятал фрегаты за крейсера, но укрыть сразу все физически не было возможно — главный калибр Удара на Иакон и Думсдэя настигал суда Автоботов, медленно ломая их. Фузионные и протонные пушки — не игрушки, они рвут и ломают металл, как сильный трансформер разрывает медные провода. А Десептиконы никогда не ограничивали себя в больших калибрах. Вирл и остальные Рэкеры двинулись дальше, начиная новую атаку на астероиды, проникая все глубже и глубже. Скоро они окажутся у Верфи. Крейсер, доставивший их, тоже продвигался, намереваясь зайти внутрь прохода через поле с обратной стороны. К лицевому же входу со всей скорости приближался основной флот Автоботов. Проул пошел в полномасштабное наступление...       Видимо Вертолетчик и его отряд истребили достаточно летунов, что бы Красные перестали бояться атаки сикеров. Повезло еще, что с Вирлом не все Рэкеры и элитные бойцы — нет ни Спрингера, ни Ультра Магнуса, ни Хот Рода. Быть может, они остались на Гаррусе-9?       Но сейчас не время сомневаться в своих решениях! Необходимо поднять боевой дух товарищей: — Братья Десептиконы! — Циклонус поднял манипулятор вверх. — Впереди нас ждут Автоботы и слава. Если мы побежим — поколения кибертронцев не простят нам этого! Мы обязаны победить. Сейчас у нас есть лишь один путь — вперед. Мы обязаны прорваться через предателей Кибертрона и слуг Прайма.       Адмирал указал рукой на корабли Автоботов: — Всем силам — полный вперед!       Закончив произносить речь, летун убедился, что мостик флагмана заряжен на победу. Выслушав удовлетворенные крики капитанов кораблей и даже многих сикеров, Циклонус вернулся в кресло, готовя себя к следующему этапу плана.       Между ПВО Автоботов и встречей с Рэкерами даже самые глупые вехиконы выбирали смерть от ракет и стен плазмы — благоразумно. Десептиконы покинули ангары кораблей и астероиды, загруженные торпедами и ракетами, и полетели прямо на суда Красных. Каждое мгновение вехиконы погибали, сбитые огнем бластеров или разрывных снарядов, но они летели прямо на верную гибель, лишь бы сделать выстрел по кораблю врага.       Два крейсера и шесть фрегатов направились напролом, прямо навстречу превосходящим силам Автоботов. Фиолетовые носы и острые углы Десептиконских кораблей рассекали вакуум и разбивали редкие астероиды, отбившиеся от остального скопления. Все силы Циклонуса неслись вперед, не смотря на усилившийся обстрел.       Удар на Иакон дрожал и трясся, а один из рассекателей после попадания сгустка нейтронов оторвался. Думсдэй выл от боли — щиты пробили и изящный корпус из черной лазури начал лопаться в местах попаданий. Но бойцы Адмирала шли вперед, погибая, но не замедляя темп.       Как только оба флота достаточно сблизились, Красные дали залп из всего, что у них осталось: ракеты, торпеды, орудия всех калибров — гигатонны энергона и тераватты энергии в одно мгновение обрушились на суда Циклонуса, ломая щиты и разрушая броню. Крики ужаса и боли экипажа оглушили Адмирала, но уже через мгновения ответный огонь Десептиконов начал крушить порядки Автоботов.       Думсдэй — флагман флота, из которого Циклонус сделал приманку, шел на таран лидера Автоботов — выпустив всех своих сикеров, он разваливался от сконцентрированного огня Красных, горя голубым энергоновым огнем и оставляя в космосе разноцветный туман.       "Пора" — вздохнул летун, принявший самое важное решение: с Проулом необходимо разобраться. Без него Автоботы потеряют управление. У них и так не было хорошего адмирала, а без своего Полицейского они совсем потеряются.       Покинув мостик Удара на Иакон, летун перекинул через свое плечо пояс, полный бутылочек с Космической Ржавчиной, а затем с трудом поднял гигантскую и очень тяжелую штуку, скрытую под синтетической тканью. Она — его последняя надежда... Иронично. От ее владельца Циклонус ожидал лишь смерти, а эта штука может подарить ему жизнь.       Ткань слетела с черного и фиолетового металла, обнажая стволы сдвоенной фузионной пушки, принадлежавшей Тарну. Два массивных ствола, размером с половину трансформера, казались неповоротливыми и столь тяжелыми, что могут одной лишь отдачей отправить Циклонуса в полет к местной звезде.       Автоботы догадались снять с Безумца пушку перед тем, как замораживать его. Баррикейд смог найти секретный склад и изъять оттуда все, что когда-то принадлежало Десептиконам — мясникам, замороженным или разобранным до состояния искр. Циклонус же присвоил себе все находки Полицая, сослав его на Кибертрон. Ойл Слик постарался, как смог, восстанавливая смертоносную пушку Тарна. Самое страшное, что работа с термоядерным реактором — непривычный ему род занятий, а потому сейчас Циклонус, фактически, шел в лобовую атаку, не зная выстрелит ли орудие в его руках или нет. Адмирал не сомневался в своих действиях — просто делал, что должно и сражался за Кибертрон.       Флагман Думсдэй, посланный на смерть, наконец, разрушился: разрываясь от внутренних взрывов, он напомнил лопнувший куб с энергоном. Всюду полетели облака пара, синий огонь разрывал прекрасный корабль, выбивая во все стороны обоженные пластины брони. Циклонус не хотел оборачиваться — смотреть на то, как погибают годы работы шахтеров, инженеров и корабелов — невыносимо для любого флотоводца. Он чувствовал волны жара, видел, как радары и сканеры визжат, сообщая о гибели Думсдэя.              