Дети Враилай

— Ты припозднился. Я скрестила руки на груди и показательно нахмурилась, грозно смотря на рыцаря, который в это время пытался перевести дыхание. На моей памяти он опоздал впервые за много лет. И всё же подобное происходило в первые дни его службы, когда он только-только привыкал к моему расписанию, которое могло измениться за пару минут чуть ли не полностью: в один момент я могла сидеть за учебниками истории, что хранили на своих страницах события со времён сотворения мира, а в другой — встречать гостей в тронном зале… Возможно, Финниан действительно не уследил за временем, пока, видимо, занимался чем-то существенным, ибо найти иную причину его задержки я не могла. — Знаю, знаю, я очень виноват. Приношу свои извинения, моя Принцесса, — выпрямившись, тот виновато улыбнулся, а мне ничего другого и не оставалось, кроме как снисходительно ответить на его улыбку своей. — Готова? — Ну конечно! Идём же!

***

Город, мной горячо любимый Аркон, встретил нас приятной музыкой, громкими радостными разговорами, различными запахами не только цветов, духов, но и свежей выпечки. Горожане, встречавшиеся нам на пути, с лучезарными и теми самыми заразительными улыбками, на которые было трудно не улыбнуться в ответ, приветствовали нас поклоном, поздравляли меня с днём рождения, и некоторые даже преподносили мне пышные букеты, что сразу же отправлялись в руки Финну. Однако нам всё-таки пришлось оставить подарки из-за их обилия возле украшенного статуями Богов фонтана на главной площади, на белоснежном камне которого была вырезана надпись: «Боги, храните Королеву!» Придерживаясь традиции, каждый житель мастерил небесный фонарик, который после завершения торжества он запустит в небо с самыми сокровенными желаниями. Эльфы моего Королевства, следуя ритуалу, молились одной из наших покровителей, Богине Ветра — Акуриэль, ведь именно благодаря ей фонарики всегда находили верный путь в Мир Душ, где каждое желание не оставалось без внимания Богов. Это событие можно было увидеть только раз в жизни, но, если повезёт, то дважды: когда на трон взошла Королева, а после неё — её дочь, Кронпринцесса. После завершения торжества для Королевства Фелиэль должна была наступить новая светлая эпоха, которая вновь смогла объединить эльфов со всех уголков огромного количества земель. По крайней мере, я надеялась на это. Дело заключалось в том, что эльфийские государства и даже жители Фелиэля жили довольно разрозненно, что, как мне казалось, было очень… Прискорбным явлением. Один народ, взращенный, словно цветок, под трепетным уходом наших Богов, многие века жил в мире и согласии, эльфы всегда приходили друг другу на помощь. Я пообещала не только самой себе, но и Матери перед её кончиной, что приложу все усилия, чтобы вновь позволить на эльфийских землях воцариться спокойствию, ведь нет для правителя лучше достижения, чем объединение своего народа. Во время своего правления Матушка считала, что в настоящее время стояли куда более важные вопросы, а политику объединения эльфийских государств можно было бы оставить и для своей преемницы. Конечно, я и не могла быть против. Наследниц престола воспитывали в уважении к Правителям Прошлого, и я не имела права осуждать решения, принятые моими Предками, Матерью в том числе. Единственное, что было в моей власти — в будущем не предпринимать тех политических решений, которые повлияли бы на жизнь всего Королевства, если вдруг они окажутся мне хоть каплю сомнительными. — Ты только посмотри на всю эту красоту! — восхищённый голос Финниана вывел меня из размышлений и даже заставил вздрогнуть. — В этом году твои подданные превратили Аркон в самое прекрасное место во всём Королевстве, не правда ли? В один и тот же день каждые три года в знак своего уважения жители столицы украшали город прекрасными белыми лилиями, ставшими с годами моим любимым цветком, и каждый раз у меня перехватывало дух от завораживающего вида. Однако мои подданные помнили не только то, что в тот день я, их Кронпринцесса, стану старше, но и Фелиэль вновь обретёт свою Королеву. В первую очередь благодаря им нас всех ждало великолепное празднество в ознаменование моего совершеннолетия и восхождения на трон. Пока я осматривалась по сторонам, любуясь белоснежной улочкой, я заметила довольно большое количество рыцарей Ордена Арвен и городской стражи, что меня поразило. В их обязанности, безусловно, входило патрулирование города, но присутствие стольких рыцарей на одной лишь главной площади заставило меня предаваться сомнениям — а всё ли шло по плану? Чтобы усмирить свои страхи, я связала этот факт с предстоящей коронацией: в тот день всё должно было быть исполнено в лучшем виде, и дополнительная охрана во время массового сбора жителей Королевства в случае непредвиденных ситуаций не помешает. Лишь краем уха услышав, как музыка духовых инструментов начала становиться всё громче и как некоторые эльфы начали хлопать в такт, я мигом успокоилась, пока мелодия духовых инструментов, доносящаяся за спинами небольшой толпы местных жителей, продолжала увлекать всех и каждого. Стоило нам с Финном подойти поближе, как народ уступил нам дорогу, поклонившись. В центре круга находилась группа музыкантов, играющих традиционные праздничные мелодии, от которых хотелось пуститься в пляс и позабыть обо всём на свете, в том числе и о сковывающем меня титуле. Присмотревшись, я