Галактический Дуэт

Незадолго до встречи Шива Палпатина и Оби-Вана Кеноби, в апартаментах Канцлера диалог двух политиков уже проходил на повышенных тонах. Сенатор Органа был слишком упрямым разумным, даже когда находился в довольно шатком положении. Всего несколько дней назад его семья и королевская семья Альдераана наконец-то заключили мир: Бейл Органа и Бреха Антиллес сыграли пышную свадьбу и поклялись быть верными друг другу перед алтарем – любить в здравии, горести и далее по списку. Этим союзом они принесли спокойствие и стабильность своей планете: Бреха стала королевой, а Бейл закрепил свою должность сенатора. И Шив бы порадовался за молодоженов, если бы не одно но. Он не мог выносить ужасный характер Органы (по крайней мере по отношению к самому Палпатину), который теперь похоже придется терпеть регулярно – с представителем Альдераана приходилось считаться. Сенатор спорил с ним и не соглашался с его идеями, всячески пытался найти его слабые стороны во время заседаний Сената. Это странно – они давно уже считали друг друга если не друзьями, то хорошими приятелями точно. И поэтому Шиву так сложно было привыкнуть к тому, что кто-то не считает его мнение истинной. — Бейл, друг мой, увольте. Это совершенно невозможно! То, что вы предлагаете –сплошной абсурд, уж простите за резкость. — Почему же? Считаю, стоит вынести на обсуждение в Сенате мою точку зрения. Многие планеты хотят выйти из-под влияния Галактического Сената, снизить или отменить налоги. И они этого добьются, нравится вам это или нет. — Бейл вдохновенно и в то же время раздражённо опёрся о канцлерский стол, смотря на Шива прямо и уверенно. — Хватит отрицать очевидное! У нас уже начался этот "Сепаратистский кризис". Так почему мы не можем позволить планетам и людям выходить из Республики беспрепятственного? Это облегчит всем нам жизнь и решит проблему. Для выходца с Альдераана Бейл был слишком эмоционален в некоторых моментах и свободолюбив, у него было обострённое чувство справедливости – отчаянно желал мира во всём мире. Если кто и мог найти решение, которое устраивало бы всех, то это Органа. Но Сепаратистский кризис – не тот случай, где Палпатин готов был принять его оптимальное решение. — Во-первых вы забываете, с кем разговариваете, сенатор. Во-вторых, в который раз вам повторяю – нельзя просто взять и дать планетам возможность отменить членство в Республике. У нас на счету каждая планета, Бейл. Когда-то мы и наши с вами предки отчаянно боролись за каждую планету, что теперь входит в её состав. И разрешить им просто так менять свою лояльность каждый раз, когда кому-то не понравится какое-то решение Сената, мы не можем. Это будет чудовищно несправедливо, вы должны понять. — В том то и дело, я понимаю. Но мы можем написать поправки и условия выхода из Республики! Мы должны по крайней мере попытаться дать им выбор. — Вы действительно думаете, что продвигать такие идеи во время Сепаратистского кризиса, когда ещё не улеглась та история с покушением на Валоруна, когда я пытаюсь урегулировать и стабилизировать хотя бы половину сенаторов – это хорошая идея? — Шив позволил себе нехарактерный ему жест, для создания образа работающего на пределе своих возможностей Канцлера. Он драматично приложил руку к виску, изображая невыносимую головную боль, зажмурив глаза. — Нас съедят на ужин, друг мой. Это необдуманное решение. Наступила напряжённая тишина, что продлилась жалкую минуту. Палпатин резко понял, как же он не хотел её прерывать. Несколько минут (или часов) в полной тишине – вот в чём он нуждался после утомительного утра, которое было заполнено работой в Сенате. — И всё же, я прошу вас рассмотреть эту идею. — Бейл утомлённо вздохнул, элегантно присаживаясь на стул, с которого вскочил не так давно в порыве чувств. К нему постепенно возвращалась грация истинного альдераанца. Собеседник наконец-то успокаивался. — Если я был слишком... груб, я искренне приношу свои извинения. В последнее время меня слишком волнует вся эта ситуация. — Поверьте, как канцлер я ещё больше обеспокоен текущей обстановкой. Но пока что принимать столь поспешные действия мы не имеем права. — Возможно, вы действительно правы. Разговор подходил к концу уже в более дружеской обстановке. Они обсудили предложения, выдвинутые недавно на заседании, спокойно поговорили о нескольких прошедших светских ужинах и собраниях. Когда же Бейлу было время уходить, Палпатин решил всё же решил выразить свою поддержку. — Я совершенно позабыл поздравить вас и вашу новоиспеченную жену с браком, сенатор Органа. Пусть царит счастье в вашей семье долгие годы. — Благодарю вас, ваше высокопревосходительство.

