Вернуться на Землю

Позвольте представиться. Кейя. Капитан Кавалерии Ордо Фавониус. И сейчас я лечу со скоростью двести миль в час к своей неминуемой гибели. Это очень иронично для меня умереть тут - в Сердце Бездны. Я и не надеялся дожить до старости, нет. Хах, это была бы хорошая шутка! Но я думал, что умру от меча, может быть меня даже убьет мой братишка. Я надеюсь, он будет плакать по мне и кричать что-то типа "о нет, Кейя! Я и не думал, что ты был мне так дорог, пока ты не сдох!", или что там бывает в милых книжках нашего магистра. О, может быть ей пришлось бы убить меня.. но нет, она никогда бы этого не сделала. Ах, милая Джинн пытается всех спасти! Пожалуй, еще шанс был у Лизы, но!.. Она миротворец в глубине души - не один должник не получал от нее смертельного удара. Хах... Наверное все равно глупо об этом думать, когда падаешь в пропасть. А еще глупее попасть в такую ситуацию. Но! В свое оправдание скажу: ситуация была необычная и я на секунду отвлекся, засмотрелся на... Твою ж!!! Я кое-что умолчал. Неминуемая гибель в Бездне не всегда означает смерть. Со мной произошло кое-что гораздо ужаснее и прекраснее одновременно. Через мгновенье, как красное пятно промелькнуло прямо перед моим взором, я ощутил как что-то схватило меня за меховой ворот и резко рвануло вверх. Затем мне пришлось пережить вечность или несколько секунд ощущений от разрывания моего тела на части и сборки его вновь. После этого меня не вывернуло, и я считаю это своей личной победой. Мир вокруг потерял краски и это не метафора. Я оглядел неприветливый темный переулок, состоящий из серых каменных домов и серой мостовой из однородной массы не менее серого камня. Я оглядел темную фигуру, выплевывающую содержимое своего желудка в опасной близости от меня и кусок темно-серого неба без звезд. Я поднялся на ноги, опираясь о шершавую мокрую стену и подал руку, чтобы помочь подняться ему. — И как мы оказались в таком положении, братишка? Ответом мне был убийственный темный взгляд, который заставил меня отшатнуться. Я не помню, чтобы хоть когда-то его взор был настолько темным, что я не видел цвета его глаз. Его локоны тоже потускнели и я не мог с уверенностью сказать, какого они сейчас цвета. На секунду мне показалось что... — А не хотите спросить​ об этом себя, сэр Кейя?! — в его голосе был привычный ядовитый сарказм и в данной ситуации он вызвал у меня только вздох облегчения. — Только не говори мне, что спрыгнул за мной в героической попытке спасти! — я привычно улыбнулся в ответ, не решаясь задать более серьезный вопрос. — Нет, — он отвернулся. — О, так значит ты тоже облажался, братишка? Я ощутил его гнев и негодование почти физически, это заставило меня усмехнуться. — Что ж, в любом случае, мы теперь в одной лодке, и она явно не в Мондштадте. В лучшем случае нас забросило куда-то на край света, так что нам стоит работать сообща. Понимаешь? — я игриво поиграл бровями, уже предвкушая, как он будет отнекиваться и ворчать, но все равно следовать моему плану. Это его пустое негодование с какого-то времени стало приносить удовольствие. — Мы не в одной лодке, сэр Кейя, — он вытер рот тыльной стороной ладони, — И нам стоит пойти разными дорогами. — Братишка, но это глупо... — и тут я насторожился. Он до сих пор сидел на земле и даже не пытался встать. Не в его правилах говорить с кем-то снизу вверх. Сейчас его темная фигура в условиях нехватки света смотрелась жалко. И он проглотил уже три "братишки" подряд! В какой-то момент он отполз к стене, используя ее как точку опоры. Я попытался вглядеться в темный угол, где обосновалась темная фигура. Глубокое дыхание, опущенная голова, рука прижата к телу.. И тут я понял, что было не так. — Эй, посвяти как мне, — я упал на колени рядом с ним, быстро прикидывая в голове, чем перевязать рану в случае ее наличия. — Я не могу, — голос звучал хрипло и тихо. — Что!? — Я не могу! — Э? Не можешь или не хочешь? Здесь явно темновато, даже для Полуночного Героя, — я усмехнулся, вышло не весело. — Не могу, - он хмуро посмотрел на меня, — И да, я ранен. Ты угадал. И если ты уж так хочешь быть полезным, пожалуйста, пойди осмотрись, и