Смерть товарищей не будет бесполезна! Ускорившись, насколько это было возможно, десептикон пролетел через обломки своего прекрасного крейсера, оказываясь прямо напротив сильно пострадавшего флагмана Проула.       Пространство между двумя флотами так накалилось от зарядов плазмы, энергона и термоядерных лучей, что эмаль слезала с корпуса Циклонуса... Хорошо, что ему уже не придется волноваться об этом — скоро десептикон встретится с Праймусом. Даже если ему удастся уничтожить целый корабль вместе с Проулом, то все остальные суда разорвут Летуна на куски. Единственное, на надеялся Циклонус, так это на победу остатков его флота над кораблями Красных. Он верил в своих людей и в Праймуса…       Из-за большого количества газов, заполнивших космос мех смог услышать рев фузионных пушек, ощутил тепло термоядерного реактора, чувствовал, как радиация пронзает его корпус. А затем страшная, яркая, как свет звезд, вспышка ослепила его! Фиолетовые лучи вылетели из стволов, за мгновения добираясь до толстой прозрачной стали, с легкостью разрывая ее на куски. Щиты флагмана флота Автоботов, истощённые за время боя, не выдержали напора могучего оружия лидера Десептиконского Подразделения Правосудия.       Разгерметизация произошла так быстро, что несколько автоботов вылетели в космос, но Проул успел примагнитить себя к креслу. Кажется, автобот увидел Циклонуса и посмотрел в его окуляры, словно говоря: «И все?». Адмирал и к этому был готов.       — ЛОВИ, КРАСНАЯ ПОГАНЬ! — кричал Циклонус, вкладывая в точность выстрела все свои силы. Ракета, заполненная Космической Ржавчионой, полетела прямо в разворошенный мостик. Взрыв распространял всюду смертельно опасный коричневый дым, распространяя заразу по вентиляции, убивая весь экипаж, и, ПРОУЛА! ОН ОБЯЗАН УМЕРЕТЬ!       Циклонус, потратив всю свою энергию на усиленный выстрел из фузионной пушки, заметил свет... Это на него нацелились орудия всех кораблей Красных. Какая честь! Быть убитым большой протонной пушкой, способной аннигилировать целый корвет шальным выстрелом — это не отправиться к Праймусу от случайного плевка лазерного пистолета!       Свет обволакивал Циклонуса, поглощая его: мех ослеп, а затем ощутил волны тепла и энергии... «Праймус, я иду!"

Саундвейв

      Турбулентность, вызванная Космическим мостом, наконец, закончилась. В один момент команде показалось, что корабль развалится, но Саундвейв, следивший за каждым показателем, был уверен в Немезиде. Шоквейв, вызванный Мегатроном на мостик, тоже следил за линкором, готовя судно, спроектированное им самим, к тому, что ждет по ту сторону Космического моста. Циклоп оторвался от Уилджека, чем явно был недоволен — видимо, он не успел достать из головы автобота всю необходимую информацию.       Лорд Мегатрон, поднявшись со своего трона, оказался совсем близко: —Приготовиться! — его лицевая пластина горела счастьем и возбуждением, что в последние века происходило не часто. Лишь когда рядом с ним стоял Орион Пакс, Лидер Десептиконов сиял и вновь казался молодым, счастливым, сильным и благородным революционером. Саундвейв скучал по такому Мегатрону...       Немезида — черная, матовая, светящая угрожающим красным — великолепная и могучая, вышла из портала на полной скорости, сразу же поднимая щиты и готовя орудия к бою. Сотни батарей всех калибров, ракеты, даже торпеды, а также сотни летунов вехиконов вступили в битву.       Флот автоботов, осаждавший орбитальную верфь, находился в смятении: флагман, хотя и не был уничтожен, лишился мостика, а остальные корабли, бесясь без централизованного управления, впились в то, что осталось от флотилии Циклонуса. Крейсер Удар на Иакон пылал, разваливаясь на куски, а четверка фрегатов трусливо бежала назад, оставив орды летунов умирать в одиночестве под огнем Автоботов.       Лорд Мегатрон, несколько помрачневший, взмахнул манипулятором, громогласно приказывая Армаде выступать. Верхняя взлетная полоса, забитая летунами, выпустила на поле боя всех, кто мог биться в космосе.       Еще одно движение манипулятором, громкая, отчетливая команда, и все, что Немезида могла, она сделала. Появление Шоквейва явно пошло судну на пользу: небольшая мастерская, собранная им в пещере, лишенной энергона, обеспечила линкор ракетами и торпедами, а производственные мощности самого корабля принялись усердно восстанавливать орудийные башни и подсистемы.       За месяц все шахты Земли производили меньше энергона, чем было выпущено в первом залпе орудий Немезиды. Почти процент всего запаса энергона корабля мгновенно превратился в электричество, запитавше плазмапушки, рейлганы, ионные, нейтронные и фузионные орудия. Даже главный калибр, появившийся из дна корабля, сделал выстрел.       Не ожидавшие атаки со спины Автоботы гибли быстрее, чем осознавали происходящее. Их измотанные битвой суда не имели щитов в задней полусфере и именно туда целились Шоквейв и Саундвейв, вручную управляя башнями главного калибра.       Космос, еще клики назад принадлежавший Красным, теперь безраздельно контролировался силами Мегатрона. Дредвинг, Скайварп и Тандеркрекер, вместе со своими звеньями сикеров, атаковали корабли Автоботов. Победа была мгновенной и очень кровавой: даже быстрые фрегаты не могли уйти от сикеров и ионных пушек Немезиды, поджаривших двигатели, электронику и оставивших еще функционирующие корабли без возможности сопротивляться.       — Несколько малых судов, одно из них принадлежит Ультра Магнусу, — сообщил вехикон, заставив Саундвейва перепроверить информацию. Связист пробежался по данным и архивам, сверился с информацией, переданной ему Баррикейдом, и пришел к схожему выводу: Железная Воля — быстрое синее судно, способное вместить до десятка трансформеров, бежало прочь от умирающих кораблей Автоботов, пытаясь присоединиться к быстрому крейсеру, расположенному на той стороне астероидного поля.       Саундвейв, внимательно изучая показания сканеров, видел, как то, что осталось от Рэкеров и элиты Автоботов бежит прочь, полностью забывая о Верфи, которую они так и не смогли захватить. К сожалению, предателей Кибертрона достать было невозможно — Немезида не успела бы обогнуть поле астероидов не через проход насквозь, ни, тем более, сверху или снизу. Видимо, быстрый крейсер и вся элита Проула убежит… Печальная новость.       Лорд Мегатрон недовольно рычал — видимо, он надеялся на полную победу, хотя и эта битва Господину нравилась. Вид сотен мертвых Автоботов, плавающих в космосе по частям или в форме пыли, заставил Повелителя улыбнуться, облизнуться и оскалить острые денты.       Связист, сделав несколько быстрых шагов, оказался рядом с троном, выводя на своем фейсплейте данные сканеров. Размытая картинка довольно быстро превратилась в четкое и понятно изображение, на котором предатель Дэдлок, ныне известный под именем Дрифт, а также некий Автобот, отмеченный в документах как Смоукскрин, пытались силой призвать Рэкера Вирла к отступлению.       Лорд сощурил окуляры, ставшие двумя рубиновыми точками: — пора отомстить предателям и слугам Прайма за смерть Кибертрона! — выдал он шаблонную фразу, скрывавшую ярость.              Мегатрон, заряженный чужими смертями, вмиг выскочил в космос, обратился тяжелым джетом и направился разить бластером врагов.       Саундвейв не желал мешать Господину учинять резню: Лорду Мегатрону иногда нужно выпустить пар, лишить свой корпус излишнего тепла, успокоить сознание и искру... Раньше Владыка не был столь вспыльчив, хотя никогда не славился спокойствием и хладнокровием, по крайней мере вне боя.       Все они раньше были лучше... Связист медленно перевел голову вбок, меняя фокусное расстояние, увеличивая орбитальную верфь. Где-то там находится Рамбл, Френзи, Рэвендж — его верные товарищи, друзья. Именно они нашли его — подавленного, сходящего с ума, способного слышать и чувствовать больше, чем мог любой трансформер. Саундвейв не знал, что с ним, не понимал смысла своего имени: даже вырвав себе аудиосенсоры он слышал, чувствовал других кибертронцев, даже слышал шепотки самого Праймуса.       От самоубийства юного Связиста спасли лишь четыре Миникона, успевшие схватить Саундвейва, намеривавшегося прыгнуть в Звуковой Каньон. Он уже видел голубое дно, полное сырого энергона, понимал, что летит в объятья Прайма, но в последний момент они не дали ему окончательно завалиться, физически вытащив из пучин смерти.       С того дня Миниконы стали его самыми верными и близкими друзьями, ради которых он совершал вещи... Сравнимые с изменой. Ему было стыдно, да, но... Мех нервно потер манипуляторы... И это не ускользнуло от окуляра Шоквейва. Десептикон, для циклопа, был очень глазаст и слишком опасен: его лояльность — фарс, его слова — ложь, а каждое действие имеет двойное или тройное дно. Но пользы от этого Безумца было так много, что Саундвейв предпочитал молчать и терпеть... Потом он еще ответит за свои деяния.       Потеряв товарищей, Саундвейв поклялся хранить обет молчания, отвечая лишь Лорду Мегатрону и то, если он потребует. И Связист будет блюсти его, пока не вернет своих утерянных друзей. И вот сейчас он находится в нескольких минутах полета от своей цели. Там, на Верфи, хранятся искры его товарищей — маленькие, но живые, бьющиеся и активные.       Безликий вновь посмотрел на Шоквейва — Десептикон закончил с управлением орудиями, а потому намеревался вернуться в лабораторию. Если Циклоп спасет маленьких ботов, то Саундвейв простит все вольности Ученому, все намеки на предательство и... Нет, измену Шоквейву Связист не простит. Верность к Лорду Мегатрону, спасителю их цивилизации, а еще другу, все еще важнее.              "Что с тобой, брат Кибертронец, тебе нужна помощь? Я не врач, но прохожу курсы у местного доктора — Шоквейва!" — сказал молодой гладиатор, когда заметил, что посетителю арены стало плохо. Магнитные бури и прочие электромагнитные волны плохо влияли на Саундвейва. Даже при помощи Миниконов, он все еще не научился справляться со своими особыми чувствами.       Мегатрон — квадратный и простой, с еще видимой линией в черную и желтую полоску, выдававшую в Гиганте обычного шахтера, поднял Саундвейва на руки. Он отнес юного Связиста в Мясную лавку, где Шоквейв заботился о раненых и мертвых гладиаторах. Мегатрон сам достал лекарства, смешал их в нужной пропорции, провел диагностику с помощью подобия медицинского сканера и облегчил боль Саундвейва...       Лорд был первым из обычных трансформеров, который не отнесся к Саундвейву, как к безумцу. Он спас Связиста тогда, спасал всегда и спасет остальной Кибертрон! Саундвейв поможет ему в этом или погибнет вместе с Господином.              