Глазки от ведьмы

      Путешествия. Переезды. Поездки. Всё это подразумевает под собой смену обстановки в жизни, так или иначе. Речь сейчас пойдет конкретно про путешествия. Для кого-то это действительно просто разнообразие наскучивших будней, для кого-то это просто рабочие поездки в какой-то город или же страну, не несущие за собой особого эмоционального фона и какой-то трепетной радости. А для кого-то, путешествия — это смысл жизни. Такие люди готовы колесить по всей стране и миру всю свою жизнь, лишь бы не сидеть на месте. Им важно получать эмоции от увиденного. Получать воспоминания, оставить их в своей голове на всю жизнь. Этих людей называют галливантерами. Они готовы отправиться в путь даже с минимальным количеством денег на счету и минимальным запасом вещей. Просто уехать в другой город с полупустым рюкзаком за спиной? — легко, с радостью!       Есть люди, которые, напротив — путешествовать не любят и сторонятся этого всегда, на протяжении всей своей жизни. Вытащить этих людей за пределы своего города, что уж говорить о стране, почти невозможно. И их нельзя за это осуждать! Просто кто-то находит себе такой способ смены обстановки, что для этого не нужно выезжать куда-то далеко. А кто-то просто боится менять свою жизнь, вносить в неё коррективы. Этот страх, словно коршун, висит над головой, над мыслями и сознанием. Он не позволяет даже думать о какой-то смене обстановки. Такие люди, чаще всего, дальше своего города и не видели никогда.       Путешествия — это весело, это круто и интересно. Но это так же и стресс, страх неизведанного и траты. Большие траты, к сожалению. Но каждый решает сам, как он будет путешествовать. Для кого-то путешествием считается простой поход в магазин или на прогулку. А для кого-то путешествие это что-то грандиозное и великое. Все мы разные и у всех у нас разные представления об этом. Нельзя осуждать друг друга за то, что кто-то любит менять жизнь и вносить в неё коррективы, а кто-то не любит…

