Послать бы тебя на

Тэхён вообще-то не ревнивый человек. Избалованный с детства вниманием, он не испытывал нужды в проявлении этого чувства, но что-то в последнее время его сильно волновало. Эти странные взгляды Хоби в сторону макнэ, напрягали очень. Он был уверен, что старший по нему с ума сходит, но недавно задумался, а что если он не только от него и с ним с этого ума сходит? А Чонгук все краше становился: из малыша когда-то с глазами наивного олененка, он превратился в прекрасного лебедя, то есть юношу. Только вот был бы скромным еще, но нет. Вечно везде ходит, всем интересуется, все ему надо знать, все попробовать, ну точно пробка сами знаете где. Тэхён не против, все понимает: молодой, растущий организм. Но одно его появление в тот роковой день с «половыми» приключениями чего стоил. Но как-то он это пережил, а тут новая напасть, да такая, что у Тэхёна кошки скребут на сердце. Он много думает и пытается своим гением план составить, да так, чтобы все встало на свои места, а он уж точно знает, как все должно быть. Вообще, забавно, как ни посмотри, думал Джин, внимательно разглядывая мемберов за столом. В это чудесное ясное утро вся группа впервые за долгое время собралась вместе за завтраком. Каждый погружен в свои размышления, но не старший хён. После недавно минувших событий, случая с рэп-лайном и полуобнаженкой вокалиста, а также слов Тэхёна в баре, Джин решил снять свои событиязащитные очки и получше разглядеть обстановку вокруг. А надо сказать, поглядеть было на что, особенно интересно следить за цепочкой взглядов молчаливых согруппников, которые сами того не подозревая, выдавали по кирпичику доводов для закладки фундамента и выстраивания догадок и версий новоиспеченному агенту группы — Ким Сокбонду. «Почему вдруг Хоби?» — с подозрением смотрел на макнэ лидер, потирая пальцами подбородок, — «А с этим хёном что не так?» — Джун переключил свое внимание на Юнги, — «Двое на одного? Нет! Трое на одного? Это слишком…» — ушел в свои думы Намджун. Когда именно Юнги осознал, что в пухлощеком новеньком: дерзком, с чрезмерно темной кожей и вызовом в глазах пареньке из Пусана, который буквально в последний вагон запрыгнул, присоединившись к группе, рэпер обретет музу, он уже и не помнит, но понимает, что полная ему противоположность в лице Чимина стала для него неисчерпаемым источником вдохновения. Юнги украдкой наблюдал за ним, притворяясь спящим. Ему это с легкостью удавалось, потому что казалось, что рэпер Мин всегда спал на ходу и лишних вопросов не вызывал будучи чрезмерно спокойным и даже будто уставшим. Чимин же был чересчур активный, грубоватый, но милый как дитя. Все несовместимое вобрав в себя, он и вниманием композитора группы овладел, чем порой пугал последнего, вызывая бурную реакцию в виде колких шуточек и замечаний, но это было лишь от боязни непосредственного контакта, на который младший так и норовил пойти из-за отсутствия личных границ как своих, так и чужих, им нарушаемых. Вот и сейчас с напускным скучающим видом, граничащим с дремой, Юнги рассматривал свою музу. Есть выражение «с таким другом и врагов не надо», сейчас Чимин задумался о нём. С Тэхёном они сразу нашли общий язык и довольно быстро подружились, являясь ровесниками. Общие темы и увлечения поспособствовали этому. Пака, конечно, настораживали слегка садистские наклонности друга, что проявлялись постепенно. Тэхён и не скрывал, что любит поиздеваться над мемберами, особенно демонстрировал это на различных шоу, с удовольствием исполняя наказания изощренными методами, откровенно наслаждаясь страданиями парней, в том числе моральными, но все это в рамках дозволенного, в любом случае Тэхён был славным малым. Но вот, что он пойдет на подставу вне шоу, да еще и Юнги приплетет, Чимин не ожидал, а те слова в баре, зачем было упоминать макнэ, компрометируя ни в чем не повинных людей. Смотрел он на Тэхёна и негодовал про себя. Тэхён тем временем глядел на «предателя» их уже, скорее всего, бывшей пары, — «Как он может, вот так в легкую забыть что между нами было и отвергнуть меня?» — кипел внутри Ким, никак это не показывая снаружи, но внутренняя драма грозилась явить свету всю актерскую суть Тэхёна, вот еще чуть-чуть и он сыграет свою главную роль в этом спектакле лжи и предательства. Хосок, сказать глубоко поражен — ничего не сказать. Он человек тончайшей душевной организации. Это тот самый тип личности, который может вспомнить события пятигодовалой давности и пригрузиться ей еще лет на пять вперед. Но как и любой творческий человек, он полон демонов и борется с ними как может, вот только с чертом во плоти, мирно сидящим напротив и как не в себя поглощающим завтрак, что делать, понятия не имеет. До сих пор потом холодным покрывается он по ночам, не в силах с глаз смахнуть, да с памяти стереть, а из ушей извлечь те срамные слова и заявленья, что с уст слетели милого когда-то, уже не столько милого сейчас макнэ. И поделиться не с кем и излиться страдающей душою некому, в ту ночь обет все четверо произнесли и заключили под замок молчания сие событие навек. «Вот мелкий извращенец, сидит довольный, а мне как жить? Что делать дальше, эй, насильник малолетний?» — вопит истерзанное думами сознание Хосока, внимательно глядит он на Чонгука, то ли с опаской, то ли с раздражением, со стороны подумать можно с увлечением, но кто ж поймет этих с натурой тонкой и ранимою душой… «Какой же идиот я!» — сокрушался про себя макнэ, — «Как мог в ответственный момент я отрубиться?» — поглядывал украдкой на Чимина и чуть не плакал глубоко в себе, что до второго «акта» дотянуть не смог. «Ему понравилось?» — до ужаса было любопытно Чонгуку, вот бы спросить в лоб, да не решился застенчивый ребенок. «Теперь уж поздно?» Когда он отрезвел на утро и поднялся, вся напористая удаль сошла на нет, а вот в памяти остались ощущения нежной кожи хёна, его упругий ствол и тихое сопение, чужое семя приятной консистенции, что вытер он салфеткой, а утром вспомнив, по привычке даже вынюхать пытался с рук своих, — «Какой же ты дебил! Что он будет думать про тебя, теперь уж точно, что мал еще и слаб для взрослых потрахушек *печальный смайлик*. А что если он молчит, потому что не понравилось?» — пришел в ужас Чонгук, снова из-под челки косясь на старшего, который после той ночи даже не взглянул на макнэ, вернее глядел, конечно, разговаривал, но вида что между ними было нечто большее, чем просто дружба — не подал, чем в юном жаждущем сердечке дыру огромную создал. Он переживал, что оплошал и теперь вниманием его любимого хёна завладел другой хён, которого хотелось вызвать на поединок и ушатать.