заметила в руках одной эльфийки флейту, похожую на ту, что ранее подарил мне Финн, и меня это заинтересовало. Мой любопытный взгляд прошёлся по всем музыкантам труппы — флейты в их руках были абсолютно разных размеров, материала и звучания, но вместе они образовывали настоящий ансамбль, и их музыка звучала воистину волшебно. Видимо, только для меня оказалась неожиданностью начавшаяся танцевальная мелодия — горожане дружно захлопали в такт. Танец начали две маленькие девочки, а затем к ним присоединились, кажется, их семьи, а за ними ещё больше эльфов, создавая огромный хоровод. Уж кто-кто, а мой народ, несмотря на присущую эльфам горделивость, всегда знал толк в веселье. Прошла ещё секунда — под ноги слетелись сотни нежных лепестков лилий, превратив улицу в самый что ни на есть настоящий цветочный рай, аромат которого заставил меня почувствовать себя по-настоящему живой. Я могла бы стоять вот так часами и наблюдать за тем, как спокойно и в то же время весело протекала жизнь в столице. Если бы не мои планы, думаю, мне бы не удалось долго противиться своему тайному желанию присоединиться к общему танцу и поддаться веселью, ведь я, хоть и будучи рождённой в королевской семье, ничем не отличалась от других эльфов. В любой другой день я бы, скорее всего, так и поступила, но, дёрнув Финна за руку, кивнула в сторону, намекая, что времени у нас оставалось в обрез. — Дай мне минуту, хочу кое-куда сходить. Будь неподалёку, я сейчас вернусь. Я кивнула, а Финниан, ответив привычной улыбкой, скрылся из моего поля зрения, направившись в сторону торговой улицы, где располагалось огромное множество магазинов и прилавков с самыми различными товарами, среди которых особую популярность имели сладости. Я догадывалась, куда бы он мог пойти, но вместо того, чтобы пытаться докопаться до истины, лишь хихикнула и, скрывшись от городского шума и лишних взглядов возле ближайшего переулка, подставила лицо солнцу, пытаясь насладиться его нежными лучиками. Голову вдруг заполнили мысли, но совсем не о коронации, до которой оставалось не так много времени, или о будущем, а о тех изменениях, что я заметила в самой себе, и о чувствах, что преследовали меня с самого утра. Вместо того, чтобы испугаться или предаться волнениям, я лишь опустила голову, в раздумьях склонив её набок. Я вновь прокрутила в памяти воспоминания того дня и резко осознала, как впервые за много лет с момента моего знакомства со своим рыцарем я неожиданно начала ощущать трепет от его прикосновений; как хотела ловить на себе его мимолётные взгляды, наполненные бесконечной нежностью; как теперь нуждалась в этом как ни в чём другом. Я прикрыла глаза ладонью, вспомнив, как сердце пропустило удар, когда Финниан стоял передо мной на одном колене, пытаясь надеть слетевшую туфельку мне на ногу. А то, с какой нежностью и серьёзностью он к этому подошёл… — Лин? От неожиданного прикосновения до плеча я подпрыгнула и еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. — Боги, Финн, не пугай меня так! Клянусь, в следующий раз я буду размахивать кулаками! — Кто ещё кого пугает, с тобой точно всё хорошо? Ты вся… Красная. — «‎О, нет… Из-за этих мыслей я… Так, Нейлин, спокойно, возьми себя в руки, ты же не маленькая. И с каких вообще пор тебя смущают такие глупости?.. Глупости?!»‎ — Всё хорошо, правда… Я просто… — пытаться соединить между собой хотя бы два слова в этом непрекращающемся потоке мыслей и чувств для меня оказалось чем-то невозможным. — Видимо, перегрелась на солнышке. — Жара нет, — приложив тыльную сторону ладони к моему лбу, тот вздохнул с облегчением и слабо улыбнулся. Казалось бы, сколько раз за всю жизнь я уже видела эту улыбку, но теперь она вызывала во мне странное, непонятное для меня чувство, и я всё никак не могла понять: мне хотелось то ли хорошенько его треснуть, то ли… Поцеловать? — Уже радует. — Э-эй, а что ты там прячешь за спиной? — заметив, что он держит вторую руку позади, я решила быстро перевести тему, не желая, чтобы допрос продолжался. Он же всё-таки был и рыцарем моим, и другом, так что если бы он заметил, что со мной происходило что-то неладное, то вряд ли бы остановился на полпути от раскрытия тайны. — Ах да, а это как раз то, за чем я ходил. Держи. Увидев в его руке два сочных карамельных яблока, что были с самого детства моим любимым лакомством, с которым меня однажды познакомил Финниан, я радостно хлопнула в ладоши, но мой восторг вмиг улетучился, когда я заметила одну небольшую деталь. Переживая за меня больше, чем за сохранность яблок, он не заметил, как две сладости в один момент слиплись вместе. Пока Финн с недоумением смотрел на яблоки, я, не сдержавшись, рассмеялась, стараясь изо всех сил скрыть смех за ладонями. — Вот же!.. Я совсем не хотел, чтобы так получилось… — Всё в порядке, дурашка, от этого они не стали менее вкусными… И спасибо. С улыбкой я приблизилась к яблоку и откусила небольшой кусочек. Увидев моё довольное выражение лица, рыцарь вновь с недоверием покосился на лакомства, но всё-таки откусил часть от другого: от того, что было к нему ближе всего. В следующий раз мы одновременно приблизили губы к яблокам, пока он продолжал крепко держать их за деревянные палочки. Прежде чем ещё раз ощутить приятную карамель на кончике языка, я заглянула в глаза Финниана, что в свете солнца блеснули золотом, и лукаво улыбнулась одним лишь взглядом.

