Вульф/Вика

Подземелье. Вика со всех ног бежала к двери на нижний уровень, но не учла одну вещь. Остановившись, брюнетка провела картой по щели, но дверь почему-то не открылась. — Что? Карта не работает? Но почему? Вика попыталась провести другой стороной, но результат был тот же. Вдруг глаза Кузнецовой зацепились за панель с правой стороны от нее светящуюся тусклым голубым светом. Снизу были расположены кнопки от 0 до 9. — Господи, что же делать? У меня ведь нет кода! Прошу, кто-нибудь выйдите из лифта! Умоляю, — прошептала Кузнецова, держа дрожащие пальцы над кнопками, но не решаясь что-либо набирать, боясь сработавшей на ее неправильные попытки сирены. И стоило девушке поднять вверх голову, как раздался тяжелый звук. Бетонная стена медленно отъехала в сторону, озаряя брюнетку ярким светом. Зеленоглазая попятилась назад, убирая руку от лица и встречаясь взглядом с… Школа Логос. После разговора с Викой, Володя не находил себе места. Сразу же после ухода ребят, он собрал все необходимые вещи, оделся потеплее (так как на улице была зима), и собирался выйти на нее, чтобы доложить обо всем своему боссу, как вдруг заметил бегущую в библиотеку Кузнецову. Планы сами собой резко изменились. Теперь повар направился в библиотеку, медленно приоткрывая дверь и успевая увидеть то, как Вика залезает в камин. Сначала Володя удивился, а после перешагнул порог и убедился, что кроме него в библиотеке больше никого нет, подошел к камину и начал осматривать его со всех сторон. Лазейка нашлась легко. Присев на корточки и повернув клуглый диск справа от себя, мужчина нагнулся и заглянул в камин, но как только дверь в библиотеку открылась, Володя быстро залез внутрь и спрятался за стеной задержав дыхание. Тот кто пришел, видимо был одним из учеников, так как тут же буквально через минуту обратно вышел. Соколов выдохнув, залез в рюкзак и достал маленький фонарик, нажимая на кнопку и нащупывая уже слева от себя небольшое углубление. Нажав на него, проход в камин закрылся.

***

Идя по длинным, освещенным тусклым светом, коридорам, Володя прислушивался к каждому шороху и иногда натыкался на странные железные двери с удлиненными ручками. Как раз возле одной такой двери мужчина и остановился, присаживаясь на корточки и светя на них фонариком, замечая странноватый символ в форме вертикального вольфсамбеля. Достав листок и карандаш, мужчина приложил его к значку и быстро заштриховал, поворачивая лист к свету и тут же пряча его обратно в рюкзак, поднимаясь с корточек и идя дальше. Вдруг повар услышал странные голоса, и спрятался за стеной прислушиваясь. — А вот и наша беглянка сама показалась. — Вадим Юрьевич, это вы? — Я, я. Серый волк, зубами щелк. А ты мышка-норушка, не знала, что за подобные прогулки последует наказание? — Где моя мама? Отпустите ее! Она ни в чем не виновата! — А, так значит ты уже все знаешь? Ну и прекрасно. Но раз ты сама мне попалась, то думаю дорогу к Вульфу найдешь так же сама, а мне по делам надо. Володя продолжая слушать, занервничал, ища пути к отступлению. Если он не ошибся, и Вика действительно разговаривала с Уваровым, то встретиться с ним лицом к лицу, означает подписать себе смертный приговор, так как он один из приспешников самого Вульфа, что кстати автоматически, делает его кондидатом номер один в раскрытии всех этих тайн. — Да, кстати. Это вам больше не поможет. Теперь вход на нижний уровень четко контролируется. Теперь каждому из сотрудников Ингрид на телефон приходит смс с новым кодом, который используется один раз и после удаляется. Так что тебе повезло, что ты встретила меня. Живо спускайся вниз, там тебя уже ждут. И если об этом кто-нибудь узнает… ей же хуже будет, — сказал Уваров, и Володя спрятал в карман мобильный телефон, записав последний разговор. Физрук и ученица разошлись. Володе сильно повезло, что Вадим пошел другим путем. Вика зашла в лифт и нажала на