Гитара, камера, велосипед

      Она пахла цветущим фруктовым садом, ее темно-каштановые волосы, развеваясь майским ветром, падали нежным каскадом на ее плечи, спрятанные от солнца в рукава самой яркой рубашки из ее гардероба. О, как она любит рубашки! Если бы я мог, я бы отдал ей их все, что есть в этом мире.       Я стоял, жмурясь и глядя на нее сквозь лучи солнца. Ещё немного и она бы его затмила. Мало в ком я нахожу столько счастья, сколько она видит в том, что так искренне любит делать.       Из-за лиловых губ звонко донеслось: «Ты оглох, ослеп или все вместе?! Это солнце нас вот-вот испепелит, а мы не собрали ни одного образца!»       Как возможно так волшебно описать девушку, которая слушает панк, готова торчать в лаборатории сутками напролет и опошляет все, что движется? Как можно наслаждаться присутствием той, с которой нельзя провести день, не поругавшись?       А мне удается… И я восхищен. Восхищен не тем, какой ее вижу, а тем, какой она является. Ведь если тебе удаётся узнать её ближе других, стерпеть ее напускное высокомерие и мнимую надменность, эта душа открывается палитрой искренней любови и тепла. Она не та, кем хочет казаться, и это — восхитительно!