Свобода выбирать

      Конь под ним взбрыкнулся, раздувая от животного страха ноздри, столб пыли, поднятый от копыт, окутывает Эрена, забиваясь в глаза. Он с силой тянет поводья на себя и от перенапряжения в руках пальцы сводят легкой судорогой. Эрен почти готов поддаться панике. Протяжный утробный крик проносится по полю, и его неспокойная лошадь встает на дыбы. Пальцы разжимаются. Эрен не успевает вдохнуть воздуха для вскрика, мимолетная невесомость охватывает его тело, и он тяжело и больно рушится на землю. В голове звенит от удара. На несколько мгновений он забывает, что вообще здесь делает, но грузная поступь совсем рядом и чей-то громкий голос возвращают его мысли на место. Он знает, времени оглядываться нет, тень от монстра накрывает его полностью. Земля дрожит под ногами, когда он рывком поднимается и бежит. Нога цепляется за камень, Эрен коленом и локтем проезжается по траве, сдирая ткань, кожу, теряя дыхание от очередного удара. Плащ путается у него на шее. Чей-то голос снова доносится до его ушей, когда он снова бежит. Чужая лошадь ровняется с ним. Райнер протягивает ему свою руку.       Эрен хватается за нее и на ходу забирается на лошадь, занимая место позади товарища. Ветер раздувает их плащи. — Все мое снаряжение было на лошади! — перекрикивает он и толика обиды сквозит в его голосе. Совершенно беспомощен. Снова. Он оглядывается назад. В какой момент все пошло не так?       Взгляд сразу цепляется за несколько человек, парящих в воздухе между гигантами. Все его естество рвется помочь им, и он слишком поздно задается вопросом, почему Браун бежит совершенно в противоположную сторону. — Развернись! Мы должны быть там! — И что ты сделаешь без экипировки? Покричишь на титанов? Вспомни приказ.       Эрен и правда готов был кричать. От досады и несправедливости. Его сил не хватает, чтобы заглушить все чувства и охладить голову хоть немного. По напряженной спине Райнера хотелось бить кулаками и требовать вернуться. Эрен силится найти глазами в той неразберихе, что становилась все дальше и дальше, Микасу и Армина, но разобрать что-либо невозможно. Уродливые твари уменьшались, а люди пропали вовсе. Никаких залпов ракет, и из шума остался только топот копыт и собственное тяжелое дыхание. — Ты бы смог что-то сделать, — обвинительно-твердо говорит Эрен.       Райнер молчит, игнорирует. Конь снижает скорость, Йегер бедрами ощущает мучительное дыхание животного. Слишком тяжелая ноша для него. Они проходят еще немного под заходящим солнцем. — Это еще не конец. Принюхайся.       Ветра почти нет, но смрад чудовищ все равно цепляется за Эрена, забирается под кожу. Он вертит головой, но никого не замечает, только птицы пролетают над ними. Райнер берет правее и теперь лучи слепят им глаза. Пыл эмоций медленно утихает в душе Эрена, оставляя лишь неудовлетворенность своим прихотям, но и открывает путь ясности некоторым произошедшим событиям. Райнер не заслужил его гнева, он рисковал собой и хотел помочь. Браун роется в сумке и достает походную флягу с водой, молча протягивая Эрену. — Извини. Спасибо. — Йегер берет ее в руки, откручивая крышку. — За что извиняешься? — Я бы сдох там как последний глупец, если бы не ты. — Ну, ты бежал довольно бодро. Для того, кто хочет уничтожить всех этих тварей, я повел себя как трус, думает Эрен и ненадолго ему становится противно от самого себя. — Откуда они вообще взялись? — спрашивает он, чтобы заглушить в себе голос самокопания. — Я был в отряде с Армином, но девиант вылез так внезапно, нас разделило. Моя лошадь от испуга поскакала вперед, а потом сбросила меня. — Не имею представления. Нас окружили, я Бертольда тоже потерял из виду. Увидел твою макушку, гиганта рядом и рванул. — Как думаешь, командир Эрвин знал, что так будет? Иначе зачем ему отдавать такой странный приказ? — Не вступать в бой, по возможности сваливать? Спроси его, когда увидишь. — Может, нас так проверяют? — Но вопрос остается без ответа. Если у Райнера и были догадки на этот счет, то он решает их пока не озвучивать.       