***

      Выходные пролетают быстро, так же стремительно, словно ветер в полях. Ты даже не замечаешь, что прошло два дня. Они сливаются в один длинный, иногда полный впечатлений, а иногда напротив — скучный, день. Организм иногда не всегда успевает понять, что произошло и почему уже опять надо куда-то идти или ехать. Он попросту не успевает отдохнуть. И человека начинает косить всю неделю, будто он выходные пропил.       У Антона выходные прошли с братиком в кафе. В субботу они просто ходили гуляли по Питеру и решили поесть в заведении, где работает старший. А в воскресенье парень договаривался с администратором о брони послеобеденного времени в кафе, а так же репетировал и подготавливал программу для проведения дня рождения одноклассницы. Екатерина Франко — супер позитивная и общительная девушка из класса, с очень яркой, будто солнышко в теплый летний день, внешностью. Она всегда светит. Действительно светит, как солнце. У неё волосы покрашены в яркий, насыщенный желтый цвет, как цвет одуванчика. Франко — активистка класса, человек души, который всегда готов поддержать, выслушать и помочь. Для неё Шаст был очень даже не против забронировать кафе. Да ещё и двойную скидку выбить для ребят потрудился.       В понедельник, во время уроков, Антон раздает пригласительные в кафе и называет его адрес, даёт даже Арсению Сергеевичу. В классе он объявляет это просто дружеской посиделкой, но все, кроме самой Кати, знают, что это сюрприз. После учебы парень сразу едет домой, за братом, одеждой и сценарием вечера. А после они оба едут на работу к старшему, где доделывают остальные приготовления. Например Ромка ответственный за то, чтобы помочь официантам расставить столы по плану, подготовить сцену и встретить еще нескольких музыкантов. А именно пианиста, ещё одного гитариста и барабанщика. Эта троица — давние друзья Антона, которые согласились помочь. Сам Шаст бегал по кафе, вихрем крутясь везде и сразу. То на кухне, сверяя всё с меню, то в зале, проверяя приготовления, то в своей коморке, настраивая инструмент и приводя себя в порядок.       Антон не был супер дружелюбным человеком никогда, он не устраивал сюрпризы и прочее никаким людям, даже не задумывался об этом. Но, почему-то сейчас, его мнение на этот счёт немного иное и ему хочется , чтобы одноклассники и именинница запомнили этот день, как один из самых лучших за школьные годы. Это желание, словно волна, накатило в голове парня, из-за чего сейчас он весь сыр-бор и организовал. Он верит — вечер будет запоминающийся.       Ровно в 16:30 всё было готово. Зал был красиво, торжественно украшен. Везде висели шарики, ленты, а прям перед входом большая надпись «С днём рождения!». Жизнь в кафе застыла, замерла в ожидании вечера. В помещении темно, свет выключен, гирлянды тоже, окна зашторены. Ощущение, что сегодня здесь нерабочий день. У рубильников, на готове, стоит Андрей, тот самый администратор. Антон сидит на сцене с гитарой в руках и тоже в темноте. Сегодня он особенно красив. Его несменный черный стиль в такой атмосфере выглядит бомбически. У него футболка черная и рубашка кожаная, штаны обтягивающие и кроссы черные. На его шее одна цепь, делающая его вид более дорогим. Челка, которая уже прилично отросла, кудрявится сильно и попытки её уложить сделали её ещё более растрепанной, что позволяет увидеть в Шасте что-то уютное и домашнее. На его руках всего несколько браслетов серебряных и перстней всего по три на каждой руке. Одним словом его можно описать так — hot. Персонал кафе сегодня тоже одет в черное. Дресс-код вечеринки решили сделать именно черным, так как украшения зала и прочее создают такую атмосферу, что сюда только в темных вещах и ходить.       В 16:50 в кафе заходят ребята из класса и Антон кратко объясняет что сейчас будет. Все встают перед сценой, прямо под надписью с поздравлением. У двоих в руках хлопушки, у остальных свистульки*. Все в ожидании именинницы, которую должен привезти их классный руководитель.       В 17 звенит колокол входной двери. Зажигаются две тусклые желтые лампочки, расположенные прямо над дверью и освещают фигуру девушки, рядом с которой стоит Арсений. Катя одета максимально красиво. Её волосы собраны в изящную прическу, на лице вечерний макияж, подчеркивающий образ. Стройную фигуру облегает черное, легкое платье-солнышко, длинной до колена. Корсет украшен мелкими черными стразами, которые то и дело переливаются, когда на них падает свет. Плечи и ключицы открыты, их изящество подчеркивает тоненькая серебряная цепочка. А стройность ног особенно видна благодаря туфлям на небольшом каблуке. Сегодня Франко — победительница в призе зрительских симпатий, это точно. — А тут точно рабочий день? — тихо спрашивает девушка, обводя взглядом темноту, у классного руководителя, который лишь загадочно улыбается.       Вдруг слышится музыка, идущая откуда-то из центра зала. Мелодия ненавязчивая, мутно, но знакомая. Резко включается везде свет и на всё помещение раздаются крики «С днём рождения, Катя!», взрывы хлопушки и гул свистулек. Весь класс бросается обнимать именинницу и поздравлять её. На лице Кати — слёзы счастья. Она вообще не ожидала такого . Девушка всех обнимает, благодарит и смотрит на Шаста, понимая, что это его рук дело. Смотрит и улыбается так по глупому. По детски. А в глазах слёзы стоят. Парень стоит на сцене с гитарой и тоже смотрит на одноклассницу, улыбается доброжелательно и нежно. Франко не выдерживает и бросается к нему на шею, шепча ему различные слова благодарности за такой день рождения. За то, что он вообще появился в их классе. А когда наконец-то отлипает, вновь теряется в толпе молодых людей, которые кричат различные поздравления и радуются.       Арсений Сергеевич тоже поздравляет свою ученицу, желает ей всего лучшего и удаляется ближе к сцене, где стоит Шастун. Мужчина тоже благодарен этому тяжелому мальчишке, что тот смог так всё организовать, смог обрадовать девушку и ребят в том числе. Да и сделать ведь ещё на таком профессиональном уровне! Попов к мальчишке привыкает, привязывается, путем того, что просто наблюдает за его поступками и поведением. Он верит, что за этот год Антон откроется миру совершенно с другой стороны, потому что он уже это делает. Да, переступает через себя, да, с психами и колючками, но делает. Арс восхищен. Поэтому сейчас, смотря на парня, его сердце пропускает удар из-за гордости за него. — Пс, Антон — учитель зовет мальчишку. — А? Что-то хотели, Арсений Сергеевич? — Шаст оборачивается резко и слегка настороженно, но, видя, что Попов расслаблен, успокаивается. — Спасибо, что решился взять за организацию этого вечера. Это очень вежливо и благородно с твоей стороны — математик улыбается, глядя в зеленые глаза. — Мне было не трудно, честно. Хотелось порадовать Катю и ребят тоже — Антон пожимает плечами и садится на ступеньку сцены. — Признай, что в начале года ты о таком бы даже не задумался, потому что место работы для тебя — святое и показывать его другим ты совершенно не хотел — учитель смотрит сверху-вниз, удивляясь тому, насколько же этот мальчишка разносторонен. — Ну, вообще да, наверное — Шаст кивает — стоп, а откуда вы знаете, что это место для меня святое? — в голову резко приходит эта мысль. — А. Э. Ну как тебе сказать? — Попов понимает — сглупил, сболтнул лишнего. Сейчас важно сгладить угол беседы, иначе парень вновь закроется. — Напрямую? — так же вопросительно говорит парень, с ноткой задора в голосе. — Ну… Я знал тебя ещё до того, как ты пришел в нашу школу и видел тебя здесь с самого твоего начала карьерной лестницы в данном заведении — неуверенно, чуть тише, вываливает учитель, решая, что лучше признаться во всем сразу. Ему хочется сохранить ту тонкую нить только-только выстраивающихся отношений, нить доверия, которое парень наконец-то начинает проявлять. Ошибиться — значит разорвать эту нить к чертям собачьим. — Стоп чё? — Антон вопросительно изгибает бровь, хмурится и смотрит под ноги. А потом лицо его резко озаряет улыбка — ну ладно, уже не важно. Зато вы знаете о том, что я крутой и вообще супер-стар звезда местной деревни — смеется он. — Не сердишься? — Арс удивлен. — Сержусь, но не сильно. В конце-концов, это уже ничего не значит. Да и подтверждает мои догадки, что я вас действительно раньше видел — парень перестает смеяться, хотя его плечи всё ещё подрагивают. В глазах — искорки веселья. — Что ж, хорошо — мужчина тоже улыбается — каков план мероприятия? — Сейчас все рассядутся, будет пара песенок, потом поздравление и торт, потом импровизационная игра, опять песенка, танцы, немного выпивки и по домам. — Отлично. Если нужна будет помощь в чем-то — говори, я на своём месте тогда. — Тот самый уголок у окна? — усмешка. — Тот самый уголок у окна — тоже смешок.       Вечер проходит замечательно. Антон открылся ребятам с другой стороны — со своей творческой и взрослой. С той стороны, которую он бережно хранил от всех знакомых лиц, в страхе того, что это будет использовано против него. Почему он решил вообще согласиться на проведение всего этого? Да просто потому что ему хочется меняться. Жизнь в вечной замкнутости в себе не сулит никакого личного счастья, сейчас Шаст это понимает как никогда четко и ясно. Перевод в эту школу и класс стали просто толчком его желаний, его главной мотивацией. Поэтому в этот день он сделал первый, огромный и серьёзный шаг в своём пути изменений.       Парень поёт одну авторскую песню и несколько известных треков, а после играет с ребятами в импровизационные игры, такие как «меняй», «суфлер» и «каскадёры». В эти развлечения втягивают даже Арсения Сергеевича, заставляя его сыграть в каскадеры. И, как выяснилось, мужчина очень гибкий и пластичный, а так же в свои года очень хорошо развит физически и ходит в зал каждую неделю. Потом играют в меняй, куда затягивают уже Антона и заставляют его сыграть в одну сценку с классным руководителем. По началу была небольшая скованность, но потом стало слишком весело, из-за чего парень отдался игре полностью. Так весь вечер и провели, играя, слушая песни Шастуна и веселясь.

