Ничто не вечно

       Ливень застал нас врасплох. Стоя под козырьком остановочного пункта, я с интересом наблюдал, как Лёша, беззаботно расправив руки в стороны, стремится поймать как можно больше капель. Не прошло и минуты, как его одежда промокла до нитки. – А вот и он! – воскликнул он, словно приветствуя старого друга. Я же оставался в нерешительности, не желая поддаться его безумному примеру. – Ну, хоть зонт возьми, – пробурчал я, глядя, как Лёша кружит под водопадом дождя, словно ребенок на весеннем солнце. Он лишь махнул рукой и, подбежав ко мне, попытался вытащить из укрытия. – Да брось ты! Это всего лишь дождь! Пошли прогуляемся! Я покажу тебе самую классную лужу! – Совсем как ребёнок! – упрямился я, стараясь не промокнуть ещё больше. – Не надо! – Ерунда, просохнем дома! Зато какое приключение! – закричал он, перекрикивая шум ливня и потянул меня за собой. Я не смог устоять.       Теперь мы шли по улице, два совершенно мокрых подростка, и один из нас, то есть я, сильно сожалел об этом. Но жизнерадостный настрой Лёши и его сияющая улыбка немного смягчили моё недовольство.       Лёша нарочито шлепал по лужам, поднимая искрящиеся брызги, и пытаясь обрызгать меня. Я, в свою очередь, старался увернуться, но тщетно.       К своему удивлению, я тоже начал наслаждаться этим неожиданным дождливым весельем. В обычный день, возможно, я бы расстроился и начал ругать непогоду, но с Лёшей все менялось. Его заразительный оптимизм и умение видеть светлые стороны даже в мелочах расправляли вокруг облака серых будней. В подъезд моего дома мы вошли мокрые, но счастливо улыбающиеся. — Надо будет тебе выдать сухую одежду, — заметил я, глядя на образовавшуюся под ногами друга лужу в лифте. — Но сначала в душ. И чаю обязательно. — Да ладно, ерунда! — с гордостью произнес Лёша, лучезарно сияя. — От этого не заболею, не переживай! — Буду, — не скрывая недовольства легкомыслием друга, ответил я. — Не хочу болеть летом, да и тебе этого не позволю!       Выходя из лифта, я повёл друга к двери своей квартиры. Родители ещё были на работе, и этот небольшой «заплыв» можно было оставить в тайне. — А теперь снимай обувь и шуруй в душ, — сказал я, снимая рюкзак на входе. — Да ладно, просто переоденусь, — спокойно произнес он, вызывая очередную волну недовольства внутри меня. – Нет. – Я был готов швырнуть его за руку в ванную и там запереть, пока он не приведет себя в порядок. Уверен, на моем лице это было написано. –Ты сейчас же пойдёшь под горячий душ, а я займусь чаем и подберу тебе чистую одежду! – Ладно-ладно, только не злись, – неожиданно сдался Лёша, оставив меня в недоумении. Обычно он любил спорить со мной.       Убедив друга уйти в душ, я сбросил с себя мокрую одежду и направился в свою комнату. Доставая из шкафа пару маек и шорт, я нашел небольшое полотенце, которое накинул на плечи, чтобы вода с волос не полилась на пол. Переодевшись в сухое, я взял свое большое полотенце и дополнительный комплект одежды.       В ванной витало приятно тепло — вода уже наполнила воздух уютом. Положив вещи на стиральную машину, я вышел и направился на кухню. Чай сам себя не сделает, хотя порой было бы неплохо.       Заварив чайник, решил выбрать из множества видов: от обычного черного в пакетиках до рассыпчатого. Я вспомнил, что Лёша любит добавлять пару ложек сахара и не слишком жалует черный. На глаза попался ягодный. – А вот и я! - радостно воскликнул Лёша, входя на кухню. На его голове дремало полотенце, напоминающее капюшон. – Что с чаем? – Ровно то же, что и с твоими волосами! - сердито ответил я, поворачиваясь к другу. – Могу вытереть их за тебя, или справишься сам? – А хочешь?       На мгновение я растерялся. Как реагировать? Разозлиться или сухо указать на его возраст? Но, решив уступить этому забавному капризу, я принялся вытирать его волосы полотенцем. Лёша, словно ребёнок, хихикал и время от времени смотрел на меня глазами, в которых читалось что-то новое и непонятное.       В этом лучике беззаботности я заметил, как с каждым движением полотенца между нами исчезает привычная грань. Мы были не просто друзья, а два создания, наслаждающихся моментом простоты и невинности, связаны невидимой нитью, соединяющей прошлое и настоящее, обычное и удивительное. — Знаешь, ты на самом деле напоминаешь старшего брата, — сказал Лёша, когда я закончил. — Ты умный, серьёзный и заботливый. — А ты слишком любишь этим пользоваться, — я скрестил руки на груди, но улыбка выдала меня. Мне, в самом деле, было приятно заботиться о друге. — Лучше выбери фильм, а я немного доработаю с чаем. — Хорошо!       