кнопку. Дверь перед ней закрылась, и коридор вновь приобрел тусклый свет. Подойдя к той самой двери, мужчина нащупал щель и коснулся панели, едва касаясь совсем не стертых кнопок. Значит установили совсем недавно. А эта щель? Для карточки? Карточки Ингрид? Интересно бы было узнать как она выглядит, и можно было бы попробовать сделать дубликат, хотя то о чем сказал Уваров, что теперь вход вниз, будет осуществляться только по пришедшему на телефон коду, сильно озадачил повара, и он развернулся в обратном направлении, идя к выходу из подземелья. Но на свое удивление, вышел Володя не совсем там откуда пришел. Перед ним появилась лестница, и поднявшись по ней, мужчина отворил тяжелую металлическую дверь оказываясь в лесу. Володя сразу понял в каком лесу он находится. В школьном лесу. Если пройти немного дальше вперед, появиться старая заброшенная детская площадка засыпанная снегом. Значит путь до школы будет лежать на Юг, но это до школы, а пока Володе нужно было не туда, и поэтому он пошел на Север, поправив лямку рюкзака.

***

И пока повар шел по лесу, а Вика спускалась вниз в подземелье, Макс резко остановился, стоя и не двигаясь пока Старкова не окликнула его: — Макс? С тобой все в порядке? — Ты кто? — Что? Это шутка? Я Даша. Даша Старкова, твоя подруга. — А они? — Макс, чувак, ты че? Снова глюки? — спросил Рома, подходя к брюнету и тот перевел затуманненый взгляд на него. — Как ты сказал? — Галлюцинации. — Ром, галлюцинации это когда видишь то, чего нет. Мы же с тобой реальны, — сказала Даша и вновь посмотрела на Максима. — Макс, пойдем. Все хорошо. Это мы. Я и Рома. Мы с тобой, слышишь? — Чувак, если ты опять что-то забыл, ты это… может сходи к Ларисе, а? — Ром, помолчи, — уже более грубо ответила Старкова, обходя Морозова сзади и беря того за руку ведя к лестнице как это делают врачи в психбольницах. — Там впереди Андрюха? — вдруг спросил Макс и Даша кивнула. — Да, там Андрей. — Ну хоть его еще не забыл. Видимо много мы с ним пережили всего. Даша завела Макса к нему в комнату, а Андрею и Лизе сказала подождать ее в коридоре. Андрей волновался за друга, но послушно остался стоять снаружи. — Пха, ты же не будешь по мне скучать, Дашка, если я вдруг помру раньше времени? — Со всем с ума сошел? Ложись на кровать, я позову твою маму. — Да зачем? Она наверняка занята… — Возможно, но ты ее единственный сын и она тебя любит. — Да? Откуда знаешь? Даша укоризненно посмотрела на Макса. — Всё, лежи. Скоро она к тебе придет. — Пха-ха, — вдруг хихикнул Морозов смотря в потолок, и Старкова вышла из комнаты. — Ну че там? — спросил Рома. — Вы идите, а мне надо найти Машу. — Машу? Зачем, Даш? — спросила Лиза. — Максу совсем плохо. Он едва не забыл меня и Рому, — с тоской сказала шатенка и ответил ей Авдеев: — Хорошо, найди Машу, и встретимся в столовой. Друзья разошлись. Даша направилась вниз по лестнице, слыша громкий стук в дверь из комнаты Макса. Нужно поспешить. — Маша? Мария Вершинина, правильно? — робко спросила Даша, встречая уборщицу как раз в холле школы, выходящую из кабинета директора. — А ты Даша Старкова, правильно? — с улыбкой отозвалась женщина подойдя к старшекласснице и та кивнула, так же улыбнувшись. — Да. Послушайте, вы сейчас не слишком заняты? — А в чем дело? — Максиму срочно нужна помощь, и только вы можете ему в этом помочь. — Где он? Что с ним?! — сразу же запаниковала Мария, бросая тряпку в каталку вместе с баночками для мытья полов и столов. — Он у себя в комнате. Только будьте с ним осторожны, и не обращайте внимание, если он будет нести всякий бред. Я знаю для вас болезненная тема о вашем темном прошлом, но вы постарайтесь на это не реагировать. — Спасибо, я постараюсь. Маша бросив всё, взбежала вверх по лестнице на второй этаж и направилась в комнату сына. «Хорошо, надеюсь его мама справиться. Ведь она на то и есть мама», — подумала про себя Старкова и зашагала в столовую.

