(Дэвид) Ксанатос

Яркий белый свет лился от многочисленных осветительных панелей на потолке тронного капитанского мостика Железной Звезды, висящей на орбите Телоса Четыре. В воздухе звучали десятки голосов операторов различных систем, сливаясь в неразборчивый фоновый шум, на периферии зрения мелькали показания плоских мониторов и голографических экранов, у ног технологичного трона, от которого к телу владельца протягивались десятки трубок, смирно сидела одетая лишь в ошейник Раву, готовая обрушить свой гнев на любого смертника, что вызовет недовольство её хозяина. - Герцог, флот Республики вышел из гиперпространства, - прозвучал отдающий металлом голос механической красной гаргульи, лицевую пластину которой заменяла маска, повторяющая внешность Дэвида Ксанатоса (каковым он был на момент гибели). - Флагманский корабль пытается связаться с нами. - Переведи изображение на мой терминал, - властным, не терпящим возражений и промедления голосом велел Ксанатос Омега, из-под полуприкрытых век коего сияли расплавленным золотом холодные глаза. - ...Приветствую тебя, Омега юный, - прозвучал до боли знакомый, спокойный и безмятежный голос гранд-мастера Йоды, одетого в простую робу песочного цвета, опирающегося на узловатую деревянную трость. - Магистр, - молодой мужчина слегка кивнул, после чего спросил: - Вы прибыли дабы объявить о капитуляции Республики, либо же желаете присоединиться к моим сторонникам? - Нет, бывший ученик моего погибшего ученика, - отозвался зеленокожий гуманоид. - Остановить тебя должны мы. Тебя и безумие то, которое несёшь ты в галактику. - Остановить? Безумие? - изумился герцог, после чего прищурился и слегка подался навстречу голограмме. - Тысячу лет орден считал, что победил ситхов; тысячу лет джедаи, права которых притеснялись защищаемыми ими же народами, словно обезболивающее лекарство мотались по всей Республике и устраняли симптомы болезни, продлевая агонию поражённого коррупцией и глупостью государства. И что же мы получили в качестве благодарности? Храм, расположенный на моей родине уничтожен, мой отец - мёртв... А Республика говорит, что мне следует смиренно молчать и улыбаться в глаза виновных в произошедшем. - Разделяю твою боль я, но не выход - насилие, - ответил гранд-мастер. - Сдаться должен ты, чтобы на суд справедливый пойти. В ином случае силу применить вынуждены мы будем. Ради галактики покоя и порядка... Хм-м. - Силу? Пусть будет так, - откинувшись на спинку кресла, мужчина приказал: - Приготовить главное орудие. Покажем прислужникам Республики мощь приручённой звезды. Голограмма главы ордена джедаев погасла, а на главном мониторе тронного мостика возникло изображение огромных створок, разошедшихся в стороны словно металлические веки... ну или же губы, скрывающие за собой голодную пасть с пылающим в глотке золотым сиянием. - Флот противника пришёл в движение, - оповестил алый робот. - Они окажутся в зоне поражения солнечной пушки через шестьдесят секунд. - Жаль, но... прошлому пора остаться в прошлом, - Ксанатос положил ладонь на подлокотник, нащупав пальцами круглую кнопку. - Я сам желаю произвести первый залп. Внезапно белое освещение сменилось тревожным красным, а голоса членов экипажа заглушил шум тревоги. Операторы стали беспорядочно тыкать по клавишам терминалов, некоторые и вовсе забегали в панике, и только синяя волчица, да Дэвид оставались спокойны. - Произошла диверсия в кольцах сдерживания солнечной плазмы, - констатировал робот. - поглощающее термальную энергию поле отключено; защитное покрытие деформируется. Полное разрушение Железной Звезды произойдёт через тридцать семь секунд. Эвакуация невозможна. - Хатт... - сжав кулак, Омега ударил рукой по подлокотнику. - Как нелепо... Раз так, то мы уйдём ярко. Приготовиться к залпу... Немедленно. - Вероятность взрыва при выстреле... - начал говорить Дэвид. - Секунды не имеют значения, - отрезал