***

Некоторое время назад… «Муза, на то и муза, смотреть можно, трогать — нельзя!» — размышлял Юнги, наблюдая за хореографией Чимина, который все краше становился с каждым годом, а поэт, наблюдавший за ним тайком все это время, монаха в себе взращивал, пытался, по крайней мере. Нет-нет, да прикоснется рукой типа случайно, заденет по неосторожности, полувзгляд, полуфраза, но большего рэпер себе не позволял. — Чимин, у тебя отлично получается, — улыбнувшись, Намджун похвалил подошедшего к ребятам Пака, потянувшись к нему руками. — Спасибо, хён, — тот в ответ заулыбался. — Да, хён! Хорео отличное! — макнэ пресекает попытки старшего обнять Чимина, вырастая как стена между ними и тянет его за собой обратно в центр зала. Инстинктивно Чонгук начинал обозначать свои границы, а после того, что между ними недавно произошло, он не позволяет даже лидеру приближаться к своему хёну и тут дело не только в границах, он чувствовал нездоровые вибрации от Намджуна еще с поры «туалета», — Давай повторим эту часть, — предлагает Чонгук, на что Пак недоуменно пожимает плечами и соглашается, а макнэ довольный косится на лидера с ухмылкой, — «Схавал?» «Вот гадёныш мелкий» — недовольно хрустел челюстью Намджун. И все вроде хорошо, план сработал, думал Чонгук, вот только почему Чимин так холоден, почему ничего не сказал, намека не дал, как оно, типа они пара теперь, встречаются там, все дела? На утро Чонгук проснулся в своей постели. Все, что он помнил, это как отрубился прям перед Паком, а еще как больно ударился об тумбочку, падая с кровати, ну это правда, со слов Намджуна. Синяк на левой скуле стал тому подтверждением, сам он этого не припоминал. В любом случае, произошедшим ночью воодушевился и, набравшись терпения, выжидал подходящего момента для откровенного разговора с Чимином.