***

Следующей нашей остановкой стала лесная поляна в глубине Флайрунского леса, окружающего столицу, где я могла бы в тишине репетировать свою речь. Я также рассчитывала на то, что у нас останется немного времени, ибо грезила тем, чтобы попросить Финна дать мне небольшой урок игры на флейте. Мне совсем не хотелось, чтобы она лежала без дела на одной из полок, да и я очень хотела поскорее научиться играть, чтобы радовать тех, кто мне был дорог, приятной музыкой. Однако в приоритете стояла коронация, во время которой я должна была произнести клятву перед своим народом, и я, расправив плечи, повернулась к Финну. Поначалу слова приходилось вспоминать на ходу, но повтор за повтором вселял в меня уверенность, и дела пошли оживлённее. — ..Я присягаю многонациональному народу Королевства Фелиэль в том, что все мои знания и моя сила будут направлены во имя его мира, спокойствия и процветания. Во время своего правления обещаю строго следовать законам, что были писаны Богиней Враилай. Пусть меня настигнет кара моего народа, если я отступлюсь от своего священного долга, — закончив речь, я уверенно подняла подбородок, как и подобало будущей Королеве. Сделав паузу, я закусила губу, пытаясь вспомнить, всё ли упомянула. Я подняла взгляд к небу, пальцем в воздухе вырисовывая различные узоры и мысленно прогоняя речь в очередной раз. Убедившись, что смогла воспроизвести её полностью, я повернулась к Финну, который, сделав максимально серьёзное лицо, выпрямился и поднял подбородок. Затем он кашлянул, сурово глянул на меня и спросил: — Клянешься ли ты, Принцесса Нейлин из рода Арвен-Левильсон, исполнить клятвы, данные сегодня в этом зале перед лицом всего эльфийского народа и Высшей Богини Враилай? — Клянусь перед лицом всего эльфийского народа и Высшей Богини Враилай. Только смерть помешает мне нарушить данный мной обет, — я подыграла Финну, который изображал Главного Жреца, и довольно хлопнула в ладоши. — Что ж, затем Верховный Жрец возлагает на мою голову корону, он говорит что-то в духе: «Да здравствует новая Королева», его слова подхватывает народ… Да и всё, вроде как. Сколько минут у меня ушло на речь? — Без пауз минут пять, не больше. В самый раз. Я глубоко вздохнула. И вздох был вызван далеко не его обнадёживающим ответом. — Ты целый месяц работала над речью и проводила дни напролёт в попытках заучить её. Так что даже если ты будешь нервничать, то точно ничего не забудешь, — он, невинно улыбаясь, неуклюже поднялся с земли и, подойдя ко мне, сжал мои плечи. — Лин, всё пройдёт великолепно. Очередной вздох и очередная попытка скрыть взгляд. Я понимала, что тогда все мои опасения в основном были связаны не с тем, как будет проходить церемония посвящения в Королевы: все мои мысли целиком и полностью в один момент оказались заняты лишь одним эльфом. Я никак не могла объяснить те чувства, что преследовали меня с того момента, как он вошёл утром в мои покои, и мне действительно стоило скрываться за неуверенностью в том, что всё будет исполнено в лучшем виде, пока не оказалась бы в силах разобраться в них. И, видимо, до той поры у меня получалось довольно неплохо. — Ты всего лишь переживаешь из-за того, что твоя жизнь после сегодняшнего вечера изменится, — сделав ещё один шаг ко мне, он оказался практически вплотную и осторожно взял меня за руки, поймав на себе мой взгляд. — Я обещал не только твоей Матери, но и в первую очередь тебе, что буду служить будущей Королеве Фелиэля верой и правдой, поэтому… — Вот снова ты за своё, — я со вздохом закатила глаза, без доли сожаления перебив его, и сильнее сжала его ладони, поднеся наши руки к своей груди. — Когда же ты поймёшь, что в первую очередь ты… — слова как будто застряли в горле, но я сделала усилие над собой. — Мой самый дорогой друг и только в последнюю верный рыцарь и советник. Но ты прав, не нужно паниковать, ведь вечер, вроде как, всё-таки обещает быть замечательным… Ой, точно! — я чуть ли не подпрыгнула на месте, достав из кармана длинной накидки подарок Финна. — До начала последних приготовлений у нас ещё есть немного времени, так что я подумала, может быть, ты мог бы дать мне урок… Мне бы не хотелось, чтобы флейта лежала без дела, потому что у меня нет необходимых навыков. Что скажешь? — Ну… — на всякий случай я состроила умоляющие глаза и сцепила руки в мольбе. — А вот это было вовсе не обязательно, я не собирался тебе отказывать. Благо, начинать обучение можно было не с самого начала, так как я уже знала ноты. Именно в первую очередь благодаря ему у меня появилось желание учиться музыке, от которого я уже не смогла избавиться, и Матушке даже пришлось искать учителя, чтобы я смогла научиться играть на фортепиано. Несмотря на прекрасное звучание этого музыкального инструмента, мне хотелось бы иметь при себе что-то небольшое, чтобы играть, когда мне только вздумается. В тот день моя мечта, наконец, стала реальностью. На первом занятии с Финном в качестве своего наставника я училась управлять потоком воздуха (что у меня получалось довольно неплохо, ведь это была моя стихия), училась правильно держать флейту, чтобы прикладывать столько усилий, сколько требовалось для закрытия клапана. Мало того, что, в ином случае, это как минимум была бы пустая трата сил, так и я могла бы даже повредить флейту, чего мне совсем не хотелось. Когда же я смогла добиться чистого, красивого звука, мой рыцарь научил меня моей первой мелодии. Естественно, она была короткой, довольно лёгкой, но я всё равно гордилась собой. Может быть, мне бы удалось разучить ещё что-нибудь, но поднявшийся прохладный ветерок напомнил нам обоим о том, что времени до начала бала оставалось совсем немного, так что нам стоило поспешить обратно во дворец, а второй урок перенести на ближайшее будущее. В конце первого занятия Финн передал мне небольшой клочок бумаги, который, по его словам, таил в себе секрет этой флейты. Я решила сохранить интригу до нужной минуты, поборов в себе желание узнать, что же всё-таки она в себе скрывала.

***

Когда мы вернулись, коридоры замка оказались подозрительно пусты, словно время замерло в его стенах и все затаили дыхание перед предстоящими событиями, но эта тишина не давила, а позволяла мне дышать полной грудью, наслаждаясь моментом. Однако это продлилось всего лишь пару минут, пока из-за угла не выскочили две служанки. В глубине души я надеялась, что они пройдут мимо, но те, взглянув в нашу сторону, выпучили глаза и быстрым шагом, чуть ли не перейдя на бег, направились к нам. Я неосознанно сделала шаг назад в попытке избежать с ними встречи, но куда там можно было деться… Разве что за спину Финна, но я сомневалась, что ему удалось бы справиться с этими двумя — даже армия не смогла бы с ними совладать. Со вздохом я потёрла шею, надеясь, что наш с ними разговор не слишком затянется. — Вот вы где, Ваше Высочество! — они вдвоём присели в реверансе и снова обеспокоенно посмотрели на меня. — До начала бала осталось всего два часа, а нам ещё нужно подготовить Вас! — меня всегда пугала особенность этих двоих подхватывать слова друг друга, из-за чего мне казалось, что одна могла читать мысли другой. — Пожалуйста, пройдёмте в Ваши покои. Не успела я и слова вставить, как служанки встали по бокам и, схватив меня под руки, поволокли за собой в мою комнату. — Э-эй, подождите! — но те даже не сбавили шаг. Мне осталось только обернуться и встретиться взглядом с Финном, которого, кажется, эта ситуация только позабавила. — Я же увижу тебя сегодня в костюме? — Только если это приказ, Ваше Высочество, — рыцарь слегка склонил голову, приложив руку к груди, прежде чем он исчез из моего поля зрения.