Немезида не сумела встать ни в один из доков верфи, что было вполне предсказуемо: линкор был больше в полтора раза, чем почивший Думсдэй и Удар на Иакон, а те с трудом залезали внутрь гигантского астероида.       Рэкеров, быстрый крейсер, или Железной Воли Лорду не удалось достать — красные отступили слишком быстро, а парочка тяжелых ракет, отправленных Вирлом прямо в фейсплейт Мегатрона, оставили лорда не в лучшем настроении.       — Прекрасное место, — Мегатрон, вкусивший плод победы, но не сумевший поглотить его полностью, хвалил вехиконов — офицеров и бойцов, поздравлял их с победой, притворяясь тем самым Мегатроном — революционером.       — Прекрасная работа, Адмирал, — могучий манипулятор сдавил почерневшее плечо Циклонуса. Сикеры выловили его ели живой корпус посреди космического мусора, обнаружив вместо фиолетово-серого летуна чуть поджаренного, но все еще живого Адмирала.       Циклонус кивнул, пытаясь сдержать боль и не рухнуть замертво, но Саундвейв чувствовал в летуне страх. Мех слишком заигрался в автономию, подумал, что может избавиться от офицеров, верных Лорду Мегатрону и теперь осознавал, что его ожидает наказание.       Связист пытался предположить, кого же выберет Господин на место наместника Пояса Лагга, но не был уверен точно: оставлять Циклонуса — ошибка, которую Мегатрон точно не совершит. Дредвинг был бы прекрасным вариантом, но держать его рядом — значит обезопасить себя от предательства и иметь крепкого и умного телохранителя поблизости. Оставались лишь Тандеркрэкер и Скайварп...       Лорд Мегатрон долго выбирал, но, видимо, придя к какому-то выводу, все же оставил командовать бывших прислужников Старскрима, сделав Тандеркрэкера начальником Верфи, а Скайварпа его первым помощником. Циклонус принял свой перевод на Немезиду болезненно и, припав на колено, попросил осмотреть поле боя и помолиться Праймусу за искры погибших бойцов. Мегатрон, более заинтересованный в сокровищах, содержавшихся в недрах Верфи, отослал Адмирала прочь, а сам, чуть ли не светясь, направился к складам.              Могучий манипулятор убрал полупрозрачную изморозь со стеклянной крышки стазис капсулы, позволив окружающим насладиться великолепным корпусом своего главного силовика, уничтожившего чуть ли не больше нелояльных Десептиконов, чем Автоботов. Саундвейв не сказать, что бы любил Тарна: фанатик, даже по меркам Связиста, безумец, самолюбивый и самомнительный дурак. Он скорее погибнет, пытаясь доказать миру и, в первую очередь, самому себе, что он самый догматичный и истинный последователь Мегатрона!       Праймус, этот мальчишка, выкованный под древним и красивым именем Дамус, создал больше проблем, чем решил, и существовал лишь благодаря любви Лорда к тем, кто может прочитать его книгу и пересказать содержимое наизусть. Очевидно, что таких в армии из гладиаторов, рабочих и солдат находилось очень и очень мало. Они желали энергона и крови богачей, а не пафоса и толстых книжек, описывающих глубокие моральные дилеммы и красивого будущего, где все кибертронцы равны, а Галактика избавлена от нежелательных элементов.       "Все равны перед ликом Праймуса, а каждый, кто говорит обратное — пытается заковать твою искру в цепи" — вспомнилась крылатая фраза, ставшая одним из главных лозунгов партизанской деятельности их фракции. Теперь все кибертронцы равны, бесспорно... Все мертвы, кроме жалкой сотни, окруженной тысячами дронов — вехиконов, не имевших ни искры, ни настоящего сознания.       Саундвейв лично нес капсулу, намертво обвив рукояти своими щупальцами — электрошокерами. Что-то внутри сопротивлялось идее возрождения Тарна, но он не посмел оспорить решение Лорда Мегатрона, наконец, счастливого и предчувствующего скорый конец Войны. В своих манипуляторах — тонких, но очень прочных, способных защитить его самого и тяжелую ношу, Связист держал аквариум из энергона, в котором плавали три горячие искры, принадлежавшие его добрым друзьям.       Шоквейв не сможет "разморозить" их искры в ближайшее время, но это и не важно: рано или поздно, в ближайшие годы, Саундвейв воссоединиться со своими верными Миниконами, а что для трансформеров, живущих миллионы лет, один Земной год? Да даже десятилетие?       «Рамбл, Фрэнзи, Рэведж, скоро Вы вернетесь, как я и обещал…»       Пузырьки и повышенные тона сразу же выдали в виновнике шума Ойл Слика: химика, лишенного лояльности и находящегося на проводке от смерти. Его раздосадовал перевод на корабль, а, если точнее, то факт службы под началом Шоквейва. Все ученые терпеть не могли Циклопа, но, к сожалению, с учетом нынешней ситуации, Мегатрону приходится консолидировать все доступные ресурсы.       — Забирай и влей себе в энергоноприемник ундекафтор-I-карба-клозо-додекаборан-XII! — химик выдал сложную химическую формулу так быстро, что заполнил весь свой аквариум пузырями воздуха и прочих газов, скрыв лицо.       — Дай мне, я залью, да еще тебе, ржавому химознику, манипулятор запихну в энергоноприемник! — крикнул Уилджек — плененный автобот, еще чудом не отправившийся на встречу к Праймусу. Шоквейв, словно не слыша Автобота, нажал на большую, горевшую алым, кнопку — ток пробежался по телу Рэкера, мгновенно вырубая меха.       