***

      Остаток недели проходит в предвкушении неизвестного. Весь класс только и делает, что трещит о предстоящей поездке в Москву. Кто-то уже взялся за организацию прогулок, кто-то — за организацию бухла и вечеринки. Арсения Сергеевича, который в один из дней попытался влиться в тему разговоров, послали далеко и надолго, со словами «Арсень Сергеич, не лезьте в дела малолетних тусеров!!!». Попов тогда только глазами удивленно похлопал и буркнул что-то недовольное, вновь связанное с тем, что его дедом называют.       Для Антона неделя прошла в бешенном ритме. Мало того, что он пытался быть в теме обсуждений и вставлять свои пять копеек, так ещё и на работах пошёл какой-то дикий наплыв. В кафе его смены увеличились на часа два-три. Если раньше его смена начиналась в пять вечера, то сейчас она начинается с трёх и заканчивается в десять, а то и в одиннадцать. Радует, что руководство не заставляло выходить на работу каждый день, а только по своему графику. С репетиторством тоже всё пошло в темпе вальса. Родители детей, узнав, что парень уезжает на полторы недели в другой город, будто с цепей сорвались и каждый старался занять свободное окошко на неделе для своего чада. Шасту к выходным уже начало казаться, что его русский язык стал иметь немецкий акцент, а в жизни он стал говорить на этом языке за пределами квартиры. А когда ловил вопросительные взгляды одноклассников на его слова, понимал, что вновь разговаривал с ними на немецком и просто пробивал себе лоб рукой.       Для всех неделя выдалась сложной. Для 11А её сложность состояла ещё и в том, что в среду было необходимо сдать заявление с выбранным предметом на ЕГЭ, а его ещё никто не заполнил. Поэтому во вторник, на следующий день после вечеринки, все собрались после уроков в кабинете Попова и стали обсуждать, кто куда поступает и кто что будет сдавать. Выяснилось, что все идут в максимально разные места. Кто-то в мед, кто-то на технические профессии, кто-то на менеджмент и прочее. В итоге пожелали друг-другу здоровья и мягкой землицы, когда узнали, кто что сдает и разошлись по домам.       Для Арсения неделя прошла ещё более суматошно, чем у детей. Сравнится по загруженности может лишь с Шастом, кажется. Администрация школы требовала с него отчетности за месяц, заставила его собирать кучу бумажек и подписывать хренову тучу документов, связанных с поездкой. На выходных даже выдернули из дома, черти! Сказали, что нужно подписать ещё пару доков, Арсений Сергеевич, давайте-ка в школу приедьте. А то в понедельник уже с детьми уезжаете на вокзал, а документы не собраны! Попов был готов уже волком выть от всего этого. Хотелось простого человеческого отдохнуть и уехать уже наконец-то.