***

«Хён… хЁн… ХёН… я хочу… ХЁН… хоЧу… ТрА… хёН… теБя… ХО…» — Хо, — мягкий шепот щекотал ухо спящего Хосока, — Хооо… — руки нежно обнимали обнаженные плечи парня. «Хён, я хочу тебя трахнуть!!!» — А-А-А!!! — подорвался Хоби, услышав недовольный вопль. — Полегче, хён! — потирая щеку от резкого толчка старшего, Тэхён удивленно посмотрел на Хосока, тот испуганно глядел, внезапное появление младшего в добавок к кошмарному сну выбили из колеи собранного Хоби. — Что ты здесь делаешь? — озираясь по сторонам, спросил Хосок, прикрываясь одеялом. — Все уже внизу, а я соскучился, зашел поздороваться, — Тэхён потянулся за поцелуем, но в ответ наткнулся на одеяло вместо губ. — Увидимся внизу, Тэхён, я немного приболел, — Хосок обратно лег и укрылся с головой, давая понять, ошеломленному таким поведением парню, что не намерен говорить и уж тем более целоваться. Тэхён посмотрел внимательно на комок одеяла и вышел. Хоби всегда рад своему Вишенке, но после пикантного инцидента с макнэ, он не знает, как теперь в глаза глядеть любимому парню. И признаться не может и притворяться, что ничего не было, технически он ему изменил, хоть и думал о нем в этот момент, но факт есть факт. Вот и страдает теперь бедняга. На Чонгука исподтишка посматривает, что не ускользает от наблюдательного Тэхёна. Ким давно подметил, что больше всего макнэ проводит времени с Чимином, но за последним не наблюдались романтические движения в сторону макнэ, значит ли это, что между ними и вовсе нет никакой романтики, а, следовательно, — «Хосок и Чонгук, а вдруг они? Боже! Каков глупец! Тэхён! Наивный и обманутый так гнусно…»

***

— Смотри не лопни, Тэхён, — пихнул его в плечо Джин. — Хо-о-о… — выдохнул Ви, покраснев от нехватки воздуха. — Ты чего такой задумчивый? — Да вот думаю, помнишь, я насчет макнэ говорил? — Насчет макнэ? — старший сделал невозмутимое лицо. — Я тут задумался, а что если он не только с Чимина глаз не сводит, а что если и с Хосока. — Кхе-кхе! — поперхнулся соком Джин, — С чего ты взял? Бред какой-то! Меньше думай! Лучше пей! — хён пихнул младшему в рот бутылку с водой и ускорился на выход. «Хм…» — отойдя от Тэхёна на безопасное расстояние для размышлений, Джин задумался, — «Пора бы понаблюдать за этими ребятками повнимательнее».

***

— Хён, ты вроде собирался со мной на тренировку? — спросил Чимин, глядя на укутавшегося с головой Хосока, тот ничего не ответил, продолжая неподвижно лежать. — Хён, ты плохо себя чувствуешь в последнее время? — обеспокоено спросил Чимин. Хосок что-то пробубнил из-под груды постельного белья. — Может, я могу что-то сделать для тебя, Хоби-хён? — Хосок внезапно открыл лицо и посмотрел на Чимина, — Поменяешься со мной кроватями? — с мольбой глядел он на младшего, после ночи с макнэ, он не мог чувствовать себя в безопасности на своем месте. — Если тебе станет от этого легче, то с радостью, — подойдя ближе к нему и погладив по голове, улыбнулся Чимин. — Правда? — с надеждой переспросил Хосок. — Конечно.