***

Володя выйдя из леса, достал телефон и набрал номер. Несколько гудков и на том конце провода раздается недовольный голос. — Володя, в чем дело? Я кажется просил тебя не звонить мне напрямую. Просил или нет? Что стало с твоим связным? — Это очень важная информация, и я ему не доверяю. — Хорошо, встретимся через час. Я лично приеду за тобой, раз ты такой недоверчивый к людям. — Вы сами не лучше меня. — Всё, жди. Володя спрятав телефон в карман куртки побрел по дороге в город. Да до него было не меньше 3-х километров, но это если идти от школы, а Соколов, пройдя весь лес, прошел уже порядком 2-х киллометров, значит остался лишь один. И потом, вряд ли сам Князь был бы рад встрече около дороги, а вот в каком-нибудь тихом кафе или в парке — самое то. Володя всё думал над тем символом, что был на двери. На других дверях, что ему попадались были другие символы, и чаще других встречался символ в виде Близнецов по астрономическому гороскопу. Он понятия не имел, что они значат, и даже не был до конца уверен, что эта полученная находка хоть как-то сможет заинтерессовать его босса, но внутренне чувствовал, что за этими символами кроется нечто важное, и если это действительно так, возможно он станет на шаг ближе к смерти своего отца. Встретившись с Князем, шатен предложил мужчине в годах, зайти в кафе и немного погреться заодно обсудив то, ради чего собственно и была назначена встреча. — Ну, я тебя внимательно слушаю, Илья? — Может обойдемся без настоящих имен? — Сейчас нас никто не сможет подслушать. Моя охрана за всем этим пристально следит. — Что ж, вам виднее. Я кажется вышел на новую ступень. — Поясни? — Вот что мне удалось найти в подземельях под нашей школой. — Где? — мужчина сел ближе, и Шевцов достал из рюкзака тот самый листок, развернул его и передал Князю. — Горизонтальный вольфсангель. Где ты его нашел? — Так значит вы знаете что это такое? — Я спрашиваю тебя где ты его нашел?! — В подземелье под нашей школой. Почти 10 лет работаю в Логосе, и только сейчас узнаю о тайных ходах под тоннами земли. — Что еще ты там видел? — Двери, длинные коридоры, освещение, новейшее оборудование… — Не может быть, чтобы наши враги, окопались именно в том же самом месте… — О ком конктретно идет речь? Вы меня наняли пообещав, что я всё узнаю о тех, кто убил моего отца. Так может быть пора мне рассказать? — Пока не время. Еще что-нибудь у тебя есть? — Еще я записал один разговор. Речь идет о входе на нижний уровень подземелья и о новой системе обхода защиты. Теперь каждому из тех, кто работает на некую компанию «Ингрид», будут присылать пароли, а потом сразу же их удалять. — Нам нужен этот пароль, Илья. Нужно туда к ним попасть! Ты знаешь чьи это голоса на записи? — Да. — Тогда сможешь добыть пароль? — Не знаю. На то чтобы это провернуть, у меня будет всего несколько секунд. Я думаю, наши враги не глупые и сотрут его сразу же как только прочтут. Князь кивнул головой. — Постарайся. От тебя зависят наши дальнейшие действия. Кстати, никто по прежнему не знает, кто ты есть на самом деле? Это очень важная операция, и ни одна живая душа не должна об этом знать, ты меня понял? — Никто не знает. Я держу свое слово. — Хорошо. Это я оставлю у себя, если ты не против, а ты постарайся выяснить как можно больше про второй символ. И также не забудь про пароль. Буду ждать новостей через два дня. Справишься? — Попробую. — Хорошо, тогда встреча на этом закончена. Володя посидел еще какое-то время за столиком, один, а после молча встал и покинул кафе.

