Меня зовут Эйден Нотт

      Люциус Малфой появился в доме в зеленом пламени камина. Сиятельный волшебник устало упал в кресло. Последняя неделя выдалась на удивление тяжелой. В последние годы Люциуса преследовали неудачи. Все его планы по отсроченному стиранию собственной памяти не помогли ему спастись от Азкабана. Нотт-старший смог каким-то чудом вытащить его из тюрьмы. Малфою не чуждо чувство простой благодарности. После спасения он сразу подарил Нотту два гоблинских кинжала. Просто подарил за спасение и надеялся на будущую взаимопомощь, но старик стребовал сверху еще миллион золотых и два дома с магическими источниками. — Папа! — Иди сюда, мой дракон! — мужчина улыбнулся, хватая сына на руки. — Держи! — юный Драко протянул ему маленькую шкатулку. — Это подарок! — Спасибо! — в зал зашла его жена Нарцисса с улыбкой на лице. — Смотрю, кто-то так заработался, что забыл про собственный день рождения.       Поцеловав жену, он молча признал, что и вправду заработался. Сесть на кресло Председателя совета не вышло. Помешать его назначению тоже. Эйден имел много друзей, которые быстро все решили в Министерстве. Гринграсс отверг помолвку с весьма злым видом. Наверно, не стоило втихую покупать его акции, когда тот болел. Что поделать... Бизнес есть бизнес. Малфой мог понять почему Нотт-старший так много с него взял. Наверняка потратился немало на взятки, чтобы откупить его от тюрьмы. А это дорого стоит, но то пренебрежительное отношение ... Оно взбесило Люциуса до сорванных волос.       И такое отношение у него было сформировано заранее, несмотря на то, что они ни разу не виделись. Он был хорошо знаком с Чарльзом через отца и тот очень редко говорил про деда, предпочитая отмалчиваться или всячески пресекал все вопросы о нём. Люциус вместе со своими людьми копал. Вспоминая редкие рассказы отца, говоря с портретами и старыми знакомыми. Честно сказать, накопал достаточно много. Трети из этого хватит на пожизненное, а всего остального на Поцелуй Дементора. Однако было слишком много нюансов.       Нотт имел слишком много друзей, должников и хороших знакомых, которые помогали ему и просто так. Сам по себе он был очень силен и опытен. Чего стоило только участие сразу в двух мировых войнах. Причем в итоге выжить и отделаться всего навсего парой шрамов. Темный Лорд не зря так сильно желал перетянуть его на свою сторону. Либо убить, если откажется. Они даже встречались один раз на войне, когда напали на одну семью полукровок из Аврората. Увидев Эйдена Нотта Чарльз, Долохов и Розье сразу позорно сбежали. Их можно понять. Из всей группы выжил только он, Гойл и Руквуд с Рейнардом Мальсибером.       Флэшбэк. Одиннадцать лет назад.       Люциус крепче сжал палочку, чувствуя, что бой будет очень сложный. Крэбб и Гойл, верные вассалы, встали на его защиту. Руквуд с Мальсибером настороженно смотрели на зрелого мужчину. — Лорд Нотт. — Что? Этот старик, тот таинственный глава Ноттов? — Рейнард... Можешь уйти. — от него так и веяло велокодушием короля и железной уверенностью. — Н... — что хотел сказать Мальсибер, они так и не узнали Стопа Титана отправила того в глубокий нокаут, пробив все магические щиты и сломав нос с челюстью. Открытый перелом был виден даже отсюда.       Руквуд на Крыльях Тьмы поднялся вверх, пытаясь отойти, одновременно давая команду инферналам и вампирам к атаке. Они же не теряли зря времени, наколдовав мощное площадное заклинание. Гойл создал Огненную Бурю, Крэбб же Ледяной Буран. Он использовал Черную Молнию и Молот Тора. От перепада температур трава на земле буквально лопнула. Они слегка зацепили инферналов, но эту мелочь еще наделают. Рядовые пожиратели стали слаженно закидывать врага точечными заклинаниями, пока из дыма не вырвалось Солнечное Пламя и не сожгло всех инферналов и половину вампиров. Темное Копье отправило на встречу к отцам Гиббонса и парочку вампиров. Дробящая Темница создала воронку пять на пять с тремя оборотнями внутри. Дальше в ход пошла гравитация. Сжатие убило последнего самого старого вампира. Крэбб передал ему свою магию и он создал Черное Солнце, он закрылся Щитом Крови, который после превратился в красный туман, который убивал всех в зоне досягаемости. Малфой отошел. Крэбб, чей резерв был на нуле создал Щит крови, который... Пошел рябью и превратился Кровавую Деву и перемолол Крэбба в кашу из мяса и костей. Нотт использовал Скачок на себе. Безумец мог скакнуть в разные стороны всеми частями тела. И вот от того, что дальше увидел Люциус, ему до сих пор плохо спится. Кровь убитых магов перетекала в красную сферу над головой Нотта... Кровавый Обстрел превратил Гойла в решето. Чудо, что он выжил. Красный Смерч разорвал великана, которого сдерживали подошедшие на вызов мракоборцы. Притчард идиот. Захотел дуэли. Высшее Снятие Защиты, Великое Солнце, Копье Одина и Черный Консул. Снятие защиты увязло в Щите Крови. Великое Солнце погашено Водным Драконом. Копье Одина отбито Золотой Дланью. Черный Консул уничтожен чистой энергией. Рука Шивы навсегда похоронила Притчарда в обломках. Авада, полетевшая следом не оставила сомнений в его кончине. Метка Огня обожгла до костей его руки. Кровавая Плеть лишила Руквуда руки. Рабастан Лестрейндж, подошедший с подмогой, растворился в Разломе Мрака. Вместе с подмогой в виде оборотней, личей и вампиров. Успевшая отскочить Иония Роули с парой вампиров наступили на Стазисную Мину. Люциус упал на землю, чувствуя, что получил сотрясение. Стопа Титана пробила все щиты. Перед тем, как потерять сознание, он увидел как Ария добила Руквуда и запытала до сумашествия Гойла. Потом появился Грюм и стал громко на нее орать, но этого он уже не видел.       Про то, что все убийства приписали Арие и разжаловали её за очередное превышение полномочий, Люциус узнал уже в Азкабане, когда ему без суда впаяли пожизненное на нижних уровнях, где уже сидела Иония. Лорд, конечно, потом устроил им побег, но они вновь загремели в Азкабан после его развоплощения в доме Поттеров.       Конец флэшбека. — Дорогой. Оно того не стоит. — встревожено сказала Нарцисса сидя за столом.       Драко уже спал, наигравшись с отцом. — Ты редко вмешиваешься в мои дела. — он поцеловал жену. — Что такое? — Я боюсь. — этот ответ сильно удивил Люциуса. — Что? — Нотт... Опасный человек. Он только прикидывается мягким и добрым. Отец говорил мне, никогда с ним не ссориться. Он злопамятный, очень. Если его прижать... — Он пойдет на все, чтобы громко хлопнуть дверью. — муж закончил за нее. — Мой отец говорил также.