***

      В субботу всё же выдался выходной. Антон спит до часу, в то время как его брат встал в одиннадцать и уже успел сделать уроки, поиграть на ноуте старшего и приготовить им на двоих завтрак. Вообще, парни за то время, как живут вместе, выстроили достаточно хорошие отношения. Если во время проживания в одной квартире с родителями их общение было больше похоже на перепалки и взаимную ненависть, то уже живя вместе, без родителей, братья перекроили всё полностью. Словно начали с нового, чистого листа. Антон, например, понял, что нихрена ему на брата не наплевать. Что так или иначе переживает за него, хоть и не показывает этого. Ромка стал понимать, что Шаст вовсе не плохой и просто виной их недопониманий были родители, которые к детям относились по разному. Младшего всегда ставили на первое место, из-за чего он считал себя лучше, даже не задумываясь о том, что старшему может быть обидно. Зато сейчас, спустя неделю общения без чужого влияния, нашли корни проблем и попытались их искоренить. И даже получилось ведь что-то!       Просыпается Шаст из-за грохота на кухне. Недовольно жмурится, переворачивается на другой бок и закрывает голову подушкой. Хочется поспать ещё немного, но, видимо, не судьба. Рома залетает в комнату с криками «проснись и пой» и пшикает в лицо из пульверизатора. — Рома, ёбаный в рот! — лицо окропляет вода и холод — Ну ты у меня попляшешь ещё! — Вставай, сонный суслик! Время обед уже — мелкий смеется истерически, чуть-ли не на полу валяется. — Изверг малолетний — в Рому прилетает подушка, а Антон всё-таки садится на кровати и трет глаза, пытаясь проснуться окончательно. — Да, я такой — мальчишка бросает подушку обратно и убегает ставить чайник.       Завтракает старший в тишине, потому что мелкий ушел гулять. В голове скрипят шестерёнки. Антон искренне не знает, как сказать Роме, что он уезжает на полторы недели и, с кем оставить братика, он тоже не знает. Как вариант, можно попросить бабу Нину, но не факт, что она согласится. Хотя, попробовать стоит. Поэтому, доев омлет и помыв за собой посуду, Шаст приводит себя в порядок и отправляется в квартиру бабушки, живущей на два этажа ниже. Спускается немного нервничая. На звонок нажимает чуть подрагивающими руками. — Ой, Антошка, привет! — женщина в халате улыбается, видя парнишу. — Нина Александровна, здрасьте! — Антон из себя улыбку выдавливает. — А ты чего на пороге стоишь! А ну-ка заходи давай! Я щас чайник поставлю, сырнички разогрею — бабуля буквально за руку втягивает парня в квартиру и убегает на кухню.       Шаст прикрывает глаза, выдыхает и успокаивается. Всё должно быть нормально, он верит. Поэтому снимает тапки и идёт вслед за бабой Ниной, садясь за стол. К нему сразу же подбегает здоровенный рыжий кот, живущий с одинокой женщиной, как она говорила, уже три года. Никита подарил, сказал, чтобы скучно не было. А кот этот Антона полюбил, когда тот в первый раз почти два месяца назад пришёл. Так и бегает теперь к нему на руки, когда он заходит в гости. — О, здарова Горыныч! — парень усмехается и сажает животное на коленки — капец, ещё тяжелее стал! — Так он и кушает как собака — смеется бабушка, наливая чай. — То-то толстый стал. — Антон чешет рыжего за ушами, а тот лишь недовольно фыркает на замечание о его весе. Вот и говори потом, что коты глупые и слова не понимают — Баб Нин, а можно вас кое о чём попросить? — Конечно Антошенька, конечно! — женщина тоже садится за стол и делает глоток чая. — У меня братик сейчас со мной живет, а я в Москву с классом на полторы недели уезжаю. Мне его оставить не с кем — Шаст говорит неуверенно и прячет лицо в кружке чая — он парень самостоятельный, просто я его одного оставлять боюсь. — Ой, не волнуйся, внучок! — Нина Александровна улыбается нежно — можешь у меня оставить. Или оставить его в квартире, просто я к нему ходить буду. Два этажа всего-то! — Спасибо большое, вы уже который раз меня выручаете — Антон смотрит благодарно. Он наконец-то понимает, что в его жизни есть действительно хорошие люди и бабушка Никиты этому доказательство.       Шастун сидит у бабы Нины до вечера, общаясь с ней на разные темы и помогая по дому. То шкаф подвинет, то пропылесосит, то гвоздики забьет где-то. С Горынычем поиграет, сначала бегая за ним, а потом от него. Женщина только смеется с них двоих и называет их детьми малыми. Вечером уходит домой, где уже сидит братик и смотрит мультики. — Рооом, иди сюда — парень зовет его в свою комнату. — Чё такое? — мальчишка прыгает на кровать с разгона и почти перелетает её. — Кароче — Шаст вздыхает и взглядом просит брата успокоиться. Тот этот взгляд ловит и садится рядом — я в Москву на полторы недели уезжаю послезавтра. — А… О… — Рома смотрит удивленно и неверяще — а я? — Ты остаешься с бабой Ниной — старший смотрит прямо в глаза мелкого. У Ромки глаза — каре-зеленые. Глубокие, умные и красивые. — А это кто… — парнишка всё ещё не понимает. — Очень классная бабушка, с которой тебе точно не будет скучно. У неё ещё кот есть. И живёт она на два этажа ниже всего-лишь — Антон видит осознание в глазах ребенка и начинает ржать — ты думал, что это какая-то левая тетка, живущая за три пизды отсюда, да? — Честно говоря, да, придурок! — Рома сопит обиженно, но, смотря на ржущего старшего, всё-таки улыбается — а мне можно будет сюда друзей приводить, в приставку поиграть? — Приводи, только Нину Александровну предупреждай и квартиру не ломайте мне тут. — Замётано. Вали в свою Москву — мальчишка хватает подушку и ударяет ею брата, после чего вскакивает и убегает — Свободаааааааа! — Вот дурачина