***

Нижний уровень подземелья. — Стойте! Господин Вульф, умоляю, не трогайте мою маму! — закричала Вика, пытаясь отдышаться, глядя на нациста и его подчиненных: Войтевича и двух охранников, когда те шли по белоснежному коридору, одни без Данилы. Вика только потом осознала, что стоило бы спросить и про мальчика. Вульф медленно обернулся, смотря на брюнетку и на то как та тяжело дышала, стоя держась за стену. Ее зеленые глаза бегали по охране в поисках Данилы, или уже приведенной сюда матери самой девушки. На лице нациста, Вика прочла безразличие, и поэтому сделала шаг вперед. — Послушайте, я обещаю, что заберу свои слова насчет вашей дочери. Когда она появиться на свет, вы сможете с ней видеться. Все еще ноль реакции. Еще шаг вперед. — Прошу вас. Моя мама ни в чем не виновата. Не впутывайте её во всё это. — Ты даже не знаешь зачем она мне была здесь нужна. Сразу думаешь на зверские опыты. — А разве не так? Мама Даши, Светлана Старкова, тоже не была какой-то особенной, как и мой бывший парень, но ваши люди все равно их обоих убили! — Я не собираюсь отчитываться перед тобой за то что делаю. Вульф развернулся, собираясь продолжить путь, но Вика сама от себя не ожидав, схватила мужчину за руку, с мольбой глядя в голубые глаза. — Прекратите убивать, и я сделаю всё, что вы захотите. — Ты уже сделала всё, что я хотел. Ты подаришь мне абсолютно здоровую дочь. — И себя. Вы сами никогда не задумывались, как простая школьница может пережить рост эмбриона с уже занесенным в него вирусом? Вспомните свои прошлые эксперименты, в которых вы каждый раз терпели неудачу. Я не предлагаю себя в качестве инкубатора, но вам же все равно нужен будет кто-то кто станет ей матерью? Вика указала на свой живот. Войтевич все это время стоявший рядом с Вульфом, внимательно слушал и анализировал. Девчонка была права. Нельзя отбирать ребенка у матери с самого его рождения. Это может иметь серьезные последствия в будущем и навредить психике самого ребенка. Войтевич как биолог, знает об этом лучше других. — Риттер, Виктория права. Дай девочке шанс. Последний, — сказал Хельмут и Вульф демонстративно сложил руки за спиной. — Ладно, так и быть. В этот раз я тебя послушаю, Хельмут. Проводите девушку в её комнату. — Стойте! Данила, с ним всё в порядке? Сын Тамары Алексеевны? — Да, он в полном порядке, Виктория. Вы по прежнему можете о нем заботиться, но впредь, будьте осторожны в своих поступках, - сказал биолог. — Спасибо. Я обещаю, что буду осторожной, — сказала Вика и последовала обратно в камеру, где ее действительно ждал мальчик. Комната Максима. — Максим! — крикнула Маша распахивая дверь, и подбегая к спящему на кровати сыну. На лбу выступили несколько капель пота, и кажется Максим что-то бормотал сквозь сон. Маша присев перед сыном на корточки, провела рукой по лбу брюнета стирая пот и отмечая про себя, что у Максима температура. Она поднявшись с корточек, коснулась губами лба парня и тихонько прошептала: — Я сейчас вернусь. Потерпи немного. Я только возьму все необходимое, и сразу вернусь. Я быстро. Зайдя на кухню, женщина принялась готовить холодный компресс. Набрала в миску холодной воды, а у Ларисы в кабинете одолжила марлю и градусник. Насчет жаропонижающих Маша не была уверена, что конкретно нужно было давать, а спросить было не у кого. Ларисы Андреевны не было в кабинете. Собрав все необходимое, Маша прошла по холлу школы и поднялась наверх по лестнице, оглядываясь