дай мне спокойно привести себя в порядок, — он чеканил каждое слово, будто пытался уговорить ребенка, но то, что он без запинки мог произносить такие длинные фразы, немного меня успокоило. — Я не умираю, — после недолгой паузы уверенно добавил он. — Позволь спросить... — Нет! — он не дал мне договорить и явно был настроен отбиваться от моих рук, если я попытаюсь помочь. С одной стороны его предложение звучало здраво, с другой — оставлять его одного... Я так и не смог узнать, насколько он смягчает ситуацию. Я огляделся вокруг. Мы находились в нише узкого переулка, состоящего из достаточно высоких зданий, даже слишком высоких. Переулок изгибался и заворачивался в одну сторону, уходя в кромешную тьму, в другой стороне виднелось яркий жёлто-оранжевый столб явно искусственного света, оттуда слышались какие-то звуки, но отсюда их природу было не разобрать. Я вновь посмотрел на него. Он копошился в попытках перевязать рану, издавая смешные недовольные звуки. Я подумал, что если там в столбе жёлтого света не будет угрозы, я просто, несмотря на протесты, понесу его туда. Но мечи канули в Бездну, а выходить в неизвестность с раненым было бы верхом глупости. — Если что, кричи, — я весело подмигнул единственным не скрытым глазом, подождал, пока он посмотрит на меня в ответ со своим фирменным недовольством, и быстро, но тихо шмыгнул в сторону света. По мере приближения к выходу из переулка, до моих ушей все отчётливее стали доноситься настолько громкие ударные звуки, что от них мои недавно вставшие на место внутренности стали содрогаться. Свет оказался не таким ярким, как я представлял. Улица, а это была она, встретила меня оглушающим ревом и какофонией звуков. Вдоль нее были расставлены высокие желтые фонари, странно нависающие сверху на длинных железных палках. Она была достаточно широкой, тут спокойно могли разминуться две повозки, но что привлекло мое внимание особенно, так это нависающие над высокими пятиэтажным домами, огроменные столбцы, уходящие в небеса. Они были видны в ночи так отчётливо из-за множества маленьких огоньков, упорядоченно разбросанных вдоль всей длины. Я даже забыл о сильном громком звуке, явно доносящийся из здания по мою левую руку, я потерял бдительность и чуть не открыл рот от увиденного. Какие же боги это построили? Сначала мне показалось, что улица пуста, но к сожалению, это было не так. — Эй, ты? — я обернулся на неприятный резкий звук человеческого голоса, — Ты чего там делал? — мысленно проклиная себя за оплошность, я лучезарно улыбнулся в ответ, как всегда. У того самого громкого здания, около приоткрытой железной двери стояли трое неприглядных на рожу, но странно одетых парней. — Я не местный, видимо заплутал, не подскажете, где тут можно найти лекаря? — моя прекрасная игра бровями их явно не впечатлила, все трое кидали недвусмысленные взгляды то на меня, то на переулок за мной. Кажется, разговора по душам не будет. Эта ситуация напомнила мне все мои схватки с охотниками за сокровищами вместе взятые. В те далекие времена, когда я только вступил в должность, эти парни думали, что количество поможет им. Со временем я стал слишком знаменит и эти милые попытки накинуться скопом прекратились. Сейчас я испытал прекрасное чувство ностальгии. — Эй, клоун, шел бы ты подальше, а то лекарь тебе уже не понадобится, — Охотник 1, назовем его так, плюнул мне под ноги, угрожающе закатив рукава. — Хорошо-хорошо, — я поднял руки в жесте примирения и развернулся в сторону переулка. Но слова Охотника 1 не поддержали его товарищи: спустя мгновенье, один из них дернул меня за мой прекрасный меховой воротник. И хотя после кровопролитного боя и полета в Бездну, он уже не был таким прекрасным, этот жест уязвил мое чувство прекрасного. Но еще больше оно было уязвлено попыткой ударить меня кулаком в лицо. Дальше мы мило потанцевали под их странную музыку. Она даже начала мне нравиться, необычно, на лире такое не сыграешь. Возможно, там внутри был целый оркестр... Давно я не дрался на кулаках. Парни не были воинами, но их движения явно закалены не одной уличной дракой. Разворот, удар, подскок, удар, кивок головы, удар, пауза. Музыка