***

      Воскресенье проходит весело. У Антона последний рабочий день перед поездкой, поэтому, чтобы провести его с пользой, он совмещает приятное с полезным. А именно — зовет погулять Димку и Серёжу, берёт с собой Рому и все вместе они отправляются к парню в кафе. Сначала, правда, действительно гуляют по городу. — А чё вы в Москве делать вообще будете? — невзначай спрашивает мальчишка, пока ребята идут в сторону кафе. — Гулять, культурно развиваться и отдыхать — серьёзно говорит Дима, поглядывая на друзей. — А на самом деле бухать, тусить и веселиться, да? — в той же манере огрызается Рома. — Бинго! — Шастуна уносит в дикий ржач — Сто очков гриффиндору! — Да шоб у меня братик был такой же, как у Антохи — голос у Серёги раздасованный. — Внатуре — Поз кивает. — Ой пацаны, вы даже не представляете, через что мы прошли, чтобы прийти к таким отношениям — с умным видом выдал Ромка, от чего Антона унесло ещё сильнее.       В таком приподнятом настроении доходят до кафешки. Шастун предлагает друзьям посидеть и отдохнуть, поесть чего-нибудь на халяву и, если станет скучно, сгонять с Ромкой ещё погулять. Тем более, что мелкий пацанам понравился. Конечно же покушать бесплатно никто не отказался, поэтому парни сразу стали выбирать что-то из меню. А Антон в это время объяснял положение дел официанту и после, ушел переодеваться.       Ближе к вечеру начали подтягиваться посетители и настало время давать музыкальную программу. А потом ещё и корпоратив проводить. Но, он будет ближе к девяти, поэтому пока что просто песнопения, для создания уютной атмосферы. Шаст сегодня одет максимально просто: черная футболка, штаны и кроссы. Даже без браслетов почти. Сегодня в его план вечера входит пара лаундж-песен, просто для атмосферы и одна своя, которую он готовил к выходу в свет ещё с начала учебного года. Он вновь сидит на своём барном стуле на сцене, перед ним стоит микрофон на стойке, а на коленях гитара. В кафе не шумно, спокойно. Люди, в основном бизнесмены, общаются между собой и почти никто не смотрит на парня. Антон на себе ловит лишь взгляды друзей и брата. А когда смотрит на угол, который, как выяснилось, почти всегда занимал Попов, удивляется. Потому что там вновь сидит Арсений Сергеевич, а напротив него — Павел Алексеевич.       «Нихрена себе. Ладно Арсюн-писюн, но Паштет тут что делает…»       Мужчины резко поворачивают головы в сторону сцены, и, увидев ученика, машут ему руками в приветливом жесте. Антон кивает в ответ и учителя возвращаются к своей беседе. Ну а парень начинает играть. Pizza — На всю планету Земля       В зале разливается задорная легкая мелодия. Гитара издает чистый звук, пальцы быстро бегают по струнам. Голос тихий и певучий, будто настраивается на песню. — Простое счастье близко, ты только приглядись! Волны, качай Калипсо и солнце, пой на бис! Он человек-июль, назови его хиппи, но Городская угрюмость здесь непременно пойдет на-на-на дно Сандали на ноги, Кайли Миноуг или как там её, — все равно. Все ровно, как думал Он, когда создавал это все, Солнце — мое вино, наливай его до края. Начинаю жить весной, а вот он я.       Мелодия быстрая, резвая. А в какой-то момент она замедляется, словно начинает новую историю. -А вот он я, настал мой час, настал мой день, И воля моя в полный рост стоять, в полный голос петь На всю планету Земля-я-я, На всю планету Земля-я-я, На всю планету Земля-я-я.       Припев запоминающийся, простой, а текст словно живет вместе с мелодией. Люди начинают хлопать в такт. -И нам не надо дорого-богата, та и все дела, И нам не надо, мы любим это просто так, тра-та-та-та. Новый день в большой воде, Новый день без всяких дел, Я теперь на высоте, и я готов лететь. Мои крылья, мои друзья, И солнце мой маяк, я начинаю жить сейчас.       И снова пальцы начинают бегать по струнам быстро, резво, наблюдать за рукой гитариста — одно удовольствие. У Антона глаза закрыты, он весь сейчас в моменте. Он даже не здесь, он — внутри песни. Внутри текста, словно сам всё это переживает. Наверное, именно это в нём и цепляет в момент его игры. Зал уже полностью отвлекся от разговоров друг с другом и всё внимание только на парня. Дети дружно прыгают и танцуют, пытаются подпевать песенке. Взрослые подпевают на припеве, поддерживая Шастуна.       Дима, Серёжа и Рома смотрят на Антона с восхищением, хлопают громче всех. Серый снимает выступление на телефон, чтобы потом скинуть его в беседу класса, зная, что все будут точно так же как и они, восхищены и поддержат парнишу. Попов с Волей смотрят то на ученика, то друг на друга и улыбаются. Только если Паша улыбается просто потому что Антон поёт круто, то Арс — из-за гордости.       Шастун песню доигрывает и кафе взрывается аплодисментами, свистами и криками. Для парня это — лучшая оплата его трудов. Он смотрит на друзей, брата, на учителей и улыбается солнечно, открыто. Антон второй раз в жизни не жалеет, что позволил себе открыться, хоть и чуть-чуть, этим людям. Парень кланяется и уходит в каморку, чтобы оставить инструмент, попить воды и подготовиться к продолжению вечера.