***

В покоях меня уже ждали Лира и ещё одна служанка. Ещë двое привели меня, и стоило нам только показаться на пороге комнаты, как мои прислужницы принялись за дело. Девушки метались по моей комнате туда-сюда уже больше полутора часов, подготавливая меня к знаменательному событию. Они потуже затянули корсет, туго зашнуровали туфли на невысоком каблуке, закрепили плащ, чтобы тот аккуратно лежал на плечах, а также помогли с причёской и нанесением макияжа. Когда служанки, которым было поручено подготовить меня к коронации, отошли от меня и удовлетворённо ахнули, я поняла, что их работа, наконец, была окончена. Только когда те оставили меня наедине с собой, я осмелилась посмотреть в зеркало и едва ли смогла узнать в отражении себя — на меня смотрела величественная незнакомка, во взгляде которой читалась уверенность в себе и в её будущем. Изумительное красное платье с позолоченными узорами, подчёркивающее алый цвет её глаз, было настолько прекрасно, что я не могла отвести от него взгляд: пышная юбка была украшена узорами из тончайших золотых нитей, которые складывались в прекрасные композиции из цветов и божественных символов. Эльфы всегда славились своим умением в тончайшей и скрупулёзной вышивке на одежде — выглядело это всегда очень эффектно и богато. Небольшая золотая тиара Кронпринцессы с чёрными сапфирами, что когда-то очень давно казалась мне невероятно тяжелой, практически не ощущалась. Видимо, я и вправду успела повзрослеть, потому что в тот вечер я абсолютно была готова к тому, чтобы взойти на престол и повести за собой свой народ. Я ещё раз покрутилась перед зеркалом, заворожённая блеском золотых нитей своего коронационного платья. Я убеждала себя в том, что в самом деле выглядела достойно преемницы престола, хоть и подобный образ был для меня непривычен, и в тот же момент раздался знакомый стук в дверь. Я прикусила губу. — Можешь войти, — сказала я, не отрывая глаз от зеркала. — Бал начнётся уже через двадцать минут. Вы с Эдом идёте в первой паре, так что тебе стоит поторо… — он так и не закончил фразу, прервавшись на полуслове. Не решившись обернуться, я увидела его практически полностью скрытое тенями отражение в зеркале и с грустной улыбкой сложила руки на груди, заметив в тусклом свете свечей его не совсем понятное для меня выражение лица. — Я странно выгляжу, да? — Нет, что ты… Ты выглядишь просто… Великолепно. По-королевски великолепно. — Спасибо… — повернувшись к нему, я застыла на месте и уставилась на него в немом изумлении, как только увидела его парадный костюм, что превосходно сочетался с моим платьем. Уж не знаю, были то проделки Лиры, лишь простое совпадение, но меня это приятно удивило. — Тебе очень идёт. Что бы ты там ни говорил. Позволив себе улыбнуться, ведь Финн всё-таки надел по моей просьбе костюм, я приблизилась к тому, кого знала большую часть жизни; к тому, кто знал меня лучше всех и кто сумел зажечь огонёк моей души. Я непроизвольно пригладила воротник и резким движением разгладила неестественные складки его наряда. Не найдя в себе силы осмелиться поднять на него взгляд, я уткнулась носом в его плечо, желая скрыть алые щёки и молясь Богам, чтобы этому моменту не было конца. — Знала бы ты, как сильно я хочу тебя обнять… Только вот, боюсь, Лира мне голову оторвёт, если увидит, что я своими ручищами помял твой плащ. — Знал бы ты, что глупее отговорки я от тебя ещё не слышала. — Тебе просто повезло не видеть её в гневе. — Боги, Финн… — я закатила глаза и недовольно цокнула языком. — Сделай ты уже это и позволь нам обоим насладиться этим мгновением. За всю мою жизнь ещё никто не дарил мне более трепетного и осторожного объятия. Оно едва ли ощущалось, но даже так россыпь мелких мурашек покрыла мою кожу, заставив судорожный вздох сорваться с моих губ. В тот момент, конечно, как и в любой другой истории любви, я могла бы обнажить перед ним свои чувства, которые казались мне более чем естественными в ту минуту; могла бы рассказать, что значил для меня этот эльф, с кем я разделила все радости и печали… Однако мне не хватило духу прервать то волшебство, что зародилось в той комнате. — Могу ли я тебя попросить об одном одолжении? — Всё, что угодно, моя Принцесса. — Не посчитай меня сумасшедшей, но мне бы хотелось… Чтобы мой первый танец как Королевы был разделён именно с тобой. После его шумного рваного вдоха ответ не заставил себя ждать: — Для меня честь разделить этот момент с Вами, Ваше Высочество… — Вот скажи мне, Финн, — слишком резко начала я, едва тишина опустилась между нами, — случалось ли когда-нибудь с тобой, что хотелось что-то сделать, но каждый раз будто бы весь мир был против тебя? То духу не хватало, то, не знаю, время казалось неподходящим?.. — Ох, Лин… — он нервно усмехнулся, осторожно сжав меня в своих объятиях. — Ты только что описала буквально каждый мой день. По его тяжёлому вздоху я была уверена, что Финн хотел сказать что-то ещё, но он так и не нашёл в себе силы озвучить свои мысли, как и я — свои. И мне не хотелось вынуждать ни себя, ни его, но как же я желала в ту минуту услышать эти слова: «Когда что-то будет не так, я обниму тебя и ни за что не отпущу твоей руки. Этой ночью я буду с тобой, от заката до рассвета». Потому мы, отстранившись друг от друга, оба отвели глаза в немом диалоге. Молчание нарушил его тихий, сдавленный голос. — Все находятся в ожидании. Тебе пора идти. — Да… Конечно.