***

Намджун пристально наблюдал за Чонгуком, тот буквально преследовал Чимина всюду, а давай это, а давай то и всё вместе, а Пак как нянька с ним носился. Намджуна отчего-то раздражало это, возможно, ревность, потому что обычно Чимин уделял ему внимание и милашничал тоже с ним, а теперь все его свободное время забирает себе малой, — «Бесит». … — Эй, Чимин, как насчет провести вместе трансу? — обратился он к бесящимся на диване младшим. — Ай! Отпусти, ударю! Пусти, говорю, — угрожая, смеялся Чимин, придавливая бедрами торс макнэ, в то время как он мертвой схваткой вцепился в шею хёна, оба даже не заметили присутствие лидера. «Бесит!» … — Слушай, Пак Чимин, как насчет выпить кофе? — после репетиции Намджун предложил младшему, в надежде урвать его внимание. — Хёёён, — с разбегу накинулся на чиминову спину Чонгук, — Ты не забыл про нашу тренировку? — Ох, прости, Намджун-хён, я уже договорился, давай в другой раз? — виновато ответил Чимин и стал дурачиться с макнэ. «Бесит!» … «Вот мой шанс» — Намджун подловил Пака, направлявшегося в ванную, он зашел вслед за ним, но тут внезапно дверь раскрылась и со словами «Не могу терпеть!» залетел макнэ, нарушив единение старших, вернее Чимин привык, а вот Намджун, да, в конце концов, — «БЕСИТ!!!» «Чонгук совсем распоясался, что с этим мальчишкой не так?!» — злился Намджун, понимая, что так просто макнэ не отступит, свою железную хватку он давно продемонстрировал и показал, что проигрывать не просто не любит, но и не намерен. Ким же метался от лидерских убеждений и обязанностей, до личных эгоистичных. Его бесило, что приходилось терпеть выходки Чонгука, а предъявить ему было нечего, во всем-то был хорошо макнэ, — «Вот бы проучить мелкого, стереть эту наглую ухмылку с его лица». — Да, Юнги? — ответил Ким на звонок, выдернувший его из размышлений, — Новая песня? Хорошо, сейчас приду.

***

Тем временем, уединившись на веранде с маленьким томиком популярной психологии «Как подчинить себе соседей, а потом и весь мир — пособие для истинных правителей», Тэхён размышлял над своим планом, — «Мне просто нужно свести этих двоих, тогда я отвлеку внимание Чонгука от Хосока и тот перестанет разрываться между мной и макнэ, осталось выбрать подходящее время и место. Я уверен, Хосок попал под чары этого юного Дон Жуана, а мой Хошечка такой доверчивый. С Чонгуком будет проще, он и так слоняется за Чимом, а вот с Паком сложнее, придется хитрить». Ким внимательно обдумал план действий и стал претворять его в жизнь, начиная с Чимина. Первым делом он решил, что нужно подходящее место для уединения «парочки», студия общежития показалось ему отличной идеей, в последнее время там никого не бывает, потому что все зависают в студии агентства, там и аппаратура посолиднее и вообще удобнее, а старая стоит без дела. Место — есть. Время Тэхён выбрал субботнее, именно в этот день ребята часто покидают общежитие, поэтому его планам никто не помешает. С Чонгуком, как и думал Тэхён, договориться не составило труда, он просто сказал, что Чимин хотел с ним поговорить и макнэ уже дальше не слушал, а думал о том, что вот он подходящий момент настал. Паку же Тэхён сказал, что подготовил для него сюрприз, а Чимин, любящий неожиданные приятности, конечно же, согласился. Все шло как по маслу. «Отлично, осталось дождаться Хосока и поговорить с ним» — думал Тэхён, мысленно потирая ручки, ведь уже совсем скоро в назначенный час в студии встретятся Чонгук с Чимином, а он сможет поговорить с Хоби, остальные ребята разбрелись кто куда — идеально. «Куда это он?» — вдруг Тэхён замечает, что Чимин отправился в сторону своей комнаты. Проследив за ним, он незаметно заглянул и увидел, что тот завалился на кровать и, укрывшись с головой, задремал, — «Да что с ним не так?» — Тэхён прекрасно знает, что если Чимин уставший, а судя по всему, так оно и есть, ведь он весь день провел в танцевальном зале, то он забывает обо всех договоренностях и валится с ног, — «Вот блин! Ну, уж нет, этот паренек не разрушит мои планы, надо срочно найти Чонгука». — Хён, как ты? — послышался из гардероба голос Чимина. — Не знаю, что-то съел не то, — ответил из-под одеяла Хосок. — Я попросил Джина купить лекарства, он как раз скоро вернется, а у меня встреча, — улыбнулся Чимин, выйдя из гардероба. Он приоделся, только после душа со слегка мокрыми волосами и взволнованный предстоящим сюрпризом от друга, направился в студию.

