«Демон» какое же это слово теперь незнакомое

Глубокий вдох тревожит грудь, стиснутую в нечеловечески крепких объятиях. Гию приложил горстку своей новообретенной силы и теперь Шинобу тяжело дышать. Её светлая кожа вздрагивает от тёплого дыхания, пока его лицо уткнулось в тоненькое горлышко, посередине, прямо напротив кадыка, нервно вздёрнувшегося от её глотка, спровоцированного липким страхом перед осознанием опасности близости с демоном. Но Кочо хорошо контролирует себя и потому спокойно выдыхает следом, расслабляясь в его руках. В руках демона, в руках существа, который перестал быть человеком, теперь ему чужды людские чувства, хлопоты. Им будет двигать одно — нестерпимое чувство голода. Она не перестаёт себе это повторять, но тело, годами наученное с зоркой точностью и горячей выносливостью отрубать головы люду бесовскому не встаёт и не пронзает его тело ядовитым остриём холодной от мороза на улице катаны. Не потому ли, что она не хочет? Не хочет… потерять его… или не так…? Что с ней происходит? Что она делает?! Она не знает ответа, но без конца спрашивает у себя. Пока мысли захватили её внимание, его голова медленно поднимается, останавливаясь на уровне её глаз, он заглядывает в них без слов, без выражения на лице, которое могло бы, что-то сказать, выразить. Он выглядит таким пустым. Смотрит, думает она, в её глаза специально для того, чтобы снова, раз за разом напоминать ей, что остальное в прошлом, напоминать ей, что он больше не человек. Это рвёт ей сердце, но заложено мире так, что исправить этого, увы, никак невозможно. Он встаёт и уходит, а она лежит на полу и смотрит ему вслед. «Когда же я с тобой попрощаюсь…?» проскользнуло в её голове, пока её грустные глаза не оторвались от отдаляющейся спины и не посмотрели перед собой.