***

Королева Эреллай Шайрос, моя Мать, обещала устроить пышный бал по случаю моего восемнадцатилетия и моей коронации, однако теперь её обещание воплотил в реальность мой старший брат. Мне казалось, что это должно было быть впервые, когда я смогу увидеть множество лиц в одном месте, однако… Всё оказалось совсем не так, как я могла себе вообразить: гостей прибыло в разы больше, чем я только могла себе представить. Всё время, не переставая ни на мгновение, играла прекрасная музыка, завлекая гостей в танец, а на лицах присутствующих не переставали сверкать улыбки. Всё-таки коронация — очень почитаемое событие в эльфийском Королевстве, которое всегда проходило в день рождения наследницы престола, как только той исполнялось восемнадцать лет. По этому случаю народ со всех уголков моих земель собирался в стенах столицы, а празднества не прекращались до самого утра. В тот вечер в зале собрались эльфы, как минимум, из Аркона и близрасположенных к столице городов, разговоры и смех не прекращались, было видно, что каждый из гостей находился в предвкушении от предстоящей церемонии. Пышные платья дам, искусные узоры на костюмах, вышитые тончайшими нитями, пестрили в глазах, заставляя меня думать, будто я попала в самую настоящую сказку, где я играла главную роль. От такого зрелища перехватывало дыхание. Вскоре наступило время для предшествующего самой церемонии танца — не менее важному событию, чем произнесение речи перед тем, как взойти на престол — Наследницы и Короля, её Отца… Однако в тот вечер мне было суждено танцевать с Эдмондом. Во время нашего с ним вальса я позволяла себе изредка посматривать на присутствующих. Когда мы в очередной раз сменили положение в танце, я заметила недалеко от толпы три хорошо знакомые мне фигуры: родителей Финна, которые, не отрывая взгляда от происходящего, разговаривали со своим сыном. Никогда бы не подумала, что Высший эльф и Дроу могут ужиться под одной крышей после того, что случилось в прошлом, но эти двое смогли доказать мне обратное, заставив поверить в то, что ещё было не всё потеряно и что эльфийский народ однажды вновь объединится под единым гербом королевской семьи. К Финну как представителю двух народов никогда не относились предвзято, скорее даже наоборот, пускай он и совсем не походил на нас: его кожа была на несколько тонов темнее белоснежной кожи Высших, а если случалась возможность хорошенько присмотреться к нему в то время, когда он улыбался, смеялся, то можно было заметить небольшого размера клыки, что являлось характерной чертой для Тёмных эльфов, но никак не для нас. Казалось бы, он больше был похож на своего отца, Дроу — с возрастом черты его лица стали сильнее походить на черты Тёмных эльфов, — но от матери ему достались прекрасные тёмно-янтарные глаза, что при свете солнца так и горели золотом, с которым ничто не могло бы сравниться, даже самый драгоценный камень с эльфийских земель. Хоть я и была искренне рада тому, что ему удалось повидаться со своими родителями, я всё равно не могла унять свою тревогу, вызванную переменами в своей жизни и душе, поэтому отчаянно нуждалась в его обществе. Но мне пришлось найти в себе силы ради Финна, чтобы в очередной раз не отнимать его у семьи, и я знала, что поступила верно. — Нейлин, всё хорошо? — беспокойство брата было лишь вопросом времени, а я ведь даже не заметила, как во время очередного правого поворота неосознанно сжала его руку сильнее обычного. — Ой, Эд, прости, я просто задумалась… Всё в порядке. Правда. Когда наш танец подошёл к концу и мы поклонились, я поспешила скрыться от посторонних глаз, чтобы перевести дух — с каждой минутой я, постепенно начав терять уверенность, чувствовала нарастающую тревогу, связанную с той жизнью, что должна была наступить на следующий день после коронации. Хоть пару часов назад мне и приходилось лишь притворяться, что я нервничала по поводу церемонии, пытаясь спрятать совсем иные чувства, однако тогда переживания казались самыми что ни на есть настоящими. Те, кто всё-таки замечал мое волнение, торопились узнать, хорошо ли я себя чувствовала и не требовалась ли мне помощь, но я вежливо давала им понять, что мне всего лишь нужно было прийти в себя после взволновавшего меня танца. Как только мне удалось скрыться от посторонних взглядов, я поглубже вздохнула и постаралась собраться с мыслями.

