Ломка

— Все получилось, — слабо отозвалась Трисс. — Ох… потребовалось много сил. Мне, пожалуй, стоит прилечь, — уже тише добавила она и потеряла сознание. «Вот тебе и первый пациент», — невольно пронеслось у меня в голове. — «Отличненько!» — Иорвет! — я оглянулась, подзывая эльфа. — Тут нужна небольшая помощь! Положи ее на кровать. — Неужели перетрудилась? — Похоже на то, — заключила я, наблюдая, как скоя’таэль легко поднял женщину, а позже опустил на постель. — Что теперь? — поинтересовался он.       Я не торопилась с ответом, села рядом с чародейкой и начала считать ее пульс. И только после произнесла: — Банальный обморок от переутомления. Думаю, я смогу привести ее в сознание, однако, лучше будет, если она очухается сама да и поспит. — Согласен, — последовал короткий кивок. — Ну что ж, могу поздравить с переездом тебя. Чем планируешь заняться? — Наверное, бухну. «М-да, вот оно, что на уме, то на языке. По-хорошему бы стоило начать изучать местные лекарства, болезни и способы лечения. Но на трезвую голову ли?! В конце концов оперировать мне сегодня не придется. Надеюсь, на это». — Интересный способ освоиться. Я составлю тебе компанию, — вопросом тут и не пахло, но все же он появился: — Пойдем в корчму? Угощаю.       Бля, вообще-то я планировала бухнуть дома в одиночестве, зарывшись в кипу новых знаний, однако, кажется, меня в первый же день знакомства решил эльф-мизантроп с наклонностями садиста утащить в корчму. Ну, что сказать: очешуенно! Лучше быть просто не может! но… я ошибалась. Сильно. Однако делать нечего, пришлось тащиться за эльфом.       Корчма представляла собой подвальное помещение с густо прокуренным спертым воздухом и жарко натопленным камином. Да и еще одна ее особенность — толпа скоя’таэлей, что, казалось бы, решили ее завоевать. — Знакомьтесь, Лара — наш лекарь, — поспешил представить меня Иорвет. — Ее дом справа от моего. Прошу любить и жаловать!       Десятки глаз устремились на меня, и я лишь смогла выдавить из себя одно слово: «Привет» — попутно пытаясь спрятаться за спиной Иорвета или вообще архивироваться до размера микроба. — Не напрягайся, — заметив мои метания, тихо проговорил Иорвет. — Тебя никто не тронет и с большинством уже лично знакомы. — И уже корчмарю-краснолюду крикнул: — Нам два пива! — И вина красного туссенткого, — пропел женский голос. Откуда-то из клубов дыма вышла стройная девица: милое личико с цепким хищным взглядом, черная обтягивающая одежда, откровенное декольте и высокие каблуки. Неужто, еще чародейка? Йеннифер? — Дика, вы уже закончили?! — Иорвет обратился к девушке, не скрывая удивления. — А то! Тебе голову показать по традиции или на слово поверишь? Ого, с тобой жена ведьмака! — она обернулась ко мне, я же явно замялась. — Признаться, я представляла тебя побрутальнее. — Для любовницы вампира ты тоже выглядишь излишне мило, — саркастично заметил эльф.       Девушка закатила глаза: — Внешность обманчива.       Точно подметила. Я сосредоточилась на новой знакомой. Человек, смелая и страстная, но чего-то скрывающая и сильная, Иорвета она явно уважала. На меня же смотрела с некой завистью и почтением. — Где он? — эльф кивнул в сторону моей новой знакомой. — Ждет вас: хлещет ведьмачье пойло, точит меч. Что ж ему еще делать? — хмыкнула Дика.       Так, скорее всего тут еще и мой загадочный муж. Миленько, пиздец, как миленько! И как мне себя вести-то? Прикинуться контуженной?       Мы двинулись вслед за Дикой, шли сквозь клубы дыма куда-то к отделенному шторой столику в углублении стены. Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди от волнения, а сюрпризы и не думали заканчиваться. — Ушастая! — воскликнул кто-то и тут же набросился на меня, стоило приоткрыть шторку. Уже позже я смогла распознать в нем мужчину, здоровенного ведьмака! — Значит, мелкая все-таки согласилась. Я же говорил: заскучала совсем в Боклере, — он крепко обнимал меня, по-свойски целуя.       Беспорно, это был Эскель. Несколько параллельных шрамов на щеке, крепко сложенный, пахнущий терпкими травами, спиртом и кровью, но с добрым лицом. От его прикосновений меня покалывали слабые электрические разряды, слегка щекотные и приятные.       