по сторонам, боясь встретить кого-нибудь из учителей, и вот незадача. Прямо навстречу ей шел Володя. Лицо его было несколько сосредоточенным и задумчивым, но при виде Маши, он вмиг пришел в себя, и только уборщица хотела заскочить в туалет, как не успела даже взяться за дверную ручку, как Володя уже оказался рядом с ней. — Маш? Ты чего такая взволнованная? Что-то случилось? — Нет. С чего ты взял? — тут же ответила Мария, держа левую руку за спиной. — А за спиной тогда что? — любопытству Соколова не была придела. — Володя, у тебя своих дел нет? Иди куда шел. — Я и шел, но вдруг увидел твоё обеспокоенное лицо, и не смог ни поинтересоваться. Обижает кто? — Нет. Володя, я правда очень спешу. Поговорим потом, ладно? Тебя кстати, Галина Васильевна обыскалась. Думаю, тебе стоит пойти к ней, если не хочешь получить по первое число, — сказала Маша обходя повара, и тот обернулся, смотря женщине в спину, но та уже убрала руку переместив ее к животу. Она сделала вид, что прошла дальше по коридору, но как только Шевцов ушел, вновь вернулась, открывая дверь в комнату Максима. Состояние парня не изменилось. Он по-прежнему морщил лоб и вертелся на постели что-то невнятно бормоча. Маша вновь присела перед сыном на карточки, смачивая марлю и положила на лоб Максиму, а градусник сбила до отметки 36 градусов. Подождав когда жар от марли немного спадет, Маша приподняла аккуратно голову сына, и засунула под мышку градусник, засекая время. Максим неожиданно закряхтел, и открыл глаза, содрогнувшись в кашле, приняв сидячее положение. Маша вздрогнув, прошептала имя сына и улыбнулась, пытаясь заставить Максима лечь обратно на постель, но тот вдруг посмотрел на нее таким взглядом, от которого женщине стало не по себе, и она оставила попытку, глядя на брюнета с осторожностью. — Максим, это я. Твоя мама. Я пришла помочь тебе. — Чем ты можешь мне помочь, а? Холодной тряпкой на лоб? Это всё, что может сделать мать для больного сына? — Максим, не говори так. Я правда беспокоюсь о тебе, и прежде чем лечить, нужно выяснить причину болезни. Сейчас тебе нужно лечь обратно на постель и дождаться какую температуру покажет градусник. Я поставила его, пока ты спал. Не хотела тебя будить. — Спасибо за заботу, да вот только я об этом тебя не просил. — Знаю, что не просил, но я здесь и не уйду, пока тебе не станет легче. — Мне не станет легче, ясно?! Мне нужен антидот! Я сдохну через пару часов! Я уже постепенно схожу с ума, а скоро перестану что-либо видеть и помнить! Сказать тебе кое-что? Я уже начал забывать своих друзей, и тебя скоро забуду! Так что если не хочешь отправиться обратно в психушку, за то что трогаешь чужого ребенка, просто оставь меня в покое и дай спокойно умереть! — сказал Максим глядя Маше в глаза с такой ненавистью, что женщина едва удержалась, чтобы не заплакать, и дрожащей рукой вытащила градусник. — Боже. 38.2. Откуда у тебя такая температура, а? Опять Морозов вас наказал? — Нет. Слушай, я разве не ясно сказал? Если правда хочешь помочь, достань антидот. — Максим, успокойся. Я спрошу у Галины Васильевны, что можно дать от высокой температуры, и поищу Ларису Андреевну. Антидот? Какой еще антидот? О чем ты говоришь, Максим? Макс замолчал на какое-то время, понимая, что проболтался. Чертова амнезия! — Забудь. — Максим, что за антидот? Что это такое? Где мне его достать?! Скажи мне, умоляю! — Нигде. Я не знаю, где его достать и не знаю как он выглядит. Я просто