***

Больше часа прошло, словно в тумане, но, как только солнце скрылось за горизонтом, музыка плавно стихла и зал погрузился в тишину, ощущение реальности снова вернулось. Разговоры, смех, шелест платьев — абсолютно все звуки, до этого раздававшиеся эхом по огромному залу, стихли. Мне даже на секунду показалось, что единственным звуком, который отличал реальность ото сна, в зале осталось лишь потрескивание горящих свечей. Каждый понимал, что церемония вот-вот должна была начаться, и я под отбиваемый сердцем марш поспешила к пьедесталу, где располагались королевские троны и где я должна была произнести свою клятву перед всем народом… Своим народом. — Нейлин Арвен-Левильсон, — начал Верховный Жрец, смотря на меня сверху вниз, — Кронпринцесса Королевства Фелиэль… Наступил тот час, когда пришёл и твой черёд поклясться в вечном служении своему народу. В этот день… Стоя перед ним, пока тот произносил речь, я пыталась глубоко дышать, чтобы не позволить эмоциям взять надо мной верх, но едва ли могла сдерживаться. С каждой секундой мне казалось, что воздух становился всё тяжелее и через какой-то промежуток времени у меня уже не будет возможности вздохнуть. Отведя взгляд в сторону, я увидела в нескольких метрах от себя пару ясных янтарных глаз. Финн по-доброму улыбнулся, словно произнеся, что всё в порядке и я отлично держусь. В моей памяти неожиданно всплыла его данная мне клятва, что он всегда будет следовать за мной, своей Кронпринцессой, и ни разу это обещание он не нарушил, за что я была ему сердечно благодарна. — «Спасибо», — беззвучно произнесла я, после чего улыбнулась ему в ответ. Снова повернувшись к Жрецу и слегка опустив голову, я закрыла глаза и, сделав вид, что поправила вышитый золотом рукав, ненавязчиво потёрла запястье с плетёным из тонких красных нитей браслетом, на котором красовалась маленькая белоснежная лилия. Я знала, что мой рыцарь тоже дотронулся до своего браслета с золотой подвеской в виде меча. Это был наш маленький ритуал, который в любой ситуации ободрял нас обоих. Я гордилась своим подарком в виде парных браслетов на его восемнадцатилетие, однако мои пальцы определённо никогда не смогут забыть, как на протяжении нескольких ночей до дня рождения Финна я, несмотря на мозоли, заставляла их плести чуть ли не без перерыва. — Перед тем, как Вы будете провозглашены новой Королевой, необходимо произнести клятву перед теми, кто будет верно служить Вам! Я вздохнула и приготовилась произнести речь, которая вертелась у меня на языке с того самого времени, как я только-только приступила к её заучиванию. Финн всё-таки оказался прав: несмотря на то, что я начала нервничать из-за своей коронации и того, что ждало нас в будущем, ни единое слово не могло вылететь из головы. — Я, Нейлин Арвен-Левильсон, дочь ныне покойных Королевы Эреллай Шайросс Арвен-Левильсон и Короля Менолиира Арвен-Левильсон, наследная принцесса Королевства Фелиэль, клянусь, что я буду поддерживать и защищать целостность государства и законы великого Королевства Фелиэль от всех врагов, смеющих посягнуть на него; что я буду верой и правдой служить своему народу, защищать его от любой напасти, делать всё возможное ради его процветания и свободы; что каждый враг государства понесёт справедливое наказание за содеянное преступление, а каждый делец получит почести за свой вклад. Речь моя звучала громко и чётко, эхом разносясь по огромному залу. Каждый эльф, кто встречался со мной взглядом, покорно опускал голову с лёгкой улыбкой, тем самым демонстрируя, что мой народ был готов принять меня в качестве своей новой Королевы. — Я клянусь поддерживать традиции своего народа, Великих Богов и Богинь. Да благословит Верховная Богиня Враилай моё правление, ибо мудрость её и могущество не знает границ, и всё живое повинуется ей и существует лишь по её благословению. Я прошу Богиню Ветра Акуриэль, Бога Огня Мириэлиса, Богиню Воды Аракуиэль и Бога Земли Тилгида помочь моему народу и землям Фелиэля не знать напастей и тяжёлых времён. В свою очередь я клянусь сделать всё возможное, чтобы народ мой не знал гнева Богов. Я клянусь не начинать войн, не вступать в чужие войны и всегда помнить о безопасности Королевства и его народа… Клянусь верно служить эльфам Фелиэля, к каждому относиться, как к близкому другу. Я обещаю, что каждый, кто придёт в мой дом за помощью, получит её; обещаю, что обездоленным никогда не будет отказано в крове… — слова клятвы всплывали в памяти, стоило мне только подумать, что я забыла их. Но эти слова шли от сердца, они уже никогда не будут забыты ни мной, ни моим народом. Я была воодушевлена своими словами и сдержанно улыбалась, смотря на своих новых подданных. — Я присягаю многонациональному народу Королевства Фелиэль в том, что все мои знания и сила будут направлены во имя его мира, спокойствия и процветания. Во время своего правления обещаю строго следовать законам, что были писаны Богиней Враилай. Пусть меня настигнут кара моего народа, гнев наших Богов, если я осмелюсь нарушить данные мной слова. Я обратила свой взор на Верховного Жреца, и тот удовлетворённо кивнул. — Ваши слова были услышаны и приняты во внимание Вашими верными подданными, с этого момента готовыми последовать за своей Королевой, — как только я сняла свою тиару, которая теперь будет мне напоминанием о той жизни, когда я была лишь Кронпринцессой, и о том, что однажды моя дочь займёт моё место, я сжала её в руках, и старческие руки Жреца осторожно подняли корону Матери и возложили её на мою голову. — Да здравствует наша новая Королева Нейлин Арвен-Левильсон! Заняв место на троне и вновь обратив свой взор на присутствующих, я увидела, как мужчины опустились на одно колено, женщины присели в глубоком реверансе и каждый склонил свой взор в качестве уважения. Вместе с представителями Высших, Дроу, Лесных и Водных эльфов, собравшимися в одном зале, чувствовалось, будто бы вместе с ними головы склонили и сами Боги. Аплодисменты, раздавшиеся из каждого угла зала, звучали приглушённо, словно во сне, и громче всего я слышала стук собственного сердца, которое никак не хотело успокаиваться. Я дала самой себе обещание, что отныне взор моих глаз не будет затуманен, и эти слова, подобно гимну, будут звучать в моём сердце во веки веков. После моей клятвы наступила очередь рыцарей Ордена Арвен произнести слова присяги в вечном служении своей новой Королеве. Своими речами они обязали себя беспрекословно подчиняться мне, отныне они стали моим мечом, щитом, а кровь, что текла по венам рыцарей, стала моей. Они поклялись всегда быть на страже моей жизни, даже если их число со ста тысяч сократится до одного. Они вверили свои жизни моей воле, и я не могла их подвести.