***

— Отличная песня, а ты уже решил, кому отдашь вокал? — направляясь в сторону общежития, Намджун и Юнги обсуждали новый трек Шуги. — Я думаю, Чимин идеально подойдет на эту роль, — ответил Юнги, предвкушая, как обрадуется этому предложению младший. — Вот как, что ж, я согласен, хорошая идея, да и для Чимина возможность проявить свои вокальные данные. — Я тоже об этом подумал, хочу свести мелодию в нашей студии, тебе же не нужна она сегодня? — Нет, в ней давно никто не работает, так что смело занимай ее. — Ок.

***

— Чонгук, хорошо, что я тебя нашел, — запыхающийся Тэхён поймал на выходе из ванной Чонгука, тот вовсю готовился к судьбоносному свиданию, — Господи! Ты что искупался в бассейне, наполненном парфюмом, кошмар ну и запах. — Что не так? — настороженно спросил Чонгук, обнюхивая себя. Ему показалось хорошо, вкусно пахнуть, особенно для свидания с Чимином. — Да ничего, забудь, планы меняются, — Тэхён даже сделал паузу, увидев лицо расстроенного щеночка, что вот-вот заплачет, — Да нет же, не отменяются, а меняются, сечешь? — спешил успокоить его Ким. — А, да, — внимательно глядел в ответ макнэ, мысленно выбирая наряд посексуальнее, завлекать, так завлекать. — Встреча с Чимином переносится в его комнату, так что как будешь готов иди к нему. — В комнату? — загорелись глаза младшего, он вспомнил их последнюю встречу в комнате Чимина и расплылся в масляной улыбке, решив, что, наконец, узнает, что думал Пак о ночной близости.

***

Тем временем в студии общежития «Хм, я думал, ей давно никто не пользуется, но аппаратура включена, а это что?» — Пак увидел записи в тетради, а между строк свое имя. — Нравится? — внезапный голос возле уха заставил Пака вздрогнуть и резко развернуться, попадая в кольцо рук старшего рэпера. — Юнги-хён? — непонимающе смотрел на него Чимин, — Не ожидал тебя здесь увидеть. Это? — он покосился на тетрадь, все еще смущаясь от внезапной близости с хёном. — Это новая песня, — Юнги, наконец, оттолкнулся от стола, освобождая Чимина из импровизированной ловушки. — Там мое имя, не значит ли это, что я буду вокалистом? — с надеждой глядел на хёна Пак. — Именно так, — довольно произнес Юнги и уселся на стул, придвигая второй Чимину, — Садись, я тебе все расскажу. У младшего не было предела для счастья, он радостный плюхнулся рядом. «Так вот про какой сюрприз говорил Тэхён» — Чимин внимательно слушал Юнги, представляя, как в скором будущем его голос зазвучит в паре с рэпом Шуги. Отчасти Юнги искал повод остаться наедине с Чимином, он ему нравился, в первую очередь как муза, конечно же, но сидя с ним вот так близко, улавливая тонкий аромат его геля вперемешку с природным сладковатым запахом тела, рэперу становилось все сложнее себя сдерживать. На какое-то время, он разрешил себе вольность, только сейчас, когда Чимин счастлив и открыт, когда его мокрые волосы, так соблазнительно спадают на скулы и Юнги позволяет невзначай убрать их за ухо, тем самым вгоняя в краску впечатлительного парня. — Хён, я так счастлив, спасибо тебе, — отодвинувшись, Чимин посмотрел на Юнги, сердечко забилось сильнее, рэпер всегда был холоден и закрыт, особенно в отношении с ним. И сейчас, он терялся от неожиданного и странного поведения хёна.