сказал, имея в виду, что мне нужно особенное лекарство, а температура лишь один из дефектов того, чем я болею. — Я пошла искать Ларису Андреевну. Лежи здесь и никуда не уходи, ты меня понял? — сказала Маша пригрозив сыну, и покинула комнату, надеясь, что Максим её послушает. И он послушал, вдруг часто заморгав смотря на дверь, и отвернулся к стенке, как вдруг дверь вновь открылась. Макс повернулся лицом к двери смотря на Машу. — Что-то забыла? Или так быстро нашла врача? Эй, ты меня вообще слышишь? Мам! Че за хрень? — Макс поднявшись с постели, подошел к женщине и коснулся ее плеча, как вдруг он оказался в комнате совершенно один. — Это че было? Твою мать! Морозов открыв дверь комнаты, выглянул в коридор убеждаясь, что Маши там нет, закрыл дверь, сев на постели и схватившись руками за голову. Отлично, теперь у него как говорил Ромыч, действительно начались галлюцинации. Маша обегала всю школу в поисках Ларисы Андреевны, и наконец нашла ее в холле. Блондинка явно куда-то выходила, и только вернулась, что было Маше на руку. Она быстро подбежав к медсестре, рассказала всю суть проблемы, и обе женщины поднялись наверх, в комнату Максима. — Максим, я здесь. Ты еще помнишь меня? — спросила Лара, заходя в комнату, и увидела как Морозов сидел на кровати, играя что-то на гитаре. Мелодия выходила так себе, но Лара была рада, что мальчик, особенно такой как Максим, не устраивал скандалов и не пытался покончить с собой. — На удивление помню. Вы нашли способ как мне помочь? — Пока нет. Но я сделаю всё, чтобы тебе стало лучше. Расскажи, как ты себя чувствуешь? — Как? Хреново! — Твоя мама сказала, что у тебя высокая температура. Еще какие-нибудь симптомы есть? Головокружение? Тошнота? — Периодически не вижу ни черта, да и с памятью всё та же хрень. — Ты что-то не договариваешь, Максим. — Мам, выйди. — Ни за что. Лариса Андреевна, позвольте мне остаться. Максим — мой сын. — Мам, пожалуйста, — настоял парень, и Лара кивнула, смотря на Машу. — Мария, выйдите. Парень стесняется. — Ладно. Но я буду за дверью. Если что, сразу зовите. Маша вышла из комнаты, и Лара повернулась к парню. — Ну, мы одни. Теперь ты мне расскажешь? — Когда видишь то чего нет, это же называется глюки, да? — Хочешь сказать, что у тебя начались галлюцинации? Что ты видел? И когда это произошло? — Машу. Сегодня, после того как она пошла искать вас. Я думал, что она что-то забыла, и вернулась обратно в комнату, но когда я с ней заговорил, она молчала, а потом когда коснулся ее плеча, то просто растворилась как чертов призрак! — Тише, тише. Это было один раз? — Да. — Это хорошо. Значит еще есть время. — Время до того как я умру? — Можно и так сказать, но я найду лекарство, я тебе обещаю. — А сколько мне осталось? — Ты уверен, что хочешь знать? Думаю не больше суток. Максим прекратил играть, отложив гитару на кровать и отвернулся от женщины, чувствуя как защипало в носу. Лара обняла парня, успокаивающе гладя по спине, а про себя думая, что обязательно выяснит, чем таким промышляют Ингрид, что на кону стоят жизни невинных детей. Нижний уровень подземелья. Вика тем временем не отходила ни на шаг от Дани. Она поняла свою ошибку, и теперь ей было плевать на школу, на учителей, лишь бы с Данилой все было в порядке. То что он пережил пока ее не было, не передать словами, но и Вике не слабо досталось. Теперь она навечно здесь заточена. Но с одним Кузнецова не могла смириться никак. С гибелью друзей. Прошло