***

Следующий час я наслаждалась компанией своих подданных, а тем, кто, набравшись смелости, приглашал меня на танец, приходилось получать в ответ мой отказ, ведь мой первый танец я обещала подарить другому. Как известно, причина эта была далеко не натянутая, а, согласно этикету, самая что ни на есть настоящая, да и, впрочем, не так уж сильно мне хотелось танцевать с гостями… Однако того, кому был обещан мой первый королевский танец, я так и не смогла отыскать среди присутствующих — сразу после произнесения клятвы Финн исчез из моего поля зрения и больше не появился. Эдмонд часто говорил, что терпения мне не занимать, поэтому я смиренно дожидалась желанного приглашения на танец. Скоротать время, чтобы оно не казалось вечностью, мне вдруг захотелось в компании двух эльфов, в чьих венах текла кровь, так похожая на мою. Отыскать моих братьев оказалось не так сложно, так как рядом с Эдмондом всегда оказывалась толпа из молодых эльфиек, упивающихся его вниманием, но, что было смешнее, вокруг Айнора всегда находилось больше девушек. Уж я-то точно знала, что через младшего из нас они пытались подкрасться к Эду, но таким образом внимание моего старшего брата было просто невозможно заполучить. — Сес… Ой, Ваше Величество! — Айнор, запнувшись всего на секунду, обратился ко мне должным образом в кругу подданных и поклонился. Эдмонд последовал его примеру, эльфийки же в свою очередь присели в глубоком реверансе. Затем каждая раскрыла свой веер и помахала мизинцем на прощание, предпочтя оставить меня наедине с семьёй. — «Ваше Величество» тебе идёт куда больше, чем «Ваше Высочество», Ней. — Спасибо, Эд… Я надеюсь, что найду в себе силы стать достойной Королевой, которой можно будет гордиться. — Мы уже гордимся тобой, сестрёнка! — оглянувшись по сторонам, младший брат заключил меня в свои объятия и сжал настолько сильно, насколько позволяли его ручки. — И не только мы. Будь уверена, наши родители тоже гордились бы тобой, — раскрыв объятия, мы с Айнором подозвали Эда, чтобы тот присоединился к нам. — И я знаю, о чём ты думаешь. Не стоит переживать: мы всегда будем на твоей стороне. Ты никогда не будешь одинока. — Я знаю, родные мои… Я знаю. Люблю вас. — И мы тебя любим, — в унисон ответили братья, сжав меня в своих объятиях, таких крепких, тёплых и родных, сильнее, из-за чего на моём лице заиграла улыбка. Как только они отстранились, я увидела, что на их глазах вдруг выступили слёзы, и поначалу не на шутку перепугалась. Мне потребовалось некоторое время, чтобы привести их в чувство и убедить, что в наших отношениях, несмотря ни на что, ничего не изменится и мы навсегда останемся самыми близкими друг для друга эльфами. Затем, чтобы точно убедиться, что настроение этих двоих не до конца было испорчено нашим сентиментальным поведением, мы втроём принялись заниматься дегустацией угощений, которых с каждой минутой становилось всё меньше. Пока гости, отвлечённые разговорами, не обращали на нас никакого внимания, я зубами стянула перчатку и, проведя пальцем по краю шоколадницы, нарисовала сладкие усы младшему брату, пока Эдмонд крепко держал того в своих руках. Мы втроём хорошо проводили время, наслаждаясь компанией друг друга, однако музыкальные инструменты своей чарующей музыкой вынудили меня покинуть братьев, чтобы вкусить красоту движений танцующих пар. Оставшись наедине со своими мыслями, я, наблюдая за гостями, полностью отдающими себя танцу, незаметно для всех покачивалась в такт ненавязчивой мелодии, обняв себя за плечи, и представляла танец, обещанный тому, кто этого был достоин по праву. — Ваше Величество, окажете ли Вы мне честь, станцевав со мной? Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежал голос, раздавшийся за моей спиной. Моё сердце замерло. — Финн… С радостью. Я позволила ему взять меня под руку и медленно, мягко сопроводить в центр зала, ведь мы оба понимали, что сейчас спешка была ни к чему. Замерев всего на мгновение, мы сделали два шага в разные стороны, не отворачивая лиц, и, поклонившись, протянули друг другу руки. Музыка, такая спокойная, нежная и чувственная, увлекала в медленный танец не только нас, но и собравшихся гостей, и мужчины приглашали дам на танец, выражая своё желание провести с ними тот вечер. Снова переведя взгляд на Финниана, я почувствовала, как его правая рука легла на мою талию, заставив меня шумно выдохнуть и забыться всего лишь на секунду, а пальцы левой руки переплелись с моими. Я дала себе возможность быть ведомой, полностью доверив своему рыцарю вести танец. Будь это кто-то другой, я бы не смогла довериться и была бы не в силах подхватывать ритм другого. — Где ты пропадал весь вечер? — больше с любопытством, чем с упрёком в голосе спросила я. — Успела соскучиться? — Спрашиваешь ещё! Ты же знаешь, что без тебя я не чувствую себя… Подобрать нужные слова, которые бы с точностью описали то странное состояние, когда Финниан находился вдали от меня, получилось не сразу. Хотелось сказать, что я никогда не чувствую себя в безопасности, когда его нет рядом, не чувствую себя счастливой, не чувствую толком ничего. И всё это вышло описать лишь одним словом: — Я не чувствую себя собой. Тишина, воцарившаяся между нами, едва ли длилась пару секунд, будучи тут же прерванной болезненным смешком. — Сегодня ты крайне жестока, Лин. — Что ты имеешь в виду? — Может быть, однажды ты узнаешь. — Может быть?.. — Может быть. Наши движения полностью совпадали с тактом музыки, что важнее — мы чувствовали друг друга. Вся та нежность, что я питала к нему, в тот вечер заиграла новыми красками, и я увидела его совсем с другой стороны. — О чём задумались, Ваше Величество? — его голос эхом раздался во мне, и я медленно покачала головой, заглянув в его глаза, пытаясь в них найти ответы на все интересующие меня вопросы. — Ни о чём существенном, просто наслаждаюсь моментом… Кто знает, что будет завтра, послезавтра… Прямо сейчас я хочу, чтобы этот момент длился вечность. — Не ты одна, Нейлин… Не ты одна, — музыка, резко ставшая более энергичной, увлекла нас в вальс, от неожиданного начала которого я хихикнула. — Сейчас больше всего на свете я хочу сбежать с тобой отсюда, прямо как в детстве. — Думаю, никто не разочаруется, если Королеве вдруг неожиданно понадобится перерыв от этого шумного праздника… Да и уже совсем скоро наступит вторая часть торжества. Но, ты же знаешь, только тебе под силу организовать наш незаметный побег, — несмотря на то, что