***

«Я готов!» — пожелав себе удачи перед зеркалом, счастливчик по жизни — Чонгук направился в заветную комнату. Воспоминания накрыли с головой, когда тихо открыв дверь, он увидел маленький комочек на кровати, — «Это не должно быть случайностью» — подумал макнэ, приближаясь к Чимину, — «Он молчал, ничего не говорил о той ночи, но сейчас мне не нужно больше слов» — медленно стягивая с себя так усердно подобранную футболку, Чонгук подходил все ближе. И вот уже дрожащими от волнения и предвкушения руками, он медленно потянул воздушное полотно, аккуратно проникая под него. Джин, заботливо принесший лекарство Хоби, не предупредил того, что оно имеет снотворное действие и поэтому ничего не подозревающий Хосок, выпил его и отключился мирно лежа на кровати младшего, любезно предоставленной ему Чимином. В последнее время его преследовали кошмары, он то и дело убегал от разъяренного полуголого макнэ, гоняющегося за ним по общежитию с дубинкой, в виде огромного члена, в руках. Каждый раз Хосок в холодном поту просыпался от мысли, что с ним сделал макнэ, если бы поймал. Один бог знает, каково пришлось бедному танцору, он даже задумался о психологе. Но часто в этих кошмарах, появлялся герой в золотом плаще в лице Тэхёна, отважно защищавший от красного дракона отчаявшегося парня. Вот и сейчас, он появился из ниоткуда и укрыл своим плащом Хосока, крепко прижав к горячей груди. Его тепло расплылось по всему телу, обещая защиту и безопасность. Хосок всхлипывая сильнее прижимался к своему защитнику, а макнэ угрожающе скалясь, становился все ближе, грозясь одолеть и уничтожить препятствие в виде отважного Тэхёна. — Ничего не бойся, я не оставлю тебя и не отдам в руки этого злодея, — шептал на ухо Тэхён, попутно его облизывая, совсем как-то не к месту сейчас, думал Хосок, — Нам может хорошо быть вместе, не думал об этом? — еще более не к месту руки любимого героя проникли под пижаму. — Отдайся наслаждению, хён! — приближаясь, твердил Чонгук, — Я буду нежен, — твердил с ним в унисон Тэхён, разворачивая к себе бедного Хоби, что терялся в своих эмоциях, то ли бояться, то ли возбуждаться, что блин делать, понять не мог. Но на мгновение, теплые руки и нежные прикосновения к коже внушили мнимую защищенность и Хоби поддался сладким обещаниям. — Хён, ты такой горячий, — шептал Тэхён, приникая губами к нежной коже тонкой шеи, — Да, хён, очень горячий, — послышался голос макнэ за спиной и следом настойчивые касания губ. — Нет, стойте, — стал сопротивляться Хосок, но младшие не реагировали, продолжая наглые блуждания рук по телу танцора, — Да прекратите вы! Пустите меня! — переходя на крик, Хосок пытался вырваться, — Я буду нежен, — как заклинание продолжал говорить Чонгук голосом Тэхёна, а Хосок понимал, что остался наедине с красным чудовищем. — Аха-ха! — нечеловеческий то смех был, — Наконец! Я трахну тебя, хён, — возвел над головой свою дубинку Чонгук. — Не-е-е-ет! — истошный крик немой гримасой ужаса застыл на чоновом лице, он в страхе открыл глаза, выдохнув от осознания, что это был всего лишь сон. Но вдруг над ухом, сладкий, — Хён, — послышался и Хоби напрягаться начал, он же просил не лезть к нему Тэхёна, он же просил дать время, ну почему его не слушается Ви. — Послушай, Вишенка… — обернулся на голос Хосок… и замер в шоке, — «Нет, не снова»