***

      Рассел сидел дома и читал книгу о фамильярах. Редкая, запрещённая в Англии книга. К счастью, его дом находится в Ирландии, где она легальна. За рабочим столом зачарованное перо проверяло домашние работы школьников. Он читал, но не видел строчек. Из его головы не выходило два слова. Долорес Амбридж. Министр назначил ее инспектором Хогвартса. Похоже, что игры его патрона с Дамблдором подошли к концу. Драмер беспокоился, прекрасно зная нрав своего начальника, который пусть и добрый, но ровно до тех пор, пока его не прижмут. В зал зашла Ария в одном халате. Только из душа. Многих отталкивали ее шрамы, но его они только больше возбуждали. Она отложила книгу и царски, а иначе не скажешь уселась на его коленях. — Не хмурься. Выглядишь, как старик. — Амбридж. — Мм? — Что скажешь о ней? — Ну... — Только опустим ваши схожие расисткие взгляды. — Бе! — она совершенно по-детски показала ему язык. — Противная истеричка. Чинуша. Крыса. Еще со школы мечтаю ее грохнуть. — Возможно, скоро у тебя будет такой шанс. — Да, я читала газету, министр идиот. Наш Лорд иногда бывает очень... Резким на решения. — Он человек, как и все мы. Людям свойственно поддаваться гневу. — Фу, ты уже начинаешь говорить, как он. Понять, осознать... Эта его политика такая лицемерная... — он поцеловал ее, чтобы заткнуть, но Ария углубила поцелуй. Руки Рассела опустились ниже. Короткий стон усладил его слух. В этот вечер они больше не говорили.