это желание было противоестественным для девушки, только-только занявшей престол, я могла думать только о Финне, который крепко сжимал мою руку, не позволяя мне мыслить о чём-то ещё. От его нежного смеха во мне как будто что-то перевернулось, и я прикусила губу в попытках справиться с новыми для меня чувствами, вдруг нахлынувшими волной. Его пальцы вдруг крепче сжали мои, и постепенно в зале становилось всё тусклее: свечи, что освещали зал своим огнём, гасли, постепенно погружая всё во мрак. Спустя пару минут единственным источником света стала луна, заполнившая своим свечением тронный зал. Несколько секунд я наблюдала за тем, как тени двух танцующих фигур, так гармонично смотрящихся друг с другом, перемещались по стене, пока вдруг я не оказалась в объятиях того, кто был мне так дорог, и только в тот вечер я осознала насколько. Пока все были в замешательстве, мы проскользнули мимо гостей, однако одному эльфу всё-таки удалось нас заметить. Увидев среди тысячи лиц гостей улыбку Эдмонда, я кивнула ему, прежде чем сбежать со своего собственного праздника за Финном. Сняв обувь и оставив её возле дверей, ведущих в обеденный зал, мы, смеясь, проскользили по начищенному до блеска полу и выбежали с другой стороны замка, где нас точно никто не смог бы застукать. Прямо как несколько лет назад мы снова сбежали из дворца, чтобы вспомнить деньки без забот, ведь уже следующим утром нас ждала совсем другая жизнь. А тогда, несмотря на парадные костюмы, нам обоим хотелось в последний раз позабыть о статусах, вспомнить о том, что нас связывали узы, выходящие за рамки наших титулов, и насладиться жизнью обычных эльфов, таких, как все. Больше часа мы только и делали, что танцевали на крышах домов, украшенных белоснежными лилиями и огоньками самых разных цветов и размеров, бегали босиком по траве, ощущая, как нежные травинки приятно щекотали стопы, считали звезды, придумывали новые созвездия и давали им глупые, но смешные названия… Если говорить простым языком, то занимались тем, чем обычно занимались мы, будучи детьми. Мы дурачились. В конце концов Финн привёл меня к Флайрунскому лесу. На первом же дереве, что попалось нам на пути, я заметила красную ленту, что была завязана на одной из ветвей. Затем я отыскала ещё десять таких, пока Финн в это время лишь делал вид, что он не имел к этому никакого отношения, но я-то знала, что устроить такое небольшое приключение специально для меня мог только он. Это объясняло то, что на протяжении почти целого дня он был где угодно, особенно в своих мыслях, но никак не со мной. Наконец мы вышли на ту лесную поляну, где совсем недавно я репетировала речь в присутствии Финниана. Я была приятно удивлена, увидев перед собой подготовленное место для пикника, корзину с фруктами, ещё одну такую же с закусками и бутылку превосходного красного вина из королевского погреба. Жестом предложив мне сесть, Финн улыбнулся и спросил: — Не окажет ли новая Королева Фелиэля мне честь, завершив этот знаменательный день в компании своего скромного слуги? — Прекрати, — ответила я, смущённо хихикнув. — Но, всё же, я принимаю твоё предложение. И с тебя тост. — Ну хорошо, хоть я в этом и не мастер, — довольно пробормотал Финн, разливая нам кроваво-красный винный напиток. — Сегодня каждый поднимает бокалы в честь наступления новой эпохи для Королевства и в честь исполнения заветного желания. Но я подниму свой бокал в честь той, благодаря кому целый мир замер в предвкушении обновления. Сегодня я пью за ту, кто своим рождением подарил нам сегодняшнее торжество и жизнь с чистого листа. — Выпьем же за то, через что мы прошли и через что нам только предстоит пройти. Выпьем за тех, кого уже нет с нами. И за тех, кто всегда рядом. — За мечты, которым суждено сбыться. — И за жизнь, что ждёт нас впереди. С лёгкими улыбками мы легонько чокнулись хрустальными бокалами и сделали несколько глотков. Вино приятно обожгло горло, оставив после себя терпкий вкус во рту. Едва фужеры в руках опустели, наше внимание привлекло нежное свечение в небе. Мы одновременно подняли глаза вверх. Сначала мы заметили только один фонарик, затем — второй, за ним показался третий, и не успели опомниться, как всё тёмное небо заволокло горящими огоньками, которых становилось с каждой минутой всё больше и больше. Каждый фонарик, своим светом поглотив тьму звёздного неба вокруг себя, олицетворял самые сокровенные желания моих подданных, и это дарило мне надежду на счастливое будущее, что ждало нас всех. — А я и не думала, что это может быть настолько красиво… — с завороженным видом я продолжала смотреть на ночное небо, но я медленно обернулась, как только краем глаза заметила, что рыцарь протянул мне пару бумажных фонариков. Сердце отчётливо забилось чаще. Осторожно взяв хрупкий фонарик в руки, я постаралась сосредоточиться, чтобы придумать такое желание, которое загадывают всего раз в жизни. Прикрыв глаза, я начала судорожно перебирать в голове мысли, но мои раздумья прервало деликатное покашливание Финна. — Готова? — Пожалуй, да, — щёлкнув пальцами, на кончиках которых тут же заиграли язычки пламени, он поджёг фонарь. Со своим он проделал тоже самое, а я тем временем поднялась со своего места, чтобы было удобнее запустить огонёк в небо. Разумеется, всей душой я хотела, чтобы жители Фелиэля не знали ни горести, ни лишений, а правление моё было благословенно Богами, однако… Моё сердце шепнуло мне нечто совсем иное, и я беззвучно произнесла: «Я мечтаю разделить с тобой радость и горе, желаю быть с тобой рядом, несмотря ни на какие невзгоды и трудности. Хочу любить тебя и быть любимой тобой. Благослови нас, Акуриэль, и укажи этому свету путь в Мир Душ». Мы с Финном взглянули друг на друга и, легонько кивнув, одновременно подтолкнули к небу успевшие наполниться тёплым воздухом фонарики. Созданный мной порыв ветра помог им подняться высоко в небо и раствориться среди ночных облаков, закружившись в танце. Мне казалось, что впервые за всю жизнь благодаря их свету, столь яркому и нежному, с моих глаз исчезла пелена, исчез и тот туман, что мешал мне видеть вещи такими, какими они являлись на самом деле. Впервые мне казалось, что всё, наконец, встало на свои места, и моё место было здесь, где звёзды сияли ярче всего и где я, кажется, обрела свою судьбу. Не отрывая взгляд от неба, от плавно поднимающихся ввысь сотни огоньков, я улыбнулась, почувствовав, как Финн нежно взял мою руку в свою и переплёл наши пальцы.