герцог. - Исполнять! С разных сторон начали сыпаться отчёты о вышедших из строя системах, потерянных секциях станции, готовности главного орудия изрыгнуть "солнечную вспышку" в вероломного врага, вышедшего на переговоры исключительно для того, чтобы выиграть время. Трон мужчины затрясся, а сияние "ока", отображающегося на главном мониторе, продолжающем работать без каких-либо помех, становилось всё ярче и ярче. - Альфа, если ты хотел, чтобы я носила этот ошейник - нужно было просто сказать, - прозвучал низкий, рычащий голос, перекрывший все звуки тронного командного мостика, следом за чем тряска ослабела, а в воздухе появилась непонятно откуда взявшаяся прохлада. - Что за...? - глаза Ксанатоса расширились, стоило ему увидеть Раву, стоящую на четвереньках, на спине у которой сидела Сараби, поспешно спрыгнувшая с подруги на начищенный до зеркального блеска пол. - Джедаи проникли на станцию, - проскрежетал голос гаргульи. - Защищайте герцога! Синяя волчица, смирно сидевшая у трона всё это время, сорвалась с места и прыгнула... но ещё в полёте была перехвачена своим двойником, впившимся зубами в горло, чтобы вырвать кусок плоти. Обернувшиеся к вторженкам члены экипажа потянулись за оружием, но волна голубого сияния, разошедшегося во все стороны от катарки, словно вода дешёвую краску размыла их черты, обратив людей и экзотов кляксами, безвольно расплескавшимися по полу. Лишь Дэвид продолжал оставаться столь же непоколебимым и готовился выстрелить из выдвинувшихся из предплечий лазеров. - Отста-вить... - резкая боль, вспыхнувшая в местах присоединения трубок кресла к телу вынудила выгнуться дугой, а затем и застыть в неудобной позе из-за судорог во всех мышцах. Алые лучи пронзили пространство, но синяя волчица, морда коей окрасилась бурыми пятнами, с необычайной даже для неё скоростью отпрыгнула, тогда как львица выставила ладони и перед ней появился похожий на голубое стекло барьер. Только вот робота это не остановило и, гудя сервоприводами, он решительно зашагал к Сараби, продолжая непрерывно стрелять из рук. - Вы опоздали, жалкие бездарности, - констатировал механический голос. - Его душа - моя. - Ксанатос - мой! - сверкнув золотом глаз, Раву бросилась на горгулью, но была схвачена за шею прямо в воздухе, после чего безрезультатно попыталась расцарапать когтями металлическую руку. "Шевелись...", - приказал себе мужчина на троне, превратившемся в пыточное устройство, трубки коего будто огромные черви пытались прогрызть себе путь вглубь его тела. - Вы - досадная помеха, - рывок, ускоренный вспышкой ракетного двигателя на спине робота, и вот барьер катарки рассыпается, а сама она, дёргая ногами в воздухе, скаля зубы держится за руку, сжимающую её шею. - Чужаку никогда не победить хозяина внутреннего мира. И совсем скоро он станет моим полностью... Но вы этого уже не увидите. Прямо перед ногами Дэвида пол треснул и разошёлся в стороны, а из пролома показались языки жаркого пламени, смотрящегося в сиянии красного света особенно жутко. "Двигайся", - рука Омега дотянулась до одной из трубок, сжала её, а затем рывком выдернула из тела, разбрызгивая алую кровь. Остальные "черви" тут же зашевелились активнее, а лишившийся пищи начал шипеть и щёлкать острыми как бритвы зубами. Однако же невзирая на все ощущения, мужчина сумел призвать молнию, дабы поджарить первую тварь, а затем потянуться ко второй. ...