***

Говорят, есть такая связь на свете, что не важно, сколько раз ты её разрываешь. Вы все равно встретитесь. Космическая сила, подобная силе тяготения, сведёт вас вместе. Палпатин только-только вернулся в свои апартаменты после довольно утомительного заседания. В последнее время он всё не мог сосредоточить своё внимание на политике, поэтому ему приходилось прикладывать больше усилий для поддержания идеального образа: он дольше писал речи для выступлений в Сенате, дольше разрабатывал планы для обеих его сторон, дольше разбирал сообщения, что приходили ему каждодневно и требовали к себе внимание. Хотел бы он обвинить во всем этом усталость. Но это было не в его привычках – лгать самому себе. Прошло три стандартных дня. Три дня с того момента, как в его кабинет вошёл рыжеволосый человек с открытой солнечной улыбкой. Три дня абсолютной неуверенности во всём. Дошло даже до того, что учитель, каким-то образом почувствовавший его смятение, вызвал Шива по особому комлинку и чуть ли не требовал рассказать о произошедшем. Конечно, ничего не получив от ученика (разговор состоял из исключительно расплывчатых извинения и опасений чего-то неопределенного), Хего Дамаск остался удивлен и озадачен таким необычным поведением. Но ничего не сказал. Он никак не мог сконцентрироваться на работе из-за влюбленности, граничащей с одержимостью, в человека, о котором ничего толком не знал.

***

Сразу же после их встречи Палпатин приказал своим людям найти всю известную и неизвестную информацию об Оби-Ване Кеноби. И через несколько часов (хотя обычно сбор информации у его сети по времени не превышал и часа) на его датапад пришел отчёт о проделанной работе. И она..... впечатляла. Внимательно начав изучать доклад, Шив удаленно приподнял брови. По мере прочтения у него копились и копились вопросы, а ответы всё никак не собирались приходить к нему. В самом деле, самые лучшие информаторы не смогли даже узнать, в какой гостинице Кеноби жил на Корусанте, была ли у него вообще своя квартира! Он знал, что послу от Мелиды-Даан никто не выделял отдельный кабинет – это была привилегия исключительно сенаторов. Но где-то же он останавливался? Почему этого не было в отчёте? Это не было похоже на досье, скорее какие-то редкие факты и слухи. Помог с установлением мира не только на планете, от имени которой выступал в Сенате, но и на множестве других. Шив нахмурился, в списке также значился Альдераан. Он относился к этой планете довольно скептично – совершенно не понимал ни её красоты (как можно день за днём пялиться на горы и не устать от этого?), ни помешанной любви народа к идеальному соблюдению этикета. Ему были чужды королевские разборки, идеализация демократии и семейные традиции, а на Альдераане всего этого было в избытке. Но даже он понимал – на этой планете очень редко происходило что-то, что требовало вмешательство кого-то извне. Несколько лет назад (неужели прошло уже больше десяти?), джедай по имени Ронар Ким был отправлен туда для урегулирования разгорающейся вражды между главными семьями планеты — Домов Органа и Антиллесов. С тех пор никаких конфликтов, по крайней мере видимых, Шив не наблюдал. Что для Альдераана мог сделать Оби-Ван Кеноби? Шив всё ещё не слишком понимал, кто назначил бывшего джедая послом – юноша был слишком ярким и открытым для представителя целой планеты (тем более стратегически важной). Такой уж точно не вписывался в саму концепцию политической жизни. Особенно если она протекала на Альдераане, где в высшем свете уважали лишь каменные лица и равнодушные взгляды. Мягкий и в какой-то степени покладистый Кеноби явно не подходил ни под какие стандарты политика. С другой стороны, послом он стал относительно недавно – кажется, год назад, и его наивность даже подкупала. Советоваться с Канцлером Республики насчёт вступления в эту самую Республику. Глупый и бессмысленный, но интересный ход. "....также был единожды замечен на Нар-Шаддаа вместе с охотником за головами Кэдом Бэйном" А вот это уже было интересно – он медленно добирался до конца отчёта, находясь где-то между восхищением и раздражением. Ещё никогда ему не предоставляли так мало информации. Обрывки, короткие справки и несущественные факты. Как можно было составлять психологический портрет человека по таким ничтожным данным? Нар-Шаддаа. Планета с загрязнённой атмосферой, с огромным количеством преступников и контрабандистов. Пространство в Среднем кольце, где царит беззаконие. Не похоже на то место, куда сунется такой человек, как Оби-Ван Кеноби. Ещё и в нелицеприятной компании одного из самых известных наёмных убийц. Как же ему хотелось иметь больше информации об этом удивительном человеке. У него были связи в Ордене джедаев, и продолжить поиски можно было оттуда. Но Сила ему подсказывала, что ничего дельного и важного он там не найдет. Учителю говорить было нельзя – пока Шив не был уверен в том, как тот отреагирует на несомненно странный интерес своего подопечного. Оставался вариант с личной беседой, но для этого нужно было взять себя наконец-то в руки. Итак, выбрать день, отменить все запланированные встречи и написать красочное приглашение на ужин, от которого обычно не отказываются. Он никогда не назначал никому свидания, оставалось надеятся что его красноречие и обаяние спасут ситуацию. Сила спаси, он волновался так, как не волновался даже будучи подростком.