Мы сели за стол, вернее сказать, сели все, кроме меня. Ведьмак безапелляционно усадил меня к себе на колени, и на секунду мне показалось, что Дика насвистывала мотив песни «Дельфин и русалка». Девушка чему-то была несказанно довольна, как-то странно по-свойски глядя на меня. Иорвет же был явно напряжен и мрачен, сев напротив меня, он не решался смотреть в мою сторону.       Тут же к нам подоспел корчмарь, сунув мне под нос огромную деревянную кружку. Эскель усмехнулся, а Дика расслаблено и как-то вальяжно зубами вытащила из бутылки вина пробку, сделала глоток и чокнулась со всеми стоящими на столе кружками так, что вино полилось через край, радостно пропела: — За знакомство, Лара. Пей же, ты прям как не родная!       Ох. Я не то, что чувствовала себя не родной, я вообще не понимала, что мне здесь делать. Все присутствующие — в особенности Иорвет — меня жутко напрягали. Дика же вообще смотрела на меня так, будто знала, кто я и откуда. Самое странное, что Эскеля я не боялась совершенно, скорее просто смущалась его напористости. «Так, ладно, алкоголь сближает, а мне надо втереться в эту компашку как можно скорее и без вазелина,» — и с этой мыслью я сделала то, что делать было вообще не надо: взяла кружку и осушила ее чуть ли не до дна. На вкус пиво напоминало слегка забродивший квас, и я совершенно не осознавала, сколько в нем может быть градусов. — Эскель, неужели ты свою жену эликсирами пичкал? — вытаращил единственный глаз Иорвет. — Это ж махакаское хлебное пойло в нем будет градусов больше, чем мне лет! — А мне норм, — хихикнула я. — Это вы еще блейзер не пили.       Дика чуть не подавилась вином, но быстро нашлась и елейным голосом пропела: — Эскель, позволь узнать, как ты мог допустить, что тебя перепила, пардон, полуэльфка.       Эльф угрюмо уставился в свою кружку. — А что такое этот твой блейзер? Очередная лекарская примочка? — поинтересовался ведьмак. — Нет, — я мотнула головой. — Блейзер — это чудотворное зелье с совершенно уникальным эффектом. Он способен, как перенести тебя в прошлое, так и предсказать будущее. Но скорее всего все не так поэтично, и он просто вызовет беременность. — Сможешь его сварить? — прямо глянул на меня Иорвет.       Дика в это время, тихо хрюкая, медленно сползала под стол от смеха. Эльф же, не замечая или же игнорируя поведение знакомой, продолжил:  — Понимаешь, отчасти ты здесь потому, что у моего народа, так сказать, демографический кризис. — Ну-у-у, блейзер тут вам явно не поможет. Хотя… скажи мне честно, Иорвет, когда ты выпьешь, тебе скучно или ты что-то делаешь? — Как правило, пью я редко, да и дел всегда по горло. А так или играю на флейте, или строю планы.       К этому моменту Дика уже выползла из-под стола и мило пропела: — Я, пожалуй, принесу еще, — и зачем-то шикнув на Эскеля, потащила его с собой. Вот и мы с эльфом остались наедине, и именно сейчас во мне взыграла крайность: доктор психологических наук — и я продолжила наш разговор: — Хорошо. Кажется, мы подошли к сути. Я врач, поэтому говори прямо. У тебя женщина есть?       Эльф слегка приподнял угол багряного платка, а его губы сложились в ухмылке: — Ты это видела, а? Какая женщина согласится лицезреть такое? — Я видывала и вещи пострашнее. И такие увечья никому не мешало иметь детей, — втянув носом воздух, я сосредоточилась на собеседнике. Опять боль, смущение подавленность. Он явно лучше знал, как убивать, чем, что делать наедине с женщиной. — Ладно, проехали, — проговорила я, понимая, что ответом будет молчание. -Скоя’таэли вообще формируют пары? Я веду к тому, что… кто-нибудь из Aen Seidhe вообще знает что нужно, чтобы дети появились? — Спать, однако, нашим женщинам в этом, как правило, помогают люди. — А вы, пардон, что делаете? — поинтересовалась я. — Не видим в этом особого наслаждения, — бесстрастно ответил он. — Да черт побери! Вроде бы здоровый мужик, как можно не любить секс? — пиво явно было ну уж очень забористым, и я сделала то, что делать вообще не следовало: пересела вплотную к эльфу и положила руки ему на плечи, прошептала: — Расслабься, ты очень напряжен. Я обещаю, что ничего неприятного делать не буду. А сейчас просто закрой глаза.