заглушала их нецензурную брань, но часть слов я разобрал. Кажется, они негодовали, почему я вышел из того переулка. Третий даже ломанулся туда, под впечатлением от того, как я раскидал Охотников 1 и 2. Однако теперь уж я провел маневр с воротником и ударом в челюсть, удачно и изящно, как всегда. Пляска закончилась быстро. Стало оглушительно тихо, музыка превратилась в фоновый шум. Что же там такое? В тот миг подумал я. Они как будто боялись за этот злосчастный переулок. А вдруг.. Мысль в голове отозвалась тяжёлым ударом. — Эй, ты, — я поднял Охотника 3 за грудки, — Что там такое? Его удивленное лицо выражало облегчение и он самозабвенно выдохнул. — Так ты никого не видел! Я приложил его головой о стену. Легонько. Твою ж! Хиличурла тебе в зад! Плохое предчувствие тошнотой подступило к горлу, я кинулся в переулок. — Братишка, ты там не умер? — в очередной раз шутка была не веселой... Как же тут темно! Ненавижу темноту! На месте, где я его оставил, было пусто. Пройдя еще пару шагов, я споткнулся обо что-то мягкое. Человек. Только не... Это не он. Дальше еще один. Тоже мимо. Всего два. Я ударился о стену, в темноте не вписавшись в поворот. Оранжевый свет. Я вылетел из переулка. Меня как будто окатили светом. Здесь было слишком ярко для ночи, я зажмурился. Когда глаз привык, я снова замер: на противоположной стороне широченной улицы, огромные постройки уходили в небеса, сияющие цветными образами и надписями, что-то с шипящим звуком пролетало мимо и уносилось вдаль, огни, огни, огни. И люди, много людей. Все отвлекало. Я искал глазами.. что?! Как тут можно кого-то найти?! Серый и оранжевый мельтешили перед глазами, невероятно раздражая. Создавалось ощущение бесконечности. О, архонты!? Да как это могло произойти! Я вернулся в переулок и попытался проверить лежачих там. Оба были живы, явно его работа. Растормошив одного, я приподнял его за капюшон странной мешковатой куртки. — Кто вас так? — я ласково улыбнулся, прищурив глаз. — Ты.. кто? — он резко дернулся и попытался отползти, я позволил ему, — Да какой-то тут чувак лежал.. бухой был, подошли помочь, а он с кулаками... — он перестал тараторить и с недоверием глянул на меня. Я усмехнулся, бухой значит, хах.. услышал бы он. — Я просто хочу знать, куда побежал этот парень, — я поднял руки, демонстрируя ладони. — Слушай, чел, мне откуда знать, он нас вырубил почти мгновенно, — парень недружелюбно усмехнулся, также подняв руки. — Отсюда же только два выхода? — на всякий случай поинтересовался я. — Да, — в его ответе была заминка, поэтому я решил переспросить более понятно. — Да, но можно забраться по мусорным бакам на крышу.. — он зажмурился, высоко протараторив эти слова. Этот явно не боец. В мусорном баке, я нашел третьего. Залезать на крышу по ржавой лестнице было долго и неудобно, но он на злости смог бы. Твою ж, в его стиле убегать по крышам, я надеялся, что найду его там. Но когда в последний раз мои надежды оправдывались. Здесь было слишком высоко, спрыгнуть вниз он не смог бы. Я стал искать лестницы. Всего две. Меня не покидало чувство, что я теряю время. Дома, уходящие в небеса. Это были дома, теперь я понял. Они были повсюду, зажимая меня среди приземленных по здешним меркам крыш. Я уже не понимал, это шум вокруг или в моих ушах. Я давно не чувствовал себя таким потерянным. Зачем я его послушал! Больше никогда... Вернувшись на огромную улицу, я бегал от прохожего к прохожему, заглядывая в одинаковые серые лица, с глупым видом задавая одни и те же глупые вопросы, на которые ответом было "нет". Одна девушка перешла на другую сторону мостовой, заметив мое приближение. Кажется, я совсем потерял обаяние. Наверное, я выгляжу жалко. Ненавижу это в себе! Больше не было смысла искать, все вокруг как будто отторгало меня. Темный переулок позади казался единственным приятным местом в этом мире. Моя единственная зацепка. Я был бы спокойнее, если бы он не был ранен, я уже привык к одиночеству, к незнакомым местам и людям. Наверное... Я устало сполз по стене рядом с входом в переулок. Захотелось выпить, но я даже не знаю, где здесь подают алкоголь. Проклятье! Я его потерял.