***

      Утро понедельника для Антона сравнимо с адом. Вчера домой он вернулся только в первом часу ночи, а уснул ближе к четырем, так как собирал шмотки. Поэтому встав в 7 утра, парень чувствует себя варёным овощем, а ему в школе быть уже в 8:30 надо. С матами, но Шаст встаёт с постели, заправляет её и уходит приводить себя в порядок. Голова кружится, в глазах всё плывёт и парень до кухни буквально доползает по стенке. Его организм требует адекватного отдыха и еды. Но если отдохнуть и доспать он сможет в поезде, так как ехать 4 часа, то еды он не получит. И не потому что её нет, а потому что Антон принципиально ничего сейчас не ест. Поэтому на завтрак у него просто вода. А после такого «роскошного» завтрака он идёт одеваться, а после — отправляется в школу, оставив мелкому записку, что он уехал, но если что на связи.       К школьному двору приходит за две минуты до назначенного времени, когда все уже собрались и ждали только его. Математик, увидев ученика, облегченно выдыхает, отмечает его в списке и пересчитывает детей. — Так, все на месте. Пошлите в автобус, загружаемся и едем на вокзал — говорит громко, чтобы все услышали.       Класс дружным, сонным строем отправился к транспорту, лениво перекидываясь фразами. А когда сели в автобус, половину вырубило сразу. Шастун не исключение. Он, сев на место у окна, уснул почти сразу, когда прислонил голову к стеклу. Дима и Серёжа, севшие рядом с ним, посмотрели на него с сочувствием. Они знали, что парень поспал всего три часа и нихрена не отдохнул. И Арсений Сергеевич, когда проверял наличие всех детей в машине, увидев спящего Антона, тоже посмотрел на него с сочувствием. До вокзала доехали в тишине сонного царства. Шаста расталкивали ото сна недолго, но с трудом. — Шаст, еб твою за ногу, харе спать — Поз тормошил друга за плечи. — Ща-ща-ща проверенный способ — Серёга коварно ухмыльнулся и достал телефон. Найдя там громкий звук, он поднёс его к ушам парня и врубил на всю громкость. — ЁБАНЫЙ НАХУЙ БЛЯТЬ ЧТО ЗА НАХУЙ АХУЙ! — Антон вскочил моментально, ударившись лобешником об стекло — ебланы блять, нахуя так делать?! — укоризненно смотря на истерично ржущих друзей, парень тер лоб. — Не знал, что ты можешь так материться! — сквозь слёзы от смеха, выдавил Дима. — Придурки!       Так из автобуса и выгрузились. Антон — матеря друзей, Поз и Серый — откровенно смеясь над ним. Попов, увидев, что троица наконец-то вылезла, смотрел на них с недоумением. Ситуация и вправду немного странная: два парня ржут и сгибаются в три погибели, а один смотрит на них с небольшой злостью и лоб потирает. — У вас чё случилось, вы чего веселые такие? — математик всё-таки решил поинтересоваться. — Мы Антона разбудили круто очень. Настолько круто, что он головой об стекло треснулся и нас матом покрыл — наконец-то отсмеявшись, ответил Матвиенко. — Оо-ой дурные — Арсений покачал головой, смотря на троицу друзей. — Они — да, а я пострадавший, невыспавшийся и злой деть — буркнул Шастун, накидывая на голову капюшон.       В поезд загружаются спокойно, класс занимает свои места и все начинают общаться. Сон отступил на второй план, дав силу для разговоров. И первой темой для болтавни становится видео с выступления Антона, которое Серый скинул в беседу буквально перед посадкой. Шаст бы рад послушать восхищенные комментарии одноклассников, но желание спать всё равно преобладало над ним, поэтому он, отделившись от всех и воткнув наушники в уши, вновь прислонился к окну и прикрыл глаза. Однако, почувствовав возню рядом с собой, повернул голову и столкнулся с голубыми глазами учителя. — Блин, разбудил, да? — Да что вы, конечно же… — Антон делает драматическую паузу — да. — Прости. Просто ребята говорят там про тебя, а мне слушать всё это лень, поэтому решил сесть рядом с тобой — математик неловко усмехается и отводит взгляд на свою обувь. — А, понятно — парень вздыхает — видимо, досплю я только в Москве, ночью, в отеле. — Ты можешь поспать сейчас, я не буду шуметь — Арсений пожимает плечами и утыкается в телефон. — Спасибо — Шаст благодарно кивает и вновь прислоняется к стеклу, наконец-то засыпая. Правда, спина и шея потом болеть будут, но его это сейчас мало волнует.