***

      Эйден улыбался. Настолько вежливой улыбкой, что даже идиот бы понял... Он в гневе. Амбридж была обычной канцелярской крысой и пускай работа таких людей, как она важна, но все чиновники почему-то считают, что буква закона может их защитить. Будто закон делает их неприкасаемыми. — Мистер Нотт... Не могли бы вы одеть, что-то более подобающие вашему статусу, чем маггловские тряпки? — от это писклявого голоса кровь шла из ушей, а от приторной улыбки сводило зубы.       Что у него, что у директора и всех преподавателей вместе с учениками. — Нет, не мог бы. Мне эти тряпки удобней вашей изысканной мантии. В лавке старьевщика брали? — он мило улыбнулся, кто-то крякнул, подавляя смех. — Мистер Нотт... — Как член дворянства, я требую к себе должного обращения от низкородной черни. Не припомню вашей фамилии в списках чистокровных семей... — ее перекосило от злости, он надавил на больную мозоль и имел право это требовать. — Да и потом, где же ваше уважение к ветерану войны с Грин-де-Вальдом и полному кавалеру ордена Мерлина? — Лорд Нотт... — сквозь зубы прошипела Амбридж. — Ваше поведение... — Верно, ваше поведение возмутительно для представителя Министерства Магии. Как вам только не стыдно?! Неужели наше современное общество настолько низко пало, что готово пытать детей с использованием запрещенных практик? Магия Крови! Это же немыслимо! Что ждет нас в будущем, если современные политики готовы рушить судьбы детей ради мелочной выгоды! Неужели все мы хотим, чтобы наши дети ходили в школу в страхе быть изувеченными Темной Магии!? И от чьих рук? От рук людей, что клялись...       Дамблдор сложил руки в замок и улыбался про себя. Амбридж ему сразу не понравилась. А уж ее методы... Нимфадора стояла за спиной Нотта и сжимая окровавленную руку смотрела в пол. Глаза ее были на мокром месте. Кровавое перо... Артефакт незапрещенный, но использовать его для наказания детей... Нотт разошелся надолго. Он ее похоронит. Либо фигурально, либо буквально или сразу оба варианта. Он ему мешать не станет. Эйден думает о школе. Переживает. И просто проводит время. Ему стало скучно и он согласился на кресло Председателя. Честно признать... Альбус слегка завидовал этому человеку. Он не спешит набираться знаний, мощи и власти. Нотт живет в свое удовольствие и хорошо себя чувствует. Амбридж пыталась огрызаться до тех пор, пока не прибыли авроры в черных мантия. Специальный отдел по задержанию под командованием Грюма.       Рене де Морро был хороший Главой Аврората. В войне с Волан-де-Мортом хорошо себя проявил. Разделил Аврорат на отделы, как в маггловской полиции. Их было четыре. Отделом задержания командовал Грюм, отделом ликвидации Ария, отделом ликвидации последствий они же обливейторы Джонатан Оуэн, а отделом мракобоцев, командой для специальных операций, Лайонель Саван. Последний из-за солидного возраста в триста лет уже больше командовал, чем был боевым командиром. Обычные авроры же подчинялись своим старшим начальникам. Внутренняя политика там жесткая, если не жестокая. Предателей не прощают, а прочих в свои дела не посвящают. Аврорат это сила. Не только полиция, но и маленькая армия. — Долорес Амбридж. — тоном судьи произнес лысый сморщенный старик с протезом руки. — Вы обвиняетесь в издевательстве над несовершеннолетними, растлении и злоупотреблением своими полномочиями. — Вы не имеете права! Жалкие авроры, я заместитель министра... — Слова зафиксированы. — механически произнес человек в полной маске, стоящий справа.       Палочка вылетела из ее рук и, случайно, угодила в окно, а там и в озеро. На нее надели антимагические наручники и намордник с цветочком. Авроры шутить умеют. — В карцер ее до выяснения обстоятельств.