двое суток, что означало, что времени оставалось все меньше, и неизвестно, как сейчас, себя чувствуют её друзья, особенно Макс. За него девушка переживала больше всего, так как помнила слова Ромы о том, что ему стало плохо, когда они все вместе, в последний раз, сюда спускались, и Максим не пошел, так как плохо себя чувствовал. На очередном обследовании, Вика решила задать Вульфу вопрос: — Господин Вульф, скажите, почему моим друзьям перестали давать лекарство? Неужели это из-за меня? Кстати, спасибо, что отпустили мою маму. — Они нарушили правила и были наказаны. — Но смерть это слишком для них, не находите? Если бы они были слабы, как гласит ваш слоган, вы бы уже давно от них избавились. — Иногда лучше поздно, чем никогда. — Пожалуйста, дайте им лекарство. — Чтобы они и дальше продолжали лезть не в свое дело? И не пытайся сейчас манипулировать собой и ребенком. Это не сработает. — Они же всего лишь школьники! Кто им поверит, что здесь что-то происходит? — А что если они обратятся за помощью к старшим, если уже этого не сделали? — Не сделали. В нашей школе никому нельзя верить. Из-за вас. — Я подумаю. — Лекарство нужно сейчас, господин Вульф! — Я сказал: я подумаю. На этом разговор окончен. Я знаю, сколько осталось Максиму Морозову, но пока у меня есть более важные дела. Тебе кстати через 6 месяцев рожать, так что советую поменьше нервничать. И правильно питаться. Это в твоих же интересах. — Я знаю. Я постараюсь, — сказала Вика и когда процедуры были закончены, она слезла с кушетки покидая смотровую комнату. Вульф проводив брюнетку взглядом, набрал номер Уварова и спросил как там поживают великие сыщики. Услышав всё, что было необходимо, Вульф завершил разговор закрыв папку и посмотрел на монитор, на котором по ту сторону экрана находилась Вика Кузнецова, начав играть с Даней.

***

И пока Вика находилась внизу, сыщики сидели в комнате парней, как вдруг им всем на телефон пришло смс, в котором говорилось о лекарстве. Они без лишних слов, вышли из комнаты и направились в комнату к Уварову. Выйдя обратно в коридор, сыщики вернулись в комнату и отдали последнюю пробирку Максу. Тот поблагодарив, выпил её и в глазах сразу же прояснилось. Голова перестала болеть, как и рвать горло кашель. Андрей посмотрел на друзей, сжимая правую руку в кулак. Если Вика тогда сказала правду, и ему действительно не нужно пить антидот, то он отнесет эту пробирку Ларисе Андреевне и может быть удастся сделать, если не новое лекарство, то в два раза большее количество таких же, только с оговоркой. Всем в школе станет известно о нацистах и их опытах. Но Андрея это не пугало. Давно пора рассказать всем правду в этой школе! — Ребят, я схожу кое куда. Если придет Надя, придумайте что-нибудь, ладно? — Куда ты, Андрюх? Слышишь, я с тобой. — Нет, Макс. Тебе лучше остаться с девчонками. — Эй, про меня не забывай, — обидчиво буркнул Рома. Даша и Лиза кивнули, соглашаясь в Андреем. Когда они ходят все вместе, они еще больше привлекают к себе чужое внимание. — Будь осторожен, — сказал Макс садясь обратно на постель и Авдеев покинул комнату, спускаясь вниз по лестнице. Лена спускаясь вниз по лестнице, вдруг заметила своего отца и тут же широко улыбнулась. — Здравствуй, папа. — Здравствуй, Леночка. Как ты? Смотрю, ты стала еще красивее. — Спасибо, — смущенно улыбнувшись ответила женщина и продолжила. — Давно ты приехал? Какие-то проблемы, или просто соскучился? — Ну что