Герцогиня Аллана

— Ты сказал: проси, чего хочешь! Я желаю эту игрушку, — заявила я, выходя в коридор. — Дорогая, зачем тебе необученный раб? Возьми лучше этот перстень, — Тераи снял с руки кольцо и протянул мне. Я мельком взглянула на него и рассердилась. — Вот, значит, как? Я настолько подурнела после рождения близнецов, что ты готов мне подарить за любовь только серебряное кольцо с позолотой и нагретым кварцем, цена которому три серебряные монеты в базарный день? Я тебе не трактирная шлюха, чтобы спать с мужчиной за три серебрушки, – все посмотрели на кольцо. Оно действительно было из серебра, сквозь потертую позолоту проглядывал белый металл. — Дорогая, если тебе так нужен наложник, возьми кого-нибудь из своих барсов, – Тераи не хотел ссориться после такого восхитительного акта любви. — Мои барсы нужны мне для охраны. Взять их в постель, значит, испортить хороших стражей. Но ты прав, любимый, Марио — необученный раб. Тогда дай мне обученного, например, Либера. — Дорогая, откуда ты знаешь про Либера? — Случайно нашла его, когда искала тебя. Он – красивый и покорный. Отдай мне его. — Дорогая, он тебе не подойдет. Он не умеет ублажать женщин. Может, все-таки драгоценности? Мы привезли немало красивых украшений. А хочешь новую кобылу? В последнем походе мы захватили несколько отличных гирканских коней. Среди них есть чудесная белая кобылица, как раз для тебя. — Мой герцог, видимо, забыл, что я езжу на жеребце. Никакая кобыла не сравнится с моим вороным Дьябло. К слову о жеребцах. Ты хочешь стать моим наложником? – я коснулась груди стража, охранявшего вход в пыточную. — Прости, если чем обидел, госпожа, — лев рухнул на колени. – Я не желал тебя оскорбить, просто выполнял приказ господина. — Я стала такой страшной после родов, что уже не привлекательна для мужчин? Поэтому ты отказываешься стать моим наложником? Лев беспомощно посмотрел на герцога. Если ответить да, то можно вызвать гнев госпожи, а если ответить нет, гнев — господина. — Я поняла все по вашим лицам. Я уродливая толстая мамаша, которая уже не интересует даже своего мужа. Хорошо, не нужен мне ни наложник, ни игрушка. Я вызову плотника и велю заколотить дверь в спальню, а сама перееду жить в детскую, – я закусила удила. — Если я не хороша для мужчин, займусь воспитанием детей и редкими набегами на варваров. Росомаха, после полудня я еду развеяться. — Как прикажешь, госпожа. Дюжина всадников будет ждать тебя во дворе замка, - отрапортовал барс. — Любимая, — всполошился Тераи, – зачем такие крайности? Ты после родов ты стала еще краше. Марио – твой, отдаю его на твою милость. Делай с ним, что пожелаешь. Без твоей защиты он никто и ничто. Герцог схватил бывшего льва за волосы и швырнул к моим ногам. — Ты теперь принадлежишь госпоже Дикой Кошке. Я лишаю тебя всех прав состояния. Ты будешь всем, что она пожелает, и должен выполнять любые ее приказы. Если она откажет тебе в покровительстве – ты мертв. Я повисла на шее мужа. — Спасибо, милый. Я верила, что меня еще любишь. — Как можно не любить мать своих детей, — улыбнулся герцог и, повернувшись к капитану, приказал: – Шерман, проводи игрушку госпожи в ее покои.

***

— Не думала, что это на Тераи еще действует, — сказала я и расхохоталась. Мы находились в моем, так называемом, кабинете. Это была просторная светлая комната, украшенная гобеленами и вечером освещаемая маслеными лампами. Напротив входа располагался дубовый стол с резным креслом, возле окна комод с многочисленными ящиками, широкая обитая войлоком и красной тканью лавка, легким движением превращаемая в скамью со спинкой, занимала пространство между комодом и дверью. За лавкой находилась ширма и платяной шкаф. В центре комнаты возле меня стояли Марио и Шерман, а Росомаха прислонился к косяку. — Благодарю, за спасение Марио, госпожа, — Шерман склонился и поцеловал мне руку. — Шерман, ты со мной не расплатишься. Я с большим трудом забрала у мужа твоего ублюдка. Интересно, почему герцог так не хотел с ним расставаться? Я посмотрела на Марио. — Раздевайся, я хочу получше рассмотреть свою новую игрушку. — Не буду, — тихо, но твердо произнес Марио и с вызовом посмотрел на меня. – Я, воин, а не шут, чтобы развлекать женщину. Капитан львов хотел одернуть племянника, но я его опередила. Спокойно подойдя к своему новому рабу, я схватила его за яйца прямо через штаны и сильно сжала. Парень охнул. — Если ты плохо слушал герцога, я повторю его слова: Тераи лишил тебя всех прав состояния. Это значит, что у тебя нет ничего; ты больше не бастард с родовым гербом, ты просто ублюдок, сын рабыни, хуже собаки; ты моя вещь, мой раб, ты будешь тем, что я пожелаю. Если ты мне надоешь или по какой-нибудь причине я откажу тебе в покровительстве – ты мертвец, тебя может убить любой. Все, чем ты сможешь владеть – это пожалованные мной вещи. Если я прикажу, ты сядешь голой задницей в прорубь. Ты меня понял? — я поиграла шариками, и раб согласно кивнул. Я убрала руку, парень немедленно разделся. Осмотрев парня, я поняла, почему Тераи так вцепился в бывшего льва. Марио был красив: ростом он был с Либера, только изящнее, и не страдал от недоедания и побоев. Марио оказался холеным сытым самцом, но совсем не в моем вкусе. — Все львы рано или поздно оказываются в постели моего мужа. Сколько Марио отслужил львом? — Я взялась за аппетитную попку, и парень вздрогнул. — Два месяца. Ты права, госпожа. Герцог еще не пробовал моего племянника. Я раздвинула половинки и увидела хорошо разработанную дырочку. — Однако, похоже, ублюдок готовился к этому важному в жизни льва событию. — Я готовил его к этому с момента поступления на службу, — подтвердил Шерман. — Сэм, принеси ошейник, приготовь мой наряд для верховой езды и скажи плотнику, что его услуги мне сегодня не понадобятся, – велела я Росомахе. Тот поклонился и вышел. — Плотнику? – удивился Шерман. — А ты думал, я шутила про заколачивание двери? Позаботься об одежде и вещах для моего раба. Жить он будет пока в этом кабинете. Его оружие, пожалуй, тоже принеси. Я еще не решила, как стану его использовать. — Все будет исполнено, моя госпожа, – Шерман склонился в глубоком поклоне. — Сейчас я иду кормить наследников. К моему возвращению Марио должен быть полностью одет и готов к поездке. Возможно, я возьму его на прогулку.