История духовного самоубийства

      — Лилит интересовалась тобой, — как бы невзначай бросил Белиал, стоя возле дальней ледяной колонны. — Забавно, столько воды утекло, а эта бестия никак не уймётся.       Искоса он посмотрел на трон, где, точно восковая статуя, сидел Дьявол, и закатил глаза.       — Ты такой общительный сегодня. Впрочем, как и вчера, и позавчера, и позапоза…       Едва пошевелив пальцами, Сатана отбросил мужчину к озеру, однако сам с места не сдвинулся. Белиалу же пришлось перевоплотиться в змея, чтобы не сорваться в бездонную яму. Тяжёлым ударом хвоста он сумел затормозить на её краю и, прошипев злобное «Не буду отвлекать», выполз из зала.       — Отныне имя мне — Сатана, — громко заявил Люцифер, окинув взглядом умолкших демонов. — Я тот, кем Падшие и смертные нарекли меня, отобрав дарованную мне сущность. И если в стенах этих и за её пределами услышу я напоминание о прошлом…       Он щёлкнул пальцами, превратив треть бесов в песок и пепел.       — То вы сами станете очередным воспоминанием.       Часть змей сбилась в клубки, бесы и черти поджали хвосты в попытке спрятаться друг за другом. Лишь Белиал, наблюдавший за всем со стороны, спокойно потягивал виски, украденный днём с Земли.       Цвет его глаз всегда имел в себе красный отлив. И только в аду, во мраке мира, он раскрылся в полную силу. Жаль, мало, кто мог наблюдать этот ядовитый цвет души мужчины, ведь всё чаще Дьявол скрывал его под тяжёлыми веками. Так и теперь, услышав приближающиеся неуверенные шаги, он закрыл глаза и затылком упёрся в изголовье ледяного трона.       — Я думал, — тяжело ворочая языком, произнёс Сатана. — На сегодня мы закончили.       Возня на мгновение прекратилась, однако вместо неё послышалось прерывистое дыхание.       — Если ты собираешь напасть со спины, то выбе…       — Люци…       Он вздрогнул, тут же открыв глаза. Ему хотелось с места подорваться и одновременно сидеть, как пригвождённый к нему, боясь спугнуть видение.       — Люци, я…       Не выдержал. Звук щелчка не успел разлететься по залу, как мужчина оказался возле дрожащей девушки. Ему бы шаг сделать, сказать хоть слово, но… речи лишился, увидев на вытянутых девичьих руках отрезанные крылья.       Она принесла их в доказательство своих намерений. Бельфегору пригрозила, заставила его выдрать их до последней косточки. А он… выбрал меньшее из зол и послушался её. Правда, работа оказалась столь грязной, неаккуратной, что Касикандриэра ещё долго несла за собой дорожку из крохотных кровавых капель. Она назвала их слезами. Сама себе отшутилась, что таким образом ангельская сущность попрощалась с ней. Заготовила эту небылицу для Дьявола, однако, войдя в ад, не позволила дерзости.       — Я ду…       — Если это Бельфегор, то я с не…       — Манеры, — устало улыбнулась Касикандриэра. — Ты совсем забыл про ма…       Руки подвели, из-за чего лежащий на них груз тут же рухнул на лёд. Девушка бы с радостью за ним последовала, если бы не Сатана: он поймал её, едва та качнулась вперёд. Подумал оправдаться, принести свои извинения за то, что перебил даму, когда та вела речь, как ненароком наткнулся на её изрезанную свежими линиями ладонь.       — Я хочу, Люци, — прошептала она, виновато опустив глаза. — Всегда хотела.