Солнце совсем скрывается за верхушками деревьев, и теплота воздуха сменяется на прохладу тени, когда они доходят до кромки леса. Безжизненный с первого взгляда, для двух разведчиков он не внушал особого доверия. — Вернемся обратно? — спрашивает Эрен, вглядываясь меж деревьев. — Завтра. Может, лес собьет их со следа. Переждем ночь здесь.       Эрен оглядывается, в надежде заметить сигнальный знак от товарищей, но там ничего, только молчаливая утопающая в сумерках зелёная равнина, по которой они шли. Райнер трогает поводья и густота вечернего воздуха, царящая меж деревьев, охватывает их полностью. Легкая дрожь проходит по телу Йегера. Несколько птиц наблюдают за ними, провожают, перелетая по веткам. Лес имеет свои звуки, но Эрен способен только крутить головой, ожидая опасности за каждым кустом. Мышцы на плечах скручивает от стресса, что не хочет отпускать голову Йегера. Он вздрагивает от выскочившего из кустов кролика. Как Райнеру удается оставаться настолько спокойным? Эрен чуть отклоняется в бок, пытаясь рассмотреть выражение лица Брауна. Тот замечает это. — Все хорошо, Эрен? — Он ненадолго оборачивается, чтобы рассмотреть Йегера. — Я беспокоюсь за них, — признается Эрен. Он доверяет Райнеру и врать о своем состоянии совершенно не хочется. — Расслабься. Они в порядке. — Хотел бы я быть таким же спокойным, как ты. — Эрен, — тихий выдох. — Мне тоже страшно.       Йегер вскидывает голову, рассматривая затылок Райнера. Он почему-то думает, что удостоился искреннего откровения, потому что слышать от такого парня как Браун, всегда сильного духом и телом, подобные слова, было по крайней мере неожиданно. Сердце почему-то стучит быстрее положенного, когда он осознает, что ему приятно доверие Райнера.       Они проходят еще немного, когда Браун говорит, что лошадь совсем выдохлась. Они слезают и остаток пути до старого огромного дуба преодолевают пешком. Райнер излагает короткий план: самим немного отдохнуть, дать лошади перевести дыхание, и чуть раньше первых рассветных лучей выдвинуться обратно. Он предлагает Эрену помочь забраться на вверх, и заночевать Йегеру на ветках, а сам останется внизу, чтобы не дать лошади сбежать чуть что. Эрен отказывается, хотя предложение выглядит вполне нормальным. Он не признается, что чувствует себя в безопасности именно рядом с ним.       Небольшой костер греет замерзающие конечности, но Йегер все равно ощущает холод, идущий от земли, на которой сидит. Райнер возвращается с лошадью, которую водил к ручью, обнаруженному недалеко. Он привязывает ее к небольшому молодому деревцу, треплет по боку шеи и, сняв сумку, садится рядом с Эреном. — У меня тут есть немного вяленного мяса и сухарей. Я думал, что мы вернемся сегодня же вечером за стену, как и было озвучено по плану, поэтому совсем не думал о еде. — У меня было только несколько яблок. Их Микаса положила.       Эрен берет в руки предложенный кусок, и уныло кусает. Его напрягает все вокруг: неизвестный лес, тени меж деревьев, шумы и выкрики ночных зверей. Они давят на него, внушают, что он здесь чужак. — Затушим костер. Нельзя привлекать много внимания, — предлагает Райнер, так же подозрительно осматриваясь. Так или иначе, сильно напуганным тот не выглядит, скорее встревоженным, подмечает Эрен.       