ты, дорогая? У меня все хорошо! Лучше расскажи, как ты? — У меня тоже все хорошо. Вот слежу, чтобы дети не пропускали уроки. — Это правильно. А как у вас с Виктором? Он же еще руководит этой школой, а ты по прежнему его заместитель? — спросил Крылов, и Лена помрачнела, опуская глаза в пол. — Давай не будем об этом? — Он тебя бросил? — Нет, просто мы поняли, что разные друг другу люди. — Ну ты главное не расстраивайся. У тебя еще вся жизнь впереди! — Да, ты прав, папа. Ну пойдем тогда? Ты надолго приехал? Тебе наверное стоит занять какую-нибудь свободную комнату. — Спасибо. Да, думаю я задержусь здесь на пару дней. Ведя мужчину за собой, Елена Сергеевна вдруг столкнулась с Галиной Васильевной, и обе с вызовом посмотрели друг на друга (а Галя еще и на Сергея), и разошлись каждая по своим делам. Так же следом за женщиной, вниз спускался и Авдеев пряча от всех нечто в руке. Он кивнув заместителю директора, пропустил сперва старших, а после спустился сам. Крылов странно посмотрел на ученика, но ничего не сказал, да и Андрею было не до всяких расспросов. Сейчас шатен спешил в медкабинет. Ему надоели все эти тайны, и так же надоело быть послушным щенком, как часто его и его друзей любил называть Морозов-старший. — Лариса Андреевна, можно? — постучав в дверь спросил разрешения Авдеев, смотря на сидящую за столом врача и закрыл за собой дверь проходя внутрь. — Да, Андрей, но только быстро. Я очень занята. — Думаю, то, что я вам сейчас покажу, отложит все ваши дела. — Я тебя слушаю? — Вот. Это пробирка, а в ней антидот, — сказал Андрей внимательно смотря на женщину, и про себя удивляясь, замечая полное недоумение на ее лице. — Вижу вы не знаете, что это такое, да? — В первый раз вижу нечто подобное. Какой еще антидот, Андрей? Откуда он у тебя? — Это не важно, Лариса Андреевна. Просто я обязан узнать, стоит мне его принимать или нет? — Ну… так сразу не скажешь. А что ты чем-то болеешь? Я сейчас как раз пытаюсь выяснить причину болезни Максима. Вы с ним кажется вместе ходите на уроки. — А еще дружим. Давно. Так значит вы без понятия, так? — Ну я же сказала… Если тебе станет легче, я могу сделать тебе анализ. У тебя что, температура, или живот болит как у Харитонова? — Таким я никогда не болел. Даже насморка ни разу не было. — Что? Совсем ни разу? Даже будучи ребенком? Все дети болеют. — Я нет. Ну по крайней мере, я такого не помню. — Садись, — серьезным тоном сказала Лара, и достала из чемоданчика некий прибор желтого цвета. — Не бойся. Это как сдать кровь из пальца, только совсем не больно. — И как это мне поможет? — Если огонек загорится зеленым, то прибор покажет, что ты здоров, если красным, то наоборот болен. — Ладно, — Андрей положил на стол руку, но Ларе достаточно было большого пальца. Короткий писк, и огонек загорается зеленым цветом. — Ты здоров. — Слушайте, а можно я возьму его ненадолго с собой? Хочу кое что проверить. Обещаю сразу же верну. — Ну хорошо, бери. Но только обращайся с ним осторожно, так как он один во всем мире. — Да? Спасибо, — поблагодарил Авдеев, и встал из-за стола, собираясь забрать пробирку, но Лара остановила парня. — Взамен, позволь мне оставить это у себя? Я хотела бы получше его изучить. Если я что-нибудь найду, я дам тебе знать. — Ладно. Еще раз спасибо, Лариса Андреевна. — И тебе, Андрей. Старшеклассник вышел из мед кабинета, и поднялся вверх по лестнице, в комнату друзей. — Народ? Я должен вам всем кое что показать.