Кинув датапад Шоквейву, Ойл Слик удалился, явно не заинтересованный ответом Циклопа. Ученый и не пытался остановить создателя химического оружия, лишь сверкнул красным окуляром ему в след, но сразу же сосредоточил все свое внимание на Саундвейве.       Связист пришел к этому Безумцу и требовал лишь одно — оживить Миниконов. Два молчуна смотрели друг на друга, понимая все без единого слова. Они долго работали вместе: Саундвейв знал все тайные делишки Циклопа, даже то, что он явно разбазаривает бюджет на ту лабораторию в той пустой шахте. Скорее всего, ученый строит себе настоящую лабораторию где-то рядом, и Связист обязательно ее найдет. Ну а Шоквейв понимал все это. Но они оба продолжали служить Лорду Мегатрону, как его самые верные и лояльные слуги.       Циклоп принял капсулу с телом Тарна, подключил ее к датчикам и медицинской установке, делая все медленно, явно желая придумать причину, что бы убить замороженного Десептикона, но не оживлять. Саундвейв был уверен, что Циклоп исполнит свой долг и выполнит приказ... Но на обратном пути Лазербик пропал с груди связиста, исчезнув в недрах корабля… Так будет надежнее — пусть понаблюдает за Шоквейвом и тем, что он будет делать с искрами миниконов и корпусом Тарна.              Немезида, перейдя через Космический мост, оказалась на Темной Стороне Луны, сияя неглубокими шрамами, украшавшими корпус линкора. Судно вздрогнуло, чуть задрожало, выходя из гиперпространства, возвращаясь в мир, где действовали нормальные законы физики. Спасибо Древним и Захватчикам, построившим Башни, и, конечно же, Шоквейву, воссоздавшему их технологию Космических мостов.       Стоило кораблю вернуться в Солнечную систему, как антенны ближней связи поймали визги Брейкдауна, Баррикейда и Нокаута. Эта троица идиотов, стоило ей воссоединиться, вновь устроила беспорядок: первый, скорее всего, не смог выполнить простейшее задание, а Медик и помощник Связиста сбежали с корабля, и, с вероятностью в семьдесят процентов, участвовали в гонках органиков... Если бы Баррикейд не обладал умением запугивать и выводить из себя лишь несколькими фразами, то его точно следовало бы отдать Шоквейву на эмпурату или разборку...       Узнав о злоключениях своих подчиненных, Лорд Мегатрон лишь махнул манипулятором: — телепортируй этих идиотов на корабль. Приоритетнее заправиться — мы истратили слишком много энергии на посудины Автоботов.       — Как прикажете, Лорд Мегатрон, — ответил Саундвейв.       Команда из вехиконов, вздрогнув, опасливо взглянула на Связиста, прилюдно заговорившего впервые за тысячи лет.

Спрингер

      Тихие шаги многотонных роботов встревожили лисиц — стая рыжих органических существ, красивых и изящных, чем-то напоминавших Хот Рода, разбежалась во все стороны, исчезая в невысоком лесном массиве, полном других удивительных созданий.       Спрингер, ускорившись, сравнялся со своими компаньонами: два быстрых Автобота, постоянно глядевших в оба окуляра, искали дозор Десептиконов, но не могли найти ни одного. Этот факт явно их нервировал, но если Бамблби не показывал эмоций, то вот рыжий Рэкер чуть ли не прыгал от разочарования.       — Зря только время тратим. Тут слишком ровно, а сканеры не видят ничего. Кримя наврал. Вернемся на базу — оторву, что осталось от его крыльев и впихну в порт поглубже.       — Я лично его допрашивал и знаю, что ржавый говорил правду, — Трехрежимник поднял свои аномально крупные кулаки. Серебряная краска кое-где исчезла, открыв товарищам меха черную оружейную сталь, уже давно занявшую место обычной киберматерии. Спрингеру не нужны были мечи или булавы — он сломает любому голову одним лишь хорошим ударом. Хотя от красивого клинка Рэкер бы не отказался…       Зеленый автобот рыкнул на подчиненного и сверкнул недовольно в затылок Бамблби: — Вы, лучше, колеса себе оторвите, да попрыгайте на них… Гонщики Юникроновы... Праймус, вы хоть выиграли?       Желтый бот засмеялся, как всегда своим синтетическим, почти бинарным голосом. Мегатрон поплатиться за это, ох как поплатиться! Ублюдок не смог смириться с поражением под Тайгер Паксом — схватил Бамблби и вырвал у него войсбокс... Если бы тогда Магнус, сам Спрингер и остальные врезали Ведроголовому посильнее, то все закончилось бы хорошо.       — Мы не выиграли. Но я кинул Нокаута в обрыв и потер об песок. Думаю, он еще месяц будет ныть, — даже по голосу Родимуса слышалось сожаление. Мех хотел пополнить список Десептиконских искр, который он выдрал, но, к сожалению, у него не вышло.              Оптимус своей неописуемой мудростью и добротой так располагает к себе, что перестаешь воспринимать себя солдатом армии. Земля тоже не помогала: почему-то родная, такая теплая, мирная, живая. И дети: умный тихоня Раф, боевая девочка Мико, Джек, в котором проглядываются задатки на великого человека — даже сам Спрингер, впитавший в себя догматизм и строгость Ультра Магнуса, не мог не почувствовать спокойствие и счастье, будто он опять в Гвардии Трехрежимников и охраняет Прайма.       А Магнус пытается строить дисциплину, ругается, наказывает — не понимает, что лишь делает хуже… Спрингер смирился с ним — Командир хороший мех, просто упрямый, жесткий и твердый, как чугун, не способный к любви или состраданию.       