***

      У Арсения на Москву тоже свои планы. Помимо того, что ему необходимо следить за детьми, ему так же нужно встретиться с некоторыми людьми. Он безумно соскучился по своей дочурке и бывшей жене. Даже не смотря на то, что они уже не являются семьей, он старается поддерживать связь и хорошие отношения с Алёной и Кьярой. Дочке он купил как обычно какие-то вкусняшки и безделушки, связанные с Питером, а бывшей жене — красивую цепочку.       Попов прекрасно знал, что его класс — не прилежный ничерта. В стенах школы — да. Вне стен — это маленькие бесята, которым дай волю побухать, потусить, покурить и повеселиться. Знал и то, что в Москву все едут с максимально боевым настроем. И ему бы по правилам следить за ними, пресекать всё это, но… А зачем? У них — разгар молодости, золотое время, время, когда любой безбашенный и тупой поступок останется ярким пятном в памяти. Единственное, что он будет делать, это смотреть, чтобы дети границы дозволенного не переходили.       Главной его головной болью, как Арсу казалось, будет компашка икс. Вроде бы, на первый взгляд, Антон, Дима и Серёжа — нормальные ребята, веселые и спокойные. Но, почему-то предчувствие какой-то жопы, покоя не давало. Поэтому единственные, за кем от учителя будет повышенное внимание, это та самая троица.

***

      В Москву приезжают ближе к обеду, в отель — ближе к вечеру. Всех расселяют по комнатам на одном этаже, а остаток дня позволяют провести спокойно, отдыхая и никуда не выходя. Класс, заселившись, сразу разошёлся по своим номерам, заранее определившись, кто с кем будет жить. Номера были трехместные, так что все разбились по компаниям, заранее договорившись собраться около полуночи у кого-то в номере всем классом.       Антон, Дима и Серёжа заселяются чуть ли не самые последние, из-за того, что Шасту приспичило покурить. А парни, как верные друзья, остались его ждать. В номере три кровати, три тумбочки, шкаф, столик и маленькая плазма, а так же выход на балкон. Антон занимает кровать у окна, Серый — ближайшую к выходу, ну а Позу осталась по середине. Во время распихивания вещей по своим местам на ближайшие полторы недели, друзья говорят на разные темы, начиная от обновления в игре и заканчивая обсуждением ночной попойки. — Шаст, а ты какую наркоту то вообще достать планируешь? — вдруг спрашивает Матвиенко, когда все лежат на своих кроватях и залипают в телефоны. Антон поднимает взгляд на Армяна и пожимает плечами. — Смотря чё мне подгонят. Может быть кокс, гашиш, марихуанна. Там вообще хуй знает че могут достать. По ощущениям — всё — Шаст задумчиво чешет подбородок и краем уха улавливает разочарованный вздох Димы. — Понял. У меня человек слился просто, поэтому я на тебя только надеюсь — Вы не обессудьте, но если что-то пойдет по жопе — я сразу скажу об этом Сергеичу и мне будет похуй, против вы или нет — вставляет всё же свои пять копеек Позов и парни смотрят на него с пониманием. Он за друзей волнуется, он будущий медик и примерно представляет последствия наркоты даже от одного раза. — Без проблем, Дим — в один голос.       Примерно через час парни уходят на ужин на первый этаж отеля, поэтому Шаст остаётся в номере один. И его прорывает. Он до боли трет виски, тяжело дышит и пытается не поддаваться панике. Ловить паничку на пустом месте — страшно. Это страшно из-за того, что ты не можешь даже искоренить причину приступа. В глазах у Антона — темнота, а в ней странные фигуры с зубами и когтями, которые устремляются к нему. Он не может пошевелиться, тело — словно марионетка в руках кукольника. Дышать трудно, легкие будто отказывают в своей работоспособности. Ему бы ингалятор найти где-то в тумбочке, но он этого сделать не может. По щекам текут слёзы, которые невозможно контролировать. В какой-то момент Шастун чувствует, как его настойчиво трясут за плечи, а потом появляется спасительный ингалятор, дающий новый глоток воздуха, который заканчивался. Темень отступает, фигуры — пропадают. Он видит всё размыто, но очертания человека перед собой разбирает. А когда умудряется всё же сфокусировать взгляд на объекте, тело прошибает дрожь. Антон видит перед собой Арсения Сергеевича, который смотрит на него обеспокоено. — Антон, всё хорошо? Что случилось? — учитель говорит тихо, всматривается в зелёные глаза и всё еще держит руку на плече парня.       Шаст не может сейчас из себя и звука выдавить. Он судорожно ловит ртом воздух, пытаясь восполнить легкие кислородом. Всё что парень сейчас может сделать, это кивнуть в сторону бутылки с водой, стоящей на тумбочке. Математик немую просьбу понимает. Открывает крышку и дает бутылку парню, который её с радостью принимает и осушает содержимое на половину. — С-спасибо — хриплым голосом, выдавливает из себя ученик. — Что случилось? — Попов повторяет вопрос, помогая Шасту пересесть с пола на кровать. — Паническая атака — Антон не скрывает, не видит смысла — из-за того, что переволновался видимо — горло будто разодрали кошки изнутри. — Почему ты не сказал, что подвержен паничкам? — осторожно интересуется мужчина. — Потому что это мои проблемы — даже не смотря на состояние, отвечает упрямо и с нотками пассивной агрессии. — Ты ведь понимаешь, что такие проблемы уже не просто твои? Что их решать надо? — Арсений акцентирует слово, выделяя его — такие проблемы жизни угрожают, если что. — Знаю. Но, всё-таки, это мои проблемы, которые непосредственно вас не касаются никак — Шастун смотрит на учителя волком, которого охотник загнал в угол. — Тихо, успокойся — математик вздыхает — я тебя понял. Лезть не буду, но всё-таки, постарайся обратиться к врачу с этим. Больно смотреть на то, как ты мучаешься. — Мне не нужна ваша жалость, Арсений Сергеевич — Антон огрызается, потому что он ненавидит жалость к себе — я разберусь сам. — Я тебя и не жалею, Антон. Просто констатирую факт моих ощущений, когда я вижу тебя таким — мужчина поднимается с кровати и направляется к выходу из номера — до завтра. — До завтра… — дверь хлопает.