***

Они оба качались в ритме мелодичной музыки, биты проникали в самое сердце, голоса идеально сплетались в дуэте. Не заметив, как под укачивание приятного мотива и собственных голосов, они приблизились друг к другу настолько тесно, что не обратили внимания, как не только голоса, но и руки сплелись на спинах друг друга. Последний аккорд и кончено, музыкантов уносит наслаждение. — Это так круто! Юнги-хён! — Чимин сам не понял как повис на шее у старшего, а тот без тени сомнения обнял его в ответ и крепко прижал к себе, глядя не в глаза, а как будто в душу. — Хён? — стал приходить в себя Чимин, освобождаясь от эйфории. «Только сейчас, почему бы не позволить только сейчас» — и все-таки позволил, не дав выскользнуть из своих рук, Юнги поцеловал Чимина, почти невесомо, так нежно словно прикосновение перышка птенчика. Тот поцелуй скорее целомудренным, чем страстным можно было бы назвать. Чимин стоял окостенелый, и только глядел перед собой, заметив знакомый силуэт и шорох за стеклянной дверью, он отстранился. — Нет, постой, — Пак отчего-то сожалел, ему казалось, что сейчас произошло что-то непоправимое, в скором времени они забудут об этом, он точно, но вот Юнги запомнит этот поцелуй надолго и запомнит этот поцелуй не только он. — Эй, полегче, — чуть ли не сбитый с ног лидер, смотрел на заплаканного макнэ, чьи пятки уже сверкали в направлении выхода из общежития, — Да что с ним? — А что с ним? — послышался внезапно голос сбоку. — Напугал! — Намджун подпрыгнул от неожиданности при виде, снова из воздуха образовавшегося, Джина. — Какие все нежные, — пожал плечами старший, — Он искал Чимина, я и сказал ему, где его найти, — ответил он и направился вслед за Чонгуком. «А что же это нашего, дофига уверенного в себе, малыша так расстроило?» — не понимал Намджун и направился в сторону студии. Ему было стыдно признаваться в этом, но в глубине души он был рад видеть хоть какую-то эмоцию на лице макнэ, кроме издевательской ухмылки. Приближаясь к студии он незамедлительно наткнулся на еще одного потерянного вокалиста. Чимин не замечая никого прошел мимо Кима, а тот застыл, успев лишь руку приподнять с немым вопросом, на который явно никто не собирался отвечать. «Как любопытно» — подумал лидер, увидя не менее расстроенного Юнги. Это всего лишь догадка, но Намджун, кажется, начал понимать, что только что тут развернулась целая общажная драма, только вот какова была роль Юнги, никак не укладывалось в голове, — «Хм…», — потер он подбородок и зашел внутрь, — Ну как все прошло, песня понравилась?

***

— Тэхён, ты не видел Чонгука? — Джин застал Кима на кухне, тот мирно сидел в наушниках и смотрел какой-то фильм, в предвкушении встречи с Хосоком. Он слышал, что тот собирался на тренировку с утра, поэтому ожидал его внизу, чтобы сразу поговорить. — Нет, я фильм смотрю и Хосока жду, а что? — непонимающе ответил Тэхён. — Ждешь Хосока? — удивился Джин. — Ну да. — Так, а чего ждать? — все еще загадочно отвечал Джин, — Он ведь сегодня весь день в своей комнате провел. — В комнате? — вот это поворот оказался для «гениального» стратега, что Чонгука в ту самую комнату сам лично и направил, — «Пиздец…» — уже на лестнице думал Тэхён, спешно направляясь в комнату Хосока.