Оставшись наедине с собой, я вдруг почувствовал, как меня охватывает волнение. Сегодня Лёша ведёт себя так вызывающе, словно жаждет, чтобы я на что-то обратил внимание. В голове мелькнула мысль, которую я пытался подавить, и она, неожиданно, обрадовала меня.       Зайдя в гостиную, я увидел друга, который сидел на диване и уже выбирал какой-нибудь фильм. Моя майка была немного мала ему из-за широких плеч, так что обтягивала его торс. — Ты хочешь боевик или фантастику? — спросил он, листая список. — Не думал, что выбор будет таким сложным. — Давай что-то из фантастики, — ответил я, ставя кружку с чаем на стол и присаживаясь рядом. — Говорят, вышел новый фильм о мультивселенных. — Да, третья часть "Пришедшие извне", — задумчиво пояснил Лёша. — Я даже первые не смотрел, хотя серия на слуху. Хочешь её? — Честно? Мне хочется, чтобы что-то шло на фоне. — Моя компания важнее? — улыбнулся он, положив руку мне на голову. — Очень мило. — Дурак… — оттолкнув его руку, я услышал его тихий смех, что смутило меня ещё больше.       Взяв плед, что лежал рядом, Лёша накинул его на плечи, словно создавая уютный кокон. — Здесь немного прохладно, — вдруг признался он, — иди сюда, так теплее будет. — Ты сегодня не прекращаешь меня дразнить, хотя обещал обратное, — ответил я, смеясь. В его призыве не было ничего обидного. И мне тоже хотелось приютиться под его теплым пледом. — Ладно.       Сев между его ног, я ощутил тепло его дыхания, что коснулось шеи, вызвав приятные мурашки. Он крепко обнял меня, положив голову на плечо. — Что за приступ нежности? — спросил я, удивленный его поведением. — Ты говорил, что я нравлюсь тебе. Что именно? Почему именно я, если есть люди умнее в нашем классе? — Сомневаешься в себе? — тихо спрашиваю, накрывая его руку своей. — Сначала ответь ты, — угрюмо произнес он. — Из всех, с кем мне довелось встретиться, ты — самый добрый и сильный, - честно ответил я, понимая, что друг хочет услышать. — Тебя не смущает, что я сторонюсь одноклассников и что вокруг меня витают всевозможные слухи.       Его руки в ответ крепче сжались на моем торсе. Лёша молчал, но было понятно, что сейчас он наиболее уязвим, чем когда-либо за все наше знакомство. — В то время, когда мы впервые встретились в лесу, я заметил, что, хоть ты и нагло вторгся в моё личное пространство, предложив свое дружеское плечо, я не стремился убежать. — Продолжил я, вспоминая тот день. — Признаюсь, твоё ребяческое поведение и искренность порой вызывали у меня раздражение, особенно когда посреди ночи ты потянул меня к озеру, называя эту авантюру "нашим маленьким приключением". Тем не менее, несмотря на свойственные юности шалости, ты зажигал во мне свет, которого я не ожидал. Это светлое чувство, словно тепло разгорающегося костра, привлекало меня к тебе, и я понял: с тобой мне не страшно открыться. — Ты считаешь меня таким добрым и хорошим человеком, — шмыгнув носом, констатировал мои слова друг. — И я рад, что являюсь для тебя настолько близким человеком. — Лучше скажи, в честь чего ты начал в этом сомневаться? — спросил я, уже готовясь серьёзно поговорить с человеком, который заставил моего друга сомневаться в себе. — Егор, я просто подумал, что поступаю несколько несправедливо по отношению к тебе. — Это признание удивило меня настолько, что я даже не знал, как себя вести. — Я говорил о наших с тобой взаимоотношениях с Алисой. Она сказала, что в её книгах такие ситуации всегда кончаются отношениями, но... — Лёш, тебе не за чем пытаться навязать себе какие-то серьёзные чувства ко мне, — внутри все сжалось от этих слов. Хотелось сбежать, но тогда бы все стало только хуже. — Я понимаю, что мои чувства не найдут ответа и просто рад тому, что могу продолжать общаться с тобой так же, как и до признания. — Но это же нечестно по отношению к тебе, — Лёша пытался настаивать на своём, а я пытался держать себя в руках. — Ты первый, кто обратил на меня внимание в подобном ключе и это поставило меня в тупик. Я даже не знал, как себя вести первое время, считая, что обязан что-то делать. — Хватит. — Моё терпение лопнуло. — Мне нужно отойти.