Короткий болезненный крик и яростное рычание, оборвавшиеся в один момент резанули по нервам, а когда Ксанатос посмотрел на робота, то увидел как он разгибается стоя на краю разлома, уже не держа в руках пойманных джедаек. Осознание произошедшего на долгий миг вогнало разум в ступор, а затем откуда-то из глубины выплеснулась безумная, дикая, разъедающая всё ярость. Тело начало искрить молниями, кожа покрылась бурлящей, чёрной плёнкой, трубки задёргались, а затем безвольно опали и рассыпались. - Тебе стоило нажать эту кнопку, чтобы всё закончилось быстро, - с сочувствием произнёс Дэвид, подняв руку и прицелившись в мужчину, медленно поднимающегося с трона. - Придётся делать всё по старинке. Рубиновый луч ручного лазера врезался в спинку трона, а потом пошёл вниз, чтобы поразить упавшего на пол Ксанатоса. Человек в свою очередь смог лишь откатиться в бок, выигрывая себе ещё несколько секунд... в то время как пол между ним и противником треснул, отделяя их друг от друга новым разломом, ведущим в огненную бездну. "Уничтожить... Разорвать... Раздавить...", - пульсировали в разуме мысли, характерные скорее для безумного зверя, нежели разумного существа. Игнорируя опаляющий жар, он со всех ног бросился вперёд и, пробежав по жидкому пламени будто по льду, врезался в механическое тело. Покрытое тёмной жижей существо сцепилось с железной гаргульей, проскрежетавшей когтями по тому небольшому участку пола, что остался невредим, пока всё остальное пространство рушилось и сгорало. - Ради чего ты борешься? Ради чего продлеваешь свои страдания? Сдайся и отправься за своими подружками, раз уж они тебе так дороги, - вещала сияющая рубиновым светом глазниц маска. - Ты уже проиграл. Разве не видишь этого? Твой внутренний мир разрушен, а разум необратимо повреждён. Сдайся и я сохраню частицу твоего я, чтобы ты увидел величие, которого можешь достигнуть под моим руководством. Больше никакой боли, никаких сомнений, никаких страхов и потерь... Разве не этого ты хочешь? А ведь я могу создать для тебя идеальный мир, в котором ты будешь единственным хозяином, коему подчиняется вся вселенная! Законы реальности более не будут помехой, а препятствия окажутся сметены простым щелчком пальцев. Абсолютное могущество; абсолютная власть! Отклонившись назад, из-за чего гаргулья потеряла опору и подалась вперёд, Ксанатос изо всех сил ударил лбом в маску, раскалывая её на кусочки. Боли он к собственному удивлению не почувствовал, но зато увидел скрывавшееся под образом Дэвида существо с болезненно серой кожей, багрово-золотыми глазами, многочисленными морщинами и острыми, загнутыми как у щуки зубами. Морда (а лицом это даже в состоянии помутнённого сознания мужчина назвать не мог) исказилась в ненависти, раскрыла пасть... и получила новый удар в область приплюснутого носа. Отклониться назад, дёрнуть уродца в скафандре на себя и ударить головой вперёд. И снова... И ещё раз... И опять... "Раздавить! Разорвать! Уничтожить!", - всё существо наследника герцога Телоса Четыре оказалось подчинено единственной цели, не реагируя ни на что иное. ...Он был глух к обещаниям, угрозам, попыткам торга. Даже когда красный доспех упал на спину, усевшийся сверху мужчина бил и бил, собственной волей разрушая чужое сознание, проникшее в его внутренний мир и обманом попытавшееся его подчинить. А потом, как-то неожиданно наступила тишина. Жидкое пламя, со всех сторон окружающее маленький островок уже не источало жар, а затем и вовсе застыло обратившись камнем, тогда как сверху навалилась спокойная, уютная и безмятежная темнота. "Обман? Уловка? Найти...", - поднявшись на ноги, некоторое время Ксанатос прислушивался и принюхивался, словно и вправду стал диким зверем, но угроза исчезла. Опустившись на колени, он посмотрел на свои чёрные, будто бы обугленные руки, видеть которые не мешало даже отсутствие света. Нужно было что-то делать, куда-то идти, кого-то искать... но последние капли воли утекали, оставляя на своём месте усталость и безразличие. Он откинулся назад и уставился вверх, в густую и неподвижную черноту, которая будто бы посмотрела в ответ и улыбнулась. На лицо, грудь, руки и ноги упали колючие снежинки, холод которых заставлял чуть-чуть утихнуть боль, а затем кожу стал ласкать едва заметный, тёплый и ласковый ветер, что принёс с собой запах бескрайней саванны, поросшей высокой сочной травой. Ксанатос закрыл глаза...