***

Первое что увидел Чимин зайдя в комнату, это Хосока на полу возле кровати. Тот сидел на небрежно скинутом на пол матрасе и укрытый с головой одеялом покачивался из стороны в сторону. — Хён? — обеспокоенно обратился к нему Чимин, сразу же подлетая, опустился на пол перед ним. Хосок молча таращился перед собой, не переставая как неваляшка маячить, покачиваясь. Глаза его были наполнены каким-то неведомым страхом, обычно улыбчивый Хоби, выглядел как загнанный зверек в последние минуты жизни. — Что случилось, хён? — уже не на шутку встревожившийся Пак, хотел было позвать на помощь, — Я позову кого-нибудь, — он не успел подняться, как его прижали сильно вцепившись в плечи. — Не зови никого, — проскулил Хосок. — Хорошо, хорошо, — Чимин стал успокаивать хёна, обняв в ответ и легонько поглаживал по голове. — Не говори об этом никому, особенно Тэхёну, — прошептал Хосок. — Но что случилось, Хосок-хён? — не понимал Чимин. Он злился на Тэхёна, думая о подставе в студии, каков сюрприз оказался… Но произошедшее с Хоби его печали как рукой сняло. Он нежно обнимая старшего, пытался успокоить его. — Не спрашивай, что произошло, просто посиди так со мной и никого не зови, пожалуйста. — Хорошо, Хосок-хён, все хорошо, — наглаживал его Чимин, приговаривая, — Мы никому ничего не скажем, особенно Тэхёну. Это будет наш секрет, я с тобой, хён. Они вместе покачивались на полу импровизированной кровати, обнимая друг друга и что-то шепча, совершенно не замечая, как в этот момент с силой зажимал ладонью свой рот Тэхён, в ужасе таращась на своего Хошечку и лучшего друга, что продолжает ласково шептать на ухо «что не выдаст их» и гладить родненькую спинку. Как же он ошибался, думая, что виноват макнэ, а на самом деле в спину ему вонзил кинжал предательства лучший друг, единственный кто в курсе был их отношений. А Хосок не лучше, смелости не хватило признаться, вот он и скрывался и отталкивал Тэхёна, именно так думал еще один вокалист группы с разбитым сердцем. «Да что они все в слезах-то сегодня?» — задавался вопросом Джин, только что нашедший на детской площадке зареванного Чонгука, тот толком ничего сказать не мог, только всхлипывал и говорил что-то про боль в груди, разрывающую такую, сильную ни на что не похожую боль. Джин подумал, тот над образом работает, даже похвалил его актерские навыки, а тут еще и Тэхён чуть ли с ног не сбил и тоже сверкал весь от слез, — «Они, что сегодня кружок актерского мастерства в общежитии организовали? Драма-муд какой-то устроили…» — Ну как? Оу, вы чего там делаете? — прикрыв глаза ладонью, Джин зашел в комнату Чимина и Хосока. Чимин молча показал «не сейчас» и жестом указал на дверь.

***

«Интересненько» — столкнулись в коридоре два мыслителя, — О Джин, пойдем, что ли кофе попьем? — предложил Намджун. — Отличная идея, — улыбнулся Джин и они оба направились на кухню, — «Хорошо хоть ты не страдаешь или я просто не в курсе? Хм… Надо подаблюдать…»

***

Сейчас Каждый за столом был погружен в свои мысли, но только не Джин. Внимательно складывая, словно пазл все события минувших дней и особенно вчерашнего вечера. — Ну, всё! — громко хлопнул в ладоши Сокджин, довольно их потирая, — Круг замкнулся! — вслух подытожил, чем вызвал всеобщее недоумение, — Вы продолжайте гляделки, — подмигнул, все еще не понимающим в чем дело, мемберам, — А мне пора. Ах да! — без задней мысли решил сообщить старший, снова привлекая общее внимание, — То масло для тела почти закончилось, как я понимаю, всем пришлось по вкусу, так что я прикупил еще две бутылочки, — блеснул улыбкой Джин и послал пальцами сердечки оторопевшим мемберам, — Пользуйтесь с удовольствием, — добавил, удаляясь, а за столом забегали глазки. Парам-парам-пам — вщщщ…