Они ложатся возле корней дерева. Браун первый встает в дежурство, укладывая снаряжение рядом. Эрен закрывает глаза и кутается в плащ, но это не сильно помогает. Глубокий ночной мороз проникает в самые кости, парень елозит на месте, стараясь разогнать кровь, добиться хоть немного тепла. — Иди сюда.       В темноте не сильно удается рассмотреть что-либо, но по очертаниям Эрен угадывает, что Райнер раскрыл свой плащ, держа рукой. Йегер долго не думает, под теплым боком явно будет лучше. Он переползает поближе, прижимаясь своим телом, чужая рука ложится на его плечо, сжимая, укрывая плащом. Райнер не теплый, он горячий как печка у них в казарме. Наверно, это немного не нормально, но Эрен игнорирует подозрительность данного открытия, ему слишком хорошо. Он засыпает, с трудом отбрасывая тревожные мысли о своих друзьях, неосознанно положив голову на плечо Брауна. На грани сознания он ощущает, что его прижимают еще ближе.       Сон выходит прерывистым, лихорадочным, с непонятными смутными картинками. Он открывает глаза, вдруг понимая, что сжимает кофту Райнера, почти обнимая того, и лбом прижимаясь открытому участку кожи на шее. Он, чувствуя неловкость, хочет уже немного отодвинуться, когда своей щекой Браун прикасается к макушке Эрена, ложась на нее. Йегер замирает. Дыхание у Брауна становится глубоким, медленным. Он заснул?       Впрочем, это не удивительно. Эрен не решается его будить, заключая, что, раз проснулся, то присмотрит за ними теперь он. Парень прислушивается к ночному лесу, приоткрывая глаза. В поле зрения не так много открытого пространства, но в такой черноте все равно ничего разобрать не получается. Подозрительных звуков тоже нет. Но что-то не дает ему покоя, будто кто-то наблюдает за ними. — Райнер.       Тот просыпается мгновенно, будто и не засыпал вовсе. Эрен выбирается из пригретого места, быстро оглядываясь на Брауна, и выходит ближе к потушенному костру, осматриваясь. — Что-то здесь н…       Огромная рука, внезапно возникшая из темноты, хватает его, сжимая ребра, лишая воздуха, и поднимает вверх. Титан выходит вперед, его уродливая морда еле освещается луной, но Эрен прекрасно видит блестящие от слюны зубы. Он бьет кулаками по толстым пальцам, рычит от бессильной злости и ярости, обвиняет проклятую лошадь, что сбежала с его снаряжением.       Блеск лезвия на мгновение слепит его, горячая кровь пачкает лицо, и он летит вниз. В этот раз ему удается перегруппироваться, но он все равно больно приземляется на ногу, неприятно подворачивая при ударе. Он еле сдерживает стон. Отрезанная рука титана с шипением, охваченная паром, приземляется рядом. Уши закладывает от пронзительного нечеловеческого крика, раздающегося сверху. Эрен оборачивается, пятясь назад ползком, видит Райнера, с помощью привода летающего вокруг монстра. Браун уворачивается от другой руки, пролетая под ней. У него только одно лезвие, которое он успел выхватить. Без второго он вряд ли сможет одолеть гиганта.       Эрен подрывается вверх, но ушибленная нога подводит его, он с криком падает на колени. Боль проходит через все его тело, смешиваясь с пылким гневом, разлитым по венам. Он должен помочь Райнеру. Йегер снова встает, темные пятна перед глазами мешают сосредоточится, а сознание на мгновение отключается. Он тяжело падает возле коробки с лезвиями и достает одно. Пальцы режутся об острые края, когда он сильнее сжимает сталь. Холодный воздух пропитан смрадом и ужасом, когда он втягивает его через нос. Эрен отчаянно кричит имя друга, снова падая. Краем глаза он замечает второго титана. Он чуть меньше, на четвереньках, бежит, расталкивая кусты и деревья. Их лошадь, что была привязана заваливается на бок от небольшого удара, но резво встает и исчезает между черных столбов леса.       