***

      Карцер представлял собой каменную камеру. Без окон и дверей. Туалетом служила дырка в полу, а кроватью каменная плита. Здесь было холодно и сыро. Долорес закашлялась. У нее было слабое здоровье. Сильнее кутаясь в тюремную робу и тонкое покрывало, она считала. Сколько ей дадут, если министр не защитит ее своим авторитетом. Выходило до десяти лет на верхних уровнях Азкабана. Это еще не так плохо, как могло бы быть. Нотт... Это он виноват, Амбридж признавала, что слегка перегнула палку с наказанием. Да и потом применять это перо, когда в школе Дамблдор и Нотт... Глупо! Стены комнаты изрисованы рунами. Здесь нельзя колдовать. Даже, если есть палочка. Её идея. Они многое вынесли из прошлой войны. Аврорат усилили практически до предела. Усиленные программы в Академии, набор отставных авроров, наемников и ветеранов войн в роли инструкторов. Здесь тоже есть ее рука. Дедушку удалось пристроить на роль инструктора по ножевому бою. Хотя она не понимала, зачем это аврорам, но Коллегия Авроров из главы и начальников отделов согласились единогласно. Это было странно, они редко ладили между собой, не сильно любили друг друга, если на то пошло.       Каменная стена отъехала. В карцер вошёл зрелый и привлекательный блондин с ярко-голубыми глазами. Глава Аврората. — Значит я обречена? — он бы к ней ни за что не пришел. — ... — мужчина молча отвернулся. — Что... — женщину парализовал страх. — Привет, моя сладкая Долли! — Я требую суда! С сывороткой правды и просмотром воспоминаний. — Ну... Чего ты так боишься?       Рука с двумя металлическими пальцами резко схватила ее за волосы и потянув бросила на пол. Ботинок ударил под ребра. Ее палач подождала, пока та встанет. Здесь любое волшебство недействительно... Значит... — Ты... — рот Долорес закрыл левый хук, но она не упала.       Сплюнув зубы и кровь, женщина с трудом сдерживала слезы. Она боялась. Была согласна на пожизненное, на поцелуй дементора, на что угодно, лишь бы не оставаться с ней наедине. Почти наедине. За ними наблюдали Грюм, Саван и Морро. У всех есть особые полномочия. Как и у её палача. Острое колено пронзило живот. Правый апперкот потушил сознание Амбридж и сломал челюсть, но... Схватив женщину за ногу, поволокли, как мусор, за пределы карцера. — Побеседуем? — ей мило улыбнулись и она оглянулась. — Что вы хотите знать? — челюсть болела, женщину вылечили, но Долорес знала их методы и понимала, что скоро будет опять лежать и плеваться зубами. — ВСЁ. — она едва успела дернуться, как левый кулак вонзился в живот, как копье.       Амбридж взяли под руки два аврора в черных масках. И начался ад. Палач свое дело знал на "Превосходно", она бы похлопала, но сломанные запястья не позволяют. Долорес вылечили руки. Вновь. Женщина упала. Вновь. Поцелуй с ботинком сорок третьего размера. Вновь. Потухшее сознание. Вновь. Лечение. Вновь. И все заново до тех пор, пока Долорес не сжалась в углу, как мышонок и просто дрожала. Тихо рыдала, рассказывая все секреты. Начиная заказными убийствами, заканчивая сексом с юными стажерами против их воли. — Приговор: смерть при невыясненних обстоятельствах. Пыталась сбежать и упала с лестницы при транспортировке в здание суда. — холодно произнес Морро. — Последнее слово? — Вы такие же, как и я. — Мертвецам виднее.       Смех. Шуршание одежды. Поцелуй. Хруст. Грохот. Упавшее тело. Смерть.