***

      Ещё где-то через часик Антон чувствует себя намного лучше и созванивается с Никитой, договариваясь встретиться. Он предупреждает парней о своём уходе на прогулку и те собираются с ним, потому что хотят познакомится с другом своего одноклассника. Из отеля выходят ближе к девяти. Ветер обдает лицо холодом и свежестью. Шаст глубоко втягивает носом воздух и удовлетворенно прикрывает глаза, не замечая чуть косых взглядов друзей.       Отель расположен почти рядом с Москва-сити, поэтому парни направляются в ту сторону. По дороге встречаются с Никитой и гуляют вдоль реки Москвы. Останавливаются из-за Шаста, который навалился на заборчик, смотря на противоположную сторону. Стоят рядом с ним и каждый думает о своём. — Антох, можем отойти чуток? — Никита первый нарушает тишину, смотря на слишком тихого, даже для самого себя, друга. Парень кивает и они отходят от друзей на небольшое расстояние, так, чтобы их не было слышно. — Шаст, на тебе лица нет. Чё такое? — Кошелев на друга не смотрит, не рискует. Не хочет сталкиваться с полным опустошением в глазах этого человека. — Панички. Опять — Шаст говорит сухо и тихо. Ему вообще на эту тему говорить не хочется. — Бляяять, серьёзно? — Никита запрокидывает голову к небу — из-за чего? — Переволновался. Да и жизни жопа — парень закуривает сигарету. — Ты уверен, что в таком состоянии тебе наркота нормально пойдет? — Кошель всё-таки опускает взгляд на лицо друга. — Нихуя ни в чем не уверен. Но пиздец как хочу — усмешка. — Завтра вечером привезу метадон. Он сильный, пиздец. Не переусердствуй, окей? — Некит улыбается уголком губ и ловит взгляд парня. — Спасибо, братан. Ты даже не представляешь, как мне тебя в Питере не хватает — Антон выдавливает из себя что-то похожее на улыбку. — А мне тебя, братишка — брюнет прикрывает глаза и сгребает в объятия Шаста. А тот не сопротивляется даже — погнали к твоим, а то жопы у них замерзнут — смеются оба и возвращаются к парням и продолжая прогулку.

***

      В отель парни приходят как раз к моменту, когда весь класс собирался на первую тусовку в Москве. Им бы тоже пойти к ребятам, бухнуть спустя долгое время, расслабиться. Но несколько часовая прогулка по улицам столицы вымотала настолько, что желание одно — лечь спать и не вставать. Собственно, этим друзья и занимаются. Идут по очереди в душ, расправляют кровати и заваливаются отдыхать.       Каждый сидит в телефоне, залипая в тиктоки. Иногда прерываются на чтение беседы класса, где нет классного руководителя. Судя по тому, какой там стоит ор — Арсений спалил их с бухлом и разогнал всех по своим номерам, из-за чего тусовка накрылась. Парни в голос смеются, когда читают сообщения о том, какой математик плохой, не дал детям повеселиться. И дают друг-другу пять, так как поступили по умному и просто пошли в свой номер, в итоге оставшись в стороне от раздачи пиздюлей.       Неожиданно раздаётся стук в дверь. Серёжа громко говорит «войдите», после чего в номере появляется объект шуточного буллинга детей. Арсений Сергеевич, видимо, делает обход комнат, чтобы убедиться, все ли вернулись. — Всё нормально? — спрашивает учитель, больше для галочки, нежели из личного интереса. — Да, всё ок — отвечают в один голос. — Это хорошо. Шастун, ты себя как чувствуешь? Всё хорошо? Таблеточек не надо никаких? — Попов, помня о приступе парня, считает правильным поинтересоваться о его состоянии. — Всё хорошо, уже намного лучше Арсений Сергеевич, спасибо — парень кивает и слегка улыбается. — Отлично. Спокойной ночи ребят — Спокойной ночи!       Учитель уходит, погасив свет в номере. Парни ещё немного переговариваются и всё-таки засыпают, внутренне предвещая и ожидая события следующего дня. Что-то им подсказывает, что вся эта поездка будет очень интересной.