Собственная кровь льется по запястьям, пропитывает ткань формы. Эрен тяжело дышит, пот струится по его шее, огромными глазами наблюдает за бегущим титаном. Он выставляет лезвие вперед, оно подрагивает в руках. Без боя не умру, упрямо решает он, и свирепо кричит на монстра, срывая голос.       Его сбивают с ног, практически в последний момент, когда тварь уже прыгает, и ее рот, черная мерзкая дыра, почти соприкасается с оружием. Райнер сжимает его в своих руках, в полете переворачивая себя на спину, проезжаясь ей по земле. Привод от такого жесткого падения ломается, на дерево не взлететь. Райнер смотрит на Эрена волнительным вымученным взглядом из-под бровей, когда отпускает его на землю, прикрывая собой от монстров. В его глазах сверкает густое отчаяние, смешанное с виной. — Прости меня.       Тихое «что?» тонет в горле Йегера. Браун выхватывает лезвие из нечувствительных пальцев Эрена и режет себе ладонь, капли его крови падают на землю. Вмиг вспышка яркой молнии разливается светом по деревьям и горячий пар опаляет Йегера, жар воздуха раздувает его плащ и волосы. Он прикрывает глаза. Вокруг Райнера из воздуха образуются кости, мышцы и пластины. Эрен забывает дышать. Кровавое прошлое мелькает перед глазами. Гигант, так хорошо знакомый Эрену, светя глазами в ночной тьме, бросается на прыгнувшую тварь. Они сталкиваются в полете. Грохот битвы отдается вибрацией в земле, Йегер сжимает в руках оторванные травинки с мелкими камушками. Они больно впиваются в свежие раны, но Эрен забывает об этом сразу же. Крик застревает где-то в горле. Он бы предпочел умереть, не зная, что его друг Бронированный титан, разрушивший стену. Йегер не дает себе шанса закопаться в штормящих его голову эмоциях, ему нужно бежать от этого места. Нет ни единого шанса, что у него получится далеко уйти, но он попытается. Последнее, что он замечает в этом бою, Бронированный разрывает пасть титану, кровавые мышцы с разорванной кожей свисают противными ошметками.       Эрен успевает проковылять несколько метров, когда снова падает. Хриплое рычание от обиды вылетает из его рта. Так он и умрет? Преданный, одинокий, исчезнув в пасти твари, которых поклялся уничтожить?       Тяжелая поступь достигает его, и он оборачивается, будто в замедленном действии наблюдая как первый титан, схвативший его, снова тянет огромную руку. Но пальцы не успевают достигнуть цели, Бронированный в тяжелом беге, сбивает тело, разрывая шею. Пар валит из кровавой дыры.       Эрену больно и плохо. Он не знает, способен ли что-либо сейчас сделать. Его давят слезы, тело лихорадит, он хочет забыть то, что узнал, увидел. Это же Райнер. Справедливый, умный, заботливый Райнер. Тот, на которого можно положится. Даже в этих светящихся глазах монстра Эрен все равно видит Брауна. Тот смотрит на него, не отрываясь и не двигаясь. — Давай! Убей! Чего ждешь? — злостно кричит Эрен, потому что по-другому не может. Боль от предательства, ран, возможно сломанной ноги, смешивается в один большой нерв всеобъемлющей обиды. — Иначе это сделаю я. Я убью тебя, Райнер.       Титан подходит к нему. Огромная тень захватывает Эрена, порыв ночного ветра тормошит его волосы и охлаждает раны. Йегеру не хватает воздуха, он тяжело быстро дышит, из рта снова вырываются проклятья. Гигант медленно опускается на одно колено, протягивает руку, и в один момент Эрену кажется, что она сейчас опустится на него. Но та лишь приземляется рядом с его ногами, вдавливаясь в землю. Титан низко опускает голову. Из шеи валит пар и Браун, отрывая от себя мышцы, появляется со шрамами на лице. Он молчит, каменной маской скрывая от Эрена свои эмоции. Он решил убить его лицом к лицу? — Прекращай кричать, Эрен, — усталым голосом произносит Райнер и спрыгивает с громилы. Тот медленно начинает растворяться, пластины исчезают, шипя паром. — Надо осмотреть твои раны.