Нужно было поднять настрой Бамблби и Хот Рода — ребята не совершили еще ни одной серьезной ошибки, так еще достали список шахт, позволивший Автоботам подготовить засаду на Немезиду.       Похлопав младших товарищей, своих хороших друзей, по плечам, Автобот улыбнулся: — если вы людям проигрываете, то это клиника. Рэтчету показывались? Хотя тут лучше сразу на свалку — и засмеялся.       Бамблби лишь кивнул, улыбаясь под маской, защищавшей рот, а вот Родя пнул пень, выдрав то, что осталось от клена с корнем: — Не стирай мне изоляцию с проводов, Спрингер! — Рыжий мех поднял манипуляторы к небу, с тяжестью выдыхая горячий воздух, полный металлов и углерода, — ладно не успел за Би, Юникрон с тобой, я всегда медленнее. Но двум человекам то как?!       Теперь они все засмеялись, но, к сожалению, Бамблби лишь изображал смех своим подобием войсбокса.              В гигантскую яму посреди леса Красные забрались довольно быстро — две сотни метров вниз по отвесным скалам дались им легко. А вот ждать было тяжело, намного сложнее, чем бегать и прыгать по камням.       Маршруты Немезиды были многообразны, но все же повторялись: раз в некоторое время, когда склады пухли, корабль забирал энергон сразу большой партией, после чего возвращался на орбиту. К сожалению, когда камеры, установленные во всех местах указанных Старскримом, в первый раз показали приближение Немезиды, Автобототы не успели мобилизоваться — Фиолетовые так торопились забить склады энергоном, словно они собирались потратить его, а не лениво болтаться в космосе, пока не понадобиться новая партия. Может быть, они строят что-то? Подобная мысль напугала их всех, а потому количество разведывательных рейдов было увеличено — на Базе не сидел никто кроме Рэтчета.       Родимус, подкидывая в воздух кубик энергона, зевал, повторяя мимику и движения людей — он так быстро адаптировался к Земле, так ловко впитывал в себя новые знания и настояния Оптимуса... А еще в нем так и горел огонь, желание обучаться и стать лучше. Ну и зависть... Хот Род всегда завидовал Бамблби: его дружбе с Оптимусом, его доброте, тому, как все тянутся к маленькому боевому боту. И если Желтый никогда не желал большего, чем помощь своему наставнику, то в глазах Родимуса всегда пылало желание большего. Это голубое пламя, превращавшее его окуляры в две звезды, способные сжечь все вокруг — Спрингер прекрасно его помнил.        Оно разгоралось каждый раз, как юному боту давали проявить себя. Стоило сказать: "ты командуешь", "бери управление на себя" или "я доверяю тебе", как парень выпячивал грудь, задирал подбородок и вел свою тройку разведчиков или диверсантов, словно за ним шли легионы Праймов. Но он все еще оставался хорошим мехом…              Двойка фиолетовых рабочих, ели пробравшись в центр склада, уложили очередную партию кубов. Яма была так заполнена, что десептиконы просто тонули в энергоне — живительной влаге, которой всегда не доставало в космосе... Интересно, почему на Земле его оказалось так много? Словно еще тогда, на Кибертроне, все знали, что решающий момент войны произойдет именно тут.       Кинув очередной куб, вехикон вздохнул: — Когда они уже прилетят? У нас все заполнено, а буры почти истощили свой ресурс.       — Так этот... Дредвинг, стал замом и решил ввести свои порядки. Говорят, крутой командир, процессор явно быстрее, чем у его братца — Скайсквейка.       Закончив с энергоном, шахтеры, оглядевшись, направились вглубь туннелей. Их голоса, доносившиеся из каменных коридоров, были слышны еще некоторое время: «На связь, правда, Немезида не выходит... Опять этот Шоквейв что-то улучшает?»       Автоботы удивленно переглянулись, но заговорили лишь спустя несколько минут, когда удостоверились, что фиолетовые вернулись к своим раскопкам: — Шоквейв? Он сказал Шоквейв? — Бамблби явно не был фанатом безумного Ученого, да и кто им был?       — Живучая тварь, а я знал, что тогда убили очередного аватара! — Спрингер, не сумев сдержать ярость, а этому навыку он обучился еще до Войны, заставил целый столб кубов энергона упасть. Как кости для игры в домино, энергон начал падать всюду, превратив красивый и упорядоченный склад в мешанину из неровно лежащих стальных болванок, полных голубой влаги.       Каждый автобот знал Шоквейва — слишком уж влиятельной и страшной фигурой оказался Циклоп, но Спрингер познал всю безумную фантазию ублюдка на себе. Когда зеленый Рэкер, вместе с Магнусом и остальными Рэкерами, остался на Кибертроне, то именно под гнетом Шоквейва они и оказались. Циклоп оставил Каон, забросил все крепости на планете и снес половину центра Иакона, отстроив там чудовищную и уродливую башню имени себя. Он и Триона схватил, а потом, даже не смотря на то, что Рэкеры смогли освободить старика, убил. Орды инсектиконов Шоквейва постоянно атаковали подземные селения Автоботов, ну а Комбатиконы и Конструктиконы закончили дело. Даже Гримлок и остальные Динаботы не помогли...              Недолго они болтали: тень накрыла их всех, заставив Спрингера на время забыть о Шоквейве, о Кибертроне, о своей крысиной жизни последние тысячи лет. Немезида, нависнув над котлованом, расположила свое бронированное чрево над самым центром дыры, в которой хранился энергон. Золото сверкнуло, и через мгновения силовое поле образовало столб, а вниз побежала пластина лифта. Пятьдесят тонн энергона, а также тройка Автоботов поднялись вверх, исчезая в монструозном животе линкора.       