В некотором царстве, в некотором государстве...

И она началась. Мальчика-принца вскорости короновали, не смотря на всю его молодость и неопытность в управлении государством. Ведь ни главнокомандующий, ни куча государственных деятелей никуда не девалась и продолжили исполнять свои тяжелые обязанности. К тому же, обретенный отец короля не вмешивался в дела королевства и всем подданным не стало нужно как-то лишнего приспосабливаться к новому составу в королевской семье. Тем самым и бунтов не было, и королевство привычно продолжило жить дальше. А вот мальчику-королю пришлось меняться. Грустить ему теперь было не нужно, да и тужить стало некогда. Внимание папы не ограничивались усаживанием нового сына на коня впереди себя, как делал гордый своим воспитанием наследника король-отец, и забота мамы не прекращалась после вкусностей, как любила уделять минутку кровиночке мама-королева, угощая сыночка на ночь пампушкой из личных запасов. Мальчик-правитель всего королевства теперь умел сколотить свой личный стул и разучил несколько милых песенок, а от метких выстрелов из братишкиной рогатки часть яблок королевского сада украсилась темной рябью частых попаданий. И это только самое малое, что каждый день получал мальчик-бывший королевский сирота от своей новой и, как он всё больше убеждался, самой лучшей семьи. Шло время, мальчик-когда-то принц, теперь король, по совету папы, понемногу начал осваивать и дела государственные. Где-то две недели прошло, как он уже вполне освоился, сидя на троне в большом зале, где ежедневно принимались важные решения и суд. Сидеть было скучно. Хотелось бегать в саду с братом или строгать новый стол в мастерской папы, или даже попробовать испечь пампушку по новому рецепту мамы. Но ни как уж не выслушивать нудные отчеты государственных деятелей и решать сколько и куда выделить золота из королевской казны. В общем, очень скоро мальчик-король с такой скуки стал откровенно дурно себя вести. Рисовал каракули в каждом третьем подсунутом ему свитке, устраивал собачьи бои у своего трона, незаметно подкидывая королевским псам тайком принесенную мясную кость, а раз, будто нечаянно, поджег от свечи нудное и длинное письмо заграничного посла. Известия о проделках юного короля не могли пройти мимо его папы. Он пару раз хмурился, высказывая свое родительское недовольство приемному сыну. Мальчик-король кивал, довольный тем, что его папа интересуется делами своего второго сына, и продолжал дурить. Таким образом, как-то раз, занимаясь привычным делом, починяя расшатавшуюся дверцу в угловом шкафу большого королевского зала, где в это время занимались государственными делами юный король с советниками и неизменными придворными дамами, папа короля обернулся на испуганное восклицание одной из них. Проследив, как из приемной залы выскочила эта придворная дама преклонных лет, пылая свекольными щеками и прикрывающая большое неопрятное чернильное пятно на своем шикарном подоле, а с трона раздавался заливистый королевский смех, отец решил вмешаться. - Нам нужно срочно поговорить, сын, - извинившись перед присутствующими за вторжение, позвал он за собой мальчика-короля. Его Величество совсем не был против того, чтобы прервать нудное совещание и, отложив разломанное перо, с радостью спрыгнул с трона, чуть не вприпрыжку последовав за любимым папой. Советники тоже с облегчением вздохнули и, пользуясь минутами отдыха, расслабленно разошлись по редким диванчикам. Далеко короля папа не повел. Лишь выйдя за дверь, он тут же завел мальчика в закуток для стражи. - Ты поступил не хорошо, сын, - строго покачал головой отец, уточнив, от королевского ли пера пострадало платье пожилой дамы, - и это не первый раз. Я ведь говорил тебе, что на государственных совещаниях нельзя шалить. Но ты не послушался меня и поэтому будешь наказан. Мальчик-бывший принц, сейчас король не поверил своим ушам. Что значит "наказан"? Но, пришлось поверить своим глазам. Потому что его папа лучшей из всех семей снял свой кожаный пояс и сложил его пополам, а потом продолжил: - Спусти штаны до колен и обопрись о сидение этого стула. И понятливый мальчик-король догадался, что папа собирался его выпороть. Но, ведь мальчик - король! Разве их можно так? Королевская гордость не позволила канючить "не надо" и "не буду". Мальчик только мотнул головой из стороны в сторону, хлопая большими глазами, и понял, что это он отказывается от страха, а не гордого упрямства. И тогда он его проявил, задрав нос и по-королевски поджав губы. И папа понял тоже. И не стал спорить и убеждать, а подшагнул ближе, положил широкую теплую ладонь на загривок сына-короля, пригнул к себе и дальше, к боку, укладывая мальчика животом на бедро упертой в стул коленом ноги. И юному, опешившему от такой вольности, королю пришлось вцепиться пальцами за папину штанину, чувствуя, как с попы поползли дорогие штаны вместе с не менее дорогими подштанниками. А затем по голому громко хлопнуло. А ещё затем в том месте так зажгло, что мальчик закинул руку назад, чтобы яростно потереть вспыхнувший след. - Не шали, - напомнил папа за что так стало больно королю, и хлопнул ремнем ниже, - государственные дела не шутка, - убрал руку сына за свою коленку и шлепнул сложенным поясом по зарозовевшему королевскому мягкому месту так, что мальчик вскрикнул, - и даже короли должны вести себя прилично с дамами, чтобы не потерять уважения своих подданных... Папа негромко говорил и не переставал награждать попу мальчика-короля новыми шлепками ремня, оказавшимся таким грозным. Мальчик дергался, пыхтел, вскрикивал и злился. Королевскому заду становилось все жарче и больнее. - Ай! Ты не смеешь! - не выдержал юный король, хоть и понимавший, что был не прав, но сейчас страдающий совсем по другому случаю. - Я твой отец, по-настоящему, и мне на самом деле не все равно, что из тебя вырастет. И ты должен почитать, уважать и слушаться старших в своей семье. Так поступают настоящие сыновья, - и папа прижал сына к своему боку крепче, шлепнув ремнем припухшие сыновние половинки ещё ответственнее. Мальчик взмявкнул и зашмыгал, хватаясь за своего обретенного отца сильнее. Конечно же, он хотел быть самым настоящим хорошим сыном! И он им будет. Будет слушаться и почитать. Оказывается, и такая вот бывает настоящая забота родителя. И умный, начитанный мальчик-король смог оценить её по-достоинству, всего ещё через пару крепких хлопков искренне пообещав: - Папа, я больше так не бу-у-ду! Государственное совещание продолжилось, как только раскрасневшийся король вернулся на свой трон. Небольшое неудобство на мягком сидении помогало мальчику сосредоточиться на королевских делах, а не на праздном придумывании новой проказы. И государственные советники с удивлением узнавали, что юный король умеет слушать и задавать точные вопросы... Мальчик-юный король потом ещё не раз по-привычке забывался, то транжиря государственные запасы, то прогуливая важные приемы, то ленясь на уроках в королевской школе. А потом со вздохом развязывал золоченую тесемку на королевских подштанниках, спуская их к королевским же штанам, чтобы вновь почувствовать себя настоящим сыном заботливого отца. И не знало это царство, ни до ни после, более справедливого, доброго и мудрого правителя, чем подросший мальчик-принц, некогда покупавший себе семью.