Они оказалась внутри энергонного склада корабля. Полностью автоматизированный зал был лишен вехиконов, только несколько механических лап сами по себе сортировали кубы, составляя из них пирамидки. Иногда они закидывали энергон в жерло корабля, снабжая энергоновый реактор топливом для питания судна. Этот Гигант, видимо, давно не пополнялся: все роботизированные руки, которые имелись, агрессивно забрасывали в топку энергон, утоляя жажду Немезиды — Десептиконы явно потратили много энергии... Только вот где?       Но сейчас нет времени думать и анализировать! Подобный шанс выпадает лишь раз в жизни, и упустить его — прожить еще миллионы лет, зная, что ты упустил возможность подорвать Линкор Мегатрона, самого Ведроголового и всеееех живых Десептиконов... Правда, с учетом того, как все идет, шанс того, что Спрингер проживет еще месяц, стремился к нулю…       —Родимус! — зеленый Рэкер, двинув плечами, оголил ракетные установки, после чего превратил манипуляторы в бластеры. — Ты за главного, подорвите эту посудину, прикончите любого, кто попытается вас остановить. Я иду за Уилджеком!       Хот Род расцвел, растянул улыбку на весь фейсплейт и кивнул. Затем, встав на колено, он начал методично доставать реактивные стрелы своего магнитного лука, раскладывая их по стенам вместе с гранатами.       Бамблби же, подбежав к консоли, что-то начал делать, хотя Родимус и просил его помочь.              Спрингер оставил их — выбежал из склада с энергоном и побежал вперед. Необходимо спасти Рэкера! Автоботы своих не бросают.       

Уилджек

      Боль. Уилджек познал ее еще в юности механика и инженера, пока работал над своими изобретениями в не самых безопасных районах планеты. Тогда его самодельную лабораторию сожгли, а самого бота запинали, сбив почти все системы и броню с энедоскелета. Повезло, что рядом расположилось тайное пристанище фанатиков под предводительством мастера боевых искусств Йокитрона. Старик был крайне мудрым — другом Альфа Триона, но с Зетой Праймом отношения у него не задались: дедок спрятался и стал воспитывать лучших бойцов планеты, а его ученик — Проул, бывший тогда важной шишкой в полиции, смог скрыть местоположение своего обожаемого преподавателя. Ох уж этот заумный и дотошный детектив, добраться бы до него, добраться бы до всех!       Йокитрон, спустивший колеса во время войны, согласился обучить Уилджека, потерявшего все и ели функционирующего. Учился Рэкер не долго: Серкит-сю, являвшейся центральной дисциплиной в программе обучения, абсолютно не интересовала молодого меха. Самурай хотел резать и взрывать ублюдков, а не медитировать и развивать свой процессор. После пары попыток самостоятельно выучить Металлкито — настоящее боевое искусство, сделавшее из Бладжена машину для убийств, Уилджека выкинули на улицу.       Будущий Рэкер тогда еще не знал, что умение сосредоточиться на своем процессоре и отринуть корпус может оказаться так полезно! Его несколько раз брали в плен, били, ломали. Автобота резали на куски, лишали конечностей, взрывали и пытали. Но все это длилось не так долго, и он мог бороться, держался, тратя все резервы воли и силы духа. Сейчас же он был один, а целая толпа Десептиконов, озлобленная, скучающая и умевшая делать больно измывалась над ним так долго и так извращенно, что меху пришлось вспомнить, как ему казалось, бесполезный навык, а потом довести его до мастерства.       Глоссы, дентопластин, надбровных дуг, аудиосенсора и прочих бесполезных деталек Уилджека лишил сначала Баррикейд, а потом Саундвейв, не забывая при этом бить Автобота током, прожаривая до состояния легкого дымка и красного накала.       Уилджек все равно не расколется. Скорее заставит Фиолетовых добить себя, но не сдаст местоположение своих друзей, своих братьев, даже если некоторых из них он бы придушил самолично. Но вот встретиться с Праймусом не во время драки с Мегатроном или другим важным и крутым Десептиконом, как-то не хотелось. Отправиться к Праймусу во время пыток — не лучшая смерть.       Повезло, что Шоквейв был постоянно занят, а потому не успел даже дотронуться до Рэкера. Лишь бил, когда Автобот осмеливался шутить, да так сильно, что Уилджек отключался. Праймус, как же процессор раскалывается... Будто в голове меха кто-то порылся, а потом поводил там коннектором. Скорее всего, всю боль, которую Автобот запихнул в себя глубоко, выбрался наружу…       —Уилджек! — зеленое пятно, выбивавшееся из темного металла и красноты Немезиды, звучало так знакомо, что бот сначала не поверил в происходящее. Его окуляры и процессор часто обманывали, показывая ошибки, галлюцинации или разноцветные пятна, научив Рэкера сдержанности и смирению.       Чьи-то большие, очень серебристые и сильные кисти крепко сжали фейсплейт Автобота, насильно поднимая, двигая в стороны. Уилджек захотел набрать смазки и энергона, дабы отвесить наглецу смачный плевок, но влаги в его корпусе осталось слишком мало. Изо рта, лишенного зубов, потекли струйки и комки цвета нефти и энергона, так и не сумевшие стать плевком.       Для своих сил и размеров манипуляторы незнакомца оказались заботливы и ловки: —ну что же ты наделал, дурак? К Праймусу захотел, так еще и девочку человеческую с собой хотел захватить?       — У девки коннектор больше, чем у Маг... — сил перечить и острить совсем не осталось, а потому Уилджек заткнулся и попытался уйти в себя.       Но, на удивление Рэкера, его освободили! Упав на колени, мех успел схватиться за плечо неизвестной фигуры, подхватившей Автобота в падении: — Кто у нас зеленый, с большими лапищами, но может быть аккуратным? Праймус, Спрингер, это ты? Или кто-то воскрес? Как ты оказался... На Немезиде? Или где я?       Верный товарищ помог Самураю сесть, похлопал его по тому, что осталось от лица и осмотрел: — Выглядишь ты плохо, а говоришь еще непонятнее, чем Варпат под сильной наливкой. Повезло еще, что я узнал тебя — хороший ремонт фейсплейта тебе провели. Пытаясь улыбаться и казаться бравым бойцом, бывший лидер Рэкеров осматривал товарища. Спрингер всегда был самым крутым из них, настоящим героем эпоса —сильный и быстрый, умный и шутливый, так еще и дисциплинированный но не строгий. "Маленький Оптимус", называли его многие, "Прайм с большим коннектором" — говорил Уилджек, уже давно разочаровавшийся в нежном и бесхребетном лидере, который скорее отправит ребят на дело, чем сам подставится.       — Спрингер, дай мне это... — Уилджек, спасибо заумному Шоквейву, прекрасно знал, что и где лежит.       Зеленый бот извлек со стеллажей странную зеленую склянку, полную энергона, но шипящего, горячего и явно необычного: — "Синтетический энергон" – вслух прочитал Спрингер, удивленно смотря то на избитого товарища, то на странную химическую дрябедень.       Если Уилджек правильно помнил рассказ Рэтчета, а до этого он слушал всегда внимательно, то одного укола этой штуки хватит, чтобы собраться с силами и сбежать отсюда, по пути раздробив колени каждому, кто встретится на пути. Сил выхватить инъектор не было, а потому пришлось просить: — Не болтай, дай его мне! Давай же!       — Она сказала мне то же самое! — усмехнувшись, Спрингер влил заряд жизни в Уилджека. От инъекции прямо в энергоновый генератор Уилджек подскочил и, схватив две продолговатые трубы, хотя бы частично напоминавшие ему мечи, пошел вперед. Он впихнет каждую из них сначала Нокауту, а потом Баррикейду!              Им, к сожалению, встретился лишь Брейкдаун: Десептикон улыбался, шел вразвалку, насвистывая песенку. У ублюдка было такое хорошее настроение... Будет жаль, если кто-то переломает ему каждую конечность в десяти местах!       Уилджек налетел на Молотоборца как ураган: двойной удар по коленному сервоприводу со слабой стороны, не защищенной подвижной броней, заставил ублюдка упасть. Что-то выпало из его манипуляторов и покатилось по полу, но Автоботу было все равно: — Нравиться, а? Давай посильнее!       Собрав все силы, что у него него имелись, Рэкер ударил здоровяка так сильно, что бронзовый фейсплейт Брейкдауна треснул, рассыпав осколки во все стороны: — Здоровый, а такой ничтожный! Тупой, ржавый клоун, — все слова земного и кибертронского лексикона перемешались, сознание помутилось, осталась лишь ярость. Странная, химическая и очень необычная…       Спрингер чудом сумел оттащить ели живого, но активно пинающегося Уилджека от Брейкдауна, дезориентированного неожиданной и яростной атакой. Весь изломанный, он лежал на полу посреди коридора, не способный даже слова сказать. Конечности оказались выгнуты в разные стороны, броня хрустела, а игрушка, которую нес Десепткион, укатилась куда-то вбок… Что он нес, куда? Не сильно важно. НУЖНО ЛИШЬ БИТЬ ДЕСЕПТИКОНОВ!       По пути они убили еще с десяток Вехиконов — Уилджек налетал на них словно дикий зверь, отрывая конечности или вбивая не ожидавших трансформеров в стену, а потом отворачивая голову.              На складе, обложенным различной взрывчаткой и энергоном, их ожидали Бамблби — желтый тот еще подпевала Оптимуса, но очень уж храбрый. И Родимус — классный парень, подражавший Спрингеру... И что-то было в нем такое, что...       Химическая ярость вновь захлестнула Уилдежка, и Автобот, к удивлению своих товарищей, схватил гранату с пояса Хот Рода, а потом бросил ее в механический рот, пожиравший кубы энергона с помощью автоматических лап.       — ТРЕХОЧКОВЫЙ! — воскликнул Рэкер, искренне радуясь тому, что он попал в цель.       Окуляры остальных так расширились, что Рэкер заметил в них отражение своих позеленевших глаз. Они что, не любят смотреть на взрывы?              Автоботы гнали так быстро, как могли, убегая из взрывающегося корабля: большие артерии с энергоном лопались, распыляя раскаленный газ и расплав корабельной брони. Вехиконы, встречавшиеся им на пути, не желали вступать в бой, а старались спастись, улепетывая от голубого огня и дыма еще быстрее, чем Автоботы.       Вылетев с падающей Немезиды, они оказались в свободном падении. Лишь вертолетная форма Спрингера спасла их всех от смерти — тройка ботов уцепились за своего товарища, и бывший командир Рэкеров, изнемогая от напряжения, старался снижаться как можно медленнее. Ему не хватало мощности, чтобы тащить еще троих трансформеров.       Стоило Уилджеку пройти в портал на Базу и крикнуть: "Я ВЕРНУЛСЯ!", как Рэкер осознал, что все его энергоресурсы сожжены, а сам он лежит от изнеможения и критической нехватки энергона, пуская слюни на большую автоботскую инсигнию.